Глава 71

Пир был отвратительным проявлением излишеств. Знать и королевская семья объедались, делая вид, будто остальное королевство не голодает. После затянувшихся перемен пяти блюд, бесчисленных шумных тостов в честь принцессы Ирсы, одного неудавшегося предложения руки и сердца, встреченного хохотом, и занудного выступления скальда, вперед наконец вышли медвежьи надзиратели Ивара. Сняв зверей с цепей, они вывели любимцев короля из зала.

И тогда начались драки.

Первыми вышли самые молодые воины. Они сходились и боролись на каменном полу до тех пор, пока проигравший не терял сознание или не сдавался, ударив в железный колокол. Соласы переходили из рук в руки, разносились свежие рога с элем, и толпа становилась все громче. В круг вышел принц Бьорн, и толпа безропотно разразилась одобрительным ревом, когда он встал против дрожащего мальчишки своего возраста. Не было ничего удивительного в том, что долговязого принца объявили победителем, и все же толпа ликовала так, будто не одно лишь имя принесло ему эту победу.

Наконец настало время главного зрелища. К этому моменту длинные столы были заброшены, а зрители столпились вокруг боевого круга. В воздухе звенело предвкушение.

Сага послушно наблюдала за боями, борясь с желанием выпить еще один успокаивающий кубок меда. Но Рюрик был прав. Ей нужно быть осторожной и умной. Глубоко вдохнув, она присоединилась к толпе у круга. Она встретилась взглядом с Рюриком, стоящим по ту сторону ямы; его зеленые глаза лихорадочно блестели, сам он едва сдерживал возбуждение.

Король Ивар поднял руку, и гомон голосов стих.

— А теперь, древний обычай наших предков! — прогрохотал он. — Принцесса выбрала чемпиона, который сегодня будет сражаться за нее.

По толпе пронесся шепот, а внутри у Саги все сжалось от дурного предчувствия.

Король продолжал:

— Как большинство из вас знает, быть названным чемпионом принцессы — это и честь, и испытание.

Сага метнула взгляд на Рюрика, но тот не смотрел на нее. Медленный, колючий холод разлился по ее телу.

— Этот воин должен пройти сквозь строй лучших из нас, чтобы заявить о своей победе. Милости не будет. Но если чемпион добьется успеха, он совершит то, что удавалось немногим. Он не только принесет великую славу принцессе Ирсе, но и будет почтен так, как умеем только мы, Урканцы.

Ивар повернулся к дочери, глаза его блестели.

— Что скажешь, принцесса Ирса? Выбрала ли ты чемпиона?

Желчь подступила к горлу Саги, когда ее накрыло осознание. Нет…

— Да, отец, — безмятежно ответила Ирса. — Я выбрала своим чемпионом лорда Кассандра Рюрика из королевства Загадка.

Глаза короля тут же ожесточились, и по толпе прокатился возмущенный шепот.

Рюрик, ты, баранья голова… пронеслось в мыслях Саги. В каком месте это «осторожно» или «умно»?

— Это оскорбление для всех воинов в этом зале, — пробормотал мужчина рядом. — Чужеземец сражается за нашу принцессу?

Рядом с Рюриком, Ровголод яростно жестикулировал, остальные дружинники хмурились. Но даже на расстоянии Сага чувствовала странное беспокойное напряжение, исходящее от Рюрика, пока он расстегивал свой сюрко.

— Ты уверена в своем выборе, Ирса? — спросил король Ивар, нахмурившись. — Это крайне необычно.

Но принцесса, как и Рюрик, казалась непоколебимой.

— Уверена.

На щеках Ирсы выступил румянец, пока она смотрела, как Рюрик стягивает с себя верхнюю одежду.

Саге стало дурно. Эти состязания славились своей жестокостью — она ни разу не видела, чтобы чемпион действительно выходил победителем. Чаще их неделями выхаживали после переломов и ран, если они вообще выживали. А судя по нарастающему гулу в толпе и многозначительному взгляду, которым обменялись Ивар и Магнус Пожиратель Сердец, ей стало еще хуже. Они не дадут ему выиграть.

