Говорят, вселенная любит невзначай давать людям знаки. Например, есть версия, что человек начинает часто замечать одинаковые числа на часах перед тем, как у него все попрет. Не знаю, правда это или вымысел. Точно ни в одном интервью ни одного успешного человека не было такого диалога:

– Как вы пришли к вашим миллиардам?

– Как пришел? Нуууу… я просто стал часто видеть на часах 11:11 или 22:22, и еще 19:19. А потом у меня поперло. Вот.

Сомнительно, но окей.

Хотя мне бы очень хотелось поговорить с таким человеком. Но не ради его секретов успеха. Я думаю, что он, возможно, знает и про другие знаки и объяснит мне. Потому что я вижу кое-что еще.

Я везде и всюду замечаю писающих на улице мужиков. Они меня по-настоящему преследуют.

Все началось еще в детстве. Мы жили на тихой улице в частном секторе небольшого города. Прямо напротив окон дома, через дорогу, стояла районная поликлиника по соседству с заводом. Оба объекта в свое время отгородили большими бетонными заборами. Но именно в том месте, где заборы встречались, инженерная мысль и геометрия дали сбой, и получился «укромный уголок», в который повадились ходить представители «сильного пола» и справлять там малую нужду.

Скорее всего, было так. Вот ты – мужчина средних лет – вышел с завода уставший, грустный, достал из авоськи пивко, накатил, потом вспомнил, что собирался в поликлинику с почками, и решил спустить лишнюю жидкость незамедлительно, чтобы не оконфузиться перед участковым терапевтом. Там сейчас молоденькую взяли после института – неудобно. А уголок тот так и манит!

Да, я их оправдываю, в медицинскую версию проще верить. Проще верить, что мужчинам просто некуда было деваться в районе без туалетно-общественной инфраструктуры. Как и моей детской психике, потому что мне из окна очень хорошо было видно, как им там не стыдно.

Шли годы, сезоны сменяли друг друга, вулканы извергались и остывали, птицы улетали на юг и возвращались, листва опадала и вновь появлялась на деревьях, а ссущие мужики в уголке между заборами так и не заканчивались. Возможно, геолокация «мокрой точки» передавалась между мужским населением из уст в уста, из поколения в поколение, из ширинки в ширинку. Возможно, у мужчин, как у собак, нюх на такие места. Внутренний навигатор или компас, указывающий на скорое облегчение.

Но не всегда это происходит в таких, почти оборудованных, местах. Иногда вот просто идешь, никого не трогаешь, а у дороги стоит дяденька спиной к проезжающим мимо машинам. Вот знаете что? Вот не нужно этого дяденьку рассматривать. С вероятностью 99,9 % он там писает и думает, что в этот момент он – невидимка. Я мечтаю о том, чтобы людям, носящим камуфляж в городе и писающим на улице, однажды уже рассказали, что их, блин, видно! И очень-очень хорошо! Писающих еще и слышно.

Я долго думала над психологией процесса. Как так у них это легко выходит? Как это устроено? Почему девочки все доносят, куда надо, а мальчики нет. То есть он такой идет, идет и вдруг в голову стреляет мысль: «Мама говорила, что терпеть вредно. Поссу!» И ссыт! Понимаете! Удивительная скорость принятия решения, не свойственная мужчинам. Как встречаться и не жениться по 8 лет – так это он не готов, надо подумать, взвесить, нагуляться. А как наструячить прям на газон – так пожалуйста! Все, получается, нагулялся!

Если вы думаете, что я сейчас говорю о всяких деклассированных элементах и прочих маргиналах, то вы ошибаетесь. Такой фокус может вытворить любой мужчина, любого возраста в любой момент.

Однажды я была на свидании с мальчиком. Два юных цветка, первые чувства, за ручку да пешочком по весеннему городу. И вдруг диалог:

– Я отойду.

– Славик, куда? – не понимаю я.

– Ну, мне надо.

– Я с тобой! – разлука на минуту же смертельна в 15 лет.

– Ань, не надо, честно! – ошарашивает меня отказом Славик. – Я тут сейчас быстро, подожди.

И он скрывается в кустах.

