Глава 16

Суннавик

Сердце Саги бешено колотилось, пока она обводила взглядом разноцветные баночки на полках в кабинете мейстера Альфсона. Она поставила под сомнение этот план уже в десятый раз за минуту.

С тех пор, как она подсыпала леди Гейре порошок из Лунного корня и добыла образец ее почерка прошел день. Сага размышляла над открытием странного увлечения Гейры. С одной стороны, Гейра вряд ли заявит о пропаже своего пикантного сочинения. С другой, это можно было использовать как рычаг давления. Не подобает жене Верховного Готи писать эротические рассказы о Медвежьем Боге. Сможет ли Сага использовать эти компрометирующие доказательства, чтобы заставить Гейру передавать ей переписку королевы?

Но, похоже, Гейра все еще была прикована к постели, а Альфсон заявил, что письмо отправят через два дня. Сагу все сильнее тревожила мысль о том, как заполучить восковую печать. Ей нужна эта печать. С ее помощью она сможет выиграть для Эйсы недели, пока Кормящие Волков будут прочесывать дебри в ложном направлении.

Именно это и привело Сагу в кабинет мейстера Альфсона, с просьбой дать ей тонизирующее средство, чтобы «успокоить нервы». Коробочка с Лунным корнем тяжестью лежала в ее кармане, но Сага не хотела использовать его против Альфсона. Если мейстер внезапно заболеет той же хворью, что и Гейра, сразу после встречи с Сагой, будет слишком очевидно, кто виноват. Она взяла порошок лишь как последнее, отчаянное средство.

Когда юный помощник мейстера несколько минут назад провел ее в пустой кабинет, Сага не ожидала, что ее оставят в одиночестве, пока Альфсон завершает свои дела. Естественно, она не упустила возможности обыскать помещение.

Сага изо всех сил старалась не обращать внимания на следившие за ней взгляды, пока открывала шкафы и осматривала полки в поисках хоть чего-то полезного. Еще можно было смириться с тем, что стены увешаны десятками чучел мертвых животных. Но больше всего пугали их глаза, которые явно заменили: желтые глаза волка на нечто гораздо большее, лисы — неземными голубыми, кролика — ярко-зелеными, с вертикальными зрачками, словно у рептилии. Их было бесчисленное множество, но она упорно гнала эти образы из головы.

Сага подошла к рабочему столу мейстера, ее глаз нервно дернулся при виде царившего на нем беспорядка. Схватив лист пергамента, она прочла сбивчивые записи:

Шалфей — обескровлен (12)

Жгучая крапива — ослаблено сердце (11)

Альпийский кошачий коготь — уменьшить дозу. День 5, инфекция (13)

Сага уставилась на пергамент, не понимая, что с ним делать. Через мгновение она отбросила его в сторону и опустилась на колени. Под столом стоял шкаф с двойными дверцами, которые были заперты. Когда ее рука обхватила железный замок, по руке и спине пробежало покалывание. Сагу внезапно охватило острое желание узнать, что скрывается за этими запертыми дверьми. Она подергала замок, потянула за ручки, тщетно пытаясь открыть дверь. Почему она никогда не училась взламывать замки? Ей нужно открыть в этот шкаф…

— Что ты делаешь? — прошептала она, тряхнув головой. Когда она отдернула руки от шкафа, странное настойчивое желание исчезло. Сага поднялась на ноги, взглянув на дверь. Ее Чутье было высвобождено, но с трудом проникало сквозь стены, и она вознесла молитву своей покровительнице Марре, чтобы Альфсон не подкрался незаметно.

Ее взгляд зацепился за ящик стола, и она стремительно бросилась к нему. Однако при виде еще одного замка, внутри все оборвалось. С тяжелым вздохом Сага потянула замок на себя.

И он поддался.

Несколько мгновений Сага не могла поверить своим глазам. Этого просто не могло быть… Но вот он, висит открытый. Не теряя времени, она сняла замок и распахнула ящик. От удивления она невольно приоткрыла рот: среди перьевых ручек и палочек лежала восковая печать. Сага подняла ее и внимательно изучила изображенный на ней символ — оса Норваланда.

Время словно замедлилось, разум полностью опустел.

Это был символ королевы. Восковая печать королевы была у Альфсона.

Сага едва устояла на подгибающихся ногах. И все, о чем она могла думать — это как ей повезло не только обнаружить незапертый ящик, но и именно то, что она искала всю неделю. Сага нахмурилась. Это должно быть ловушкой. Слишком легко. Слишком большая удача для такой, как она. Тем не менее она спрятала печать за корсаж.

Едва Сага успела вернуть замок на место, как за дверью раздался кашель. Она бросилась в кресло напротив стола как раз в тот момент, когда железные петли заскрипели и в кабинет вошел мейстер Альфсон. Невысокий и лысеющий, мейстер был одет в зеленые одеяния. Сердце Саги неистово колотилось, и она вцепилась в подлокотники кресла.

