(записано рукой Диккена)

Я уделял не очень много времени отслеживанию того, что происходило в Вороньем гнезде после происшествия с воронами и совой, хотя кое-какие новости все же просачивались, например, нашествие ворон, которое приписывали мне, чтобы напомнить всем, что я присматриваю за Шукрат с Арканой, и что божественный молот уже занесен над каждым, кто станет лезть к этим девушкам, включая Ревуна и, может быть, Госпожу.

Конечно все было не совсем так, но я никому не скажу. Ошибка была полезна.

Я несколько раз заглядывал, но был разочарован отсутствием прогресса у Тобо, что обычно случалось, когда я перехватывал отдельные новости, включая тот факт, что Суврин собрался отправить доченек на разведку на юг.

Какого черта? Насколько мне известно, там ничего нет, кроме пустыни.

Хотя я не исследовал ту местность дальше, чем на сто миль от Гнезда. Не нужно, потому что нет смысла. Мир в том направлении чем дальше, тем больше просто становился все унылее и гористее, безжизненным.

И раз это касалось дочурок, я не имел ни малейшего представления зачем они делают то, что делают, но когда впервые услышал про это, вселился в ворона и имел разговор с Джаном Го. Он задолжал Каркуну за спасение жизни и был человеком ответственным. У него уже сложились хорошие отношения с девушками. Хотя и он удивился:

- А зачем им туда отправляться, если там ничего нет?

- Я не знаю. Но они обе сорвиголовы. Могут просто что-то кому-то доказывать.

- Нечего терять?

- Могут так считать. И Суврин тоже.

Да. Кстати, почему Суврин для этого просто не подрядил Тобо и неведомых теней? Это было бы быстрее в сто раз и безопаснее.

Вот только Тобо едва ли был в состоянии позаботиться о себе самом, кроме дыхания.

Джан Го готовый телохранитель. Я вернулся, чтобы обдумать ситуацию.

Да, на юге искать нечего. Девочки летят, если полетят, только потому, что их попросил Суврин. Он был их движущей силой. А кто был его движущей силой?

Может следует повнимательней присмотреться к Суврину хотя бы со времени возвращения Отряда в Хсиен.

Возможно, он верил, что у него есть серьезные основания направить кого-то в ту степь, которую, при всем уважении, лучше всего описать как ледяная пустыня.

* * *

Как обычно, стоит на минутку заглянуть в Хсиен, как тут же вылезают десятки куда более личных дел, больше чем выделенная часть сознания Шиветьи желает предпринимать. Ни один фрагмент Шиветьи не должен сильно погружаться в исторический поток, чем простое знакомство с последними событиями, если не считать специально выделенную часть. Но, чаще всего улов был пустым.

Последние новости из прошлого Диккена наконец преподнесли кое-что стоящее. Но что это конкретно, пока не ясно, поскольку все очень запутано и вероятно, не просто так. Есть сведения, которые связаны с его учителем в Хань Фи. И с другой стороны углубленное изучение этого человека подсказывало, что должно быть еще что-то, если только это удастся выманить из тени. Как бы то ни было, все что у меня было, это лишь легкий отголосок намека.

Шиветья был почти уверен, что он не нашел ничего конкретного, пока, лишь потому, что плохо искал - в нужном месте и в нужное время.

Почти поминутная проверка недавнего прошлого Суврина после возвращения Отряда с плато сверкающих камней не дала ничего вдохновляющего. И в этот момент человечек стал одержим югом.

Похоже его интерес появился после серии ночных кошмаров, после появления странных надписей и странных соломенных кукол.

Я вернулся подумать.

Хсиен не зря зовется Страной неведомых теней.

Судьба Тобо дала намек, что не все неведомые тени ему друзья. Не мог Суврин тоже оказаться под воздействием какой-либо злой сущности из-за “завесы”, что отделяет Хсиен от тени?

Новый Шиветья не смог ничего отыскать, но он мог отследить события на теневой стороне. Он мог даже общаться с тенями, сконцентрировавшись и привлекая знания прежнего Шиветьи. И, обдумав это, он понял, что мог бы сокрушить вампирических духов Тобо до того, как те нанесли такой ущерб.

Подобная возможность раньше даже не приходила ему в голову.

Время подыскать дополнительную пару глаз. Время взглянуть на взлет, совершенный Черным отрядом после того, как его вынесло на неизвестный берег океана.

* * *

Шиветья начал лично латать Тобо, тыкая его то тут, то там. Немножко поверхностной щекотки, чтобы проверить, что произойдет. Ущипнуть эго. Шлепнуть по самокопанию, хирургически подстегнуть жажду молодости к жизни.

Отряду нужно, чтобы пацан вернулся в строй.

* * *

Часть Шиветьи, прикрепленная к Госпоже, оставалась на стороже, но упорно безразличная ко всему происходящему в Гнезде.

Госпожа изменила курс, теперь ее полет был направлен к северу, огибая с востока Равнину Страха. Она предпочитала лететь по ночам, поскольку не хотела, чтобы кто-нибудь удивился появлению летающих ковров спустя целый век.

Эта бывшая часть империи Госпожи давно обрела независимость. Империя стабильно разваливалась, переживая предсмертные корчи, но новости все равно дойдут вместе с купцами. Везде, куда доберутся новости о появлении летучих ковров, это вызовет серьезные волнения. Стоит им добраться до западной части, в которой продолжается грызня вожаков группировок за власть, они испытают острые приступы боевого поноса. Они сразу поймут, что летучие ковры не могут быть ничем, кроме возвращения кого-то из исчезнувших Взятых, или, что куда хуже, Ее величества Тьмы лично.

