Загон, в котором содержатся драконы, находится за пределами столицы, поэтому добираться до него сравнительно долго. Битый час мы ехали темными улочками, погруженными в сон. Моя так называемая компаньонка Аглая едва не уснула от качки в салоне. Поглядывая на Николая, я замечала, как Уваров улыбается, выразительно кивая на дремлющую женщину, сидящую рядом со мной. О чем он думал в этот момент, мне было неизвестно. Спрашивать же при служанке я не решилась – кто знает, вдруг она не спит, а бдит. С матушки станется попросить Аглаю подслушать «беседу господ».

Так что поговорить нам удалось, только когда мы оказались возле загона.

Экипаж остановился. Николай первым выбрался наружу. Подав мне руку, он не обделил вниманием и временную компаньонку, показав себя настоящим благородным князем.

Я выбралась наружу и, запрокинув голову, посмотрела на длинное здание, которое на первый взгляд не может уместить всех королевских драконов. Но это только на первый взгляд. Я-то знала, что помещения внутри увеличены магическим способом, так что каждому дракону там вполне хватает места не только для гнезда, но даже для полетов.

– Святые боги… – пробормотала Аглая, глядя на здание и явно опасаясь заходить туда.

– Идемте, Елизавета Павловна, – позвал меня Уваров. – Внутри все готово и нас ждут. Я обо всем позаботился.

Кивнув, я решила не медлить и поспешила за молодым князем, ощущая растущее волнение и предвкушение полета. Несмотря ни на что, именно сейчас я испытала странное удовольствие от осознания того, что моя детская мечта скоро осуществится. Да, она уже перестала быть моей мечтой, и я искренне полагала, что она так и останется в памяти о детстве, но Николай решил меня удивить. Было просто невозможно не испытывать некоторого внутреннего подъема и одновременно напряжения и даже немалой толики страха. Для меня это будет впервые. Для Николая – очередной раз.

Ступая за мужчиной и глядя на его широкую спину, я внезапно вспомнила, как Коля, еще мальчишкой, получил на день рождения драконье яйцо. Именно оно и определило судьбу моего друга детства. Стать драконоборцем – почетно и вместе с тем сложно. Драконы требуют много внимания, терпения и внутренней силы. Надо еще уметь покорить и подчинить этих огромных ящеров. Но Николай справился, и скоро я увижу его питомца, огромного, как скала. И не только увижу, а даже смогу взобраться на его спину и ощутить то, что чувствуют птицы, паря в небе.

– Госпожа, что прикажете мне делать?

Аглая, следовавшая за нами, остановилась у высоких дверей, за которыми начинается мир драконов. Я оглянулась на служанку и заметила, что она нервничает. А едва Николай открыл дверь и из нее потянуло драконьим духом, служанка стала совсем бледной. Того и гляди упадет в обморок от страха.

– Мне ведь не придется лететь с вами?

Голос Аглаи задрожал, и я поспешила заверить женщину, что ей ничего не грозит и что она сможет остаться в загоне под присмотром кого-то из работников.

– Можете не волноваться, – заверил служанку Уваров. – Вы подождете нас внизу в каморке смотрителя. А я даю слово чести, что вашей подопечной ничего не будет грозить рядом со мной.

Аглая с видимым облегчением кивнула, а я мысленно рассмеялась, понимая страх бедной женщины. Даже маги побаиваются драконов, что уж говорить о простых людях.

Нас встретил высокий молодой мужчина, одетый в подобие кольчуги, темноволосый и немного усталый. Они с Уваровым обменялись приветствиями, после чего Николай отвел смотрителя в сторону и что-то сказал ему, при этом оглянувшись на нас с Аглаей. Они быстро переговорили, и Николай, оставив знакомца, подошел к нам и обратился непосредственно к моей компаньонке:

– Вы можете оставаться здесь, если, конечно, не испытываете желания пойти вместе со мной и со своей госпожой дальше в загон, чтобы лично убедиться, что мы поднимемся на дракона.

Конечно же, Аглая такого желания не выказала. Она молча кивнула, и мы с Колей двинулись дальше.