Достаточно одного неверного движения, и с Рюриком будет покончено. От одной мысли, что с ним может что-то случиться, кровь загудела у нее в ушах. Но когда до Саги дошло, что если Рюрик погибнет, она останется здесь, без всякого спасения, весь зал будто качнулся.

— Чемпиону предстоит выстоять пять раундов! — прокричал король. — Одиночный бой в пределах круга. Без доспехов, без оружия, принесенного с собой. Бой продолжается до удара колокола или пока один из бойцов не утратит способность сражаться.

Рюрик ухватил край нижней туники и рванул ее через голову, небрежно швырнув Рову. Свет факелов заиграл на поверхности его широкой, мощной груди, на твердых мышцах, закаленных годами именно в таких кругах. Сага пыталась напомнить себе, что это его стихия. Но другая часть ее яростно спорила с его бравадой и безрассудством. Что, если он взял на себя больше, чем может выдержать? Что, если он не выйдет из этой ямы?

Запрыгнув в круг, босой, с обнаженным торсом, Рюрик начал мерить его шагами, как зверь в клетке. Сердце Саги заколотилось в бешеном ритме.

— Первый противник, — проревел король Ивар, — Сида Копьерукая!

Толпа взревела, расступаясь перед бледной черноволосой женщиной, облаченной в боевые кожаные доспехи. Закрепив длинные толстые косы на макушке, Сида пожала Рюрику протянутую руку. Соперники разошлись по противоположным сторонам круга. Соласы снова переходили из рук в руки. Кубки и рога наполнялись заново. Король поднял свой кубок, и шум стих.

— Сколь! — произнес Ивар.

И бой начался.

Рюрик и Сида закружили по кругу, как два хищника, выжидающе изучающие друг друга. Хотя на стороне Рюрика были рост и грубая сила, движения Сиды оставались текучими, словно вода. Толпа быстро начала раздражаться, выкрикивая свое недовольство.

— Хватит плясать! — взревел мужчина рядом с Сагой.

Со скоростью змеи, Сида ринулась вперед, осыпав Рюрика чередой стремительных ударов руками и ногами. Он резко пригнулся, уклоняясь от кулака, но тяжелый удар пришелся ему в ребра. Пользуясь его секундным замешательством, Сида тут же нанесла мощный удар ногой в голову.

Рюрик чудом успел отшатнуться, каким-то образом удержав равновесие. И все снова вернулось к прежнему. Воины вновь начали кружить, и толпа разочарованно загудела.

— Достань его, Сида! — прорычал кто-то неподалеку.

Сага внимательно следила за Сидой. Ее движения были сильными, но гибкими, и она не боялась идти в атаку первой. И когда они в очередной раз обошли круг, Сага все поняла.

Сида и не должна была победить. Ее задачей было измотать Рюрика.

Вскоре оба были покрыты потом, и рисунок боя повторялся снова и снова. Сида нападала, Рюрик отступал. И танец начинался заново. Казалось, Рюрик пытается использовать ту же тактику, что Сага видела в гарнизоне — вывести соперницу из равновесия, заставить ее ошибиться. Но Сида оставалась слишком хладнокровной для этого. Рюрику нужно было сломать этот ритм. Втянуть ее в ловушку и нанести один решающий удар.

Не успела Сага решить, что делать с этим знанием, как с ее губ сорвался сдавленный вдох. Нога Сиды метнулась вперед. Рюрик среагировал на долю секунды позже. Удар с глухим стуком пришелся в ребра и отбросил его назад. Сида тут же пошла в атаку, и следующий удар снизу заставил его голову резко откинуться. Пошатнувшись, Рюрик схватился за бок и сплюнул кровь.

Сага прижала ладонь ко рту. Его ребра. Те самые, о которых он говорил, что они только начали заживать.

Толпа взревела, почуяв слабость.

— Тоже мне чемпион, — процедил мужчина слева. — Сида вынесет его в первом раунде.

Сердце Саги грохотало. Она подумала об Ане, о том, как забирала ее боль. Могла ли она сделать это для Рюрика? Дать ему хоть малейшее преимущество? Но ей так и не удавалось найти нить мыслей Рюрика, а значит, не за что было ухватиться. Похоже, этот бой ему придется выиграть самому.

У Саги закружилась голова, когда Сида снова рванулась вперед и выбросила ногу.

