Глава 60

Малла и Марра начали свое Восхождение, заливая лунным светом мощеные улицы Каласгарда. Силла следовала за Реем к медовому залу. Вокруг стояла такая тишина, что казалось, будто весь город затаил дыхание.

И Силла затаила свое вместе с ним. Ей предстояла встреча с Уппрейсной — с такими же, как она сама. Она должна была открыться и рассказать им о пещерах, о том, что там увидела. Сердце бешено колотилось в груди и отдавало в висках. К счастью, яд уже покинул ее тело, хотя легкое головокружение все еще напоминало о себе.

События после ее пробуждения закрутились вихрем. Она пересказала Харпе и Рею все: и про пещеру у подножия Йёкюдля, и про змеиных детенышей, и про расщелину, и про тот странный, зловещий голос.

— Темные нити… эта магия хаоса, — пробормотала Харпа, проверяя пульс на запястье Силлы. — Все это куда мрачнее, чем мне показалось сначала. Не возвращайся туда одна.

— Сегодня вечером собрание Уппрейсны, — сказал тогда Рей. — Мы могли бы привлечь Гальдра на нашу сторону…

— Я расскажу им, что видела, — сказала Силла, откидывая меха и поднимаясь с постели. Она вытащила из кармана застежку от плаща Вали и протянула ее Рею. — И покажу им это.

— Расщелина, — прошептала Харпа, бросив взгляд на свое полотно. — Магия хаоса… ледяные духи… темные нити. Все это должно быть связано. Расщелина может быть источником змеев.

— Мы закроем ее, — заключил Рей.

— Я пойду с вами, — твердо заявила Силла. — Вам нужен тот, кто видел этих тварей. Кто знает вкус их яда и помнит, где именно находится разлом.

Она видела, как Рей борется со своим желанием защитить ее, и боялась, что он снова скажет «нет». Но он проглотил свои опасения и кивнул.

Но сначала медовый зал. Силла собиралась довести дело до конца. Тело покалывало от предвкушения, но в животе все сжималось от страха. Только не она, — стучало в голове. Не готова. Но она вспомнила Сагу в том замке, вспомнила мертвые тела Вали и Астрид в глубине пещеры.

Готова она или нет, пришло время стать Эйсой.

— «Расколотый череп»? — переспросила она, скорчив гримасу при взгляде на вывеску. — Название едва ли вызывает жажду.

Рей постучал в дверь.

— Полагаю, ты бы назвала его как-нибудь возмутительно радостно. «Приют у домашнего очага». — Он замялся. — Зная тебя, уверен, там было бы какое-нибудь животное. «Пенная лисица»…

— «Веселая Курица»! — радостно подхватила Силла.

— Ни один воин в здравом уме не зашел бы в подобное заведение, — проворчал Рей, искоса взглянув на нее. — Ты справишься, Солнышко. Только старайся не болтать лишнего.

Едкий ответ Силлы был прерван, когда дверь медового зала приоткрылась, явив пару синих глаз.

— Гальтунг, — раздался глубокий мужской голос. — Вечность тебя не видели.

— И то правда, — отозвался Рей. — Рад встрече, Эрик. Я привел гостью, за которую могу поручиться.

Дерево проскрежетало по камню, дверь распахнулась шире, и перед ними предстал широкоплечий блондин. Взгляд Силлы упал на хеврит, который тот крепко сжимал в кулаке, и она прикусила внутреннюю сторону щеки.

— Это Силла, — представил ее Рей. — Силла, это Эрик.

Эрик не ответил на ее улыбку.

— Она не из местных.

— Нет.

— И тебя не было в этих краях сколько… восемь лет?

— Пять, — хмуро бросил Рей.

— Странно, что ты возвращаешься спустя столько лет с какой-то незнакомкой, как раз когда вокруг творятся подозрительные дела, — произнес Эрик, снова смерив Силлу взглядом. — Мне это совсем не нравится. Но решать Кальфу.

К счастью, Эрик отступил, позволяя им войти в «Расколотый череп». Силла последовала за Реем в медовый зал, и все взгляды тут же обратились к ним.

— Двое следят за входом: Эрик у двери и еще один в тени на улице, — вполголоса пояснил Рей, кивнув в знак приветствия какой-то хмурой женщине. — Если возникнут проблемы, здесь есть задняя дверь и подвал под стойкой с туннелями для отхода.

Заметив беспокойство на лице Силлы, Рей добавил:

— Беда никогда не приходила в Каласгард.