Я шла не оглядываясь и смотрела на открывающийся мне новый мир, пораженная тем, что умеют маги, искажающие пространство. Внутри открывались огромные просторы. Загон был разделен на секторы, защищенные один от другого магической стеной.

– Ее возвели для защиты драконов, – пояснил на ходу княжич. – Сама понимаешь, драконы – не самые мирные звери. У них существует борьба за территории, за самок и прочее. Все то же, что и у обычных животных, только в более грандиозных масштабах.

Он оглянулся и посмотрел на меня.

– Здесь жарко, – сказала я спокойно, чувствуя себя неуютно во всей этой теплой одежде.

– Посмотрим, что ты скажешь, когда мы полетим, – усмехнулся Николай, и я улыбнулась в ответ, глядя по сторонам и при этом не отставая от своего спутника.

То слева, то справа раздавались жуткие крики. Помимо вони и смрада, я ощущала запах пепла и жар огня. А еще слышала, как время от времени где-то, будто над головой, хлопают тяжелые крылья, и отчего-то подумала, что наш царь поступил правильно, запретив полеты на драконах над столицей и городками, расположенными поблизости.

Когда драконоборец поднимается на своем звере, чтобы отправиться на какое-то задание, он взмывает высоко вверх и исчезает из поля зрения, не смущая своим видом горожан.

Отсеки отличаются друг от друга. Николай объяснил мне, что внутри каждого магами воссозданы те условия, которые подходят тому или иному виду драконов. Сколько их здесь, я не решилась спросить. Из курса «Введение в мир магических существ» я помню, что разновидностей крылатых ящеров насчитывается более добрых трех сотен.

И мне было крайне любопытно, какой именно дракон у Николая. Я знала только то, что он белый и его привезли из Джаргана.

Но вот мы пришли. Еще издали я заметила двоих мужчин, стоявших перед входом в отсек, за которым белел снежный покров и нечто, похожее на горы. Подойдя ближе, я почувствовала, что незнакомцы – маги. Один, с седой бородой и серыми глазами, – драконоборец, это я поняла по нашивкам на его мундире. Второй излучал свет, и нетрудно было догадаться, что передо мной белый целитель.

– Доброй ночи, господа, – поздоровался Николай и тут же представил мне своих сослуживцев.

Так я узнала, что пожилого мага зовут Златан Северный, а целителя – Филат Нестеров.

– А это княжна Елизавета Павловна Вяземская, – назвал мое имя Уваров.

Я присела в книксене. Мужчины поклонились, и седой, с каким-то одобрением поглядев на меня, обратился к Коле:

– У вас полчаса, Уваров. Этого времени вполне хватит, чтобы показать вашей невесте красоты небес.

После этих слов я едва не задохнулась от удивления и сменившего его раздражения. «Невесте»? Он сказал «невесте»?!

– Благодарю, – быстро ответил Николай.

Целитель, загадочно улыбнувшись, добавил:

– И мы непременно ждем приглашения на свадьбу, Уваров.

– Несомненно, – тут же ответил друг детства. – Если только девушка согласится, – якобы пошутил он, и шутка явно пришлась по вкусу его друзьям.

Они сдержанно улыбнулись, пожелали нам отличного полета и отступили в сторону, пропуская нас в отсек, где содержался дракон Николая. Занавес был поднят. Я вошла следом за княжичем, сгорая от желания зарыть его прямо в снег, захрустевший под ногами. Мы сделали несколько шагов, и я, не удержавшись, схватила Колю за руку, вынуждая остановиться.

– Невеста? – произнесла я яростно. – Ты им сказал, что я твоя невеста?!

Во взгляде Уварова засквозило сожаление.

– Лиза, я был вынужден! И я все еще лелею надежду, что это станет правдой… Я сказал Северному, что хочу сделать своей девушке самое необычное предложение, верхом на драконе. Он не смог отказать. И, я в этом уверен, ты тоже не сможешь, когда хорошенько все обдумаешь и поймешь, что я лучшая пара для тебя. Мы созданы друг для друга.

