В лагере царил хаос, прошло уже около часа, а Максим так и не появился.

Когда первый испуг прошёл и они поделились своими рассказами об ужасах, которые видели в лесу, то озадачились долгим отсутствием Макса, время шло, а он так и не вышел.

— Надо идти его искать, - решительно сказала Соня. — Только всем вместе! Чтобы не так страшно было… Я вообще не понимаю, что я видела и слышала в лесу… И как это объяснить…

— И в какую сторону пойдём? - скептически спросил её Миша. — Где его искать? Мы же разошлись в разные стороны, по разным тропинкам! Предлагаю ждать! Возможно, его тропинка какая-нибудь… Ну… Извилистая, просто расстояние больше…

Артём поддержал:

— Да, я согласен, надо подождать!

И добавил:

— Девчонки, может, поедим что-нибудь? Ну, пока Макса ждём.

— А может, позвонить в МЧС? - тихо предложила Катя.

— Блин, точно, чего тупим-то, - согласился с ней Миша, доставая из кармана штанов свой телефон. Потыкав пальцами в экран, он ошарашенно объявил:

— Связи нет! Даже сигнала SOS!

— Не может быть! - воскликнул Артём, вынимая свой мобильный.

Все, как по команде, сделали то же самое. Ни у кого связь не работала. Озадаченные проблемой, они пытались снова и снова, Артём даже влез на дерево повыше, надеясь, что, может быть, там получится поймать сигнал, но всё было безрезультатно. Потом они вспомнили, что в рюкзаках вроде была рация, которую положил им Виктор. С трудом отыскав её, включили, долго крутили разные кнопочки приёма, но рация лишь потрескивала и шумела.

Осознав, что помощь вызвать не удаётся, решили вернуться к первоначальному плану и немного подождать.

— Действительно надо перекусить, а то я совсем без сил, - сказала Соня.

И они с Катей занялись приготовлением пищи.

Артём с Мишей, не отходя далеко от лагеря, чтобы видеть девушек, собирали ветки и сучья для костра. Они тихо переговаривались между собой:

— Я в жизни такого страха не испытывал, как сегодня! - глухо сказал Миша. — Как думаешь, что это было?

Артём ненадолго задумался и потом ответил:

— Не знаю… Сам тоже испугался… Читал как-то, что бывает какой-то болотный газ, что ли, он вроде вызывает галлюцинации… Мы, пока шли, наверное, надышались, ну и… Привиделось всякое! Другого объяснения найти не могу.

— Думаешь, где-то рядом есть болото?

— Да хрен его знает, в таких лесах всё возможно…

Миша помолчал и снова задал вопрос:

— А этот газ, может… Ну… До смерти им можно надышаться? Вдруг Максу досталось больше всех и он сейчас лежит где-нибудь в лесу?

Артём с ужасом смотрел на Мишу и не знал, что ответить. Он быстро оглянулся на девушек, вроде не слышат, и почти шёпотом произнёс:

— Ты потише, не дай бог девчонки услышат, и не говори им об этом, а то истерики не миновать! Подождём ещё, может, Макс уже скоро выйдет. Если уж нет, то… Поедим и попробуем поискать его.

Миша кивнул. Набрав полные охапки веток, они пошли разводить костёр.

***

Солнце клонилось к закату, а Макса всё не было. Накричались до хрипоты, пока спорили между собой, как поступить, в итоге все переругались. Над лагерем стояла тишина. Все удручëнно молчали. Что делать в такой ситуации, не знал никто из них.

Идти искать? Но где, в какую сторону? Если идти, то всем вместе? Или опять разделиться? Так и не придя к общему мнению, они замолчали и теперь сидели вокруг костра, не глядя друг на друга.

В этот момент послышался треск веток, со стороны тропинки, по которой они уходили к озеру, закачались кусты. Все напряглись, Миша и Артём вскочили, не зная, что делать.

Слышно было, как что-то или кто-то приближается. Время словно застыло и тянулось медленно-медленно, от напряжения сводило мышцы. Наконец кусты колыхнулись в последний раз, и из них вышел… Макс.

— О, вы успели даже костёр развести? - удивлённо воскликнул он, подходя к ним. — Ну вы даёте! Что ваши тропинки рядом с поляной оказались?

Все изумлённо смотрели на него, наконец Миша ответил:

— Тебя очень долго не было.

— В смысле долго не было? - переспросил Максим. — Мы с вами разошлись по тропинкам минут 15 назад.

