В январе 1917 года Георгий Львов предпринял поездку к великому князю Николаю Николаевичу Романову с предложением поддержать заговор против Николая II и сменить его на троне, но получил отказ. В связи с отказом великого князя принять престол, план переворота поменялся и было решено требовать отречения в пользу младшего брата Николая II – великого князя Михаила Александровича Романова. В январе к заговору были привлечены несколько высших чиновников правительства, а позднее и начальник штаба Верховного главнокомандующего генерал Михаил Васильевич Алексеев.
В кабинете председателя Госдумы Михаила Владимировича
Родзянко 9 февраля 1917 года состоялось совещание лидеров оппозиционных думских фракций. Присутствовал также один из главных заговорщиков со стороны военных – генерал Н. Рузский. На совещании приняли ряд решений, согласно которым государственный переворот должен был произойти не позже апреля 1917 года, т.к. на апрель было запланировано согласованное с союзниками по Антанте наступление. будущее наступление неизбежно вызвало бы подъём патриотизма и сделало бы переворот невозможным.
Согласно плану заговорщиков, необходимо было принудить Николая II подписать отречение во время очередной поездки государя в Ставку в Могилев. Для чего заговорщики планировали задержать царский поезд и арестовать императора.
В России во время войны продолжали действовать законы мирного времени, не были установлены твёрдые цены на продовольствие, топливо, оружие, боеприпасы и обмундирование. Цены на продовольствие к началу 1917 года выросли в 6-8 раз, а отсутствие централизованного продовольственного снабжения городов вынудило власти ввести в 1916 году продразвёрстку. Это не большевики первыми придумали силой отнимать у крестьян хлеб, а царское правительство, когда измученная войной страна была уже на грани голода.
В большинстве крупных городах империи вели карточную систему распределения продовольствия. Тысячи людей стояли в очередях за хлебом, но не получали хлеба даже на свои продуктовые карточки, в отдельных городах (Полоцк, Витебск и др.) начался голод.
23 февраля в Петрограде, на фоне начавшихся перебоев с продовольствием, начались забастовки и демонстрации рабочих, горожане брали приступом булочные и нападали на полицейских.
В ночь с 25 на 26 февраля по приказу министра внутренних дел сотрудники охранного отделения произвели массовые аресты активистов революционных партий (в основном членов СР и РСДРП).
26 февраля Председатель Государственной думы М. В. Родзянко отправил Николаю II следующую телеграмму: "Положение серьёзное. В столице анархия. Правительство парализовано. Транспорт продовольствия и топливо пришли в полное расстройство. Растёт общее недовольство. На улицах происходит беспорядочная стрельба. Части войск стреляют друг в друга. Необходимо немедленно поручить лицу, пользующемуся доверием, составить новое правительство. Медлить нельзя. Всякое промедление смерти подобно".
Николай II отказался что-либо принимать и вообще как-то реагировать на эту телеграмму, заявив министру императорского двора Фредериксу: "Опять этот толстяк Родзянко мне написал разный вздор, на который я ему не буду даже отвечать".
В этот же день войска в столице для разгона демонстраций применили оружие, в результате чего среди демонстрантов появились многочисленные убитые и раненые.
Поздно вечером 26 февраля Родзянко отправил царю еще одну телеграмму с требованием сформировать новое "более ответственное" правительство — в противном случае, по его словам, если народный бунт, начавшийся 23 февраля из-за недостатка хлеба, поддержит армия, то «крушение России, а с ней и династии, неминуемо».
Но и на эту телеграмму Николай II никак не отреагировал.
Утром 27 февраля началось вооружённое восстание Петроградского гарнизона. Солдаты отказались стрелять в демонстрантов и решили присоединиться к бастующим рабочим. Начались убийства офицеров. Солдаты восставших полков строем направились в центр города. По дороге был захвачен Арсенал, откуда в руки рабочих были переданы 40 тыс. винтовок и 30 тыс. револьверов. Потом были захвачены городская тюрьма «Кресты», Литовский замок и Дом предварительного заключения на Шпалерной улице.
Среди выпущенных на свободу заключенных было большое количество уголовников, которые, воспользовавшись всеобщим хаосом, стали сбиваться в банды и бесчинствовать в городе. По городу прокатилась волна убийств, изнасилований и грабежей. Убийства полицейских чинов и городовых приобрели массовый характер.
