Глава 30

Каласгард

Рей был благодарен не по сезону прохладному утру, пока разламывал экскременты тупым лезвием. Он слишком хорошо знал, как проходит подобное занятие под палящим летним солнцем. Отсутствие жары и тот факт, что навозу было уже несколько недель, почти полностью избавлял от запаха.

— Почему у меня чувство, что ты делаешь это не в первый раз, Гальтунг? — проворчал рядом Виг.

— Не в первый, — Рей поймал себя на том, что ответил. — Радуйся, что оно старое и сухое.

Накануне они разошлись на плохой ноте, и Рей вполне ожидал, что Виг оставит его разбираться с этой мерзкой работой в одиночку. Поэтому, когда утром Виг проехал через защитные рубежи, Рей испытал и облегчение, и невольное уважение. Теперь между двумя мужчинами висело хрупкое подобие мира. Такое, которое легко разбить одним неосторожным словом.

Хотел он того или нет, Рей был рассеян, его мысли снова и снова возвращались к словам, которые Виг бросил в гневе.

Я вижу, как ты на нее смотришь. Можешь отрицать сколько угодно. А можешь получить ее…

Боги, неужели его мысли так ясно написаны у него на лице? Рей надеялся, что нет. Потому что сегодня утром, глядя на нее через длинный стол, он представлял, как сметает посуду и срывает с нее тунику и штаны. Как раскладывает ее перед собой и изучает ее тело языком…

Он моргнул, отгоняя мысль. Она не предназначена для такого мужчины, как он, человека, пропитанного тенями и кровью. Рей понял это задолго до того, как узнал ее настоящее имя. Но известие, что Силла — это Эйса Вольсик, лишь укрепило это понимание. Эйсе нужен партнер с политическим весом, кто-то со знатным домом и положением. И у Рея было больше чести, чем у Джонаса. Он сделает то, что лучше для нее, а не станет брать по собственной прихоти.

Рей заставил себя сосредоточиться на деле. Виг раскрошил кусок в перчатках, вытаскивая из него свалявшуюся шерсть и несколько осколков костей и сложил находки к остальным.

— Судя по шерсти, копытам и фрагментам костей, мне уже ясно, что эта тварь сожрала стадо, — сказал Виг. — Нам обязательно продолжать?

— Да, — твердо сказал Рей, откалывая более плотный слой от «лепешки», как упорно называла ее Силла.

Виг вздохнул уже, наверное, в десятый раз за час.

— Да? Больше тебе сказать нечего?

Рей уставился на дерьмо.

— Скажу, когда найду.

На самом деле это могла быть любая мелочь, способная сдвинуть дело с места. Камень, семенная коробочка, ракушка, встречающаяся только в определенной местности. Они искали в экскрементах… хоть что-то. Нож наткнулся на нечто твердое. Разламывая навоз, он решил, что это очередное копыто или осколок кости. Но, освобождая находку от грязи, быстро понял, что ошибся.

— Вот, — сказал Рей, держа предмет между большим и указательным пальцами. — Вот что мы ищем.

Виг прищурился. Предмет длиной с ладонь изгибался и сужался к зазубренному острию.

— Клык? — предположил он. — Но кому он может принадлежать? Он огромный. Здесь ничего подобного не водится.

Рей поворачивал клык, осматривая его со всех сторон.

— Он полый, — пробормотал он, и его мысли метнулись к заданию, которое «Кровавая Секира» исполняла на юге Исельдура. Холт и его заражение…

— Во имя богов! — воскликнул Виг. — Умоляю, договори. Клыки, Гальтунг, сосредоточься!

Рей бросил на него самый острый «взор секиры».

— Полый, как у змеи, тупица. Яд проходит по внутреннему каналу и попадает в добычу.

— Змеи? В северных диких землях нет змей. — Виг хотел потереть лоб, но передумал.

Рей положил клык на стол рядом с кучкой костяных осколков и шерсти.

— Змеи не выживают в этих местах, — сказал он. — Значит, змею эта тварь сожрала где-то южнее.

Виг выглядел раздраженным, и Рей его не винил. Они подтвердили, что навоз принадлежит убийце овец, но находка клыка порождала лишь новые вопросы.

— Значит, эта штука, — сказал Виг, — сожрала на юге гигантскую змею, потом пришла на север и сожрала целое стадо овец. А потом мило отдохнула и все это высрала? Это… безумие.

Рей отколол еще один кусок от «лепешки». Находка клыка разожгла в нем новый азарт.

— Не могу в это поверить, — пробормотал Виг, наблюдая за ним. — Я думал, ты дашь ответы, а не добавишь вопросов.

Рей просто проигнорировал его. Немного поворчав себе под нос, Виг утих. Они возились в дерьме уже больше часа, когда Виг наконец нарушил молчание.

