Глава 77

Каласгард

В утро их отъезда из Нордура Рей стоял в заснеженном дворе Харпы, глядя на ее дом. Словно сами боги прощались с ними, Нордур предстал во всем своем великолепии. День выдался ясным и прохладным. Морозный воздух мерцал в ярких лучах утреннего солнца.

На дальнем краю владений Харпы кружилась стайка ледяных духов. Они носились и плясали, загоняя белку на дерево и покрывая инеем корявый ствол. Силла уже попрощалась с крошечными синими существами, попросив их присматривать за Йёкюдлем. Она велела им докладывать Вигу, хотя Рей подозревал, что лишь время покажет, поняли ли они ее.

Благодаря совместным усилиям Силлы и Рея у Харпы теперь был запас дров на пять зим, наколотых и аккуратно сложенных в поленницу. Рей вычистил и отполировал внутреннюю часть ее дома, насколько хватило его умений. Перекрыл соломой крышу возле дымового отверстия и заново промазал стены свежей сосновой смолой, чтобы защитить жилище от зимних ветров. По крайней мере, Харпа была готова к холодам.

— Но Эйса не готова, — заныла Рикка.

Убедившись, что ледяные духи заняты на краю двора, Рикка впервые за долгое время выбралась наружу. Ее дымная фигура колыхалась над плечом Харпы, выпуская пар в прохладный воздух.

— Рикка права, — мрачно сказала его бабка, устремив янтарные глаза на Силлу. — Нам нужно укрепить защиту твоего разума. Не впускать Темного.

— Сага нуждается во мне, — был единственный ответ Силлы.

Когда Силла рассказала о мысленной связи со своей сестрой, Рей испытал смесь изумления и недоверия. Он никогда не слышал о подобном. И все же среди Гальдра всегда встречались редкие исключения. Любые сомнения, которые он мог испытывать, рассеялись перед железной решимостью Силлы.

— Мы должны немедленно отправиться в Копу, — настаивала она.

Если захочешь сражаться, я обнажу меч рядом с тобой, сказал ей тогда Рей. И теперь он собирался доказать, что это были не пустые слова.

Остаток дня пролетел как в тумане: нужно было разыскать воинов, которые отправятся с ними, и послать весть ярлу Хакону. Копа и прежде была частью их плана. Ресурсы и связи ярла Хакона были необходимы, чтобы устроить спасение Саги. Но теперь, когда дорога была уже совсем близко, Рей чувствовал беспокойство.

Он не любил принимать решения, руководствуясь эмоциями — именно так совершаются ошибки. Но Силлу было не переубедить. Сага была ее последней живой кровной родственницей. И, глядя на свою бабку, Рей по-своему понимал это чувство. Какими бы натянутыми ни были его отношения с Харпой, если бы она оказалась в беде, он бы все равно пришел на помощь.

И поэтому Рей смирился с подготовкой. По последним подсчетам, у них собралась группа из девяти воинов, включая Эрика, Мюр и Рунни. И, к его немалому удивлению, Кальф тоже вызвался, назначив Вига временным вождем на время своего отсутствия.

— Твой навык Ломателя Клинков все еще ускользает от тебя, — произнесла Харпа с явным недовольством. — Еще несколько недель…

— И Сага может погибнуть, — спокойно ответила Силла.

Мысли Рея уже уносились вперед, к Копе. Они укроются в крепости Пепелград, вдали от любопытных глаз Клитенаров. Оттуда начнут строить план освобождения Саги из Суннавика. А если ярл Хакон и Уппрейсна откажутся помочь… если придется собрать собственных воинов и штурмовать стены Аскаборга, Рей пойдет и на это.

Он начинал понимать, что Силла могла бы попросить его прыгнуть со скалы, и он лишь спросил бы, с какой именно. Медленная улыбка скользнула по его лицу.

— Рейнир, — проворковала Рикка, — ты ведь наверняка не поддерживаешь это.

— Я поддерживаю ее решение, — ответил он.

Рикка надулась, ее угольно-черные крылья вспыхнули.

— Но ее обучение… — начала Харпа.

— Я продолжу ее обучать, — сказал он. — Если только ты сама не захочешь отправиться с нами.

Харпа хрипло рассмеялась.

— Мое место здесь, у ткацкого станка. Ты это знаешь, Рейнир. — Но суровые черты ее лица смягчились, и она некоторое время внимательно смотрела на него. — Я буду искать ответы в нитях. Общаться с другими Ткачами. Если узнаю что-нибудь, пришлю весть.

Он кивнул.

— Мы будем держать тебя в курсе нашего местонахождения. Гида и Виг будут навещать тебя. Если тебе что-то понадобится, не стесняйся просить их.

