Ступор длился чуть больше минуты. Сердце билось так тяжело и быстро, словно хотело заглушить для меня все остальные звуки.

Признаюсь, я начала надеяться, что вообще не встречу эту девушку. Может быть, она бы просто выпала из сюжета. Я ведь заняла её место. Почти…

Конечно, женой я считалась исключительно номинально, но всё равно.

Эти двое влюбятся? Или препятствие в виде меня изменит историю?

— Я так рада с вами познакомиться, — просияла я.

Это была моя лучшая фальшивая улыбка. И я очень надеялась, что её действительно можно было принять за искренность.

Улыбаться, когда на душе скребут кошки — искусство, доступное немногим. Я не была уверена, что моих актёрских навыков достаточно для такого.

— Меня зовут Агата, надеюсь, мы подружимся, мисс Вейл.

Рыжая красотка посмотрела на меня слегка удивлённо, но улыбнулась в ответ.

— Что вы, леди, называйте меня просто Альвой, — запротестовала она. — Я ведь обычная лекарка.

Я не знала, как дальше повернётся история. Если Десмонд всё же влюбится в неё, то мне нужно будет оберегать эту девушку, чтобы с ней ничего не случилось.

А если нет… Что ж, тогда и подумаю.

— Не стоит преуменьшать свой вклад, считая себя обычной. Все раненые идут на поправку и выглядят замечательно. Спасибо вам, за заботу.

На меня уставились две пары глаз. Кажется, я всё же перегнула.

Чтобы быть настолько дружелюбной к совершенно незнакомой девушке, нужно как минимум рюмку коньяка перед этим принять. И так как в распитии меня никто не уличал, возникли справедливые опасения, что со мной что-то не так.

— Идём, — сказал Десмонд, а потом потянул за собой.

С Альвой даже не поздоровался, кстати. От этого было и радостно, и стыдно одновременно.

Я понимала, что их любви ещё не было в этой ветке реальности, но всё равно не могла отделаться от ощущения, что украла что-то чужое.

Десмонд завёл меня в нашу общую спальню, закрыв двери и отрезав все пути к отступлению.

— Знаешь, я считал, что Йен сможет пролить хоть немного света на всю эту историю.

— Каким образом?

— Откуда я знаю. Это ведь он был с тобой всё то время, что я провёл на заставе. И ему лучше знать, как ты получила свои способности.

— Сговорилась с тем самым некромантом, который план местности из твоего тайника умыкнул, — оскалилась я. — А то, что потом тебе на подмогу помчалась, так это потому, что у меня раздвоение личности.

Десмонд тяжело вздохнул, схватился за виски и прикрыл глаза.

— И ты туда же? Почему вам двоим так нравится себя оговаривать?

— А почему бы и нет? Не ты ли недавно подозревал меня именно в этом?

Послышалось низкое рычание, а когда Десмонд снова поднял глаза, во взгляде горел слегка пугающий огонь.

— Я могу смириться с тем, что Йен готов оговорить себя, чтобы выгородить тебя. Это закономерно и даже в какой-то степени ожидаемо.

С каждым шагом он подходил ближе. А вот мне отступать не хотелось.

Несмотря на то что он был очевидно зол, я перестала чувствовать угрозу, которая от него исходила. Только томление в груди и недостаток кислорода.

Очень опасно испытывать такие чувства к тому, кто может раздавить тебя одним движением.

— Но то, что ты начала его выгораживать — это слишком, — продолжил Десмонд.

— Почему?

Взгляд багровых глаз прошёлся по моему лицу, особенно долго задержавшись на губах.

— Ты спрашивала, ревную ли я, Агата?

— Мгм…

— Ревную, — прошептал он. — Когда ты выходишь на улицу и тебя провожают пожирающими взглядами, я готов выжечь эти глаза пламенем. Когда ты с кем-то мила, мне хочется отправить этого кого-то на передовую. Когда улыбаешься не мне, я готов подписать несколько смертных приговоров.

— Десмонд…

Подняв руку, я положила пальцы ему на грудь. Там, где особенно хорошо было слышно биение сердца.

— Страшно?

— Нет.

— А стоило бы бояться. Это было не признание, Агата, а предупреждение. Я всё ещё тот, кто провёл обряд Илтараксис и заставил тебя простоять всю ночь.

— Знаю.

— Но предлагаешь мне помочь отомстить за Дэни, — покачал он головой.

— Да. И я вполне серьёзна. Для себя я уже всё решила.

— Что именно ты собираешься делать? Поможешь мне… в чём? Вырезать свою собственную семью? Твоего брата, отца?

Я прикусила губу. Об этом я как-то не подумала.

Лично мне, конечно, было глубоко плевать на этих людей. Они мне в качестве свадебного подарка склянку с ядом послали. Так себе родственники, одним словом.

Но Десмонд ведь не знает, что меня с ними связывает лишь фамилия, и то ненастоящая для меня.

Если я сейчас ему скажу, что мне всё равно, кого и когда он убьёт, посчитает ли он меня сумасшедшей?

— Вряд ли я смогу как-то помочь тебе в убийстве виновников. Но вот собрать информацию, вполне. Если мы поедем в столицу вместе, они не осмелятся напасть открыто, и я смогу…

— Нет!

— Ты даже не дослушал.

— Мне и не нужно. Я уже принял решение.

Я хотела возразить, но не смогла. Послышался звон, и пол под ногами завибрировал, словно вот-вот начнётся землетрясение.

— Что это?

— Нападение некромантов, — буднично ответил Десмонд. — Здесь это в порядке вещей.

— И… что делать?

— Тебе — ничего. Хотя…

Подумав немного и ещё раз смерив меня взглядом, Десмонд решил:

— Это явно пришли за тобой. Пытаются отбить тебя, пока ты не отправилась вглубь континента. Так что тебе нужно как можно скорее уходить отсюда. Я организую портал в наш замок. Возьмёшь с собой раненых.

— Ты это серьёзно?

— Вполне. Все, кто видел, как ты применяешь свои способности, останутся в этом форте.

Такое ощущение, что он хотел добавить «навсегда».

— И Йен тоже?

На скулах Десмонда заходили желваки. Кажется, ему очень не нравилось даже то, что я произносила это имя.

— Нет. В нём я как раз уверен.

— Уверен относительно чего?

— Что он тебя не выдаст. Остальные свидетели останутся здесь, так что твоя задача — помалкивать. Не говори о своих способностях никому. Даже Виктории.

— Твоей бабушке?

— Ты знаешь другую Викторию?

Я покачала головой, а потом посмотрела на Десмонда с надеждой.

— А ты… Разве ты не поедешь со мной?

— Нет. Пока что моё место здесь. Нужно обескровить некромантов, чтобы в ближайшее время они не смогли до тебя добраться.

Сердце билось где-то в горле, и даже то, что гул нарастал, свидетельствуя о приближении вражеской армии, меня мало смущало.

— Почему ты так заботишься обо мне?

Очень старалась сохранять самообладание, но голос дрогнул.

— Ты моя жена, — был ответ.

— Ненастоящая — напомнила я.

Сильные мужские пальцы коснулись моей талии, слегка сжали. Я слышала, как участилось его дыхание. А взгляд всё ещё был прикован к моим губам.

— И лучше бы тебе таковой и оставаться, — прошептал он, а затем тряхнул головой и разорвал это прикосновение. — Поторопись. Чем раньше я смогу отправить тебя подальше отсюда, тем лучше.