— Вчера я говорил в гневе и должен извиниться.

Рей удивленно повернулся к бывшему другу. Виг смотрел на него неуверенно, и Рей стиснул челюсти. Боги. Это обязательно?

— Я тоже, — выдавил он.

Взгляд Вига скользнул к натянутому над ними тенту, затем вернулся к Рею.

— Рунни говорит то же самое, знаешь ли. — Рей выжидающе посмотрел на него. — Она считает трусостью то, что мы отсиживаемся на севере. Хочет взяться за оружие вместе с Уппрейсной, но я запретил ей.

— Не могу представить, чтобы Рунни позволила тебе что-либо ей запрещать.

Виг усмехнулся.

— Да. Сомневаюсь, что мое слово надолго ее удержит. — Он нахмурился. — Я волнуюсь за нее. За наш род. Было столько страданий, а я хочу лишь мира. Может, это и правда малодушие…

— Это не малодушие, — твердо сказал Рей. — Увидеть жизнь, которой ты хочешь жить, и выбрать ее — это смело. — Его пронзило неприятное чувство. Пылающие гребаные звезды, как же он ненавидел говорить о чувствах. Но Виг когда-то был ему как брат и откликнулся на его призыв о помощи. Как минимум, он заслуживал уважения.

— Возможно, в твоих словах тоже есть доля правды, — сказал Рей. — Возможно, я и правда живу мрачно. Возможно, я наказываю себя за то, что жив, когда он — нет.

Виг протяжно и тяжело вздохнул.

— Ты не виноват…

— Я не хочу об этом говорить, — резко оборвал Рей. — Давай оставим наши разногласия позади. — Он помедлил, разглядывая лицо, которое так хорошо знал в юности. — И запомни вот что. Мой уход не имел к тебе никакого отношения, Виг. Он был связан только со мной.

Рей подумал о Виге, окруженном родней, и о пустоте, расползшейся внутри него, когда он понял, что остался единственным из рода Гальтунг. Уход из Каласгарда был единственным способом не дать тьме поглотить его целиком. Месть была единственным, что притупляло его горе.

— Надо было приехать или написать, или… что-нибудь сделать, — пробормотал он.

Виг хотел положить руку в перчатке на плечо Рея, но, вспомнив, чем она покрыта, к счастью, остановился.

— Ты здесь сейчас, Гальтунг, — сказал Виг. — И это главное.

Рей почувствовал облегчение, словно груз, о существовании которого он даже не подозревал, свалился с его плеч.

— А теперь, — сказал Виг, — эта лепешка дерьма сама себя не разберет.

И они снова принялись за работу.

Но не прошло и минуты, как через защитные рубежи ворвалась Рунни. Натягивая поводья, она едва удерживала коня, и тревога читалась и в звере, и в женщине.

— Что случилось? — спросил Рей, холодок тревоги скользнул по затылку.

— Астрид, — сказала она, и ее лицо исказилось от горя. — Наша соседка. Она собирала стадо, но вернулась только овчарка. Она пропала вместе с дюжиной овец.

Тошнота скрутила внутренности Рея. Мысли метались. Он знал, что должен скрывать лицо в этих местах, держаться в тени. Но как он мог стоять в стороне, когда исчезают люди?

— Веди меня к загону, — сказал он.

***

Сказать, что Силла была в отвратительном настроении, когда Виг приехал забрать ее от Харпы, было бы сильным преуменьшением. Это был один день, проведенный в ядовитых закоулках собственного разума. Еще один день, когда она не справилась. Было заметно, что даже Харпа устала.

— Зачем ты хочешь овладеть своим гальдуром? — спросила старая женщина после долгих часов практики.

Силла встретила ее строгий взгляд и заставила себя его выдержать.

— Сага, — ответила она. — Я должна стать такой же сильной, как Рей, чтобы спасти ее. А потом… возможно, из всего этого кровопролития выйдет хоть что-то хорошее.

— Ты не сможешь двигаться вперед, если застряла в прошлом, — сказала Харпа. — Есть время сражаться, а есть время отпускать. Я вижу в тебе борьбу. Возможно, ты ничего другого и не знала. Но ты не продвинешься, пока не сдашься. Отпусти. Сдайся.

— Сдайся, — тупо повторила Силла, пытаясь понять.

Но в животе скручивалось раздражение. И страх перед голосами, которые встретят ее, стоит лишь попытаться найти в разуме тихий уголок.

— Хорошо, — устало сказала она.

И, возможно, последний час тренировки ей и правда мерещилось мрачное лицо Рея, проезжающего сквозь защитные барьеры. И, возможно, когда вместо него появился Виг, она почувствовала укол разочарования. Но стоило ему сказать, что еще один житель Каласгарда исчез, как Силла ощутила себя полной дурой. Людей похищали, возможно, убивали, а она тонула в жалости к себе.