Взгляд Харпы снова остановился на Силле.

— Боюсь, это дело рук Миркура. Он заманивает тебя в ловушку, пока твое обучение не завершено.

Силла хранила молчание.

— Если ты все же пойдешь, запомни одно: ты никогда не овладеешь своим гальдуром, пока не поверишь — в себя, в богов, в свою силу. Ты прошла долгий путь, но все еще сопротивляешься этому. Помни, Эйса: чтобы победить, иногда нужно сдаться.

Что-то промелькнуло в глазах Силлы, и Рей взял ее за руку, переплетая свои пальцы с ее и ободряюще сжимая.

Взгляд Харпы опустился на их соединенные руки.

— Ну что ж, — вздохнула она, снова встречаясь с ним глазами. — Береги себя, Рейнир. И ты, Эйса.

Рука Силлы не дрогнула, когда прозвучало ее истинное имя.

— И ты, Харпа, — сказала она, делая шаг вперед и заключая женщину в теплые объятия.

Рей едва сдержал улыбку, заметив замешательство на лице бабки.

— Спасибо тебе. За все, — сказала Силла, отстраняясь, ее глаза блестели. — Правда. Я уезжаю отсюда лучшим человеком. Ты изменила меня, и я унесу частичку тебя с собой, куда бы ни пошла…

— Хорошо, хорошо, — перебила ее Харпа. — А теперь вам пора в путь.

Пораженная тем, как быстро Харпа их спроваживает, Силла расплылась в улыбке.

— Ты будешь по нам скучать!

— Я буду наслаждаться возможностью слышать собственные мысли.

— Я буду скучать по твоей оптимистичной мудрости! — весело сказала Силла.

Харпа покачала головой, но тень улыбки все же мелькнула на ее лице.

— И ты, Рикка, — сказала Силла, поворачиваясь к дымному духу. — Я бы обняла тебя, если бы это не было риском для жизни. Будь здорова. — Она понизила голос. — Ледяные духи довольно дружелюбный народ, знаешь ли.

Рикка в ужасе оглянулась на резвящихся духов.

— Ни за что на свете, — отрезала она. Но затем она заломила свои угольные руки, и выражение муки исказило ее девичье лицо. — Береги себя, Рейнир. И ты… Трилла.

Харпа и Рикка скрылись в хижине, и Рей заметил, что Силла вытирает слезы. Боги, она и вправду плакала, из-за Харпы и угрюмого духа дыма.

— Иди сюда, — сказал он, стараясь скрыть нахлынувшее умиление. Притянув ее к себе, он начал успокаивающе поглаживать ее по спине.

— Я буду скучать по ним, — всхлипнула она ему в грудь.

— Сомневаюсь, — пробормотал он. Но от этих слов она всхлипнула лишь сильнее.

— Ты тоже будешь по ним скучать!

Он фыркнул.

— Побереги слезы. Следующим прощаемся с Вигом.

Силла взвыла, еще крепче вжимаясь лицом в его грудь.

***

Гида, Виг и Снорри ждали их у дома-щита. Рунни хмуро смотрела себе под ноги, на голове у нее красовалась ярко-красная шапка. Уголки губ Рея дрогнули. Наверняка одно из творений Гиды.

Рей подошел к своей седельной сумке и достал маленький меч в ножнах. Опустившись на колени, он протянул его Снорри.

— Не позволяй брату забивать тебе голову глупостями, Снорри, — сказал он. — Настоящий воин искусен во всех видах оружия.

С широко раскрытыми глазами Снорри принял подарок.

— Это… мне?

— Смотри не бегай с ним! — предостерегла Силла.

— Конечно, бегай, — сказал Рей, стараясь не закатывать глаза. — Что же, воин должен неспешно прогуливаться на поле боя?

— Ему двенадцать, — возразила она.

— Не слушай ее, Снорри, — продолжил Рей. — Тренируйся каждый день. И когда я вернусь, мы сразимся.

Выпрямившись, он взъерошил волосы мальчика. Тот уже обнажал клинок, проверяя остроту лезвия большим пальцем.

Гида шагнула вперед и заключила Рея в теплые, материнские объятия.

— Рада видеть, что ты наконец-то взялся за ум, парень, — прошептала она ему на ухо. — Она хорошая женщина. Смотри, обращайся с ней как следует.

К его ужасу, в горле встал комок. Боги, возможно, недуг Силлы был заразен.

— Я… постараюсь.

Гида отстранилась, ее улыбка была теплой и понимающей.

— Только не вздумай снова пропасть на пять лет, иначе мне придется самой ехать на юг за тобой. Ворвусь прямо на одно из ваших важных собраний Уппрейсны и вытащу тебя оттуда за ухо.