Удар, завершивший бой.

Так оно и вышло, вот только по Рюрику он не попал. Бросившись вниз, Рюрик перекатился под прыгнувшей Сидой. Его нога резко взметнулась вверх, подсекая ее голени. Она рухнула на пол, выбросив руку вперед.

По залу разнесся влажный хруст сломанной кости. Рука приняла на себя вес тела, а следом о камень ударился ее череп.

В зале воцарилась тишина.

Сага затаила дыхание, считая удары сердца. Но Сида не поднялась.

— Победитель — Рюрик! — прокричал король, и толпа ответила свистом и недовольным ревом.

Рюрик выпрямился так, будто его ребра вовсе не болели. Их взгляды встретились, и Сага уставилась на него в изумлении. Он… неужели он только что?..

И в этот миг Сага поняла, что недооценила Кассандра Рюрика. Первые пропущенные им удары были не слабостью, они были расчетом, способом изучить противницу. Он дал ей увериться в преимуществе… а затем использовал ее собственный ритм против нее.

Похоже, этот неотесанный мужчина куда умнее, чем кажется.

Сага почувствовала, как на губах появляется улыбка. Она медленно покачала головой и решила, что еще один кубок меда ей сейчас просто необходим.

***

Рюрик быстро доказал, что у него куда больше приемов в запасе. С каждым новым противником он менял тактику. Одного уложил за считаные секунды, другого — лишь спустя без малого три четверти часа. Он использовал толпу себе на пользу, нарочно выводил противников из себя и сеял вокруг хаос, чтобы сбить их с толку.

Но Рюрик все же был лишь человеком, и по мере того, как поединки продолжались, силы его иссякали. Он все чаще пропускал удары — в челюсть, в ребра, в колено, — сжимая зубы до скрежета. И все же не сдавался. С каждой новой схваткой толпа становилась все яростнее, и жажда его крови только росла.

— Победа за Рюриком, — рявкнул король после четвертого поединка, и на его лице ясно читалось раздражение. Толпа взвыла, изрыгая проклятия. Соласы снова пошли по рукам, воины рвались в круг, требуя выпустить их в бой.

Ров вытирал пот со лба Рюрика, быстро говоря что-то на загадкианском.

— Пятый раунд, — проревел король Ивар, — против Торира Великана!

Толпа впала в пьяное неистовство, расступаясь перед неторопливо идущим в круг Ториром. Сага тяжело сглотнула. Конечно, это будет Торир — непобежденный в этом самом круге. Она окинула его взглядом: руки толщиной с древесные стволы, плечи широкие, как у медведя. Он был крупнее и значительно сильнее Рюрика. Сага уже видела, как он сражался, как его смертоносный удар раскроил не один череп. Торир умел держать удар как никто другой. И хотя в разговоре мог показаться тугодумом, в бою он был кем угодно, только не им. Круг был его стихией.

Новая волна тошноты накрыла Сагу, когда она увидела, как Рюрик разминает плечи. В глазах загадкианца горел безумный блеск. Торир шагнул в круг, льняная нижняя рубаха туго натянулась на его широкой груди.

Толпа стихла, и каждый взгляд в зале устремился на двух мужчин в круге.

— Наконец-то прислали красного тролля, — сказал Рюрик с ехидной улыбкой.

Торир зарычал.

Король поднял кубок.

— Сколь!

И битва началась. Торир не стал терять времени и сразу бросился вперед. Но Рюрик увернулся. Торир атаковал снова, и снова Рюрик ускользнул.

— Сражайся, трус! — прорычал Торир, нанося мощный удар.

Рюрик перекатился под его кулаком и ловко вскочил в низкую стойку.

— Маленькая напуганная девчонка, — продолжал Торир. — Сражайся как мужчина.

— А может, я хочу драться как девочка, — весело отозвался Рюрик, вновь начиная кружить. — Это не так оскорбительно, как ты думаешь.

Толпа взвыла, требуя крови. Сага стиснула руки в перчатках так крепко, будто хотела раздавить собственные пальцы. Она не могла смотреть, и все же не могла отвести глаз.

— Иди сюда, — прорычал Торир.

— Сам иди, — отозвался Рюрик.

— Трус!