Частное совещание членов Государственной думы поручило Совету старейшин выбрать Временный комитет членов Думы и определить дальнейшую роль Государственной думы в начавшихся событиях.
Днём 27 февраля на заседании Совета старейшин был сформирован орган власти — Временный комитет Государственной думы. Дума фактически возглавила стихийно возникший и никем не управляемый народный бунт, превратила его в осмысленное восстание, целью которого было официально провозглашено свержение самодержавия.
В ночь с 27 на 28 февраля был захвачен Мариинский дворец, в
котором ранее заседало правительство. Временный комитет Государственной думы объявил, что берёт власть в свои руки.
Опасаясь прибытия в Петроград войск, направленных для
проведения карательной операции и возврата контроля над столицей, всем начальникам железнодорожных станций был направлен приказ Временного комитета Госдумы немедленно сообщать обо всех воинских поездах, направляющихся в Петроград, и не выпускать их со станций без соответствующего разрешения Временного комитета. Этим же приказом запрещалось движение воинских поездов на 250 верст вокруг Петрограда.
Примерно в 16:00 Николаю II сообщили о захвате мятежниками столицы, которые получили полный контроль над железными дорогами и столичным телеграфом, а также о том, что в Петрограде сформировано какое-то временное правительство и что по железнодорожной телеграфной сети передаются воззвания восставших. Еще через некоторое время император получил сообщение о захвате восставшими Николаевского вокзала в Петрограде, намерении захватить царский поезд, а Николая II арестовать.
Начальник генерального штаба генерал Михаил Васильевич Алексеев сообщил телеграммой царю о начавшихся в Москве беспорядках и выразил свои опасения по поводу дальнейшего распространения уже начавшейся революции: "Беспорядки в Москве, без всякого сомнения, перекинутся в другие большие центры России, и будет окончательно расстроено и без того неудовлетворительное функционирование железных дорог. А так как армия почти ничего не имеет в своих базисных магазинах и живёт только подвозом, то нарушение правильного функционирования тыла будет для армии гибельно, в ней начнется голод и возможны беспорядки. Революция в России, а последняя неминуема, раз начнутся беспорядки в тылу, — знаменует собой позорное окончание войны со всеми тяжёлыми для России последствиями. Армия слишком тесно связана с жизнью тыла, и с уверенностью можно сказать, что волнения в тылу вызовут таковые же в армии. Требовать от армии, чтобы она спокойно сражалась, когда в тылу идет революция, невозможно".
Начальник генерального штаба русской императорской армии в своем донесении российскому самодержцу обратил особое внимание на то, что "Нынешний молодой состав армии и офицерский состав, в среде которого громадный процент призванных из запаса и произведенных в офицеры из высших учебных заведений, не дает никаких оснований считать, что армия не будет реагировать на то, что будет происходить в России".
Генерал Алексеев предостерегал царя от принятия опрометчивых решений: "Подавление беспорядков силою, при нынешних условиях, опасно и приведет Россию и армию к гибели. Пока Государственная дума старается водворить возможный порядок, но, если от Вашего Императорского Величества не последует акта, способствующего общему успокоению, власть завтра же перейдет в руки крайних элементов и Россия переживет все ужасы революции. Умоляю Ваше Величество, ради спасения России и династии, поставить во главе правительства лицо, которому бы верила Россия и поручить ему образовать кабинет».
Алексеев предостерегал царя также от бездействия: "В настоящее время это единственное спасение. Медлить невозможно и необходимо это провести безотлагательно. Докладывающие Вашему Величеству противное, бессознательно и преступно ведут Россию к гибели и позору и создают опасность для династии Вашего Императорского Величества".
Николай II проигнорировал предостережения начальника генерального штаба.
Когда царский поезд прибыл в Псков, вместо ожидавшегося почётного караула на платформе императора встретили лишь губернатор и несколько псковских чиновников. Через несколько минут после прибытия поезда прибыл Главнокомандующий Северным фронтом генерал Рузский, демонстративно отказавшись устраивать обычную церемонию встречи царственной особы.