— Макс, ты чего? Тебя не было часа три, не меньше, - тихо добавил Артём, внимательно глядя на друга.

— Какие три часа? Тëмыч, ты на солнце перегрелся что ли?

— Посмотри, солнце уже садится, - сказал Артём, указывая рукой на горизонт.

Макс изумленно смотрел на заходящее солнце.

— Не понял? Это чё?

— Ты что-нибудь страшное в лесу видел? Или, может быть, слышал? - перебила всех Соня.

Всё больше недоумевающий Максим вертел головой, глядя на друзей:

— Вы чё, по дороге мухоморов нанюхались? Какие три часа? Что там страшное в лесу? Вы о чём вообще?! По мне только ползал страшный маленький муравей, который щекотал мне спину! Если вы это имеете в виду, то да, я видел страшное и ужасное!

Миша посмотрел на Артëма:

— Похоже, ты был прав, про болотный газ…

— Какой ещё газ?! - взревел Макс.

Тут всех как прорвало, они наперебой рассказывали, как шли по лесу, как видели и слышали нечто страшное, ужасное, как перепуганные до смерти выбежали наконец на поляну. В конце Артём изложил свою версию про газ. Максим ошеломлённо помолчал.

— М-да, не знаю, что и сказать… Ну, судя по тому, что на поляне никому ничего не привиделось, то здесь нет никакого газа. Значит, больше по лесу не ходим далеко. Сегодня ночуем здесь, а завтра с утра едем домой.

Остальные, успокоившись, что всё обошлось и он жив-здоров, согласились с ним.

Макс улыбнулся и добавил:

— Дайте пожрать, наконец. А то у меня сейчас от голода галлюцинации начнутся!

Утомлённые таким необычно тяжёлым днём, ребята, накормив Макса, улеглись спать, как только стемнело.

Максим даже забыл про блокнот, который так хотел прочитать. Наевшись, он закутался в спальник и через пять минут уже провалился в сон.

За густыми стволами деревьев, в тени огромных елей, притаились два зловещих существа. Кикимора, сгорбленная и уродливая, с зеленоватой кожей и спутанными волосами, украшенными болотной тиной и листьями, жадно вглядывалась в спящих путников. Её маленькие, бегающие глазки светились недобрым огоньком.

Рядом с ней стоял Леший — хозяин леса, могучий и мрачный. Его фигура казалась частью древесных стволов, а лицо было скрыто в тени. Он молча наблюдал за ребятами, которые, измученные страхом и усталостью, наконец-то погрузились в беспокойный сон на поляне.

Кикимора не могла сдержать довольной ухмылки. Она потирала свои узловатые руки, покрытые бородавками, и время от времени издавала тихое хихиканье. Её скрюченный нос подрагивал от предвкушения.

Леший же оставался неподвижен, словно статуя. Только его глаза, похожие на тлеющие угли, выдавали его присутствие. Он словно взвешивал что-то в уме, решая, когда настанет подходящий момент для следующего шага.

Ночь сгущалась вокруг них, а лес, казалось, затаил дыхание, ожидая развития событий. Тени становились всё длиннее, а луна скрылась за облаками, погружая поляну во тьму. Только два светящихся глаза Кикиморы и мерцающий взгляд Лешего выдавали присутствие невидимых наблюдателей.

Кикимора поглядывала на него, и в её маленьких глазках светилось ожидание, она нетерпеливо приплясывала на месте. Леший мрачно посмотрел на неё и тихо сказал:

— Мы не можем нарушить правила, он должен провести ритуал.

***

Утром проснулись поздно, солнце уже стояло высоко в небе. Протирая глаза и отчаянно зевая, развели костёр, вскипятили чай, наскоро приготовили бутерброды, всем не терпелось уехать домой.

Собирая вещи и укладывая их в рюкзаки, уже более бодро переговаривались между собой:

— Макс, помоги разобрать палатки, - крикнул Миша.

Макс стоял, держа в руках свой рюкзак, и смотрел куда-то вдаль, на лице его при этом застыло настолько изумлённое выражение, что все замолчали.

— Макс? - позвал Артём. — Ты чего?

Тот моргнул и перевёл наконец взгляд на Артёма:

— Да не пойму, меня глючит что ли, но… Машины нет…

— Как это нет? - Соня резко развернулась. — Я за неё ещё кредит не выплатила!