Рей фыркнул, представив эту картину.

— Никаких пяти лет. Клянусь. — Он замолчал. — И спасибо. За все.

Когда он повернулся к Вигу, ком в горле спустился глубже, стиснув грудь.

— Береги себя, — сказал он другу. — Держись плана. И сообщай мне о матери и детенышах так часто, как сможешь.

И о себе тоже, безмолвно добавил он.

— Само собой, — буркнул Виг, и в его глазах мелькнуло что-то нечитаемое. — Ты тоже береги себя.

Рей ответил коротким кивком.

— Ой, да прекратите вы оба! — шмыгнула носом Силла, переводя сияющие глаза с одного на другого. — Пепел, вы сейчас меня опять до слез доведете.

При виде того, как Силла расчувствовалась из-за расставания с Каласгардом, хотя когда-то так не хотела сюда ехать, Рея охватило теплое обожание. Ее перемена здесь была поразительной. Как, если уж быть честным, и его собственная. Там, где раньше жило отчаяние, теперь он чувствовал… обновление. Новую цель, наполнившую его до краев.

— Не беспокойся за Рея, — сказала Силла дрожащим голосом. — Я буду его защищать.

— Ха, а я в этом и не сомневаюсь, — поддразнил Виг, и его взгляд смягчился. — Свирепое ты создание.

— Нам так и не удалось окунуться в нордурскую ледяную купель, — сказала Силла, вытирая слезу.

— По-моему, ты уже сама устроила себе ледяную купель, — со смехом ответил Виг. — Готов поспорить, этого хватит на целую жизнь.

Силла бросилась к Вигу и крепко его обняла.

— Я буду скучать по тебе, Виг, — пробормотала она, уткнувшись ему в грудь.

Виг похлопал ее по спине, обменявшись с Реем веселым взглядом.

— Я тоже буду скучать, Силла с Юга. Продолжай искать свой робкий навык Ломателя Клинков. И присматривай за Рунни, хорошо?

— Конечно, — всхлипнула Силла ему в грудь, явно не желая отпускать.

Рей осторожно разжал ее пальцы, которыми она вцепилась в Вига, и увел Силлу за дом-щит, чтобы дать Рунни попрощаться с семьей без лишних глаз. Несколько минут Силла плакала у него на груди, а потом отстранилась и посмотрела на него покрасневшими глазами.

— Ты, должно быть, считаешь меня глупой.

— Это прекрасно, — сказал Рей, вытирая ее слезы, — когда удается выковать такую связь с другими. Никогда этого не стыдись.

Она скользнула руками к его вороту, притягивая его лицо к своему.

— Ты всегда знаешь, что сказать, — прошептала она ему в губы и медленно поцеловала.

— Обычно мне говорят прямо противоположное, — ответил он, касаясь губами влажных дорожек на ее щеках.

Ее соленые слезы обожгли язык, и ему захотелось сцеловать их все до единой, сделать так, чтобы она больше никогда не плакала.

Но какое-то движение в лесу заставило его отпрянуть и схватиться за меч. Рей вгляделся в кусты, его сердце сжалось.

— Что… — голос Силлы оборвался, когда она проследила за его взглядом.

Вместе они уставились в угольно-черные глаза сипухи, что наблюдала за ними с низкой сосновой ветви. Не было никакого смысла в том, что птица бодрствовала среди бела дня. Не было смысла и в том, что обоим казалось, будто она пришла проститься с ними. Но Рей уже начинал понимать: некоторые вещи в этом мире нельзя объяснить одним лишь разумом.

В дни после битвы с матерью-змеей Силла снова рассказала ему ту историю, которую пыталась поведать под северным сиянием. Рассказала о сове, что встретилась ей в Искривленном Сосновом Лесу. О том, как из-за этой совы она выбрала постоялый двор «Совиное Дупло» в Рейкфьорде. И сейчас Рей чувствовал не скорбь, а благодарность.

— Спасибо, — голос Рея дрогнул. — Спасибо, что привела ее ко мне. Что свела нас вместе.

Рука Силлы нашла его ладонь и крепко сжала ее.

— Может, навестишь Харпу? — сказал Рей. — Думаю, она была бы рада.

Сова моргнула и распушила перья. И с мощным взмахом крыльев сорвалась с ветки, исчезая над верхушками деревьев.

До Рея донесся затихающий голос Гиды и заявление Вига о том, что секира была, есть и навсегда останется оружием «настоящего воина». Вскоре и эти голоса стихли.

Отступив на шаг, Рей посмотрел на Силлу, дивясь тому, как сердце может одновременно быть пустым и переполненным.

Он вздохнул.

— Нам пора в путь.