Про нее помнили из-за разрыва с Черным отрядом. И ничего не было известно о каком-либо финале ее истории.

Сегодня Госпоже не было дела до заявления прав на управление империей. Пока. Но ее наследники, однако, знают, что их будущее под экзистенциальной угрозой, пока она остается жива. Если есть шанс ее уничтожить.

Одно совершенно ясно. Она не стала бы возвращаться, если бы не существовало способа вернуть свою силу, от которой она отказалась ради победы над Властелином. Разве не так?

Впрочем верно, что Госпожа является тем, кто она есть сейчас только благодаря благосклонности Шиветьи.

Почему она летела на восток, было загадкой. Память Каркуна не давала Шиветье никакого намека, зачем ей понадобилось в эту часть мира.

Ее полет закончился в руинах в лесу к востоку от Равнины страха. Время и военные действия были безжалостны к этому месту, которое некогда было внушительным замком из гранита, который, не смотря на разрушения, все еще был обитаем.

Шиветья прогулялся между этими людьми, наблюдая с помощью крысиных и козьих глаз, подслушивая с помощью собачьих и поросячьих ушей. С помощью регулярных упражнений он обнаружил, что почти не испытывает сложностей с пониманием человеческой речи. Их разговоры были в основном на возвращении легендарной силы, которая населяла этот замок во времена их предков.

И та же сила уже разок навещала их раньше, при жизни их старейшин и дедов.

Стало быть, если Шиветья не сильно ошибается, это уже третий визит Госпожи, известной местным как Конеко, или Котенка, святой утраченной сестры их общей матери Лаиссы.

Какой бы смысл в этом ни был.

Чем больше здесь находился Шиветья, тем меньше он понимал происходящее. И все же часть Шиветьи в лице Каркуна имела иррациональное ощущение, что все это совсем не новость, но почему, у него не было ответа. Ему было знакомо это место, но не смотря на это, он был также уверен, что видит его впервые.

Он был полностью сбит с толку, дезориентирован и потрясен. Сейчас он был почти богом. А они не бывают сбиты с толку. Боги не сомневаются. Боги гневаются, они мечут громы и молнии. Они обрушивают небеса на землю с огнем и пеплом, сотрясают твердь.

Может это потому, что они не могут иначе выразить свое разочарование?

Госпожа вселилась в замок легко и непринужденно, быстро став частью повседневной жизни. Она сразу начала с помощью магии производить улучшения внешнего вида и жизненных условий. При этом она производила улучшения замка с легкостью, что подсказывало о ее отнюдь не шапочном знакомстве со строительной магией. Какой сюрприз. Каркун не мог припомнить, чтобы эта женщина когда-либо проявляла подобный талант, и ни разу не видел ее за реальной работой.

И все же, почему его это так удивило? А кто, по его мнению, придумал и построил впечатляющую Башню в Чарах?

Когда Госпожа не занималась общественно полезными работами, она удалялась в пыльную комнату, которая некогда служила пристанищем серьезного алхимика. Очевидно, что это была лаборатория в запущенном состоянии. Она потратила много часов на уборку, а потом еще почти столько же и даже больше за листанием ветхих, рукописных книг.

Насколько Шиветья сумел разобрать, эти старые манускрипты были написаны скорописью на теллекурре. В современном мире было не больше пяти-шести человек, способных прочесть, скрытые в них секреты.

Шиветье могли быть не знакомы замок и его предназначение, но он верил, что ему хорошо знакома поселившаяся в нем женщина.

Откуда-то ему было знакомо это место, и он хорошо знал ее. Она надеется, что сможет здесь отыскать способ вернуть себе дочь.

Ревун, в свою очередь, отыскал здесь себе местечко для отставки. Все его участие в общественной жизни свелось к ночным набегам на кухню.

Часть Шиветьи, ответственная за исследование истории Владычества, периодически всплывала на поверхность реальности для консультации с другими частями. Оказавшаяся в лесу часть сознания встретилась с вернувшейся из далекого прошлого, и они обменялись удивительными находками.

* * *

Тем временем другая часть Шиветьи в Хсиене рыскала по прошлому Каминариямы но Кумы, и поначалу абсолютно ничего не нашла, но будучи подозрительной, она занялась исследованием всего, что было связано с парнем, включая все связи с его учителем их Хань Фи с особым пристрастием. Как там бишь его имя? Не могу припомнить. Чун Чай Чи. Это заняло десятки часов виртуального времени прежде, чем я наткнулся на кое-что.

Когда я блуждал по монастырю в теле грызунов, я обнаружил, что почти никто не упоминает его имя. Это было странно. Во время более ранних визитов я без проблем находил и его самого и упоминание, что Чун Чай Чи является образцом современного монаха-учителя. Помимо всего другого, он был тем, кто с воодушевлением принял целибат.

Внутри Хань Фи бурлили мощные силы. Для ощущения Шиветьи там был душок, как вонь от разлагающихся долгое время непогребенных трупов. Вероятнее всего ни один иной исследователь, кроме Непоколебимого стража, не обнаружил бы, что что-то не так.

Еще один повод для тревоги? Безусловно еще одна странность, но накапливающиеся странности подпитывают все возрастающую подозрительность.