Машины действительно не было видно там, где они её оставили. Бросив рюкзаки и вещи, все, не сговариваясь, побежали по заросшей дороге. Добежали и остановились в недоумении. Машины не было, остались только следы от колёс и примятая трава.

— А куда она делась? Мою машину угнали что ли? - ошеломлëнно воскликнула Соня.

— Пиздец, и как теперь добираться?! - растерянно спросил Миша.

— Кто её мог угнать-то здесь, в лесу? - непонимающе произнёс Артём.

— Ой, а как же мы теперь, без машины, - панически прошептала Катя.

— Господи, детский сад, на жопе бантик! Сейчас позвоню кому-нибудь, и за нами приедут, - сказал Максим, доставая свой телефон.

Остальные смотрели на него выжидающе и скептически.

— Не понял, а чё связи нет?! - добавил он через какое-то время.

— ДА, СВЯЗИ НЕТ! - подтвердил Миша громко.

— Есть ещё рация, но там тоже глухо, только треск и шум, - произнёс Артём.

Все замолчали, молчал и Макс, раздумывая, что можно сделать.

— Так, без паники, пойдём пешком! - твёрдо заявил он.

— Ты обалдел? - возмутился Миша. — Сколько мы будем идти? Ещё и снаряжение на себе всё тащить!

— Ну, к вечеру доберёмся. Не хочешь? Сам тогда предлагай, что делать будем!

Миша молчал, лихорадочно раздумывая, как поступить. Машина пропала, тащить на себе всё снаряжение очень не хотелось, но его надо вернуть… Может, сказать Виктору, что потеряли всё?.. Да ну, бред… Как его можно потерять?.. Ещё и гитару с собой взял, её тоже нести надо. Вариант Максима стал казаться уже не таким сумасшедшим. И потом, возможно, на трассе уже появится связь, и они смогут вызвать машину.

— М-да, вариантов нет, придётся идти пешком, - нехотя признал Миша.

Собрав снаряжение и палатки и уложив вещи, друзья тронулись в путь. Идти по заросшей дороге было непросто, во-первых, она была неровной, то ямки, то пригорки, во-вторых, трава и мелкий кустарник цеплялись за ноги, и продвижение было очень медленным.

— Ничего, ничего, туристы! Шевелите ногами, зато на всю жизнь поход запомните, и больше вам не захочется в дремучем лесу отдыхать! - бодро говорил Максим, как всегда возглавляя отряд. — Соня, выше голову, сходишь в ГИБДД, и найдут твою машинку! Музыкант… песню запевай!

— Ма-а-а-а-кс! Заткнись!!!

— Катюха, подвывай!

— Макс!!!!!

— Тёмыч, не ори!

Так, с шутками и заразительным смехом Максима, они потихоньку продвигались вперёд. Дорога казалась бесконечной, извилистой лентой убегала вдаль.

«Самое главное — выйти на трассу, там будем двигаться быстрее», - думал Макс. «Только сколько ещё идти до этой трассы?»

Он повернулся к Мише и спросил:

— Ты не запомнил, сколько километров от трассы мы на машине проехали?

— Не помню точно… Вроде километра три-четыре, ну, может, пять… А что? - ответил тот.

— Да ничего, долго идти будем. Тяжёлые рюкзаки на себе несём, девчонки вон уже приуныли и еле плетутся, а мы всего-то, может, километра полтора прошли.

Миша кивнул, соглашаясь с Максом, только не признался, что он и сам уже выдохся и устал. Тот тем временем решил всех подбодрить:

— Так, друзья мои, давайте поднатужимся и-и-и как рванём до самой трассы, а там сделаем привал и передохнём!

Все посмотрели на него со злостью и раздражением, но тем не менее шаг прибавили и стали продвигаться быстрее. Какое-то время шли довольно бодро, Макс рассчитал, что примерно через час они должны будут выйти к трассе. Время шло, но старая заросшая дорога не кончалась, она тянулась далеко вперёд. Максим, чтобы отвлечь всех, решил рассказать забавную историю:

— Ой, слушайте, вспомнил такой смешной случай…

Катя вдруг остановилась как вкопанная, её глаза широко раскрылись от удивления. Она замерла, не отрывая взгляда от маленького кустика впереди, её дыхание стало почти бесшумным.

Миша, Соня и Артём переглянулись и поспешили к ней.

— Что там, Кать? - шёпотом спросил Артём.

Соня тоже наклонилась ближе:

— Что случилось?