Но она услышала то, что осталось невысказанным. Беды случались в других местах. Ведь это собрание было запретным. Люди в этой комнате не просто жили в подполье, они активно замышляли заговор против короля Ивара. Внезапно подозрительность Эрика показалась ей вполне оправданной.

Как и во всех медовых залах, ряды пиршественных столов тянулись от края до края, а запах эля смешивался с древесным дымом и мочой. Железные светильники отбрасывали дрожащий свет на суровых воинов. Силла прикинула, что их было десятка два. Она помахала Вигу и Рунни, но Рей повел ее мимо них к передней части зала.

В центре длинного стола сидел рослый воин. Его блестящая лысина резко контрастировала с густой черной бородой, закрывавшей челюсть. Он смотрел на Силлу суровым, пронизывающим взглядом, будто взвешивал каждую мелочь. Это, должно быть, и был Кальф. Ее взгляд скользнул левее, остановившись на бледнокожем воине с единственной белой прядью в черной бороде. Она сразу его узнала — это был Хеф, тот самый, что принес Фрейдис в дом Харпы. Тот самый Хеф, чей брат Кетиль напал на нее с топором.

— Кальф, — деловито сказал Рей, подтолкнув Силлу вперед. — Это Силла. Я за нее ручаюсь.

По обе стороны от Кальфа и Хефа на скамьях сидели воины, и все они смотрели на нее с явным недоверием.

— Рада встрече, — выдавила она.

Кальф бросил на Рея тяжелый взгляд.

— Почему ты так долго не объявлялся, Гальтунг? Говорят, ты здесь уже несколько недель.

— Я не хотел проявить неуважение, — осторожно ответил Рей. — Моя личность была раскрыта, и мне пришлось скрываться.

— Забавно, — желчно вставил Хеф, — что в письме, которое Виг доставил нам, о тебе нет ни слова. — Он достал кусок пергамента и медленно зачитал: — «Жилье для одной гальдры. Несущей Пепел».

У Силлы вспотели ладони. Она переводила взгляд с Кальфа на Хефа. Это больше походило не на встречу, а на допрос.

— Слишком много странных событий произошло с твоего приезда, Гальтунг, — произнес Кальф. — И вот ты стоишь перед нами и лжешь…

Рей неловко переступил с ноги на ногу.

— Я не сказал ни единого слова неправды…

— Полуправда ничем не лучше лжи, Гальтунг, — выплюнул Кальф. — Объяснись. И начни с Кетиля.

Рей прочистил горло.

— Он напал на Силлу, и я был вынужден его остановить.

Тяжелый взгляд Кальфа остановился на Силле, брови его сошлись на переносице.

— И с чего бы ему это делать? Я знаю, что Кетиль не был самой острой секирой, но даже у него должна была быть причина.

Сердце Силлы забилось чаще. Настал момент раскрыть, кто она такая. Но слова застряли в горле.

— Силла видела змеев, — сказал Рей, явно пытаясь сменить тему. — Обнаружила пещеру под Йёкюдлем, где гнездятся детеныши. Мы пришли просить помощи, чтобы уничтожить их, пока они не посеяли хаос на севере.

Кальф сделал большой глоток эля, вытирая пену с усов.

— Теперь их уже несколько? Ты головой не ударялся, Гальтунг? Говоришь прямо как Седые Пряди.

— Рей говорит правду. — Силла полезла в карман и вытащила застежку от плаща Вали. — Я нашла это в пещере под Йёкюдлем перед тем, как за мной погнались ледяные змеи вдвое больше меня.

Кальф смерил Силлу холодным, тяжелым взглядом, после чего снова посмотрел на Рея.

— И ты ждешь, что мы поверим, будто эта девчонка дала отпор… змеям?

Силла возмущенно скрестила руки на груди:

— Я видела двадцать зим, что вообще-то делает меня взрослой женщиной.

— Не совершай ошибки, недооценивая ее, Кальф, — низким голосом произнес Рей. — Я и сам совершил ее при нашей первой встрече, и она уже не раз доказала, что я ошибался.

Глаза Кальфа сузились, пока он изучал Силлу.

— Откуда ты?

Сейчас. Ей нужно раскрыть себя прямо сейчас. Но все нутро восстало. Только не она, не она! кричало сознание.

— Скарстад, — это было все, что Силла смогла из себя выдавить.

— Что привело тебя в эти края?

— Безопасность. Убежище от Клитенаров.

Кальф забарабанил по исцарапанной поверхности стола толстыми пальцами.

— Нажила себе проблем с Когтями Короля, да? И что же, сбежала со столба?

— Можно сказать и так.