— Осторожнее, человек-тролль, — насмешливо сказал Рюрик. — Похоже, ты злишься.

Торир ринулся на него с яростью взбесившегося быка, толпа взревела, а сердце Саги ухнуло вниз. Торир замахнулся. В движении столь стремительном, что она едва его уловила, Рюрик перекатился под его кулаком, оказался за спиной великана и запрыгнул ему на спину.

Его руки сомкнулись на толстой шее Торира, ноги обхватили поясницу. Торир бешено закрутился, из его горла вырывался свистящий хрип. Но хватка Рюрика не ослабевала, он держался, несмотря на попытки сбросить его.

Толпа взвыла от ярости, но в груди Саги вспыхнула надежда. Возможно, он сможет… Рюрик мог закончить все сейчас и уйти невредимым, а завтра все пойдет по плану.

Но все не могло быть так просто.

Торир резко повалился назад, обрушиваясь на Рюрика всем своим весом. От тошнотворного шлепка голой спины Рюрика о камень, у Саги перехватило дыхание. Оба воина лежали, тяжело дыша: Торир Великан сверху, судорожно хватая воздух, а Кассандр Рюрик — под ним, оглушенно моргая. Но в следующий миг Торир перевернулся и обрушил кулак вниз.

Рюрик откатился, и удар, способный убить, прошел в считаных пальцах от цели. Кулак врезался в камень, и Торир взревел от боли. Рюрик уже был за ним, резко дергая и перекручивая его тунику. Быстрым движением он вывернул руки великана за спину, стянув их тканью его же одежды.

— Видишь, здоровяк, сила — не единственное, что важно. То, чего мне не хватает в росте, я компенсирую умом. — И тут Рюрик отвесил Ториру звонкую пощечину. — Вот почему я считаю за честь… как это сказать… сражаться как девчонка.

Боги, как же толпа это возненавидела. Их ярость могла соперничать лишь с яростью самого Торира. Его лицо стало краснее волос, и он издал оглушительный рев. В следующий миг воздух прорезал резкий треск ткани — Торир вырвался из рубахи.

Рюрик отступил на шаг, сплевывая кровь и заново оценивая противника. Но Сага заметила то, что он пытался скрыть: напряженную челюсть и глубокую морщину, когда он вдохнул. Он поднялся с пола не без вреда для себя.

Подстегнутый ревом толпы, Торир пошел в атаку. Рюрик уклонился от одного удара, затем от второго. Но третий пришелся в левый бок, в ребра, и отбросил его назад. Он быстро пришел в себя, выбросил кулак, и тот с громким треском врезался Ториру в челюсть.

И в этот момент Сага заметила вспышку серебра.

— Клинок! — вскрикнула она, перекрывая рев толпы.

Рюрик повернулся с нечеловеческой быстротой, рука молнией метнулась вперед. В зале воцарилась странная тишина, когда все увидели это.

В руке Кассандра Рюрика был зажат эфес кинжала, а лезвие застыло в одном пальце от его лица.

Сага моргнула. Потом еще раз. Неужели он только что поймал кинжал прямо в полете? Это было невозможно…

— Ай-яй-яй, — укоризненно сказал Рюрик, отбрасывая кинжал в сторону. Тот со звоном упал на камень. — Никакого оружия.

— Это не я, — сказал Торир, переводя взгляд с ножа на него.

— Знаешь, что это значит, тролль? — усмехнулся Рюрик. — Это значит, они не верят, что ты справишься сам.

Толпа загудела и завыла еще яростнее, а Сага быстро огляделась, не блеснет ли где-нибудь еще один клинок.

Рюрик широко развел руки.

— Давай, Торир. Я дам тебе секунду форы.

Губа Торира дернулась, мясистые руки сжались в кулаки.

— Мне не нужны подачки, чтобы прикончить тебя, кунта. Я с удовольствием выбью зубы из твоей смазливой рожи. Посмотрим, как будет умничать твой язык, когда ты не найдешь его среди осколков собственного черепа.

Толпа взвыла от восторга, их надежда вспыхнула снова, пока двое мужчин опять начали кружить друг против друга. Но затем, с неожиданной быстротой, Торир подхватил кинжал, проходя мимо него.