Миша настороженно оглядывался по сторонам, пока Макс продолжал идти вперёд, увлечённо рассказывая какую-то историю, не замечая, что остальные отстали.

Катя приложила палец к губам, призывая всех к тишине. Её глаза светились от восторга, когда она жестом пригласила остальных посмотреть.

За кустиком открылась удивительная картина — там, в небольшой травянистой нише, устроилась ежиха со своими крошечными ежатами. Малыши забавно копошились, а мама-ежиха внимательно следила за ними, готовая в любой момент защитить своё потомство.

Ребята замерли, затаив дыхание, наблюдая за этим трогательным зрелищем.

Макс, который увлечённо продолжал что-то рассказывать, шагал по дороге дальше:

— Ну и вот, а тут Андрюха как закричит… - в этот момент он обернулся. — Эй, вы чего там остановились? Я им тут историю прикольную рассказываю, а они в траве чего-то ищут! Вы чё там опять мухоморы нюхаете?

Возвращаясь к ним, он недовольно что-то бормотал. Подойдя ближе и глядя на замершую возле кустика травы Катю, Максим с серьёзным выражением лица спросил:

— Что, Катюха, опять одуванчик нашла? Быстро срывай его и пошли домой уже.

Катя шикнула на него, возвращая взгляд на кусты. Максим возмущенно посмотрел на Катю и сказал:

— Не шикай на меня, козявка!

А после устало добавил:

— Друзья мои, я вас очень люблю. Но если бы вы знали, как я с вами заебался.

Катя смущённо отошла от кустика и спряталась за Артёмом, который сказал:

— Всё, всё, мы идём.

***

Усталость накатывала волнами, ноги стали тяжёлыми, и каждый следующий шаг давался с большим трудом, они шли уже почти четыре часа, но не было видно даже намёка на трассу. Максим, привыкший к физическим нагрузкам, и тот еле-еле переставлял ноги. Голова гудела, пот ручьями стекал по лицу, и не было сил больше шутить и подбадривать. Ему казалось, что они плетутся по этой проклятой дороге уже целую вечность. Поэтому, когда дорога вдруг стала ровнее и чище, он сначала даже не обратил на это никакого внимания. Лишь пройдя ещё несколько шагов, понял, что что-то не так, и медленно поднял голову.

Перед ним раскинулась заброшенная деревня. Она выглядела старинной, но удивительно ухоженной, словно время здесь текло по-особенному.

Аккуратные деревянные дома с починенными крышами выстроились вдоль чистой, посыпанной песком улицы. На окнах кое-где виднелись занавески, хотя самих жильцов не было видно. Бревенчатые стены, хоть и потемневшие от времени, сохранили свою основательность и прочность.

Между домами виднелись ухоженные клумбы с яркими цветами, а вдоль единственной улицы тянулись невысокие изгороди.

В центре деревни находился колодец с новеньким ведром на цепи. Деревянная крыша над ним была недавно подновлена, а вокруг выложена ровная площадка из камня. Неподалёку виднелась небольшая часовенка с чистым, недавно покрашенным куполом.

На невысоких заборчиках кое-где висели горшки с цветами, а в окнах некоторых домов блестели чисто вымытые стёкла. Казалось, что жители просто ненадолго отлучились, оставив свой уголок в идеальном порядке.

Воздух здесь пах не тленом, а свежестью и травами. Где-то тихо поскрипывала калитка, кудахтали куры, и вдалеке негромко потявкивала собака, но эти звуки не пугали, а скорее навевали воспоминания о спокойных деревенских днях.

— Ребята, смотрите. Здесь какая-то деревня, - сказал Макс, указывая им рукой. — Давайте зайдём и передохнём, а то я уже реально ног не чувствую. А здесь хоть какая-никакая, но всё-таки цивилизация. Может, подскажут, как отсюда выбраться.

Миша, выглянув из-за его плеча, спросил:

— Какая, нахрен, цивилизация? Здесь же нет никого.

— Да с чего ты взял, что никого нет? На дома посмотри, здесь явно люди живут.

Не сказав больше ни слова, Максим двинулся вперед, остальные молча последовали за ним. Небольшая деревушка имела всего одну улицу и десять домов, по пять с каждой стороны. Ступив на территорию деревни, Максим почувствовал, как усталость, давившая на его плечи тяжёлым прессом последний километр, вдруг отступила, он ощутил небывалый прилив сил и бодрости. Удивлённый этим явлением, он обернулся и посмотрел на друзей, и понял, что они почувствовали то же самое. Они стояли и, изумлённые собственными ощущениями, во все глаза разглядывали деревню.