Перед глазами вспыхнул образ размозженного черепа командора Вальфа, и к горлу подступила тошнота.

— И ты проделала путь от Скарстада до Каласгарда совсем одна? — в глазах Кальфа читалась насмешка.

— Мне помогли, — раздраженно бросила она.

— Она тренируется у Харпы, — вмешался Рей.

Это откровение, казалось, удивило Кальфа.

— Я думал, Харпа больше не берет учеников.

— Силла особенная. Харпа была заинтригована.

Светловолосый воин оперся бледным локтем о стол.

— И каков твой дар, милая?

— Несущая Пепел, — резко ответил Рей. — И уверяю тебя, Раннвер, в ней нет ни капли милого.

Мужчины за длинным столом усмехнулись. Все, кроме Кальфа.

— Нам потребуются доказательства того, что ты действительно одна из нас.

Поймав ободряющий взгляд Рея, Силла сглотнула.

— Мой гальдур бывает застенчивым, — попыталась она отшутиться. Но воины перед ней не выглядели веселыми. Со вздохом Силла потянулась к своему источнику и с мягким выдохом втянула силу в свои вены.

По залу пронесся ропот, когда ее предплечья похолодели и начали переливаться волнами ярко-белого света.

— Я только учусь, — сказала Силла, и ее дыхание превратилось в иней. — Подготовка дается мне легко, но само выражение… Она закрыла глаза, стараясь расслабиться. Но все смотрели на нее, и ей уже следовало назвать свое имя. И как они собираются сплотить этих воинов вокруг своего дела …

Когда она открыла глаза, перед ней дрожала слабая сфера, которая быстро рассыпалась осколками кристаллической изморози.

— Признаю, я никогда не видел умений Несущего Пепел в таком исполнении, — произнес Кальф. — Но трудно поверить, что с этим ты смогла противостоять какому-то существу.

Силла вернула гальдур обратно в сердце, стряхивая холод с ладоней.

— Как я и сказала, он робок. Похоже, моим умениям нужно время, чтобы окрепнуть.

Кальф бесстрастно наблюдал за ней.

— Как вышло, что ты видела двадцать зим, а осваиваешь гальдур только сейчас? Зим на десять поздновато, я бы сказал.

— Харпа отправила Силлу на Йёкюдль в качестве тренировки, — пояснил Рей. — Она нашла пещеру и наткнулась на потомство тварей. Они подходят под описание Бьяллы Седые Пряди…

— Ты веришь бредням безумца? — фыркнула воительница. Ее темные глаза и смуглая кожа выдавали в ней близкую родственницу Кальфа. Сестра или племянница, догадалась Силла.

— Да, Мюр, — холодно ответил Рей. — Верю. Мы просим полдюжины воинов, чтобы помочь нам выследить змеенышей.

Его просьбу встретила глухая тишина.

— Ты так и не сказал, какого черта притащил сюда свою жалкую задницу, Гальтунг, — прорычал Хеф. — И почему мой брат лежит в сырой земле.

— Клитенары, — проворчал Рей после долгой паузы. — Мне пришлось раскрыть себя, и теперь повсюду висят листовки с моим лицом. А твой брат, — он впился взглядом в Хефа, — попытался подзаработать легких денег.

Хеф нахмурился, но Кальф остался невозмутим.

— Виг сказал, тебя выманили из дома-щита, — произнес Кальф. — А значит, ты снова кормишь нас полуправдой, Гальтунг. Кетиль охотился за ней, верно?

Скажи это, подстегивала себя Силла. Я — Эйса Вольсик. Но внутри все застыло, как у перепуганного оленя.

— И трупы, найденные на кладбище несколько дней назад. Кормящие Волков, если не ошибаюсь. Они ведь тоже явились за ней, а, Гальтунг? — спросила Мюр.

Рей стиснул зубы, но не ответил.

— Ну и дурак же ты, — прорычал Кальф. — Что ты наделал, Гальтунг? Зачем привлек такое внимание к нашему углу королевства?

Боги, они клевали его, как вороны клюют мертвечину. А он стоял и терпел. Защитник. Он был защитником. А она поклялась заботиться о нем.

— Хватит! — воскликнула она. — Вы правы. Кетиль охотился за мной. И Кормящие Волков тоже.

Все взгляды обратились к ней. Сердце Силлы бешено колотилось, ладони стали влажными от пота. Только не она, вопило все внутри. Но она заставила себя вспомнить тех змеев, вспомнить Вали и Астрид. Она должна была помешать этому случиться снова. Сапог Рея коснулся ее ноги, и она почувствовала его поддержку. Почувствовала, как он придает ей сил, как делал это всегда. Пришло время сдаться.