– Ты солгал! – яростно выпалила я и, наверное, добавила бы еще немного нелестных эпитетов в адрес Уварова, если бы не заметила, как гора за его спиной, покрытая снегом и льдом, пришла в движение.

– Да. Я солгал. Но ты должна понять меня! Как еще мне добиться твоего расположения? – отозвался Коля, стоя спиной к шевелящейся белой громаде, которая поднималась и приобретала очертания исполинского дракона.

– Просто не надо лгать, – тихо проговорила я, не в силах оторвать взгляд от ящера, который расправил крылья и, стряхнув с себя снег и лед, открыл глаза небесно-голубого цвета. – Мама ро́дная… – прошептала я, не в силах отвести взор от дракона, и княжич был в один миг забыт.

Все, что я могла, – это смотреть на дракона, стоящего за спиной Николая. Дракона, который, в свою очередь, смотрел на меня. И не как на гостя своего хозяина, а, скорее, как на закуску. Маленькую вкусную закуску. По спине пробежали мурашки, а вот Николай бесстрашно шагнул вперед, протягивая руку к своему зверю.

Дракон странно откинул голову назад, и в моей голове на долю секунды вспыхнула яркая мысль… Хотя, даже не мысль. Скорее, это было видение, как дракон открывает пасть, утыканную острыми кинжалами клыков, и дышит на своего хозяина пламенем, превращая Уварова в обугленный черный силуэт.

«Как та тень, которая убивает магов света!» – вспыхнуло в голове, но я тут же прогнала видение прочь. Оно просто не имело ничего общего с Николаем. Он и знать не знал ни о каких убийствах. Это у меня разыгралось воображение, не иначе.

И все же я со вздохом поняла, что дракон меня пугает, хотя и в некоторой степени завораживает первозданной мощью и силой.

– Это Альбус, – представил мне своего питомца княжич.

– Альбус? – переспросила я. – Это значит «белый»?

– Именно. – Николай указал на меня рукой, что в обществе просто недопустимый жест, но здесь, по всей вероятности, должно было что-то означать для ящера. – Альбус, знакомься, это Лиза. Она мой друг и твой, – проговорил он.

Я не стала спрашивать, к чему подобная церемония, так как знала, что крылатые хищники обладают разумом и отличной памятью. Говорят, самые талантливые драконоборцы умеют даже мысленно общаться со своими любимцами, но для этого должно быть полное единение зверя и человека. Не знаю, умеет ли подобное Уваров. Возможно, да.

– Альбус, мы сегодня немного полетаем, – продолжил Коля.

Дракон склонил голову набок и стал рассматривать меня уже менее плотоядно. Похоже, я стала интересна ему как личность, и это после слов княжича.

В то же время слова Николая напомнили о его обмане, и внутри неприятно засосало под ложечкой. Вот зачем он соврал? Неужели решил, что ложь поможет уговорить меня на брак, который заранее обречен на провал? Нет, никакими драконами не затащишь меня под венец с Уваровым! Ни за что и никогда!

– Лиза, подойди, пусть Альбус понюхает тебя, – попросил княжич.

Я неловко качнулась вперед. Не желая показывать страх, который все же имел место быть, сделала шаг, затем другой, и сама не заметила, как оказалась рядом с белой громадой. Альбус дыхнул облаком дыма, и я закашлялась, а Николай улыбнулся. Дракон тем временем опустил голову и обнюхал меня так, что моя шапка едва не застряла в его ноздре. И только ловкость Уварова предотвратила эту маленькую неприятность.

– Теперь он знает тебя. Можешь не бояться.

Княжич сделал знак, и Альбус опустил крыло, продолжая следить за нами голубыми глазами, каждый из которых – больше моей головы. Позволив Коле взять себя за руку, я поднялась вместе с ним по крылу на спину ящера, успев заметить, что на ней уже закреплен диванчик для двоих. Он был вполне комфортным, с многочисленными креплениями и длинными вожжами, с помощью которых драконоборцы направляют своих питомцев.

– Не бойся, Лиза, мы не упадем, – заверил Николай, пристегивая меня ремнями. – Помимо всех креплений, нас будет удерживать магия. И с тобой на спине Альбус покажет чудеса самого осторожного полета, поверь. Он только выглядит таким огромным и суровым, на самом деле…

– …Он милый и добрый, – закончила я фразу за друга.

