Глава 9
— Думаю, ты должна знать, за кого снова вышла замуж. Итак, впервые я чуть не сорвался, когда узнал, что Леон не вышел из Гиблой долины.
— Хочешь сказать, что второй раз произошел, когда я чуть не умерла?
— Ошибаешься.
— Эм… Кто-то выбесил тебя чуть раньше?
— Тогда я сорвался. Именно поэтому я и смог переместиться на Изнанку. Точнее, переместился не я, а то чем я стал. Не знаю, чтобы со мной произошло, если бы я провел в мире теней слишком долго. Но меня нашел Киртан и чуть ли не пинками отправил обратно. Третий срыв мог произойти, когда ты чуть не умела снова. Но, видимо, жизнь в браке с тобой меня закалила. И я действовал осознанно. Без срывов.
— Что ты сделал? — еле слышно прошептала я.
— Заключил сделку с тьмой и Аверданом. Принял каплю тьмы, чтобы получить возможность войти на Изнанку и вытащить тебя оттуда.
В этом раз осознать очередное признание мужа было проще. Наверное, потому что такой поступок был в его характере. Благодарить его за то, что он сделал, я буду до конца жизни, но сейчас меня тревожило другое.
— Светлые смогут рассмотреть эту каплю?
Вместо ответа Картас вскинул руку с брачным кольцом.
— Эту каплю спишут на фон, создаваемый брачным кольцом. А учитывая твое хобби, можно будет пустить слух, что ты обложила меня своими артефактами. Задарила меня всего, вынуждаешь носить…
Картас повалился на кровать, заложив руки за голову.
— Да. Я очень властная жена, — понятливо включилась в игру я.
Картас кивнул, давая понять, что готов терпеть все наглости и требования…
И, собственно, да, ласки я требовала нагло, провоцировала поцелуями, как умела, и вскоре Картас не выдержал и накрыл меня своим телом, унося нас обоих в море страсти и нежности.
В Агревуд я возвращалась со странной смесью предвкушения и робости. Я соскучилась по занятиям и в особенности по учебной лаборатории, куда за разумную взятку в любое время дня и ночи меня пускал зельевар Торк. Мне безумно хотелось обнять Абриэль, уважительно приобнять Эрна, исключительно по-дружески расцеловать Кевина.
Да что там говорить, я даже по несносной Селине соскучилась!
Интересно, как отреагирует заклятая подруга на новость о моем замужестве? Помнится, она намекала, что у нее на нового ректора свои планы.
Но думать надо было не только о Селине. Благодаря размаху свадебной церемонии весь Агревуд теперь знал, что я жена Картаса Аберга. О приемах королевы Катарины всегда писали в прессе. Значит, мы с Абергом тоже попали на первые полосы.
Бр! Да и только!
— Замерзла? — муж обнял меня за плечи.
Мы как раз выходили из портальной, в которой никого не было. Но я с трудом заставила себя не шарахнуться от Аберга. Коридор в административном здании тоже был пустой, но, едва мы выйдем наружу, нас сразу увидят адепты, любящие сидеть на лавочках возле здания с химерой. Рядом с ним на информационном стенде вывешивали важные новости, вот народ и роился рядом в надежде поймать свежие сплетни.
И что подумают обо мне с Картасом? Не будут ли считать, что мне теперь положена особая протекция, как жене ректора?
Я всегда выступала против вмешательства родственных связей в учебу, но теперь получалось так, что я стала одной из тех, чьи личные связи были весомее некуда.
Отчасти нам повезло. Учебный день был в самом разгаре, так что если кто-то и прогуливал, делал это он точно не рядом с преподавательскими кабинетами и ректоратом. Мы с Картасом уже обсудили, что я приступаю к учебе завтра. Муж считал, что мне нужен день, чтобы я привыкла к новому статусу. А точнее, чтобы я привыкла к реакции окружающих на него. Один день. Вполне возможно, что мне и недели не хватит!
Картас без стеснения поцеловал меня на прощание, я охотно ответила на поцелуй, раз он проходил без зрителей, но стоило мне направиться к дорожке, петляющей между парковых кустов, как муж меня окликнул:
— Куда это ты? Корпус темных леди чуть дальше по центральной аллее.
