Глава 43

Ксандер

Как обычно, вся грязная работа досталась мне. Сеять хаос — это по части Дикаря, Коса берет на себя переговоры и дипломатию, ну а я? Я не только заведую финансами нашей организации, но и отвечаю за все, что требует драконьей мощи в сочетании с толикой этикета.

Дикарь убивает без разбора. Я действую ювелирно.

Последние несколько лет мне не давали добро на то, чтобы прижать Мейса Нагу, и известие о том, что я наконец могу пустить под откос дела Короля Змей, стало для меня истинной музыкой.

Коснувшись земли позади скрытого научно-исследовательского центра, я принимаю человеческий облик и подбрасываю рюкзак, чтобы перехватить его уже рукой. Поправляю наушники. Эта хитрая модификация человеческих технологий, которую я придумал несколько лет назад, позволяет мне перекидываться из дракона в человека, не прерывая прослушивание музыки.

На мгновение я подумываю последовать примеру Дикаря и ворваться в здание, размахивая членом. Но это не в моем стиле. Вместо этого я надеваю отглаженные брюки, черную рубашку и жилет, не забыв про свою вторую любимую золотую цепочку для часов.

В конце концов, это бизнес.

Двухэтажный комплекс змей, спрятанный в тихой, зеленой промзоне, замаскирован под центр тестирования вакцин. Одно из многих благотворительных пожертвований Мейса нашим слабым человеческим друзьям. На деле же все это лишь ширма для секретной программы по сбору яда. Змеи со штрихкодами на коже приходят сюда и платят тайную десятину своему королю: у них сцеживают яд, который затем перерабатывают в оружие.

Вроде тех пуль, которыми они пытались убить моих братьев у ворот Академии Анимус несколько месяцев назад.

Здесь, словно сокровища, хранятся запасы яда стоимостью в миллионы долларов. Этот объект — ключевое звено в стратегии Мейса, и кто, как не представитель высшего вида, должен все это у него отобрать?

Завязывая волосы в хвост, я огибаю комплекс, нахожу пост охраны и отключаю камеры, направленные на задний двор. Приходится перелезть через забор и аккуратно разбить окно, но, оказавшись внутри, я обнаруживаю двух змей в тесной каморке перед восемью огромными экранами. Они резко оборачиваются, обнажая клыки, но я набрасываю им на шеи два огненных лассо и наблюдаю, как их глотки шипят и плавятся до самой смерти.

Убедившись, что черви больше не дышат, я пропускаю разряд своей силы через компьютер. Магия дракона — мощное и гибкое оружие, и мы, современные драконы, научились подчинять себе нынешних монстров. Зациклить систему так, чтобы камеры крутили одну и ту же пятиминутную запись, не составило труда.

Я достаю телефон и выбираю «I Am the Antichrist to You» группы Kishi Bashi и Nu Deco Ensemble. Шедевр, который неизменно вышибает у меня слезу. Если люди на что-то и годны, так это на музыку.

Шести минут трека должно хватить.

Когда я впервые услышал эту песню, она сразу напомнила мне о Косе: наполовину вдохновение, наполовину трагедия. Он словно ангел смерти, явившийся вершить правосудие самым болезненным способом, прежде чем вернуться в свое подземное царство. Сегодня я стану его проводником и, надеюсь, он будет мною гордиться. Он мне как старший брат, которого у меня никогда не было, и научил меня тому, чему отец никогда бы не смог.

Я выхожу из караульного поста в тусклый коридор, прикарманив их пропуска. Ночная смена выключила свет в главном проходе, но я быстро добираюсь до основного рабочего цеха. Приложив карту к считывателю, я выхожу на смотровую площадку мезонина, опоясывающую рабочее пространство размером с ангар. Платформа расположена почти под потолком, чтобы надзиратели могли видеть любого бездельника.

Я замираю, взирая на них сверху вниз. Рабочие черви в белых защитных шапочках, халатах и перчатках сгорбились над столами. Воздух настолько пропитан запахом змей и яда, что становится душно.

В стороне стоит ряд холодильников с необработанным ядом всех видов змей, обитающих в этих краях. Сетчатая коричневая змея, прибрежный тайпан, смертоносная гадюка, тигровая змея — сколько же здесь разных червей с их мерзкими выделениями.

Все это место нуждается в очищении.