– Так и есть. И ты можешь стать хозяйкой этому дракону, – уже тише добавил Коля, а я вдруг задумалась, есть ли у Милоша там, на севере, собственный дракон.

В Джаргане больше драконов, чем у нас – лошадей. Джарганцы с детства учатся летать на них. Так что вполне вероятно, что Горич владеет таким же зверем. Надо бы спросить при возможности.

Не ответив на слова Уварова, я замерла, сидя на спине дракона. Рука сама по себе нащупала кинжал, спрятанный в кармане платья. Не удержавшись, я создала заклинание, которое должно удерживать оружие рядом. Так что теперь, даже если Альбус начнет выполнять кульбиты в небе, я не потеряю драгоценный артефакт.

Наверное, не стоило брать оружие с собой. Здесь, в небе, рядом с Николаем, мне не грозит никакая беда. Да и кто сунется к дракону и его владельцу? Только самый сумасшедший!

Пока я отвлекалась, размышляя на разные темы, Николай дернул вожжи, и дракон, подняв крыло, развернулся, сбив снег ударом длинного хвоста. Сделав несколько стремительных шагов по льду, он подпрыгнул и, распластав крылья, взмыл вверх. Боги видели, как меня трясло! Я слышала, как хлопают крылья дракона, ощущала, как мы, оторвавшись от земли, поднимаемся к крыше загона. Над нашими головами с тихим свистом раскрылся купол, выпуская Альбуса в небо. Я резко выдохнула, почувствовав, как температура воздуха начинает стремительно падать, а мы летим все выше и выше. Загон под нами превратился в игрушечный домик, и только после окрика Уварова дракон прекратил набирать высоту.

Некоторое время мы летели молча. Я бы насладилась видами, открывавшимися под крыльями дракона, если бы не было настолько темно. Но все равно я сумела разглядеть и огни домов у царского тракта, и треугольники полей, светлевшие на фоне более темных участков земли там, где растет лес. А чуть дальше виднелись горы. Не такие высокие, как в Джаргане, и без белых шапок на острых вершинах.

Это низкая горная гряда, носящая название Кривая Лестница из-за того, что она поднимается к небу наподобие этой самой лестницы. Одна вершина – немного выше другой, а всего их девять. Самая верхняя, острая, будто наконечник копья, называется Монаршей. Отчего у нее такое название, я не знаю. Вероятно, существует история или легенда, но в нашей академии все называли своими именами без сопутствующих историй.

– Нравится? – прозвучал над моим ухом голос Николая, и я, повернувшись, увидела его лицо.

Он сидел и без того слишком близко, а сейчас так и вовсе, склонившись, придвинулся ко мне. Наши лица оказались совсем рядом, и мне это не понравилось.

– Да, – ответила я честно.

Ощущать себя верхом на драконе – это стоит многого. Единственное, что смущало, – это компания Уварова. Мне до сих пор было неприятно после его лжи. Неужели Николай не понимает, что мне претит подобное отношение? Если у меня и были крошечные сомнения насчет того, принимать его предложение или нет, то сегодня они исчезли, сменившись убежденностью в том, что друг детства – не тот мужчина, с которым я бы желала связать свою жизнь. Лгущий в мелочах будет лгать и в более серьезных вещах.

– Здесь я чувствую себя свободным от всего, – громко сказал княжич. – Здесь, под небом, нет никаких условностей.

Я покачала головой и крикнула в ответ, пытаясь перекричать шум от крыльев Альбуса, который в этот миг несколько раз взмахнул крыльями, чтобы поддерживать набранную высоту:

– Всегда и везде есть условности, Коля!

Он мрачно сверкнул глазами и натянул поводья, вынуждая ящера сделать плавный разворот от гор, стремительно летевших нам навстречу, назад, к загону и огням столицы, мерцающим во тьме.

Ну и холодно же здесь было! Ледяной воздух колол щеки, а быстрый ветер, бивший в лицо, то и дело норовил сорвать с волос теплую шапку. И непременно бы справился с этой задачей, не будь шапка прикреплена с помощью заклинания.