Все дома были построены из брёвен — толстых, прочных и покрытых временем древесных элементов, которые придавали всей деревне особый, чуть мистический антураж. Дома выглядели достаточно старыми, их возраст мог насчитывать не одно десятилетие, а, возможно, и более века, однако тщательный уход и забота были очевидны.

В одном из домов небольшие окошки были приветливо распахнуты, пропуская лёгкий ветерок, который мягко колыхал белые кружевные занавески. Каждый из домов был огорожен невысоким деревянным заборчиком. За ними раскинулись цветочные клумбы, на которых в основном росли яркие ромашки. В некоторых местах высоко поднимались пышные подсолнухи с огромными жёлтыми головками. Было заметно, как бережно жители этой деревни относятся к своей земле и домам.

Обескураживала лишь одна деталь: не было видно привычных нам столбов с электропроводами.

Максим указал на эту деталь:

— Электричества здесь, похоже, нет и никогда не было. Что за хрень?

В этот момент у них за спиной раздался тихий старческий голос:

— Вы кто такие?

Ребята обернулись, перед ними стояла сухонькая невысокого роста старушка. Несмотря на свой преклонный возраст, она выглядела удивительно ухоженной и опрятной. Лицо старушки, покрытое морщинами, излучало доброжелательность и спокойствие. Глубокие линии на коже придавали ей вид человека, который прожил долгую и насыщенную жизнь. Глаза светло-голубого цвета были слегка прищурены, словно она всматривалась в каждого из ребят, пытаясь разглядеть их намерения. Эти глаза, несмотря на возраст, светились живым интересом. Её одежда была аккуратной и чистой: на голове был белый платок, туго подвязанный так, что не выпала ни одна прядь волос. Она была одета в длинный, практически до самой земли, светлый халат, расшитый причудливыми узорами. Поверх халата был накинут яркий, большой, цветастый платок, который придавал образу старушки какую-то домашнюю атмосферу и уют. Особое внимание привлекли её ноги — вместо привычной современной обуви на ней были надеты лапти. Да-да, самые настоящие лапти, сделанные из плетёной лозы. Это выглядело настолько неожиданно и необычно, что Максим невольно растерялся и на мгновение замер, не зная, как реагировать. Старушка приветливо улыбнулась, и в её улыбке чувствовалось искреннее желание помочь.

— Вы кто такие? - уже громче и с живейшим интересом повторила она. — Давно в нашей деревне никого из чужаков не было.

Максим, всё ещё впечатлённый увиденным, растерянно ответил:

— Да мы… заблудились… Из Москвы приехали в лес отдохнуть. У нас машину угнали. Нам бы на дорогу выйти, на трассу…

— Из Москвы, - удивлённо протянула старушка. — Это тебе, милок, с Тихоном поговорить надобно.

— А кто такой Тихон и где его найти? - спросил Артём.

— Староста наш, только все сейчас в поле. Это я, вишь, сегодня туточки по хозяйству осталась хлопотать.

Максим, наклонившись к Артёму, прошептал ему в ухо:

— Тёмыч, кто такой староста?

— А я откуда знаю, наверное, главный какой-то, - растерянно и так же шёпотом ответил тот.

— А когда вернётся ваш Тихон? - смущённо улыбаясь, спросила Катя.

— Так как солнышко уходить начнёт, так и вернутся с поля. Придётся вам подождать, касатики, ежели поговорить с ним хотите.

— Хотим, - закивал Максим. — Очень хотим, бабуля.

— Марфа Спиридоновна я, - представилась старушка. — Вы, поди, устали с дороги-то, и голодные небось? Пойдёмте, что ли, накормлю вас, пока Тихон не вернулся.

Старушка развернулась и споро засеменила по утоптанной дорожке к одному из домов. Ребятам ничего не оставалось, как последовать за ней.

Внутри изба встретила гостей теплом и уютом старинного жилища. В правом углу от входа возвышалась массивная печь, сложенная из прочного кирпича. Её поверхность была выложена аккуратными рядами, а на шестке стояли глиняные горшки разных размеров. Рядом с печью расположились деревянные лавки, идущие вдоль стен.

