Не знаю, говорила я вам или нет, что мне скучно гулять с Соней по нашему району. Так вот, я врала и беру свои слова назад. Я просто не с теми гуляла и не в ту сторону от дома.
Мы с Сонькой вдвоем обычно ходим направо. Там с одной стороны – частные дома, с другой стороны – глухая стена гаражного кооператива, а потом – живописные заросли.
«Тихо, безлюдно, однообразно, скучно», – думала я, пока сегодня не решила пойти на прогулку иначе:
1) налево;
2) с Наследницей;
3) с ее велосипедом;
4) в сторону зоомагазина по оживленной улице с людьми, машинами, велосипедами и другими собаками.
Я думала, что будет интересно и весело. Я просчиталась как никогда в жизни! Даже когда я доллары купила по 3,5, а на следующий день они стали по 2,6, я так сильно не просчитывалась!
Сначала все было хорошо. Я вышла, Сашка выехала, Соня вылетела.
Видимо, для Сони запахи слева от дома совсем не такие, как справа от дома. Она очумела. Казалось, что ей в попу вставили петарду, и если она остановится и не будет ее тушить ветром от своего галопа, то мы все увидим красивый салют из белой собачки. Никакие мои «рядом», «Соня, рядом», «Ну Соняяяя, рядом» и «Соня, блин, рядом!» на обалдевшую собаку не действовали.
Наследница тоже давала жару. Наследница очень любит двойные стандарты и всячески их придерживается в жизни. Она все еще катается на велосипеде с запасными колесиками. Для того чтобы ехать на двухколесном велосипеде, она еще маленькая, а для того чтобы намазаться моей косметикой, она уже достаточно большая. Колесики эти должны помогать ребенку, но в то же время они все время мешают, если она едет по дороге с ямками и песком. А только такие дороги у нас на районе и есть.
Я пыталась идти в своем обычном темпе, но эти две дамы вели себя как молекулы при броуновском движении. Мотались туда-сюда. Натыкались друг на друга. Преграждали друг другу путь. Визжали. Обе. Им было весело. Я тихо материлась.
Также оказалось, что налево от дома и с велосипедом под попой полно преград в виде бордюров. Их нужно переезжать. В нашем случае переползать. На полпути мы все начали страшно кряхтеть. Соня оттого, что в попе петарда и надо бежать, натягивая поводок до хруста шеи. Наследница оттого, что нужно бесконечно залезать на велосипед и слезать с него. Я оттого, что страшно заколебалась тащить одну, держать вторую, смотреть по сторонам и стараться не свихнуться.
Конечно, вы скажете, что можно было бы развернуться назад и пойти направо от дома к лебедю привычным маршрутом, а еще лучше – вообще домой на диван. Но у нас у всех была высокая цель – корм для Сони. Маленькие породистые собачки очень быстро съедают запасы. Особенно, когда большие беспородные кошки, живущие с ними, изо всех сил им в этом помогают. Да, Мышка и Мася поджирают элитный корм. Когда я чищу их лоток, там уже нет ничего элитного, но кошкам, кажется, отчаянно хочется в высший свет. Или они просто охренели.
В обратную сторону эта продуктовая политика не работает. Нельзя дать простой кошачий корм породистой собачке, чтобы не поиметь потом массу проблем по всему периметру дома, а также пару визитов в ветеринарку и выбивающиеся из семейного бюджета траты.
Поэтому мы все стиснули зубы, ладошки на руле, пальцы на поводке, когти на асфальте и поструячили за кормом дальше.
Дальше наш путь пролегал через дворы. Во дворах мы потеряли всякий человеческий вид и правое страховочное колесико от велосипеда. Оно не отвалилось, но после всего проделанного пути решило, что будет висеть на соплях и болте. Я попробовала закрутить болт руками, но, как это бывает подленько, вот так по крысиному у болтов – у него заклинило резьбу, и вся конструкция не то чтобы была сломана, но и к эксплуатации непригодна. В связи с этим, велосипед тоже стал непригоден к эксплуатации Наследницей, потому что мы еще равновесие не проходили и вообще «я устала ехать». Если однажды какая-то молодая пара спросит у меня, что самое сложное в выращивании детей, я скажу, что самое сложное – каждый, каждый божий раз верить, что твое дитя, выезжая на велосипеде из дома, вернется на нем же назад. А не велосипед на тебе. Иногда и дитя на тебе. Ох, сколько раз я уже попадала в эту классическую ловушку, но продолжала верить искренним голубым глазам! Еще эти висюльки милые на руле. Я называю это «правилом чебурашки», когда ребенок говорит, что он сам может понести велосипед, но ты, в свою очередь, понесешь его.
К счастью, Наследница и велосипед уже достаточно тяжелые, чтобы я их не несла. Но и ехать уже невозможно. Поэтому я велела Наследнице велосипед вести. Я не знаю, что и куда вставили велосипеду, но без человека сверху он, почуяв свободу, начал вести себя так же безобразно, как Соня. Возможно, дело в манере вождения Наследницы. Обычно так криво ведут велосипед спортивные алкоголики. Вы таких точно видели. Когда он в щи и в трениках, и только велик – его железный двухколесный друг, его надежда и опора в прямом смысле слова.