Мне стало известно, что учитель Чун ожидал возвращение Кумы. На самом деле, он ожидал его появления в тот самый день, когда он объявился в безымянной крепости. Возможно ли, что какие-то амбиции Чай Чи заставили его сознательно осесть в этом месте с какой-то целью, и после этого, вживаться, помогая ему оставаться незаметным среди тысяч монахов великого монастыря?

Возможно Шиветья еще не достаточно внимательно изучил происхождение Диккена?

Что ж. Это не просто возможно.

И вот, наконец-то, правда. Прошлое следует исследовать с пристальным вниманием ко всем мельчайшим деталям, не исключая самые первые часы, появления человека на свет.

Следует исследовать их досконально, и не исключая время ДО появления на свет.

Что-то предшествует тому, как что-то случается.

Подобно своему будущему ученику Чун Чай Чи появился в Хань Фи далеко не в младенческом возрасте. Он прибыл молодым человеком по особому разрешению после того, как стал отцом Кумы против желания своей кузины. Эта сомнительная «честь» выпала несчастной девушке путем выбора тем же человеком, кто в прошлом являлся сторонником Длиннотени, а также в разрез с обычаем пристроил Чуна в Чертоги Знаний. Этот человек давно обосновался в Хань Фи.

Его имя было Цуго но Цубака. Молодым человеком он сделал себе имя выявляя и преследуя всех, чьи предки прислуживали Хозяевам теней. Обычно эти преступники были среди рядовых слуг. Хозяева теней забрали с собой самых преданных, своих любимчиков и самых полезных.

Боже! Это было увлекательно. Где еще можно было увидеть нечто подобное? Возможно во времена Владычества. Крупная рыба заражает мелкую рыбешку, чтобы никто не узнал, кто из них крупная рыба?

Ай, да я! Вот так головоломка! Как изощренно! Я наткнулся на кончики нитей, торчащих из огромного полотна долгосрочной интриги, уходящей корнями во времена Хозяев теней. И как ни странно, ни одна из Сеньяков не была в этом замешана.

Эта интрига была на сто процентов доморощенным хсиенским продуктом. От этого она не становилась проще, в сравнении с произведением рук Душелова, которая собаку съела на подобных вещах.

Погоди-ка. А вдруг это все-таки она? Нет. Ответ прост: в то время у нее не было доступа к этому месту. Невиновна, по крайней мере, в этом, если не во всем остальном, что себе можно вообразить.

В целях понять смысл заговора, который потихоньку обретал форму, Шиветью швыряло между десятилетиями хсиенского прошлого и между воспоминаниями, которые уже были исследованы, словно пьяного от кабака к кабаку. За десять тысяч лет Шиветья, снова и снова, видел разные формы человеческой злобы во всех ее видах. Прежние знания пока не были полностью востребованные, но, тем не менее существующие, лежали пока как подстилка под наивными представлениями нового Шиветьи, иногда не способного распознать одну маску за другой маской, и знакомого лишь с десятилетиями человеческой глупости.

Новый Шиветья воспользовался коллекцией воспоминаний, и потянул за ниточку, показавшейся знакомой старому цинику. За наведенным туманом начала вырисовываться истинная история Чун Чай Чи и Диккена.

Едва новость о поражении и пленении Мариши Матара Думракши добралась до Страны неведомых теней, как она вызвала большое оживление. Были призывы вернуть домой последнего из Хозяев теней для судилища. Он был пленником в другом мире, но победители к радости бывших жертв, если они настоят как следует, могли его доставить.

Но среди торжествующих были и хитроумные злодеи, которые размышляли, как бы Хозяина тени, некогда бывшего ультимативной силой, превратить в собственное орудие, которое окажется полезно тем, кто, в их собственном неуемном воображении, достоин возвыситься над остальными.

Эти вероятные злодеи убедили себя, что обладают необходимыми талантами, чтобы взять бывшего Хозяина теней под полный контроль.

Существовали, в конце концов, легенды, в которых хитроумные ученики одерживали верх над смещенным учителем.

Вскоре люди с подобным соображением обосновались в числе дворян Суда Всех Времен, который был своего рода надгосударственной палатой лордов, вбирающей представителей всех царств, провинций и префектур континента Хсиена. Собрания Суда проводились в выделенной части Хань Фи. И там, люди с исключительными амбициями довольно быстро находили друг друга.

Одним из них был Цуго но Цубака, который хранил в себе семейную тайну, относящуюся ко времени бегства Хозяев теней.

Наконец, как было обещано, пленник был возвращен в Хсиен под опеку Суда Всех Времен, который поместил его под охрану в неприступную камеру в самой глубине подземелий Хань Фи. Злопамятные жертвы по своей прихоти пытали Длиннотень, когда им заблагорассудится. Это было не совсем разумно, но это было воздаянием за дела Длиннотени в Хсиене, поэтому расплата была заслуженной и предполагалась длительной в память о многих замученных жертвах в течение его правления. Кроме того, он был наказан за общие преступления, включая своих соратников, которые оказались умнее и сумели сбежать от наказания за врата смерти.

Шиветье понадобилось почти век виртуального времени чтобы все это выяснить.

Одиночка и будущий хозяин теней нового поколения Цуго но Цубака занял лидерские позиции в гонке за контролем над последним хозяином теней, оставив позади троих вечно грызущихся между собой соперников.

