Глава 96

Аурелия

Двое гвардейцев хватают меня руками в перчатках за бицепсы и разворачивают лицом к Дикарю и Лайлу.

— Попрощайся со своими маленькими парами. — Глубокий голос Упыря сочится мужским высокомерием. — Парни, помашите ручкой своей Регине.

Даже невзирая на мой мощный щит, Дикарь раскрывает пасть и издает могучий, оглушительный рев.

Я отступаю на шаг назад, пока он борется с моими путами, и его тело начинает трансформироваться, но совсем не так, как я ожидала. Человеческое туловище остается прежним, в то время как челюсть вытягивается в морду, полную пронзительных зубов, а все лицо обрастает полночно-черным мехом, превращая голову в волчью. Руки удлиняются, и кисти тоже принимают волчий облик, обрастая длинными острыми когтями.

На этом его трансформация резко обрывается.

Мать-Богиня. Он застрял в промежуточном облике.

Потусторонний рык вырывается из его разверзнутой пасти, и он продолжает шаг за шагом вырываться из моих защитных оков.

Словно вдохновившись этим, Лайл тоже решает отпустить контроль, и зрачки полностью затапливают его глаза. Из самой груди вырывается львиный рык.

Запаниковавшие змеи наставляют на них оружие.

— Нет! — кричу я. — Не трогайте их! Не надо…

— Достаточно, — глубокий, раздраженный голос Ксандера перерубает этот грохот, точно топор.

— Выдвигаемся, — командует Упырь.

Пока меня утаскивают прочь от истинных, вон из столовой в ночную темноту, я продолжаю выкрикивать их имена, а внутри меня зарождаются новые, неведомые прежде страх и неуверенность.

Что же я наделала?