Глаза Рюрика сузились.

— Вот о такой чести ты говоришь, тролль?

— Преимущество того, кто здесь дерется годами, — прорычал Торир, — в том, что я знаю правила. Ни один боец не может принести клинок в круг. Но этот, — он взмахнул кинжалом, — никто из нас не приносил.

Сердце Саги подпрыгнуло к горлу. В тот же миг кинжал рассек воздух, а Торир бросился на Рюрика. Всякая честь и правила исчезли без следа. Осталась только бойня. Они сцепились, и Рюрик сдерживал клинок одной лишь силой воли. Но его левая сторона уже ослабла, кровь текла из уголка рта, а в чистой силе Торир всегда будет сильнее.

Рюрик бил по предплечью Торира, пытаясь выбить клинок. Но крупный воин внезапно сменил угол атаки, и лезвие полоснуло Рюрика по правому плечу.

С криком боли Рюрик рванул головой вперед, его лоб с влажным хрустом врезался Ториру в нос, а затем он каким-то нечеловеческим прыжком перемахнул через противника. Прежде чем Сага успела осознать невозможность увиденного, Рюрик приземлился позади Торира и мощным ударом ноги подсек его под колени. С толчком от Рюрика Торир рухнул на пол так тяжело, что содрогнулся весь круг.

Толпа стихла, когда огромный воин остался неподвижно лежать. Двое мужчин бросились внутрь и перевернули его на спину. Из живота Торира торчала рукоять кинжала, и его рука все еще сжимала ее.

В зале повисла мертвая тишина. Голубые глаза Торира были широко раскрыты на покрасневшем лице, кровь сочилась вокруг рукояти. Рюрик поднял колокол и вложил его в ладонь великана.

И тогда произошло немыслимое.

Торир Великан ударил в колокол.

— Целителя! — хриплый голос Ивара прорезал молчание. Он вошел в круг, опустился на колено рядом с Ториром и подал ему кубок эля. — Ты сражался достойно, Великан. И будешь жить, чтобы сразиться снова. Пусть целитель вынет клинок.

Когда король Ивар выпрямился, его суровый взгляд встретился со взглядом Рюрика. Долгое мгновение он молчал, будто пережевывая слова, которые не хотел произносить.

— А ты, чемпион, — сказал он с явной горечью, — ты тоже сражался достойно.

Его голос стал громче, когда он повернулся к толпе.

— Много лет минуло с тех пор, как в этом круге короновали чемпиона. Поднимем чаши за воинов, доблестно сражавшихся этой ночью.

По залу поднялись кубки, рога и чаши.

Ивар снова повернулся к Рюрику.

— И поднимем чашу за нашего нового чемпиона, лорда Кассандра Рюрика, из королевства Загадка!

Толпа недовольно загудела и, пропуская двух воинов, расступилась в дальнем углу.

— И этой ночью, лорд Рюрик, — продолжал король, — нас ждет особая церемония. В честь совершеннолетия принцессы. Сегодня тебе будет оказана честь, которой удостаивались лишь единицы из самых почитаемых мною людей.

Сага нахмурилась, разглядывая небольшой сундук, который несли двое воинов. Они спустились по ступеням в круг и откинули крышку.

Король Ивар опустил в него руку. Вытащил предмет и поднял так, чтобы увидели все.

Сага отшатнулась, и сердце взмыло к горлу. Хватая ртом воздух, она пошатнулась, пробираясь прочь из толпы. Комната поплыла, стены будто сжимались вокруг нее.

Вон! взвыл разум. Бежать. Выход. Нужно выбраться.

Ее пальцы нащупали холодную каменную стену. Она двинулась вдоль нее. Взгляд метался от одного выхода к другому, в ушах звучали слова Торира.

У каждой двери стоят люди, которые не дадут вам выйти.

Дышать. Она не могла дышать. Но вдруг увидела дверной проем, ведущий во внешний двор. Каким-то чудом там никого не было. Сага двинулась вдоль стены, пытаясь заглушить весь шум. Но когда она, пошатываясь, вырвалась через дверь в прохладную ночную тьму, голос короля догнал ее.

— Этой ночью, лорд Рюрик, тебе будет оказана честь испить из черепа короля Кьяртана.