– У нас есть еще немного времени. – Направив Альбуса к цели, Уваров отпустил поводья, закрепив их на луке огромного седла. – Поговорим?

– Если ты хочешь поговорить о нашей свадьбе, то это бессмысленная затея, – ответила я молодому магу. – Я уже все сказала тебе и не собираюсь менять свое решение.

Уваров громко расхохотался.

– Лиза, ну неужто ты надеешься, что встретишь кого-то лучше меня? – спросил он почти с вызовом. – Или ты действительно ждешь любви, глупая? – уточнил Коля и даже по-братски приобнял меня одной рукой. – Не я, так будет кто-то другой! И не факт, что этот «кто-то» станет слушать тебя и подстраиваться под тебя. Я… – он сделал многозначительную паузу, – лучший вариант. Я знаю тебя. Я дам тебе столько свободы, сколько ты захочешь. Меня, знаешь ли, тоже не устроит одна из этих пустоголовых невест, которых мне едва ли не каждый день предлагает матушка. Не потерплю рядом дуру.

Я повела плечами, вынуждая драконоборца убрать руку. Если Николаю и не понравился этот жест, он промолчал. Но не перестал сыпать аргументами в пользу нашего брака.

– Мы давно знаем друг друга. Знаем недостатки и плюсы характеров. Мы оба богаты. Ты умна. Я не стану противиться, если ты решишь работать в этом треклятом отделе. Но только после того, как родишь мне наследника. А еще лучше – двоих. Сама понимаешь, во всем должна быть определенность.

Я только представила себе на миг, как мы с Колей рука об руку входим в супружескую опочивальню, как к горлу подкатил тошнотворный ком. Было гадко и противно.

– И я обещаю, что твое наследство будет только твоим. У меня достаточно денег для подобного свадебного подарка, – продолжал уговаривать меня Уваров.

– Коля… – попыталась я начать мягко.

Но не вышло. Ветер просто унес его имя, и мне пришлось кричать, чтобы друг детства услышал.

– Николай, нет! Ничто на свете не изменит моего решения!

Он ненадолго замолчал.

Город приблизился уже настолько, что я смогла разглядеть огни в резиденции царя. Уваров взял поводья и вынудил дракона сделать то, что запрещено, – пролететь круг над столицей, благо что сейчас была ночь. Я искренне надеялась, что эта выходка останется незамеченной благодаря высоте, на которой мы летели, и темноте ночи, когда все в городе, за исключением стражи, спят в теплых кроватках и видят сладкие сны.

– Ты сделаешь огромную ошибку, если откажешься от меня, – холодно и громко заявил Уваров. – Не сомневаюсь, родители подберут для тебя другого. Но этот «другой» может быть старым и противным князьком, у которого за спиной несколько браков и толпа взрослых детей, которым ты не придешься по нраву, – зловеще прокаркал он.

– Мой отец не допустит такого, – ответила я почти весело, так как знала своего папу.

Знала я и то, что он желает мне только счастья, а поэтому…

Я не успела додумать. Мы еще не долетели до загона и находились где-то над окраиной города, когда дракон вдруг замер на месте. Хлопая огромными крыльями и держась на лету, он принялся оглядываться по сторонам, заметив то, чего не заметили мы. Еще секунду спустя, когда я даже не успела толком испугаться и понять, что происходит, Альбус издал короткий пугающий рев.

– Что случилось? – тут же крикнул Николай.

Забыв обо мне, он, склонившись к шее дракона, ослабил ремни, чтобы прижаться ухом к чешуйчатому телу своего питомца. Дракон вдруг резко развернулся в воздухе, и Уваров, вскрикнув, вцепился в луку седла, рявкнув то ли мне, то ли себе самому:

– Держись!

Я огляделась. Вокруг стояла тьма. Прямо под нами раскинулся спящий город. Мы зависли над ним на приличной высоте, с которой дома кажутся просто игрушечными.