Первым шагом Цубаки стала засада на изначально безобидного Чуна Чай Чи, чье тело с помощью подходящего древнего заклинания он занял. Получив здесь преимущество, он одурачил Каминарияму но Куму, тайно ночью опьянив его с помощью наркотиков, и заманив вниз в камеру Длиннотени.

Цубака долго и неустанно готовил особое тонкое и почти неуловимое заклинание, пока между личными кельями монахов Хань Фи и темницей Длиннотени не осталось никого в сознании. Как только мальчишка с Цуго пришли на место, Цуго обездвижил колдуна ударом в голову, а затем в ускоренном виде провел кровожадную церемонию, в конце которой Каминарияма но Кума покинул темницу с новой, крайне злобной душой, спящей и незаметной.

Диккену не сказали о том, что с ним стало, ни Цубака, ни позднее Непоколебимый страж. Как и его мать, Кума не был добровольцем. Он был несчастным орудием, которым воспользовались все, включая повелителя плато сверкающих камней.

Новый Шиветья, подстегнутый циничными уколами Шиветьи прежнего, начал прокручивать в воображении альтернативные исходы.

Цубака бросил истерзанное тело колдуна, чтобы другие заговорщики ничего не заподозрили и ломали головы, что означает это убийство? Никто не стал сомневаться, что некто положил конец последнему хозяину теней. Никто ничего не заподозрил и расследования не было. Возможно это сделал кто-то, чье терпение лопнуло? Либо сам Длиннотень как и его соратники до него, сумел сбежать от бесконечных истязаний за врата смерти?

А может имеет место и нечто более зловещее? Совсем недавно было найдено еще одно тело некоего Цуго...

В более широком кругу, Суд Всех Времен единодушно принял факт, что величайший злодей текущего столетия сумел скрыться от законного наказания.

Народ Хсиена в основном согласился с этой точке зрения.

Заговорщики во Суде Всех Времен не ослабляли свою защиту. Ими владела паранойя. Они не переставали ожидать нового провала. Они переживали, что их планы не являются секретом для смертельных врагов. Или, хуже того, в их рядах есть предатель, который с улыбкой сдаст их или нанесет удар в спину.

В подобных условиях трудно сохранять сотрудничество.

Шиветья видел, как пустую оболочку Длиннотени предали огню. За этим угрюмой толпой наблюдал весь Суд Всех Времен в полном составе. Но трое находившихся среди них людей не могли стряхнуть с себя гнетущее впечатление, что уничтожение тела не знаменует конец Мариши Мантары Думракши.

Ах, Госпожа. Как же сильна твоя интуиция!

Чуть погодя, один из триумвирата, у которого был талант к общению с темными духами, узнал, что следом за Кы Тобо из мира, в котором Черный отряд вел войну, прибыли несколько неприятных сущностей. Он натравил их на наивного паренька, который в будущем обещал стать самым могущественным и опасным человеком в Хсиене. Суд Всех Времен в основном боялся, что Тобо неизбежно станет куда сильнее, чем были прежние Хозяева теней... если он останется жив, обучится и распространит свои невероятно широкие дружеские связи с сильнейшими духами тайного мира.

Еще один заговорщик, имевший врожденный талант отравлять сны, проскользнув сквозь тьму, начал отравлять сны Капитана Черного отряда. Вселяя в него полностью нелогичные и надуманные страхи.

Почему? С какой целью? Что им двигало? Очевидного преимущества не было на поверхности. Для него. Что двигало каждым из них?

Шиветья видел подобные вещи, но в обратном порядке от свершившегося к исходным событиям. Он мог увидеть не искаженное полотно, когда оно стало очевидным, что создало связь, которая вмешалась в разум Суврина, или, разумеется, что двигало каждым из заговорщиков помимо слепых амбиций. Он мог только предполагать, основываясь на недавних событиях.

Он не мог предотвратить нападений на Тобо и Суврина. Они до обнаружения уже стали безальтернативной историей.

Сувин окончательно и бесповоротно убежден, что выживание Черного отряда зависит от девушек Ворошек, которые должны раскопать и разгадать тайну угрозы, грядущей со стороны таинственной местности, лежащей за южными пустошам.

Таинственной, верно, учитывая, что крупная цепь впечатляющих и безжизненных гор стоит на пути, как забор, и позади нее нет ничего, кроме льда.

Возможно ли, что тот, кто спровоцировал Суврина отправить дочурок в сумасшедшее путешествие рассчитывал, что они не выживут? Если это так, то злодей сильно недооценил моих доченек. Или он переоценил опасность южных гор.

Однако, состав преступления на лицо. Истощение Тобо, отправка девочек в ледяную пустыню... Черный отряд сильно убавит в своей опасности для любого нового хозяина теней, невзирая на неудачу с вовлечением в план Длиннотени.

Ау, дружок?! Так всегда с планами!

Каминарияма но Кума был ключом к плану Цуго но Цубаки и его игрушке Чун Чай Чи. Но теперь Кума снят с доски.

Заговорщики из Суда Всех Времен утратили орудие, на которое они рассчитывали, чтобы завоевать мир. Мариша Мантара Думракша ускользнул, хотя, вскоре они начали подозревать, что не навсегда. В спешке Цуго не удалось полностью замести следы. Пусть и напуганные, но решительно настроенные заговорщики начали охоту, в полной уверенности, что какая-то часть Длиннотени переместилась в пропавшего студента Каминарияму но Куму. Эта душа будет неосознанно прятаться, оставаясь незаметной для своего носителя.