Могла бы соврать, что хочу немного размять ноги, но решила, что не стоит утаивать от Картаса, что у меня на душе. Он и так догадается, но поймет, что я скрытничаю, и получится совсем неловко:
— Если пройти там, то можно обойти общежитие Темных леди с черного входа и очутиться в комнате никем не замеченной.
А если пройти по центральной аллее, то окажешься на площади между корпусами светлых и темных. И вот там-то точно кто-то нас увидит, а если наш выход еще и с учебной переменой совпадает…
Я поморщилась. Такое внимание мне совсем не сдалось. Змеюкис, кстати, полностью разделяла эту же точку зрения, поэтому куда-то пропала еще в портальной. Причем с таким невозмутимым видом пролезла через запертую дверь впереди Картаса, что он задумчиво хмыкнул, что в академии надо бы усилить запирающие руны.
— Получается, моя внезапно струсившая жена не будет наслаждаться моральной победой на теми, кто над ней издевался?
— Скажешь тоже! Их выпады слабо походили на издевательства. Скорее, жалкие попытки возвыситься за мой счёт. Большая часть из них, кстати, провалились, поэтому…
— Я решил тебя проводить.
Нет, серьезно?
Я обернулась. Картас стоял и смотрел с улыбкой мужчины, который точно знал, что получит желаемое.
— Мне нужна эта минута славы.
— Пф! Скажешь тоже. Ты же ректор академии.
— А ты одна из самых желанных девушек. Так что мне есть чем гордиться.
Если Картас думал меня отвлечь таким вот несерьезным разговором, то у него плохо получилось. По мере приближения к площади, по обе стороны от которой стояли жилые корпуса, мой шаг замедлялся.
— Что за брошь ты подарила королеве?
— О! Я думала, ты уже и не спросишь.
— Сначала было не до того, а потом в замке стало совсем не до того. Не хотелось тратить время на обсуждение дел.
— Так ты считаешь мое артефакторское искусство — деловой частью? — игриво уточнила я.
— Конечно. Как глава семьи я должен думать о ее финансовом процветании. А твой талант может поправить мое материальное положение.
— Шутишь?
— Отчасти. Ты была выгодной невестой. А женой станешь так вообще бесценной.
И снова Картас насмехался, но у меня от его шуток на губах появилась ответная улыбка.
— Боюсь, я не смогу полностью ответить на твой вопрос. Катарина посвятила меня в личную тайну. Могу сказать только, что брошь хранит иллюзию воспоминаний.
— Тетя Нина помогла?
— Да. Она смогла отделить иллюзию, я ее поймала и запечатала в брошь. Боюсь, это сложно объяснить. Я и сама до конца не понимаю…
— Все благородные темные леди по натуре созидательницы, как и светлые. Природа вашей магии изменилась, когда этот мир стал расколот на две части. Но желание творить и создавать имеет более глубокие корни.
— Вот только темные леди предпочитают не утруждать себя изучением магии. Им кажется, что достаточно просто передавать ее детям.
— Рождение ребенка тоже вполне раскрывает созидательную суть любой темной леди, — неожиданно объявил Картас.
Причем произнес это так спокойно и уверенно, словно давно это знал. Что до меня, то…
— Никогда не думала об этом в таком ключе. И…
Слова замерли на губах, потому что я внезапно обнаружила, что во время беседы мы подошли к общежитиям, точнее, мы прошли половину пути мимо зданий, где уже собралась порядочная толпа.
Здесь были и старшекурсники, и мои одногруппники. Взгляд выхватил улыбающуюся физиономию Кевина. Я поняла, что он вот прямо сейчас что-то ляпнет этакое за мгновение, как услышала:
— Поздравления новобрачным! Пусть ваши узы радуют вас изо дня в день и дарят хорошее настроение!
Вот зараза! Ты еще скажи, что ректор должен стать добрее, особенно на утренних построениях. Внезапно я сбилась с шага. Кажется, я знаю, кого будут обвинять в том, что Аберг опять лютует.