У нее за корсажем была восковая печать. Восковая печать! Ей хотелось броситься в свою комнату, хотелось прыгать на кровати и кричать в подушку. Но она заставила себя быть осторожной. Прежде всего, она не должна вызвать подозрений.

…дозировки для мейстера Лекки, услышала она мысли Альфсона, вспомнив, что ее барьеры опущены. Она узнала имя из скрытого свитка Гейры.

— Сага, — сказал мейстер Альфсон, усаживаясь в кресло за столом. — Мне доложили, что твое нервное состояние стало хуже.

…жаль, что это не Сага обладает сильным даром воина, — подумал мейстер. Но я трижды проверял ее в юности, и катализатор никогда не давал эффекта…

— Да, — сказала она, пытаясь понять, что это значит. Альфсон… проверял ее? Поняв, что просто молча смотрит на него, Сага слишком наигранно энергично закивала. Веди себя естественно, дуреха.

Альфсон устремил на нее взгляд через стол. Внимание невольно приковывал красный шрам, пересекающий лоб и щеку, бледную бугристую кожу там, где должен быть глаз. Сага сосредоточилась на его здоровом глазу — темном и оценивающем, словно он мог прочесть ее самые сокровенные тайны.

…такие прекрасные глаза…

Сага крепко сцепила руки в перчатках.

— Нервы, — сказал мейстер. — Да. Я могу приготовить для тебя тонизирующее средство.

— Благодарю вас. — Сага едва осознавала, что говорит, пока нити мыслей мейстера проникали в ее разум.

…как досадно, что Гейра лежит в постели, оставив переписку на меня, — думал он. Конечно, мы можем взять под крыло другого писаря. Это ниже моих навыков…

Сага моргнула, глядя на мейстера, стараясь выглядеть естественно. Впервые за годы, возможно, за всю свою жизнь, она почувствовала головокружение от радости. Как будто могла вскочить с кресла и танцевать, как дурочка. У нее была восковая печать. Она у нее!

— Есть один тоник, который приходит на ум, — говорил мейстер. — Он используется для лечения боевого шока. Успокаивает разум и тело.

— Звучит многообещающе, — пробормотала Сага.

…Свалдрин скомпрометирован, — текли мысли Альфсона. Однако Рёкксгард еще не готов. Стоит ли рисковать, размещая их на время здесь?..

— Пассифлора, корень валерианы и эссенция лосны, — сказал мейстер, поднимаясь с кресла. Альфсон подошел к стене с полками, водя по ним пальцем. Собрав разные ингредиенты, он направился к рабочему столу.

…одна капля лосны, — думал он. Не тряси руками, от двух капель и лошадь свалится…

Сага моргнула.

…по крайней мере, есть хорошие вести с севера, — думал Альфсон.

Пульс Саги подскочил, и она держалась неестественно неподвижно.

…на перевале Свангормр. Это не точное местоположение, но значительно сужает поиск…

— Ну, дорогая, — сказал мейстер, повернувшись с глиняной чашей в руке. — Это придаст тебе смелости. Попробуй сегодня, и мы встретимся снова. Ну же, выпей, а потом попробуй немного побыть на солнце.

Сага приняла чашу.

— Благодарю вас.

…да, да, вперед, — думал Альфсон, доставая ключ и вставляя его в замок ящика стола. Первым делом надо написать письмо Кормящим Волков. Надоело управлять этим поиском с юга, стоит отправить Черный Плащ…

Эта последняя мысль заставила Сагу застыть. Он отправит сообщение Кормящим Волков сегодня, а не через два дня. Она чувствовала, будто ее разум больше не связан с телом, а парит где-то над ним.

Широко раскрыв глаза, Сага поднесла чашку ко рту и опрокинула жидкость в рот. Альфсон снял замок. Посмотрел в ящик.

…Я четко велел Горму забрать восковую печать у леди Гейры, — думал он, переставляя перья и чернильницы. — Это уже вторая его оплошность за сегодня. Еще одна и ему не поздоровится…

Медленно выдохнув, Сага поставила пустую чашу на стол Альфсона.

Она уже начала ощущать действие тоника. Словно у нее над головой разбили яйцо, тоник стекал по шее и плечам, расслабляя узлы напряжения в месте, которого касался. О… это было чудесно.

— Возможно, придется скорректировать дозу, — сказал мейстер Альфсон, внимательно глядя на нее. — Но это хорошее начало. А теперь ступай.

Сага кивнула и встала. Она надеялась, что Альфсон счел ее дрожь следствием действия тонизирующего средства, но не стала ждать его комментариев.

Резко развернувшись, Сага выбежала из комнаты.