Пришло время принять свою правду.

Она закрыла глаза. Глубоко вдохнула.

— Я — Эйса Вольсик.

Слова прозвучали одновременно громко и тихо. Но, прежде чем сомнения успели закрасться в душу, Силла начала свой рассказ.

Она начала со Скарстада. С Маттиаса — Томаса для этих людей. Рассказала о Рейкфьорде, о том, как залезла в повозку Рея, о безумной погоне Скраеды. К тому времени, как она дошла до событий в Скутуре и того, как узнала свое настоящее имя, в зале воцарилась абсолютная тишина. Силла продолжала, говоря о Копе и Истре, о том, как они с Реем бежали в Каласгард.

— Так что, как видите, — закончила она, — у нас не было другого выбора.

В глазах одних она видела недоверие и настороженность, в глазах других — изумление. И она прекрасно их понимала: Эйсу Вольсик давно считали мертвой. Это было так же очевидно, как то, что небо голубое.

— Я и сама не поверила, когда мне впервые об этом сказали, — Силла хрипло рассмеялась. — Честно говоря, до сих пор не могу это принять. Но есть слишком много вещей, которые я не могу объяснить. Ложь моего отца и его мастерство владения мечом. Мой шрам… — Она коснулась метки в виде полумесяца у глаза. — И то, что всю жизнь мне снилась сестра, Сага.

Силла видела, что многие все еще сомневаются.

— Я рассказала свою правду, и это все, что я могу. Если вы мне не верите, я больше ничего не смогу сказать, чтобы убедить вас. Но разве это имеет значение? Я могла бы быть летающей кошкой, это не изменит того факта, что ваше северное убежище больше не является той тихой гаванью, какой вы его хотите видеть.

Кальф бросил на нее острый взгляд, но она продолжала:

— Хорошие люди уже погибли из-за этих тварей, и никто пальцем не пошевелил, кроме Рея. Он исходил всю эту богами проклятую гору в поисках следов, по локоть рылся в помете и даже соорудил нелепую ловушку, чтобы поймать эту тварь.

— И Виг! — выкрикнул Виг из глубины зала.

— И Виг Отважный, — добавила она с улыбкой, прежде чем снова нахмуриться, глядя на воинов вокруг Кальфа. — Верите вы моей истории или нет. Можете и дальше лелеять свою ядовитую неприязнь к Рею, если вам так угодно. Но если кто-то хочет сделать хоть что-то, чтобы защитить Каласгард, я буду за тем столом, ждать, чтобы рассказать все, что знаю.

С этими словами она развернулась, увлекая Рея за собой. Он обнял ее за плечи и притянул ближе.

— Ты молодец, — прошептал он ей в волосы.

Когда они сели на скамью рядом с Вигом и напротив Рунни, Силла заметила их улыбки.

— Нужно сильно постараться, чтобы заставить Кальфа замолчать, — с кривой усмешкой заметила Рунни. — Это было впечатляюще.

— Не слишком? — спросила Силла, оглядывая зал. — Я не была слишком резкой?

Воины сбились в кучки, многие бросали в ее сторону подозрительные взгляды.

— Резкой? — поперхнулся Виг. — Твоя «резкость» не страшнее козы Хельги. — Поймав свирепый взгляд Силлы, он продолжил: — Впрочем, время покажет. Как ни печально, гальдра иногда бывают похожи на овец. Им страшно отбиться от стада. Но если один свернет с пути, другие могут последовать за ним.

— Ты не должна думать о них плохо, — добавила Рунни. — Страх может заставить даже самого могучего воина почувствовать себя маленьким.

Силла вздохнула.

— По крайней мере, я сделала все, что могла, чтобы убедить их…

Она замолчала, когда на скамью рядом с Рунни опустилась массивная фигура. Силла уставилась в ледяные синие глаза воина.

— Хеф, — прохрипела она. Его брат лежал в холодной земле из-за нее. Жаждет ли он мести? Хочет ли ее жизни в уплату за жизнь Кетиля?

Хеф скрестил руки на столе, наклоняясь ближе. Его глаза были подобны холодной стали.

— Мой брат был сопливой кунтой, опозорившей нашу семью. Я должен принести тебе извинения.

— Я… — Силла потрясенно моргнула. — Позволь выразить мои соболезнования по поводу Фрейдис?

В полумраке медового зала глаза Хефа блеснули.

— Лучше расскажи мне, что ты видела в той пещере, Ваше Высочество.