Через некоторое время Николаю II доложили, что в Кронштадте начались беспорядки, военный губернатор Кронштадта был убит, а офицеры арестованы, царскосельский и московский гарнизоны перешли на сторону мятежников, Балтийский флот признал Временный комитет и поддержал начавшуюся революцию.
1 марта Временный комитет Госдумы определился с составом будущего правительства во главе с князем Львовым.
Результатом ночного совещания представителей Временного комитета Государственной думы, ЦК кадетской партии, Бюро Прогрессивного блока и Исполкома Петросовета, было соглашение о взаимодействии всех оппозиционных сил в процессе формирования новых органов власти и первоочередная программа, согласно которой формируемое Временное правительство объявит политическую амнистию, демократические свободы для всех, без исключения, граждан, отменит сословные, вероисповедные и национальные ограничения, упразднит полицейские органы, заменив их муниципальной народной милицией, начнёт подготовку к выборам в Учредительное собрание, которое и должно будет своим решением определить судьбу страны, ее политический строй и внутреннее устройство.
Второго марта в Ставку начали поступать сообщения от главнокомандующих фронтами. Великий князь Николай Николаевич Романов заявил: «Как верноподданный считаю по долгу присяги и по духу присяги коленопреклоненно молить государя отречься от короны, чтобы спасти Россию и династию». За отречение высказались: командующий Западным фронтом генерал-адъютант Эверт А.Е., командующий Юго-Западным фронтом генерал-адъютант Брусилов А. А., командующий Румынским фронтом генерал от кавалерии Сахаров В. В., командующий Балтийским флотом адмирал Непенин А. И. .
Николай II, поддавшись давлению своих генералов, 2 марта 1917 года принял решение об отречении в пользу сына при регентстве великого князя Михаила Александровича Романова. Позднее он отречется и от имени своего сына Алексея, в пользу своего младшего брата.
На следующий день, т.е. 3 марта 1917 года, великий князь Михаил Александрович актом «Об отказе от восприятия верховной власти впредь до установления в Учредительном собрании образа правления и новых основных законов государства российского» откажется от российского престола тем самым положив конец не только более чем трехсотлетнему царствованию династии Романовых, но и русскому самодержавию вообще.
После отречения Николая II и Михаила Александровича, другие члены семьи Романовых также отказались от притязаний на престол, ссылаясь на то, что восстановление монархии в России возможно только при соответствующем решении Всероссийского учредительного собрания.
7 марта 1917 года Временное правительство вынесло решение об аресте царской семьи и конфискации их имущества. Судьбоносное для страны решение уже на следующий день стало известно из газет и было воспринято с восторгом жителями Петрограда, Москвы, Киева и других крупных городов, в которых немедленно стали создаваться новые избираемые населением коллегиальные представительные органы народной власти – Советы.
Возбужденные толпы горожан с красными бантами на одежде, по всей стране, от Минска до Хабаровска, громили полицейские участки и госучреждения, что непременно сопровождалось массовым мародерством. За неделю после отречения русского самодержца были взяты штурмом все тюрьмы и вместе с политическими заключенными на свободу были выпущены десятки тысяч опасных уголовников.
Новые власти отменили смертную казнь, предоставили равные права всем гражданам независимо от пола, вероисповедания или национальной принадлежности. Было разрешено создавать любые объединения и свободно собираться на любые собрания, что привело к созданию сотен карликовых политических партий, движений и союзов. Из ниоткуда по всей стране вдруг возникли тысячи объединений банкиров и промышленников, профессорских, студенческих и профсоюзных организаций, творческих союзов, рабочих политических кружков и комитетов самоуправления. Заводские и фабричные рабочие комитеты взяли в свои руки управление заводами и фабриками.
На площадях российских городов утром, днем и вечером собирались многолюдные митинги и сходки, по улицам ежедневно ходили различные демонстрации с транспарантами, на которых красовались лозунги свободы, равенства и братства, требования "земли и воли" и призывы построить новый мир.
Демонстранты, не взирая не время суток и погоду шли дружно в ногу, высоко поднимая над серой массой полотнища с грубо нарисованными от руки гигантскими буквами лозунги «Победим или умрем», «В борьбе обретешь ты право свое», распевали "Марсельезу" и другие революционные песни, часто под аккомпанемент местного гарнизонного оркестра, размахивая хоругвями религии нового времени – красными флагами.