Пока Виг рассказывал, как он с Реем и остальными прочесывали окрестности в поисках пропавшей женщины, Силла выпрямила спину. И к тому моменту, как они добрались до дома-щита и проехали через рубежи Рунни, она затолкала свое уныние глубоко внутрь. Мысли о Вали и Астрид не давали ей покоя. Что с ними случилось?

Виг, спешивший вернуться к своим обязанностям и проверить линию ограды, извинился и уехал. Вздохнув, Силла спешилась и оглядела двор в поисках Рея. Она хотела помочь. Хотела присоединиться к поискам.

Но на полпути через двор у нее подкосились ноги.

Из-за угла вышел Рей, на нем была лишь простыня, обернутая вокруг бедер. Капли воды блестели в его кудрях, и ее взгляд машинально проследил за одной из них, скользнувшей по шее на обнаженную грудь. Когда-то Силла назвала его «ходячей горой», и теперь поняла, что не ошибалась. Он был широк в плечах и бедрах, его тело, было выковано годами сражений. Ее взгляд вернулся к груди, и зацепился за татуировку на его коже.

— Дракон?

Рей резко вскинул голову, встречаясь с ней взглядом. Его пальцы сильнее сжали край ткани, и Силла поспешно опустила глаза.

— Ты вернулась, — сказал он. — Как прошел день?

Силла поняла, что не может заставить себя улыбнуться. Так же как не может удержаться от еще одного взгляда на татуировку, хранящую гальдур. Перепончатые крылья раскинулись по всей его груди, острые когти застыли, словно готовые к удару. Из распахнутой пасти дракона вверх по шее и плечу Рея тянулось чернильно-черное пламя, тогда как шипастый хвост змеился вниз по левой руке. Детали поражали, от ромбовидной чешуи до костяных выступов вдоль спины чудовища.

— Еще один день под градом оскорблений Рикки, — сказала она нарочито бодро и резко отвернулась.

Повисшая тишина подсказала, что Рей подбирает слова.

— Ты голодна? — наконец спросил он. — Гида прислала нам ужин.

Не оборачиваясь, Силла покачала головой.

— Виг рассказал мне о женщине. Я хочу участвовать в поисках.

— Нет, — непреклонным тоном ответил Рей. — Ты знаешь, что мы должны скрывать свое присутствие. Нельзя рисковать. Кто-то может увидеть твое лицо.

Живот Силлы сжался от раздражения.

— А ты? — спросила она, и злость вспыхнула вновь. — Твое лицо, твоя личность?

— Я могу о себе позаботиться.

Она не могла очистить разум. Не могла пойти искать пропавших. Неужели она совсем ни на что не способна?

— Местные знают эти места, — продолжил Рей, словно читая ее мысли. — Горы суровы и опасны, особенно после наступления темноты.

— Полагаю, ты пытаешься сказать, что я буду только мешать, — горько сказала Силла.

Рей шумно выдохнул.

— Если тебе нужно движение, мы будем тренироваться. Принеси учебные мечи, пока я оденусь.

Силла услышала, как закрылась дверь дома-щита, и постаралась не представлять, как ткань падает на пол. Она мысленно встряхнулась.

— Соберись, — пробормотала она себе, ведя Бурую Лошадь к стойлам.

Сняв седло и забрав учебные мечи, она вернулась во двор. Рей уже ждал ее. Он переоделся в темно-серую тунику, и у основания его шеи виднелся завиток вытатуированного дыма. Он вопросительно приподнял бровь, и Силла протянула ему меч.

Она встала в защитную стойку, которой он учил ее накануне. Темные глаза Рея задержались на ее лице, хватка на деревянном клинке была твердой.

Он бросился на нее, ее меч метнулся навстречу, и клинки с глухим стуком столкнулись.

— Хорошо, — пробормотал Рей, обходя ее по кругу.

Силла резко развернулась, сердце забилось быстрее. Теперь атаковала она, бросившись к его левому боку. Он отбил удар небрежным движением запястья, и ее меч вылетел из руки. Боги, утром они уже отрабатывали этот прием, и тогда у нее получалось куда лучше. Будто ее провал с гальдуром добрался и сюда. И все же Рей ничего не сказал о ее неуклюжести.

Раздраженно выдохнув, Силла подняла меч и снова бросилась на него. Шаг в сторону, и она споткнулась о камень, рухнув на руки и колени. И снова Рей промолчал.

— Прекрати, — прорычала она, поднимаясь. — Прекрати быть милым со мной.

— Это поможет тебе вытащить голову из собственной задницы?

Она сверкнула глазами. Уголки его губ дрогнули в беззвучном вызове. Вот что ей было нужно. Чтобы все снова стало таким, как на Дороге Костей, до того как все усложнилось.