Со стороны мы выглядели ужасающе. Одна, маленькая, ведет велосипед, периодически сруливая то в кусты, то на дорогу, то наезжая себе на ногу. Вторая, большая, ведет собаку, периодически сруливая то в кусты, то на дорогу, то срываясь на мат. Третья, мохнатая, болтается на розовом поводке, сруливая то в кусты, то на дорогу, но получает от этого истинное удовольствие.
Хотя по радостным лицам прохожих было понятно, что ужасающе это все было только для меня. Все же неважно, кто там болтается на другом конце поводка, если впереди идет милая беленькая кучерявая собачка. Все внимание ей, все комплименты ей, все «ути, какой ты холесенький!» тоже ей. При виде симпатичных песиков люди сразу переходят на этот смешной язык. Почему они думают, что так собаке приятнее? Загадка. Почему со мной никто так не говорил? Ведь я уже была тоже вся лохматая, всклокоченная, потная, сутулая, разве что пока без пены изо рта! Чисто псина.
Вообще я – человек очень позитивный и верю в лучшее. Например, на забитой под завязку парковке в поисках места я всегда щелкаю пальцами и приговариваю: «Сейчас будет место, сейчас будет место», – и место находится тут же, причем самое удобное.
Но иногда я зачем-то озвучиваю негативный сценарий. За минуту до зоомагазина, когда тот еще не показался из-за поворота, я ляпнула: «Хоть бы он не был закрыт!»
Когда мы вышли к магазину, я подумала: лучше б он был и правда закрыт, потому что никакого магазина в том месте больше не было. Ни вывески, ни наклеек на дверях, ничего! Так внезапно обычно исчезают только офисы фирм-однодневок. Не ожидала такой пакости от магазина с собачьим кормом!
В этот момент вселенная подумала, что слишком много испытаний нам послала, и сжалилась. Ровненько слева от меня среди ларьков с пивом и помидорами оказался ларек с псининой едой! Нашу радость можно представить. Мы радовались так, как обычно радуются изможденные путники в пустыне, найдя оазис. Наш оазис был маленький и доверху набит товарами для животных.
В ларьке работала милейшая старушка, которой для того, чтобы добыть наш элитный корм для маленьких беленьких собачек, пришлось лезть наверх к потолку по пакетам с кормом для больших черненьких и коричневых собачек. Соню разорвало от ассортимента и переплетений ароматов. Но должна признаться, что я ее понимаю. Сама так же себя вела, когда впервые попала в огромный парфюмерно-косметический магазин. Даже звуки были те же! Сплошной визг, чуть не описалась.
Мы купили корм, парочку сушеных потрохов какой-то несчастной утки, а старушка протянула через прилавок Соне сушеную палочку лакомства. Опять все внимание ей, а не той, у кого карта.
– Когда идешь туда, всегда думай, что еще идти оттудава, – первый закон собравшегося в поход.
Нас ждал путь домой, но теперь мы стали на полтора килограмма тяжелее. Об этом мы не подумали в начале путешествия.
На выходе из ларька нас встретил бездомный пес. Нет, может он где-то и живет, но вид у него был бездомный, а взгляд похотливый. Он стал совать свой огромный нос со шрамами к нашей «ути бозе мой какой холесинькой» собачке. У меня были заняты все руки, поэтому я начала отгонять псину ногами. Казалось, что я показываю собаке каратэ, но очень плохое.
Вдруг откуда-то подбежала такса. Очень маленькая и юркая, как сперматозоид, и тоже с хвостиком. Пообщаться и понюхаться с таксой можно, но этот третий огромный страшно мешал общению. К тому же мешало то, что мы все еще никуда не ушли, у нас также велосипед, полтора кило корма и огромное желание прилечь уже скорее на диван.
Я схватила Соню на руки, не жалея пуховика своего, и мы рванули домой. Через пару метров я все же ее опустила и увидела, что такса идет с нами! Настойчивость сперматозоида меня покорила. Рядом не было хозяина, никто за ней не бежал, теряя тапки, то была очень сильная и независимая такса. Когда-то давно мы хотели завести именно таксу. Но вот в этот момент такса была лишней. Пришлось сказать ей то же самое, что псу со шрамами, показать пару неуклюжих приемов из восточных единоборств, снова схватить Соню на руки и побежать скорее домой, пока нас не поймал шпиц, мопс или какой еще алабай.
Все бордюры и пешеходные переходы уже были знакомы, мы уверенно шли к финишу, на горизонте виднелась крыша родного дома, как вдруг Наследница остановилась, скрестила ноги и громко призналась, что хочет в туалет. Я тоже призналась, что хочу в туалет. И, да, если бы кто-то из нас надул в штаны, я бы совсем не удивилась.
В этой ситуации только Соне не нужно было признаваться ни в чем. Все же неоспоримое преимущество собаки перед людьми. Все же какая прекрасная прогулка!
P. S. Ночью кошки нашли пакет с кормом, продрали его и жрали за все четыре щеки. Соне корм не нравится. Люблю их.