Красный угол занимал почётное место в переднем углу избы. Здесь на специальной полке красовались иконы в серебряных окладах, перед ними теплилась лампада с маслом. На стенах висели вышитые рушники.

Посередине избы стоял длинный деревянный стол, покрытый чистой скатертью. Вдоль стен тянулись полати — широкие лавки на деревянных ножках, где можно было и сидеть, и спать. На полках вдоль стен хранилась домашняя утварь: глиняные миски, деревянные ложки, берестяные короба.

В углу виднелся сундук, окованный железными полосами, — хранилище семейных ценностей. На полу лежали домотканые половики, а в окнах светились чистые стёкла, что говорило о хозяйственности хозяйки.

Вся изба была наполнена особым ароматом — смесью запахов печного тепла, свежеиспечённого хлеба и сухих трав, развешанных под потолком.

— Проходите, касатики, садитесь за стол, сейчас я вас покормлю, - сказала старушка, проворно передвигаясь по избе.

Она взяла ухват и вытащила из печи большой горшок, поставила его в центр стола на деревянную подставку. Ребята, усевшись на лавки, изумлëнно смотрели на это диво. Потом взяла половник и, ловко орудуя им, разлила по глиняным мискам ароматные щи. Достала откуда-то сверху с печи большой каравай хлеба. Он источал такой умопомрачительный запах, что друзья невольно сглотнули слюну. Нарезала его на большие ломти и разложила рядом с мисками, потом раздала каждому деревянные резные ложки.

— Кушайте, деточки, - сказала старушка.

Упрашивать никого не пришлось, все набросились на угощение, как будто не ели несколько дней.

Старушка тем временем поставила на стол деревянные кружки и разлила по ним морс.

— Клюквенный, полезный, - пояснила она. — Пейте, касатики, набирайтесь сил.

И вышла из избы.

Ребята съели всё до последней крошки, уже допивая изумительный по вкусу морс, почувствовали, как их неумолимо клонит в сон.

— Меня что-то вырубает, - сонным голосом пробормотал Макс.

Остальные, осоловело посмотрев на него, тоже закивали головами. Тут вернулась старушка и, глянув на них, всплеснула руками:

— Ой, умаялись, бедные! Ложитесь на лавки, покемарьте, а как Тихон придёт, я вас разбужу.

И снова не пришлось никого упрашивать, вытянувшись на лавках, ребята мгновенно погрузились в сон.

***

Макс проснулся неожиданно, в избе было темно, лишь возле печи тускло горела свеча. Он медленно поднялся, друзья крепко спали. «Похоже, что уже ночь» — подумал он, широко зевая. И решил было улечься снова спать, но вдруг услышал, как кто-то разговаривает за окном. Максим, стараясь не шуметь, подобрался ближе к окну, которое было слегка приоткрыто, один голос принадлежал приютившей их старушке Марфе, а вот второй — мужской, сильный, с едва заметной хрипотцой.

Макс прислушался.

— Ты пошто ихъ спать уложила? Ведаешь ведь, не можемъ мы договоръ нарушати!(Перевод со старорусского: Ты зачем их спать уложила? Знаешь же, не можем мы договор нарушать!)

— Да не нарушаемъ мы договоръ, Тихонъ. Поѣли они, поспали мало. Завтра съ утра на дорогу ихъ выведешь, не велика беда, - ответила Марфа.(Перевод со старорусского: Да не нарушаем мы договор, Тихон. Поели они, поспали немного. Завтра с утра на дорогу их выведешь, не велика беда)

— Можеть мы их у себе оставимъ? - спросила старушка.(Перевод со старорусского: Может мы из у себя оставим?)

— Не можемъ мы. Они уже помечены суть! - мрачно ответил ей Тихон.(Перевод со старорусского: Не можем мы. Они уже помечены.)

На этом разговор, вероятно, завершился, потому что послышались удаляющиеся шаги, скрипнула калитка и всё затихло. Макс быстро вернулся на лавку и притворился спящим. Старушка вошла в избу, повозилась ещё немного у печки, потом затушила свечу, пошуршала чем-то и всё затихло.

Макс лежал, недоумевая, что за разговор он сейчас услышал: «Некоторые слова вроде по-русски понятно, а некоторые тарабарщина какая-то. Чë это было-то вообще? Странная деревня… лапти... ложки деревянные, тарелки эти… из глины, слова какие-то странные? Пиздец, средневековье! Как они тут живут-то?» На этих мыслях Макс снова уснул.