К их отчаянию, и к отчаянию Цуго под личиной Чуна Чай Чи, Кума не просто был в руках Черного отряда, он пропал из Страны неведомых теней. Каминарияма никогда не станет новым Хозяином теней. По крайней мере в Стране неведомых теней. Он не сумеет захватить контроль над Черным отрядом. Он исчез на плато сверкающих камней. И ни силы из Хсиена, ни силы подвластные человеку или любой из теней не в силах этому помешать. Некому вернуть его назад.

Еще раз скажем спасибо интуиции Госпожи.

Тобо пережил нападение голодных призраков.

Конечно, он далек от своей лучшей формы, но он восстановится. И ждать этого не долго.

С девушками отправился монстр среди телохранителей - Хуайек Джан Го, дитя островного королевства и мастер-фехтовальщик.

Шиветья воззвал ко всем своим частям: общий сбор!

Пора поразмыслить, что делать с новоявленными хозяевами теней. До того, как они поймут, что их существование раскрыто.

* * *

Шиветья безустанно предъявляет новые требования к своему вниманию. Наблюдение и восстановление Тобо объявлено важным проектом.

На третью ночь после отбытия Арканы с Шукрат вокруг их дома собралась галдящая стая ворон. Шум привлек внимание телохранителя Тобо - в данный момент дежурил Гуй По Пинг. По Пинг разбудил своего партнера, обнажил мечи и прокрался к единственной двери в дом. Снаружи были слышны тихие проклятья в сторону всех птиц, живущих и еще не вылупившихся.

Ха! Настал тот самый миг! Джан Го не померещилась опасность.

По Пинг встал в стойку за дверью. Его товарищ Сунг Фей Су притаился за кроватью с двумя взведенными арбалетами и приготовленными мечами.

Вскоре после проклятий дверь распахнулась настежь.

Фей Су разрядил самострелы.

По Пинг придержал дверь левой ногой, дождался залпа Фей Су, толкнул дверь, шагнул за нее вправо, а затем атаковал оказавшихся в смятении нападающих. В мгновение ока четверо врагов оказалось зарублено.

Фей Су перемахнул через кровать.

Через несколько мгновений все десять нападающих и оба защитника оказались на земле. Шестеро врагов ушли в мир иной к следующей жизни. Двое очень злых людей было во второй волне нападавших. Сержант Чаньо Шин рявкнул:

- Проклятье! Я, конечно, думал, что они не спят, но это полный провал!

Его товарищ, внезапно поежившись, буркнул:

- Тут что-то не так, сержант! - и не так, относилось совсем не к Гуй По Пингу, который с проклятьем поднялся на ноги и был готов пролить новую кровь нападавших.

Свет померк. В воздухе стало ощутимо холоднее. За спинами Чаньо Шина и его товарища шевельнулось и зашуршало что-то действительно крупное, со скверным дыханием.

Внутри дома начали появляться светящиеся злые глаза: красные, золотые, лимонно-желтые. Замелькали тени. Они только наполовину напоминали животных, показавшихся налетчикам знакомыми. И это были очень большие тени.

Крики не смолкали очень долго.

У друзей Тобо не было глупых людских представлений о пощаде.

Начали прибывать люди, не принимавшие участие в вышеописанных событиях. Очень осторожно. Не нужно было быть гением, чтобы понять, что случилось что-то ужасное и смертельно опасное, и буквально через мгновение вскрылось, что одни члены Отряда напали на других, надеясь избежать наказания за убийство, но угодив в смертельную и разочаровывающую западню.

Это было беспрецедентно. Раньше в Черном отряде не случалось внутренних свар.

К зрителям присоединился Капитан.

Да, Суврин был всего лишь человек при исполнении.

Он не стал задавать лишних вопросов. Доказательства были налицо.

- Позови врачей, - сказал он кому-то из мирных жителей, сперва на родном языке, а потом повторил на местном диалекте, выдав свою способность, что удивило не только наблюдателя с плато сверкающих камней, но и собравшихся вокруг хсиенцев. Это дало всем понять, что этот человек куда лучше информирован, чем о нем думали многие.

Суврин подошел, чтобы получше разглядеть Чаньо Шина. Наверняка разговаривая сам с собой, потому что снова вернулся на родной язык, он сказал:

- У меня были сомнения по поводу этого человека, но ни один из ответов не мог бы привести к подобному исходу.

Шиветья тоже не мог предположить подобное о сержанте, даже до смены рода деятельности будучи Каркуном. Чаньо Шин с самого момента появления на службе Отряда был образцовым солдатом. Выдающиеся лидерские качества и неоспоримый профессионализм продвинули его на должность любимого помощника Суврина. Некоторые подозревали, зная образ мысли Суврина, что Чаньо Шин является его предпочтительным сменщиком в должности Капитана, даже при том, что Чаньо не служил ни знаменосцем, ни летописцем, как большинство предыдущих Капитанов. Стоит признать, если собираетесь стать внедренным агентом, лучше вести себя идеально для любой должности, на которой вы станете дожидаться нужного момента.

Чаньо Шин заслужил награду за свое усердие, в чьих бы интересах он не служил.

* * *

Непоколебимому стражу даже в голову не приходило проверять братьев Черного Отряда. И когда он поручил своей частичке проверку прошлого Чаньо Шина и других нападавших на Тобо, остался некоторый привкус досады от прошлого Шиветьи, не понявшего, зачем новичок об этом беспокоится.