И тут я увидела то, что поразило меня до глубины души и вырвало из горла крик, полный ужаса. Это была тень. Длинная, похожая на человеческую. Страшно то, что я сразу узнала ее и поняла, кто так напугал Альбуса. Но откуда она взялась здесь? И почему появилась перед нами? По спине пробежали мурашки. Я вцепилась в руку Николая и зашептала:

– Коля, нам надо срочно возвращаться! Просто очень срочно!

– Что происходит? – спросил драконоборец.

Мне показалось, что присутствие Альбуса сделало Уварова бесстрашным. Он ничего не боялся, просто был удивлен странным поведением крылатого ящера.

– Коля, мы в беде! Нам срочно надо возвращаться! – повторила я, толкнула друга детства плечом и вскинула руку, указав на тень, которая тут же исчезла, будто ее и не бывало.

Но исчезла не насовсем.

Альбус продолжал проявлять эмоции. А Николай, несмотря на очевидный страх дракона, храбрился, уверенный в своей силе. Он не знал, что находится рядом с нами. Никто не знал о чудовище, которое убивает магов света. Я снова с силой дернула руку друга, но Коля вырвался, взглянув на меня с такой насмешкой, что мне едва не стало дурно.

– Что, испугалась? – спросил он.

– Не я одна. Ты что, не видишь, что происходит с твоим драконом?

Сердце в груди билось так сильно, что я едва не кричала от страха.

Тень появилась снова, сбоку от Коли. Он, конечно же, ее не увидел, потому что, схватив поводья, сделал попытку заставить дракона лететь дальше.

– С этими хвостатыми такое иногда бывает. Они чувствуют магию в воздухе. Не впервой, – отмахнулся Уваров и рявкнул, обращаясь уже к Альбусу: – Ну же, летим! Пора возвращаться!

Дракон послушно ударил крыльями и наконец продолжил полет.

В этот момент тень вдруг промелькнула прямо перед мордой хищника, и тогда Альбус не выдержал. Широко раскрыв пасть, он выпустил струю пламени, которая, конечно же, не причинила тени ни малейшего вреда. Я закричала, заметив, что тень взмыла вверх. Запрокинув голову, попыталась увидеть, куда именно направился убийца магов, когда что-то обрушилось с высоты вниз и ударило по нам с Колей, вышибая из легких воздух. Альбус заревел, сделал круг вокруг своей оси. Николай, сидевший рядом, мигом будто обмяк, а я сама едва смогла вдохнуть. На плечи давило что-то тяжелое. Моргнув, я из последних сил подняла голову и увидела, что тень висит надо мной. Если бы смогла, я бы закричала, но мне не хватало воздуха, чтобы просто дышать. Коля явно потерял сознание и теперь сидел рядом, откинув назад голову. Глаза его были закрыты, руки безвольно упали плетьми. А тень, вцепившись в мои плечи, обжигала их лютым холодом.

– Иди прочь! – выдохнула я, глядя в пустые глазницы убийцы.

Почему я? Как оно нашло меня здесь? Мысли путались. Дышать становилось все труднее. Я задыхалась. Дракон продолжал вертеться, и это нисколько не придавало сил. Альбус то и дело выдыхал пламя, видимо, надеясь попасть в тень, а я внутренне боялась, что он попадет. Тогда бы мы с Уваровым сгорели. Ведь тень висела над нами, цепляясь за меня холодными тонкими пальцами. Я не видела их, но чувствовала, и воображение рисовало именно такие пальцы, похожие на конечности скелета, едва обтянутые тонкой черной кожей.

– Убирайся! – прошептала я из последних сил.

Тень издала какой-то странный звук, будто смеялась, затем потянула меня за плечи. Ремни на теле натянулись, удерживая меня на месте. Но тень вдруг опустила одну из рук, и мне стало неожиданно легко и свободно. Через ничтожную секунду меня сдернуло со спины дракона, и вместе с тенью я взмыла вверх. А еще спустя удар сердца, зависнув в воздухе, тень разжала тонкие пальцы, и я, хватая руками воздух в безуспешной попытке удержаться, полетела камнем вниз.

