18 октября 2001 года
– Всего пятьдесят евро, пап, – ныла я в четверг после школы. – Причем на благое дело.
– С каких пор новые туфли стали благим делом?
Я пожала плечами:
– Ты бы предпочел, чтобы я соврала, что пожертвую деньги бедным?
– Ифа!
– Папа, ну пожалуйста. В последний раз. Клянусь, что больше ни о чем тебя не попрошу.
– Ровно до тех пор, пока тебе не понадобится новая юбка к туфлям. Знаем, плавали, – хмыкнул отец.
– Справедливо. Но мне очень-очень нужны эти туфли. Они идеально сочетаются с костюмом, который я собираюсь надеть на Хеллоуин.
– А мама что говорит?
Я закатила глаза:
– Ты же знаешь маму.
– Если мама против… – нахмурился отец.
– Да ладно тебе, пап. – Я скорчила умильную мордашку и достала из рукава главный козырь. – Кеву покупают игры для компа по первому щелчку. Сразу видно, кто в семье любимчик, а кто на вторых ролях.
Из-под машины, к которой я прислонилась, донесся смех. Я грозно зыркнула на источник звука, который распростерся под днищем на подкатной тележке – только ноги торчат.
– Ифа, не говори ерунды, – вздохнул папа. – Мы любим вас обоих одинаково.
– А мне всего лишь нужны туфли. – Я жалобно всхлипнула. – Ну пожалуйста.
– Ты и мертвого достанешь, – проворчал папа, вытирая руки о промасленную тряпку. – Ладно, сейчас принесу из подсобки кошелек.
– Папочка, ты лучший! Обещаю, что никогда не сдам тебя в дом престарелых, – проворковала я, бросаясь к нему на шею. – А с кошельком не затягивай, – добавила я, подталкивая отца к двери. – Туфли остались в единственном экземпляре, а Даниэла Лонг вьется вокруг них коршуном.
Едва отец скрылся из виду, я занялась Джоуи.
Расставив ноги по бокам от тележки, я наклонилась и, ухватив Джоуи за шиворот комбинезона, рывком выкатила наружу.
– Совесть есть? – скривился он. Его бейсболка была надета задом наперед, физиономия перепачкана машинным маслом. – Я, вообще-то, работаю.
– «Совесть есть»? – передразнила я, подбоченившись. – Ты своим ржачем чуть мне все не испортил.
– Ну ты и нахалка! – захохотал он. – Обдурила родного отца. Самой не стыдно?
– Вынужденная мера, – фыркнула я, не испытывая ни малейшего смущения. – Поверь, эти туфли того стоят.
– Туфли, – поморщился Джоуи. – А потом удивляешься, почему нам не по пути.
– Кто бы говорил, любитель спускать деньги на травку, – парировала я. – Увидишь меня в этих туфлях, сам все поймешь.
– Если они смотрятся так же клево, как и твои желтые стринги, готов взять свои слова назад, – согласился Джоуи, демонстративно заглядывая мне под юбку, подол которой оказался на уровне его глаз.
– А ты не пялься.
– А ты отойди.
– Фигушки! – выпалила я, чувствуя, как щеки заливает краска. – Мне стыдиться нечего.
– Мне тем более.
– Ты заглядываешь мне под юбку!
– А ты суешь киску мне в лицо.
У меня дух захватило от возмущения.
– Да как у тебя язык повернулся!
Хмыкнув, Джоуи попытался закатиться обратно под автомобиль.
– Ну уж нет! – Я решительно застопорила тележку ногой. Так просто он меня не переиграет. – Значит, тебе нравится желтый?
– С недавних пор это мой любимый цвет.
– Серьезно?
– Серьезнее некуда, Моллой.
– Какое совпадение – обожаю желтый.
– На тебе он смотрится просто потрясно.
– А если снять, будет еще лучше, – промурлыкала я. – Говоришь, нам не по пути, но, может, все изменится, если я сяду к тебе на коленки? Попробуем? Вдруг у нас найдутся точки пересечения, Джо?
– Ну так присаживайся, проверим.
– В-в смысле? – Совершенно ошарашенная его недвусмысленным подкатом, я нахмурилась. – Ты что творишь?
– А ты?
– Ты со мной заигрываешь.
– Ты тоже.
– Не сравнивай. Я всегда с тобой заигрываю.
– Считай, я решил сменить тактику, – ухмыльнулся Джоуи.
– На флирт?
– Почему нет? – Он пожал плечами. – Тактика мудака не сработала, вдруг с новой повезет.
– Мудак из тебя отменный.
– Наклонись поближе, увидишь еще кое-что отменное.
– Вот сейчас ты меня реально бесишь! – прошипела я, отпрянув. – Завязывай и верни моего мудака.
Джоуи со смехом исчез под днищем.
– Проиграла, Моллой.
– Никогда не проигрываю, – фыркнула я. – А ты жульничал.
– Конечно-конечно, – донеслось из-под машины. – Беги в магазин за туфлями, принцесса.