Несколько рабочих замечают меня, пока я неспешно иду по платформе к холодильным камерам, проводя пальцами по стальным перилам. Оказавшись за металлическими агрегатами, я заглядываю вниз, постукивая по стали, и считаю, сколько их там.

Двадцать штук — это немало. Но далеко не все.

Большая часть товара находится под зданием, глубоко в системе подземных ходов, где змеи любят прятать свои секреты от Совета и человеческого правительства.

Платформа обрывается лестницей, ведущей на первый этаж. Огонь уже пляшет на моих пальцах, пока я спускаюсь вниз.

Завидев меня, змеи застывают, а затем начинают пятиться. Я ухмыляюсь, и из моих пальцев вырываются жгуты пламени в сторону рабочих в ближайшем ряду. Пластиковая пипетка в руках одной из них вспыхивает, женщина кричит, отбрасывая ее и отскакивая назад.

Но тут из кабинета управляющего спокойно выходит двухметровый светловолосый дракон в сером костюме. Я замираю на месте, из ноздрей тут же вырывается пар.

— Ксандер, — тянет Рагнар Фаервинг, и его зеленые глаза злобно поблескивают. — Не думал, что мне выпадет несчастье лицезреть моего… — он качает головой с заслуживающем убийства видом, — …бывшего зятя снова. Полагаю, ты пришел сюда подгадить? — Рагнар пожимает плечами. — Мы усилили охрану после твоего маленького союза с девчонкой-Костеплетом.

— Только не это, — бормочу я себе под нос.

— Ты правда думал, что твой отец не узнает? — Рагнар обводит рукой помещение, пытаясь завладеть моим вниманием. — Что он не приложит руку к такому делу?

Я считал, он сочтет это ниже своего достоинства. Он всегда учил меня, что змеи — существа низшего порядка, гниль из гнили. Лжецы, воры, предатели. Союз Дракосов с Нагами был немыслим.

Похоже, мир изменился сильнее, чем я предполагал.

— Мейс отличается от королей змей, что были до него. — Рагнар ухмыляется так, что мне хочется размозжить ему лицо. — Он понимает то же, что и мы. Он понимает истинный порядок вещей.

Внезапно раздается тонкий шипящий звук, который улавливают только мои драконьи уши. Рагнар замечает его лишь за миллисекунду до того, как горючие газы в трубках целого ряда промышленных холодильников детонируют. Рождается огненный шар, расплавленный, нестерпимо горячий, и поглощает половину лаборатории.

— Ой-ой, — произношу я с каменным лицом. — Тебе лучше заняться этим.

Рагнар рычит, и у него не остается выбора: он бежит к противоположному концу цеха, к пожарному гидранту, пока змеи с криками рвутся к запасным выходам.

Вот только я заблокировал все двери через электронику.

Я спокойно снимаю пиджак, жилет и брюки, аккуратно складываю их, чтобы не помять стрелки, и кладу на пол. Прыгаю вверх, оборачиваясь драконом прямо в полете, подхватываю одежду когтями и мощными взмахами крыльев устремляюсь к потолку, раздувая пламя. Пригнув голову, я пробиваю стеклопластиковую крышу — осколки разлетаются дождем, а приток кислорода дает огню новую силу.

Снизу доносится рык, и сердце екает: Рагнар тоже оборачивается, намереваясь преследовать меня.

Поэтому вместо того, чтобы раствориться в ночи и спровоцировать кровавую погоню, я камнем падаю вниз, принимаю человеческий облик и, жестко приземлившись, на коленках заползаю под бронированный джип. Я не считаю зазорным прятаться, когда дело касается именно этого дракона. Уверен, я бы одолел его в честном бою, но сегодня мне нужно быть в другом месте.

Мгновение спустя появляется Рагнар — массивный бордово-чешуйчатый дракон с черной головой. Он ревет в ночное небо, пытаясь меня отыскать.

Но он ни хрена не может сделать, и сам это знает. С содрогающим землю грохотом он приземляется, принимает человеческий облик и вбегает обратно в охваченное огнем здание.

Драконы — мастера устраивать пожары, но мы никогда не были созданы для того, чтобы их тушить. Наземная часть уничтожена, а хаос, связанный с попытками спасти подземные запасы, займет Рагнара, Мейса Нагу и его червей на всю ночь.