За пару взмахов ресниц эти временщики покинули сцену. Их прошлое стало не важно, потому что мир пошел дальше без их участия к будущему, в котором другие интриганы будут планировать другие злодейства, подставляя друг друга ради искры славы и силы в ночи.

Летняя трава.

История Чаньо Шина была не примечательна с точки зрения ограничено эмоционального вовлечения. Он служил Вину Со Чоу - военачальнику одного из младших царств, Ан Лау. Они с Со Чоу были сводными братьями по отцу. Чаньо Шин с Вином родились в один месяц и росли вместе, редко разлучаясь. Именно Вин отправил Чаньо Шина в Черный Отряд, когда тот впервые появился в этом мире и начал нанимать солдат для войны в другом мире.

Во время той кампании, Чаньо Шин проявил себя образцовым солдатом. Он стал близок к Суврину задолго до того, как тот стал следующим Капитаном после погибшей в засаде Дремы.

Суврин всегда считал Чаньо Шина своим другом. На самом деле и Чаньо Шин считал так же. Но он не отказался от своей прежней преданности Вину Со Чоу. Когда он спустя много лет молчания получил знак от своего брата-царя, говорящий о том, что время пришло и пора нейтрализовать колдуна Отряда, Чаньо Шин выбрал повиновение.

Чаньо Шин не был в курсе, какие факторы пришли в движение. Он был проинструктирован просто выполнить волю своего царя.

Без удовольствия Чаньо Шин все устроил. Он собрал пришедших с ним из Ан Лау выживших бойцов и передал им волю царя. Все, кто не захочет выполнять волю Вин Со Чоу будут отпущены без осуждения.

Только в этом Чаньо Шин дал послабление своему приятелю Суврину.

Некоторая странность с ситуацией с Ан Лау, во-первых, потому что на первый взгляд царь выглядел слишком задетым фактом того, что какой-то пацан ушел за Врата теней.

Ан Лау небольшое царство за Шан Линь, полностью изолированное от территории Черного отряда. Заинтересованность Вин Со Чоу в Отряде было в том, что Ан Лау лежало как раз на пути, если Черный отряд решит завоевать Хань Фи.

С отрядной точки зрения никакого смысла в этом не было, но хсиенцы этого не понимали, и не верили, сколько бы предводители Отряда не уверяли в обратном. Отряд это сила, а сила не дремлет.

И, неотвратимо, докапываясь до истины, Шиветья установил, что Вин Со Чоу был один из трех заговорщиков, и членом Суда Всех Времен.

Хотя Шиветья не установил, как именно Вин Со Чоу передал свой приказ Чаньо Шину, он решил, что Вин Чоу использовал таланты своего сводного брата и вполовину не так удачно, как мог бы.

Десятилетия, прошедшие с момента бегства Хозяев теней, вошли в историю как время воюющих царств. Война всегда была постоянной величиной в жизни Хсиена, хоть военные действия и не велись в полную силу. Более слабые и меньшие по численности губернии медленно, но неизбежно будут поглощены более крупными противниками.

Царство Ан Лау принадлежавшее Вин Со Чоу было одним из самых маленьких, но успешно сохраняло свою независимость. А его царь мечтал о большем. Чего было бы проще достичь, имей он рычаг в виде Длиннотени.

Желали мы того или нет, нравилось ли нам это или нет, но Черный отряд был неизбежно втянут в местную политику, какой бы она ни была. Такова была железная логика - древняя, как сама история Отряда.

В далеком прошлом местные политики выперли Отряд из Хатовара и через плато сверкающих камней в мир, где он провел большую часть своей истории.

Если честно, не будь на свете политики, в мире было бы меньше печалей и израненных душ, для которых так притягательна жизнь наемника.

Хань Фи, который не относился к области интересов Капитана Черного отряда и их офицеров, был одновременно монастырем и городом. Город Хань Фи приютился у подножия горы, на котором расположен монастырь, в котором находилась библиотека, называемая Чертоги знаний, и помещения, выделенные для Суда Всех Времен и Шеренги девяти.

Помимо своих тайных амбиций Вин Со Чоу убедил себя, что Черный отряд неизбежно постарается создать для себя империю. В этом мире иначе быть не могло. Те, кто всюду подозревал имперские амбиции, редко разочаровывался в своих ожиданиях. Сила всегда должна найти себе применение.

Вин Со Чоу был разумным человеком. Он сел на трон молодым человеком, но, с тех пор умело избегал поглощения своего царства. Он преуспел в интригах и командовал отлично обученной и преданной армией, которая финансировалась за счет царской монополии на медь, олово, серебро и свинец, добываемых в местных горах.

И, Ан Лау в сети тайных амбиций своего повелителя превратился в еще одну военную силу противостоящую уставшим ветеранам Отряда, единственным желанием которых было лечь и отдыхать после того, через что они прошли в другом мире.

Однако царь Вин Со Чоу и его друзья-заговорщики, так настроенные стать злодеями мирового уровня, на данный момент были нейтрализованы.

Цуго но Цубака, который теперь находился в теле Чун Чай Чи, тоже, по счастливой случайности, сел в лужу. Теперь ему ничего не оставалось лишь сидеть на месте, изображая ученого монаха.

Так движется мировая история.

Жизнь дерьмо.

