Итак, мы с Арканой полетели на юг, в пустыню, прихватив страхолюдного старика с собой. Мне не очень понравилась эта часть плана. Он тоже был не очень счастлив подняться на высоту в триста метров, где под ногами ничего не было. Ха! Будь осторожнее в желаниях, старина! В любом случае, не могу с уверенностью сказать, что во мне было против его присутствия, кроме случайных эмоций на фоне крайнего предубеждения. В общем он летел с нами за спиной Арканы.

С другой стороны, были и свои плюсы. Одним из них была возможность поесть нормально, насколько это было возможно в дороге. Вторым, если кто-то захочет навредить Тобо, ему придется столкнуться с парой очень непростых стариков. Дядины приятели сейчас были поварами, но прежде, чем покинуть строй, они доказали, что были умелыми и крепкими солдатами, сумевшими дожить до преклонного возраста, несмотря на коллекцию ран. Они составляли то, что Каркун называл третьей когортой. Это была какая-то чисто военная штука, которая пришла из прошлого Черного отряда, когда мой дедушка еще под стол пешком ходил.

Наверное не стоит на это тратить бумагу и чернила, учитывая, что мы путешествуем, но все же: когда Черный отряд был на службе синдиков Берилла, строй отряда на поле боя делился на три части. Первая, передовая часть формировалась из новобранцев, составлявших примерно десятую часть общей численности. Они служили застрельщиками, которые обстрелом из пращей и дротиков вынуждали врага атаковать. Вторая когорта составляла основной строй, состоящий из трех-четырех шеренг ветеранов, которые и вступали в основную схватку. За их спинами строилась третья когорта. Она состояла из ветеранов ветеранов и выздоравливающих раненных, которые были резервом командования и могли метать копья поверх голов второй когорты. Их главной задачей было навалиться всей массой, если основной строй начинал поддаваться.

В целом, я почти ничего не смыслю в этих военных делах, но разбирая записи Каркуна, могу сказать, что эта система была довольно успешна во многих битвах, если враг вступал в бой, не имея на своей стороне боевых магов - как называют слабеньких колдунов, которые оказывают войскам поддержку в бою.

У Отряда, помимо особого строя, в то время в активе обычно было три-четыре колдуна.

А теперь, когда лирическое отступление Шукрат закончилось, мы можем начать историю о великом путешествии девушек Ворошек на юг.

Вылетев из Гнезда, мы набрали высоту и осмотрели великое плато сверкающих камней. Там не происходило ничего стоящего. Мы не стали это обсуждать. Было очевидно, что с самого начала Госпожа планировала что-то, помимо доставки своей зомбированной дочери к Непоколебимому стражу.

Поданная мной мысль пустила корни. Когда я перестала грызть себя и начала мыслить здраво, я решила, что голем вряд ли сумеет что-то сделать. И я, скорее всего, права, потому что в противном случае Госпожа вернулась бы в Страну неведомых теней.

На плато не было ни души. Совершенно.

Печально.

Аркана просто пожала плечами, развернулась и отправилась на юг.

Опечаленная Шукрат полетела следом в пяти метрах позади и слегка в стороне от нее. Аркана из числе тех девушек, что, невзирая на холод, подогреваемые внутренним пламенем, всегда смотрят только вперед.

* * *

Окружающий воздух становился все холоднее. Хотя наши шелфшепоки защищали нас от ветра, на такой высоте и скорости мы все равно дрожали от холода. Наконец, добравшись до края пустошей, Аркана замедлилась и спустилась пониже.

Ниже было ничуть не лучше. Становилось темнее, над головой сгущались темные тучи, опускаясь все ниже, угрожая нам снегом. Наконец два часа спустя после того, как мы пролетели пустоши, снегопад начался.

На нашей родине снег не редкость, но во время метели никто в здравом уме не летает. Конечно, этому снегу до метели было далеко. Ну какая метель? Ни как такового ветра, ни сильного снега. Снежинки были крупными и мокрыми. Они лениво садились на шелфсепок и тут же таяли.

И все-таки... если верить моим предчувствиям, нам мало понравится наше путешествие.

До того, как началось настоящее ненастье, мы смогли сквозь снегопад получше рассмотреть животных в степи.

Одни были похожи на слонов, но покрыты густым длинным мехом и с большими странными клыками. Другие тоже были похожи на слонов, и тоже волосатые, но размером с пони. Другие были здоровенные копытные, похожие на бизонов, и ходившие огромными стадами. Кроме того мы видели большие стада диких лошадей разных видов. И других степных животных поменьше, но...

Мне было страшно, поскольку я ни разу не заметила ни одного хищника.

Каждый, кто достаточно сообразителен, чтобы не писаться в свои штаны, способен понять: где бродит столько мяса на ножках - окажется огромное число хищников равноценного размера, желающих ими закусить.

Поэтому ваша Шукрат, мелко дрожа в шелфсепоке, больше переживала как бы не наткнуться на гигантских волков либо супертигров, чем от страха отморозить милую сердцу попку.

Общаться с Арканой было практически невозможно. У меня сложилось ощущение, судя по взмахам ее руки, что и она встревожена. Перед тем, как мы влетели в плотный снег, где все мое внимание стало поглощено тем, чтобы не потерять ее из виду, мне показалось, что они с дядей что-то горячо обсуждают.