Славик не обманул, вернулся действительно быстро, поправляя штаны, и в этот момент я как поняла! Все остальное время прогулки держаться за руки уже совсем не хотелось.

Даже Садовник, мой культурный муж, отец моей дочери, и он туда же! Когда-то, когда у нас не было нормального санузла в домике на ферме, а деревянное нечто по имени Туалетище стояло далеко в огороде, приходилось копить в себе и бегать уже только тогда, когда все внутри переполнялось. На всякий случай я пила мало воды, чтобы как-то минимизировать беготню. Садовник, в отличие от меня, никак не менял образ жизни, но и надолго не отвлекался. Я спросила, в чем его секрет. Оказалось, что можно было не ходить далеко в деревянную спецкабинку, а облегчиться прямо в древутне, что рядом с домом: «Все равно там пола нет, иди, пописай в песочек, как на пляже!»

Я тут же спросила, нет ли у него наклонности сикать и в других, не предназначенных для этого местах. Например, в раковину. В нашем доме.

Оказалось, что наклонность есть. Оказалось, что он так делал, но не у нас дома, а у родителей в квартире. Пока батя курит на унитазе с газетой, а терпение на пределе, то нет-нет да и сходишь в раковину в ванной. Я после этого признания не могу нормально смотреть на желтые разводы от ржавчины и трещину в этой раковине. Все представляю, что эти увечья лично нанес несчастной сантехнике Садовник.

Мужчины не умеют делать что-то скучно. Порой они отдаются процессу коллективно. Очень, видимо, классно орошать улицу прилюдно и с другом. Они же дружбаны, кореша, братаны, волки! Их дружба крепка, требует синхронизации физиологических процессов и презирает мораль и правила культурного поведения.

Но все же, не буду сильно ругать мужчин, потому что порой даже в процесс уличного попися они добавят нотку романтики. Если мужчина чувствует, что его переполняют чувства и количество выпитого, а еще, если он красив душой и умеет хорошо целиться, то зимой может дать волю своему художественному таланту и выпустить арт энергию наружу. Именно так появляются желтые надписи с именем любимой и сердечками на снегу перед подъездами. Вот уж не поспоришь – это подарок, сделанный своими руками!

А бывают истории совсем невероятные, в которые втянуто много ни в чем не повинных людей.

В селе N был клуб. Клуб как клуб. Обычный. Дискотеки, концерты, встречи с заезжими депутатами. Однажды жители села стали замечать что-то необычное. На одной из стен клуба стало проступать изображение. Сперва еле заметное, потом все больше и больше. Но никому не было бы до него дела, если бы в изображении том сельчане не увидели лик. Самый настоящий, очень сильно похожий лик. Святой.

– Вот как пить дать, Михална, там лик, всамделишный! – передавали по цепочке одна другой деревенские старушки.

Сарафанное радио очень быстро разнесло весть о чуде на клубе по округе. У стены стали появляться посетители, паломники, свечи, оградка. Жизнь кипела не только в стенах клуба, но и за ними. По традиции к лику положено приложиться, то есть поцеловать. Старушки становились в очередь и исправно крестились, после чего тянули морщинистые губы к штукатурке с чудом в надежде на исцеление и прочие блага, типа закодировавшегося деда.

Новости распространяются быстро, и вот уже из столицы по проселочным дорогам едет бригада программы новостей в ожидании сенсации и премии за нее.

У клуба собираются бабулечки и наперебой дают интервью журналистам, оператор снимает угол здания со всех возможных ракурсов, молодая сотрудница телеканала записывает рассказы жителей и обращается к пареньку в толпе:

– Вы часто бываете в клубе?

– Да! Люблю на танцы сходить, то, се, с Ленкой или Галкой, кто придет, ну, ты понимашь! – отвечает тот.

– А что вы скажете по поводу этой стены за углом и изображения на ней? – уточняет журналистка.

– Так мы, эт самое… Какое такое изображение? Я тя умоляю! Ссым мы тут на енту стенку. Если помаленьку, то че далеча бегать? А тут отлично, как раз фонарь перегорел. Васек, скажи, хорошее место?! Нам нравится. А вот, что народу набежало – не нравится. Нам че теперь за другой угол ходить? А?