Над головой что-то трепыхалось, я услышала крик, раздавшийся будто вдалеке. В воздухе меня то и дело крутило, словно я попала в какой-то водоворот. Небо и земля поочередно менялись местами, и я мысленно успела попрощаться с жизнью. Да что уж говорить – не то что попрощаться, но и даже представить себе горе моих родителей и отчаяние Горича (вот почему-то я ни на секунду не сомневалась, что и для него моя смерть будет ударом). Успела вспомнить даже годы обучения в академии, все они пронеслись перед глазами за один вдох. «Неужели это все?» – только и подумала я, прежде чем меня снова перевернуло лицом к приближающемуся городу, который перестал казаться игрушечным. Я открыла рот для крика, но в него ворвался воздух, и все, что получилось, – это прокашляться и промычать какие-то слова. А затем, когда земля приблизилась настолько, что мне оставалось только зажмуриться и со страхом дождаться удара и жуткой боли, что-то подхватило меня, закрутило и удержало в паре метров от каменной мостовой. Из легких будто выбило воздух. Я открыла рот и тут же закрыла его, понимая, что не могу сделать вдох.

Надо мной клубились тени. Загадочный убийца пощадил меня. Спас. Удержал за миг до смерти. Но я понимала, что для меня все еще может закончиться плохо. Вспомнился бедняга рабочий, которого тень превратила в мага жизни для того, чтобы позже выпить его душу.

Секунда, другая… Сердце сделало удар и забилось в прежнем ритме, а я наконец смогла набрать полные легкие воздуха. Тень со мной на руках полетела над мостовой дальше.

Отчаяние придало мне сил. Я вспомнила про нож. Да, запоздало. Да, не вовремя. Но вспомнила. Впрочем, достать его сейчас не было ни малейшей возможности. Я рукой пошевелить не могла, не то что забраться в карман и вытащить оружие.

А тень летела дальше. Мимо мелькали сонные дома. Я никак не могла понять, где мы находимся и куда летим, пока мой похититель не замедлил полет. И тогда, зависнув над рекой, что разделяла город быстрой синей лентой, я с ужасом поняла, что именно сейчас произойдет.

– Пусти! Пусти! – закричала я из последних сил.

Моя магия, как испуганный зверек, забилась куда-то в глубину души и теперь дрожала там, свернувшись в клубок, слишком охваченная страхом, чтобы сопротивляться.

В этот миг мне захотелось рассмеяться – дико, истерично. Я подумала о том, что, наверное, Милош был прав, когда противился моему участию в этом деле. Я никакой маг. Слабая девчонка, напуганная настолько, что не может даже кричать, уже не говоря о сопротивлении твари, которая сейчас швырнет меня в реку и будет топить, а затем, конечно же, спасет, но только ради того, чтобы спустя сутки-другие убить и забрать мою душу и силу.

– Ах! – сорвалось с губ.

Крик получился страшный, сиплый, будто меня уже рвут на части.

Тень надо мной склонилась ниже. Ее руки показались удивительно длинными. Она оскалилась, я могу в этом поклясться. А темные впадины глазниц вдруг вспыхнули светом. «Почему я? Почему?!» – подумала я со страхом.

А затем вспомнила, как мы с Горичем увидели тень в зеркале. Что, если в тот миг и она увидела нас или меня одну? Что, если в этих зеркалах таится разгадка жуткого убийцы?

Тень издала какой-то рык и рухнула вниз, прямо в холодную реку, и она сомкнула над нами свои воды. Я успела сделать глубокий вдох.

Возможно, именно вода и привела меня в чувство. В тот момент я остро поняла, что никто не поможет мне, если я сама не сделаю это. Я перестала думать о Милоше и о Николае, сконцентрировавшись только на себе самой. На том, что смогу противопоставить убийце.

Тень зависла надо мной. Она не делала попыток облегчить себе задачу, просто удерживала меня под водой и ждала, когда я открою рот, когда силы оставят меня. «Ну же, Лиза, неужели ты зря столько лет училась в академии?!» Если бы смогла, я дала бы сама себе пощечину.