Вин Со Чоу обезврежен. На время. То же самое: Цуго но Цубака.

Но их ерзание и шебуршение привели в действие другие цепочки действий, которым еще было суждено достичь собственного горького конца

Но пока что Тобо был в безопасности.

Шиветья исследовавший прошлое обменялся сведениями с преследователем Госпожи. Никто из них не мог признать, что логически, было очевидно.

Госпожа, прилетевшая в тайный замок, не может быть никем иным, кроме второй девушки (живой), прилетевшей туда вместе с безумным некромантом несколько столетий назад. Той девушки, которую свихнувшийся колдун называл Котенком, а местные жители Конеко, что на их языке означало то же самое.

* * *

В относительном смысле, в смысле опыта, прошло много времени, века с тех пор, как пугало из морозильника что-то в последний раз нашептывало Шиветье на ухо. Прячется. Старается быть тише воды, ниже травы, чем почти ежеминутно доставать Шиветью и вечно хихикать. Легкое дружеское напоминание о том, что она еще тут.

Наверное. Но не выдержав, ее все же прорвало:

- Пузырьки правды все же всплывают на поверхность в вонючем, древнем болоте.

И все. Взяла себя в руки, уползла и снова забилась в норку, не собираясь привлекать к себе ненужное внимание, пока Непоколебимый страж не в духе.

Очень подозрительное поведение! К несчастью, было слишком мало способов понять, что же она делает, и еще меньше - что она задумала.

Шиветья был не в духе. Он не до конца понимал, почему, разве что... у него было ощущение, что что-то происходит, а даже он, почти всеведущий, не в курсе, что именно и может лишь гадать. Из-за помехи в виде Госпожи и ее прошлого, он не был в состоянии сосредоточиться.

Блин! Часть его сознания уже впала в самосозерцание. Только наблюдают и не предпринимают ничего.

Душелов совсем отбилась от рук со своими обвинениями Госпожи во всех возможных грехах. Но Душелов может опасаться, что совсем скоро для нее наступит расплата. И это подсказывает, что изыскания Шиветьи в прошлом неизбежно приведут его в несчастливую сторону.

Что ж, и такое, конечно, возможно. И если есть боль, которой не избежать, если намечаются проблемы, все это вина Душелова. Разве нет?

Не проверим, не узнаем. Разве нет?

В настоящее время Шиветья просто залип, пытаясь отыскать что-то увлекательное в процессе созерцания как его любимая кладет кладку или читает ветхие страницы лабораторных опытов. Исследователь прошлого ушел на дно столетий. Так же залипнув в созерцании пугающей юной версии своей возлюбленной, делающей первые шаги в том же самом месте. Ему очень нравились ее покладистость и исполнительность.

Тяжело поверить, что эта сострадательная девушка станет живым пугалом для всего человечества.

Старый греховодник Каркун не мог не влюбиться. В этой девушке было все сразу. И даже более того.

Недостаточное внимание, уделяемое свихнувшимся колдуном Котенку, только подтвердили его полное погружение в безумие.

Госпожа, ставшая смыслом жизни Каркуна, женщина, которая бежала с Черным отрядом в южные земли, и которая выглядела сейчас лишь на пару лет старше той, что в ушедшие столетия была совсем девочкой, в худшем случае, она выглядела лет на двадцать. Но живущая внутри душе никак не могла бы соответствовать плоти.

Чтобы казаться столь же юной, какой она выглядела, Госпоже пришлось бы сохранять молчание.

Было почти что больно следить за нею, когда она в самом деле была столь юной.

Однажды она станет женщиной Каркуна, и решит провести с ним почти век бок о бок.

Шиветья залип. Шиветья созерцал. Шиветья постарался, чтобы ни один миг жизни Котенка в тайном замке не прошел мимо его глаз. Он провел с нею все счастливое и печальное время до того момента, пока она не совершила оттуда побег к своим родным, пока свихнувшийся некромант был отвлечен родами у ее мертвой сестры.

Роды это было нечто новенькое. Для целой вселенной. Никогда прежде ни в одной из легенд всех миров, соединенных плато сверкающих камней, Шиветья не сталкивался с подобным явлением, чтобы мертвая женщина произвела на свет не только живого, но и жизнеспособного ребенка, мальчика, который жил бы полноценной и в основном нормальной жизнью.

Нечто подобное случалось давным-давно в мире за сломанными вратами, ныне превратившемся в пустыню. Некогда там бросил вызов всей цивилизации некто по прозвищу Нерожденный.

Отсутствовавшая несколько лет и вернувшаяся в Сумерки Котенок вынуждена была отвечать на кучу отчаянно диких вопросов от правящего класса. Все опасались угрозы или возможностей. Или того и другого сразу. Наиболее амбициозные надеялись изловить таинственного некроманта и использовать его силу, неразумно рассчитывая, что подобный тип не посмеет им отказать. Властелин тоже хотел его поимки. Он многих напугал. И вновь, полная оторванность от реальности взяла верх. Котенок постоянно повторяла одно и то же, что некромант никак не интересовался Властелином, Владычеством, временной властью, и тем более, повседневностью, кроме того, что может оказать влияние на его жизнь и исследования.

Колдун, которого обе девушки Сеньяк величали просто Папой, был куда больше озабочен наличием крыс в амбарах его замка, чем недовольством какого-то там далекого Баха Перекуса.

Семейство Сеньяков в основном было озабочено восстановлением душевного спокойствия вернувшейся живой дочери.