Силла ринулась на него, ныряя под его меч, но недостаточно низко. Деревянный клинок ударил ее в плечо, и она, выругавшись, отшатнулась. Выпрямившись, она метнула в него уничтожающий взгляд.

— Тебе придется быть быстрее, Солнышко, — поддел он.

На ее лице появилась жесткая усмешка. Теперь у злости был выход. Она развернулась и атаковала, обрушивая на Рея удар за ударом.

— Сегодня в тебе есть огонь, — заметил он, перебрасывая меч в левую руку и с легкостью блокируя ее атаки. — К сожалению, за счет разума.

Резким движением он ударил ее плоской стороной клинка, и она растянулась на земле.

Силла вскочила, откидывая волосы с лица. В его глазах плясало веселье.

— Тебе это кажется смешным? — спросила она.

— Не особенно, — протянул Рей. — Приведи голову в порядок и уложи меня на задницу.

Боги, как же ей хотелось отправить его в полет и стереть это веселье с лица.

— Я имел в виду мечом, Солнышко, а не взглядом.

Его губы дрогнули.

Стиснув зубы, Силла взмахнула деревянным клинком снизу вверх. Рей блокировал удар, провернул запястье, и ее меч снова вылетел. Он двигался куда быстрее, чем она успевала сообразить. В следующий миг ее развернуло, а за спиной она почувствовала его твердое тело. Его рука сомкнулась у нее на горле, учебный клинок замер у ее щеки, и по ней хлынула волна жара.

Рей склонился к самому ее уху, и, вопреки себе, Силла закрыла глаза.

— Перестань предупреждать меня о том, что собираешься сделать, — тихо сказал он.

Она распахнула глаза. Локоть врезался ему в ребра, пятка вдавилась в сапог. Силла вырвалась, одним движением подхватив меч. Откинув волосы с лица, она злобно уставилась на него.

— Ничего я тебе не говорю! — прошипела она.

— Еще как говоришь, — сказал Рей.

Его взгляд медленно прошелся от ее сапог до макушки, и вся кровь в теле Силлы будто устремилась вниз.

— Всегда следи за противником. Если присмотреться, он сам расскажет тебе о своих планах. — Он кивнул на нее. — Левое бедро. Ты напрягаешь мышцу перед тем, как рвануть вперед. Вот твоя подсказка.

Раздражающая «почти-улыбка» тронула его губы.

— Ты слишком доволен собой, — едко сказала она. — Победил новичка.

Рей приподнял бровь.

— Самый важный урок на сегодня — никогда не позволяй эмоциям управлять тобой в бою.

— Я не позволяю! — воскликнула она.

Его брови поползли вверх, и Силла окончательно потеряла контроль. С криком ярости она бросилась на него. Рей резко выбросил вперед ногу, все остальное было как в тумане. Не успела Силла понять, что произошло, как уже лежала на спине, а Рей нависал над ней. Она моргнула, глядя на самодовольное выражение его лица, и в животе вскипела злость. Она сделала выпад ногой с такой скоростью, что, похоже, застала его врасплох. Рея внезапно сбило с ног, и он с удивленным возгласом рухнул на землю.

Силла тут же оказалась сверху, прижимая его плечи к траве, и победно улыбнулась, увидев недоверие в его глазах.

— Что ты там говорил, Взор Секиры? — злорадно протянула она. — Ах да. Если не научишься действовать быстро и без пощады — погибнешь.

Уголок его губ изогнулся, и, вопреки себе, Силла снова уставилась на них.

— Тебе нравится, когда я говорю тебе, что делать, Солнышко? — Его голос прокатился по ней глухой вибрацией, и она почувствовала это в каждой точке соприкосновения их тел.

— А знаешь что? — С безжалостной скоростью он перевернул ее на спину, прижав к земле бедрами. — Мне нравится указывать тебе, что делать.

Она тяжело дышала, пытаясь осознать, что только что произошло. Его локти упирались в землю по обе стороны от ее головы, лицо было в считанных дюймах от ее лица. Как легко было бы потянуться и запустить пальцы в жесткую щетину его бороды. Притянуть его губы к своим и выплеснуть раздражение совсем другим способом.

Но Силла поклялась, что Рей не станет еще одним отвлечением от ее проблем. И он был прав, этим вечером эмоции взяли над ней верх.

— Ты закончила? — спросил Рей. Его голос стал холодным и беспощадным.

Силла глубоко вдохнула.

— Я закончила, — прошептала она.

Его кадык дернулся, и на миг ей показалось, что он хочет сказать что-то еще. Но Рей скатился с нее, проводя обеими руками по волосам. Поднявшись на ноги, он навис над ней.

— Я разогрею ужин.

И ушел в дом-щит, оставив Силлу лежать в траве и пытаться унять бешено колотящееся сердце.