Успокоившись, я перестала биться и мысленно призвала магию. Вода реки была отвратительно холодной. Страх липкими пальцами пробирался под одежду, касаясь кожи. Страх смотрел на меня глазами убийцы, а я собирала силу, понимая, что это будет единственная попытка. И если она не увенчается успехом, то…

Нож сам лег в руку. На самом деле оказалось не так уж сложно достать его. Я ощутила, как по пальцам потекла магия. Она согревала меня, придавала уверенности в себе, в то время как легкие едва выдерживали, да и я сама уже была на грани паники, когда секунда решает все. В груди горело от нехватки воздуха. Еще немного – и я сдамся. Но тень меня не получит. Не получит, и точка! Стиснув зубы, я ударила ножом по одной из конечностей тени, мысленно молясь всем богам, чтобы нож помог против бесплотного существа.

Каково было мое удивление, когда острое лезвие, наполненное силой, разрубило руку тени. Тогда, вдохновленная короткой победой, я ударила уже по второй руке, и тень исказилась. Ее морда вытянулась в удивлении, а я, ощутив свободу, отчаянно забила руками и ногами и стала подниматься наверх, к спасительному воздуху.

Секунда, другая… Время тянулось бесконечно долго. Легкие разрывало от боли, и я была на грани того, чтобы совершить глупость и открыть рот. Но на чистом упрямстве, на желании выжить, я продолжала плыть, а когда вынырнула на поверхность, закашлялась и тут же, не теряя ни секунды, рванула к берегу, заросшему высокой травой.

Когда за спиной раздался тихий всплеск, я не обернулась и лишь сильнее заработала руками и ногами, пытаясь скорее выбраться из воды. Мешал нож в руке, но бросить его я не решилась. Артефакт спас мне жизнь и, возможно, еще пригодится против того, кто сейчас был за спиной.

Когда что-то под водой схватило меня за ногу, я едва успела набрать воздуха, прежде чем снова оказалась под поверхностью. Тень была рядом. Она смотрела на меня из глубины и скалилась. Убийца не собирался так просто отпускать намеченную жертву. «Не подходи!» – подумала я и выставила нож, дернув ногой в попытке ослабить хватку тени. Но она и не подумала освободить меня. Потянула ниже, вглубь треклятой реки, оказавшейся такой глубокой. Да кто бы мог подумать, что здесь, на мою беду, не метр и не два! Я и знать не знала, насколько глубока речушка, казавшаяся мне прежде мирной и тихой.

Тень потянула снова. Она не оставила попыток утопить меня. Я задергала второй ногой, пытаясь нанести удар, но безрезультатно. А когда тень потянула меня еще глубже, к самому дну, поросшему водорослями, вода надо мной вдруг словно взорвалась. Правое плечо пронзило жуткой болью, а еще секунду спустя меня вырвало из ловушки реки на воздух.

Над головой захлопали тяжелые крылья, раздался гневный рев, и я только чудом не выпустила из пальцев артефакт, когда поняла, что лечу по небу и поднимаюсь все выше, прочь от реки и от мостовой. Прочь от тени, которая взмыла вверх следом за мной, растопырив длинные руки.

– Держись, Лиза! – раздался крик, а я закрыла глаза, чувствуя, как замерзаю, когда потоки холодного воздуха, окутывая меня, проникли сквозь мокрую одежду.

Дракон летел так быстро, что город за минуту остался позади. Оторвались мы и от тени. И когда распахнула глаза, я увидела, что впереди уже возник загон, вид которого преисполнил меня неожиданной радостью.

Над головой заворчал Альбус, и я снова закрыла глаза и открыла их уже на земле, подхваченная на руки Златаном и Филатом. Последний сразу же опустил меня на землю.

– Черт побери, Уваров, что произошло?! – рявкнул Златан, стоило Николаю, отстегнувшись от седла, сбежать по драконьему крылу вниз.

– Боги, Филат, сделай что-нибудь! Остальное объясню потом! – быстро крикнул Коля.

А я только теперь разжала пальцы и выпустила кинжал, который, возможно, спас мне сегодня жизнь. И еще до того, как целитель принялся согревать меня своей силой, я, более не держась за сознание, провалилась в темноту, радуясь лишь тому, что осталась жива.