Никто не вслушивался в то, что Котенок рассказывала о мужчине, от которого она сбежала.

Шиветья отмечал, что при расспросах о замке Папы, Котенок становилась сбитой с толку и глупела на глазах. Она просто не была в состоянии сказать более точно его расположение, чем «где-то по ту сторону Равнины страха». Но это не обмануло основную часть Сеньяков.

Ее мать Банат была серьезно взбешена несмываемым бесчестием для своего ребенка.

Столетия спустя Котеночек безошибочно прилетела в тайный замок, стартовав в семи тысячах миль от точки назначения из другого мира.

Время после возвращения Котенка в Сумрак ознаменовалось для исследователя прошлого веком разочарования. Несмотря на постоянное наблюдение, за исключением перерывов, когда его присутствие обнаруживалось одним из Сеньяков, он так и не смог установить личность ни одной из сестер. Трое оставшихся в Грендирфте знали, что кто-то за ними постоянно наблюдает. Они пришли к негласному соглашению, не упоминать вслух чьи-то имена

Эти упрямые девчонки не произносили даже общеизвестные имена своих родителей и предков по отцу. И они проявили достаточную изобретательность в способах поимки таинственного наблюдателя, в наличии которого они были убеждены.

Странно, но они ниразу не задумались, кому может быть нужно за ними следить и почему наблюдатель столь неутомим. В каком-то роде он стал незаметен, как погода: беспокоит, когда задевается личный комфорт, в остальное время не замечается, а иногда даже ненавидим.

Шиветья далеко не в первый раз задумался, когда Котенок стала Госпожой, осуществляла ли она каждый свой поступок в расчете на наличие наблюдателя?

И по размышлению Шиветья пришел к заключению, что почти наверняка это так.

Новый Шиветья был благодарен своему предшественнику за богатую тысячелетнюю коллекцию человеческих изобретательности и коварства, и воспоминаний его собственных уловок как избежать бесчисленных расставленных на себя ловушек.

И все же, «Папа» мог поблагодарить Котенка не только за неболтливый язык, благодаря чему он избежал внимания Властелина.

Чуть погодя после возвращения Котенка в Сумрак, искры недовольства на границах империи стали разгораться все ярче и жарче, подтапливая режим. В небе зажглась зловещая комета, освещая ночное небо как днем. Родилась Белая роза. Ее появление запустило геометрическую прогрессию, словно пришествие мессии. Отовсюду повыскакивали враги империи - они росли словно из дыма или из пустоты, как легендарные драконьи зубы, брошенные в землю. Один за другим казавшиеся неуязвимыми Взятые были повержены, пленены и похоронены в гробнице в Курганье.

Правдивая история об этих событиях только приблизительно сходилась в деталях с легендами, знакомыми Каркуну, искавшего любые подробности во время бегства Черного отряда от Госпожи и Взятых.

Да. Прошлое всегда меняется.

Обе стороны писали свою историю в соответствии с их собственными вожделенными повестками. Шиветья частенько выяснял, что ответы на старые вопросы Каркуна имели мало общего с общепринятой историей.

История пишется победителями, а потом чудесным образом перепридумывается их детьми.

Проигравшая сторона тоже помнит, но их версии часто не уважают реальные факты. Хотя Шиветья уже знал, что бывают времена, когда правда проигравшей стороны ближе к фактам, чем правда, прославляемая победителями.

Иногда великий и славный триумф, который отмечается из века в век, мог состояться лишь потому что представители второй стороны устали и разошлись по домам.

С этого момента для Шиветьи началась новая эра, во время которой не происходило ничего любопытного из сферы его интересов.

Каркуну удалось определить, кто из девушек является его женщиной, или какой из сестер является будущая Госпожа. Ее истинное имя осталось неразгаданным. Ему были мало интересны другие сестры, так что он тратил куда меньше времени на определение их личности и изучение будущей Душелова, или на слежку за мертвой сестрой в тайном замке.

Сам не сознавая, он обленился. Он просто парил рядом с плечом Котенка.

Однажды, когда это уже не имело значения, ему пришла в голову мысль, что ему бы следовало проследить сестер Сеньяк от их подросткового возраста до момента рождения каждой из них. Так он мог бы выяснить достоверно их порядок появления на свет, и в раннем возрасте, получил шанс уловить имя.

Хотя, совершенно точно, имена, открыто используемые в семье и среди друзей, не могли быть истинными именами. Во время Владычества никто никогда не использовал их открыто.

Факт в том, что придуманная Шиветьей тактика, к тому времени утратила для него срочность и ему перехотелось ею пользоваться.

Ему пришло в голову, что он уже испытывал схожее состояние, но это сразу ускользнуло из его сознания прежде, чем он что-то предпринял по этому поводу.

Может Шиветья и равен богу, почти вечен, и вездесущ - в прошлом и настоящем, способен кое-как действовать в настоящем, но никаким образом разум полубога не станет гениальнее, чем был смертный, который им владел прежде.

Когда он это понял, это было слегка обидно.

В этот момент он почувствовал легкое осторожное шевеление повеселевшей Душелова.

Или это его обострившееся чувство к осознанию того, что эта женщина имеет удивительный талант угадывать, что происходит в его голове?

Должно быть. Каким-то образом его настроение утекает и Душелов их считывает. И, конечно, она придумывает абсурдно сложные планы, как ей получить преимущество.