Вероятно у дяди Джан Го было озарение. Этот мир был для него родным, хотя он был не местным. Впрочем, насколько можно судить - здесь вообще никто не жил в здравом уме. В этой местности куда вероятнее было пасть жертвой четвероного бедствия - озверевшего клыкуна или под копытами десятка тысяч бизонов. Похоже, Воронье гнездо было самым южным поселением Страны неведомых теней.

Когда снегопад стал особо густым, Аркана сбавила скорость и помахала мне подлететь поближе, чтобы мы могли перекрикиваться. Она хотела, чтобы дальше мы летели бок о бок, чтобы совсем не потеряться в снегу. Если такое случится, это будет катастрофой. Я было подумала, не обвязаться ли нам веревкой, но единственная веревка, которая у нас была, крепко держала тюк с вещами на моем летающем посохе.

Аркана крикнула, что она надеется пролететь снежный заряд насквозь до темноты, потому что ей не хочется приземляться посреди голой степи.

Шукрат только за.

Однако, она не стала ускоряться, и мы летели примерно со скоростью лошадиного кентера. Спустя примерно тридцать миль, судя по моим ощущениям, мы пробили снежную завесу и оказались под вечерними тучами. Вся земля под нами крупными мазками была покрыта белым покрывалом. Сверху было сложно сказать, насколько глубок этот снежный покров. Куда ни кинь глаз, повсюду был снег. Только то тут, то там торчали несколько одиноких скальных глыб.

Степь начала уступать место высоким холмам.

Дядя Джан Го что-то сказал Аркане.

Было тяжело понять, что, так как шелфсепок сильно заглушает голос, но я точно слышала.

Аркана помахала мне, что я поняла как «внимание!», затем она начала пикировать, пока не снизилась до восьми метров. Я постаралась не отставать и лететь чуть выше. Мы подлетали к тому, что можно было бы назвать предгорьем. Здесь мы прибавили скорость.

Видимость была так себе, однако было ясно, что мы подлетаем к тем самым горам, которые мы видели во время преследования обезьян.

Аркана свернула влево, потом мы летели прямо приблизительно милю, затем она свернула вправо. Эти маневры она повторила несколько раз. Быстро темнело. Вдруг она внезапно махнула мне рукой «следуй за мной!» и спикировала прямо на рощу каких-то объемистых деревьев, которые явно состояли в родстве с дубами. Деревья успели сбросить листву, лишь несколько сухих листьев еще оставалось на ветках. Самые высокие деревья были от двадцати пяти до тридцати метров высотой, а самые низкие не выше трех метров, но в основном весь их рост ушел в сплошной ствол. Эта часть у них была массивной, напоминающей бочку. Некоторые в обхвате были больше трех метров. Над бочкообразной частью ствол превращался в сплошной лес веток, которые торчали и переплетались как безумные в разные стороны. В сочетании со снегом они превращали весь мир в черно-белую картину. Жаль, что я не умею рисовать, потому что одними словами передать всю странность этих деревьев невозможно.

На взгляд прекрасной юной девы Ворошек эта роща была весьма пугающей.

Как бы там ни было, дядя Джан Го был полностью доволен этой рощей и счел ее вполне подходящей для ночлега.

По моим прикидкам мы преодолели где-то между сотней и полутора сотнями миль. Судя по окрестностям, им было далеко до курорта. Мы не приземлялись, пока дядя Джан Го не выбрал самое лучше место.

К тому времени Шукрат Ворошек была готова кусаться, и она была до умопомрачения рада, что мы взяли с собой этого старика. Обе эмоции разом. Давно пора было искать место для ночлега, а это место было ничем не хуже других, зато гораздо лучше в плане дров. Но эти деревья меня пугали.

Внезапно я поняла, что ни у меня, ни у Арканы нет достаточного походного опыта, чтобы справиться с чем-то сложнее пикника на природе, не то, что разбить на ночь лагерь на враждебной территории посреди холодной зимы.

Я немного драматизирую, но факт в том, что ваши девушки начали догадываться, насколько плохо они представляли себе реальность до того, как взялись за это поручение. А мы, Ворошки, привыкли, что все вокруг считают, что мы идеальны во всем. Какое счастье, что Суврин этим вечером был очень далеко от этих самых девушек.

Дядя выбрал удобное место, что я сразу оценила. Во-первых, здесь между странных деревьев совсем не было ветра.

Пока я собиралась с мыслями, которые роились в голове, и разбиралась в своем отношении к происходящему, дядя Джан Го с помощью Арканы быстро установил палатку между крупными камнями и поваленным стволом огромного дерева. Пока они натягивали веревки, я постаралась быть полезной и насобирала хворост. При чем с вполне эгоистичными намерениями. И очень скоро была вознаграждена, потому что у нас получился чудесный большой и теплый костер. Все еще дрожа от холода, я чуть не обнялась с нашим общим ребенком.

Шустрый старикан уже хлопотал над нашим ужином.

До сих пор я не представляла, насколько голодной я была.

Ведь никто из нас ничего не ел с самого завтрака.

Вот еще одно доказательство того, что Ворошки пока не готовы к такого рода заданиям, как мнили раньше.

Этот старичок в самом деле был мастер в стряпне вкусной еды из подручных средств. Но... едва я начала следить за его хлопотанием, как особого рода боль напомнила мне, что на довольно долгое время я забыла сделать еще кое-что.

Мой мочевой пузырь, готовый разорваться, внезапно начал возмущаться.

Как можно настолько позабыть про такое важное дело, что оказываешься в двух секундах от мокрого инцидента?

Я умчалась в лес... и почти одновременно со мной Аркану поразила та же болезнь, так что она отстала едва ли на пару шагов.