Нет, нам точно надо было сохранить наш брак втайне!
— Поздно, — коварно решил напомнить супруг.
— А я вообще молчала.
— Зато ты так красноречиво испуганно хлопаешь ресницами.
— И совсем я не напугана!
Сказала — и изобразила уверенный вид. Голова вскинута, походка от бедра… Ой, а вот и заклятые подружки.
Мимо остолбеневшей Селины я проплыла, чувствуя, что да, оказывается, мне не все равно. Мне хотелось, чтобы столько лет изводившая меня гадюка увидела, кто теперь мой муж. Может, хотя бы сейчас уймется и перестанет третировать своих же подруг. Хотя, насколько я помню, в лагере верных рабов давно наметился бунт. Девчонки перестали слепо следовать указаниям Селины…
А вот и Мализа. Только почему она идет к нам? Разговаривать о чем-то с адепткой, которая во время рейда намекала на мои с Картасом отношения, мне не хотелось. Но я заставила себя остановиться и предоставить Абергу самому выяснить, что стряслось. В конце концов, в Пресветлом чертоге мне встретится тьма светлых, которые мне точно не понравятся. Буду считать, что я заранее начала тренировать выдержку и прокачивать дипломатичность.
— Лорд Аберг, прошу прощения, что я к вам вот так подхожу, не дожидаясь приглашения на беседу. Но я все решила. Я возвращаюсь домой. Отец сказал, что наша семья примет любую грамоту, какую вы сможете подписать.
Быстро закончив речь и дождавшись кивка ректора, Мализа рванула прочь. Не иначе как боялась передумать или пожалеть о содеянном.
— Что это было? — тихо уточнила я.
— Я пустил слух, что финальное испытание будет проходить в Гиблой долине.
— Лорд Аберг, вам что выпускники совсем не нужны? — мрачно поинтересовалась я.
Аристократы, которые во время обучения особо не напрягались, никогда не согласятся сунуться в Гиблую долину ради диплома. Это только те, кому детей не жалко, а репутацию семьи возвысить хочется, идут на отчаянный шаг. Отец Аберга отправил Леона на инициацию явно не потому, что у того были выдающиеся способности. Скорее надеялся на чудо. Ну и не своей же жизнью рисковал.
И все же…
— А если кто-то в самом деле согласится? Что ты задумал? Зачем тебе эти инициации?
— Дакхар уверяет, что толковых магов его братья без проблем вглубь леса сводят и дар помогут поймать.
— Как это поймать? — насторожилась я.
Но муж сделал вид, что не расслышал мой вопрос.
Очутившись в своей комнате, я с полчаса пыталась понять, как мне разорваться между двумя тайнами, и мучительно выбирала, к кому бежать в первую очередь: к темному Дакхару или к светлому Хорну. Умаявшись, решила, что тайны могут и подождать, а вот лучшую подругу увидеть нужно всенепременно.
Поэтому я пошла к Абриэль.
В разгар учебного дня смотрители заповедника не сидела без дела. За волшебным забором всегда хватало работы: от присмотра за магическими существами и территорией их обитания, до обустройства учебных маршрутов и сплетения безопасных тропинок для посетителей.
Когда-то адепты Агревуда позволяли себя охотиться в Заповеднике, а наставники и в особенности прежний ректор Кирк закрывали на это глаза. Всех устраивало, когда адепты отрабатывали магию в околорейдовых условиях, но при этом находились в полной безопасности.
В отличие от волшебных тварей из Заповедника.
В Агревуде убивать волшебных существ было строжайше запрещено, но многие позволяли себе добывать трофеи вроде перьев из хвостов маглинов или наполненных силой корешков. Адепты тащили из Заповедника все: и образцы флоры, и куски фауны. По мне так нарушением было уже то, что адепты регулярно взламывали защиту периметра и позволяли себе проникать на закрытую территорию без разрешения смотрителей. Нет, конечно, Гвейн и Тобор пытались отбиться, но они не были дипломированным магами, а всего лишь простолюдинами с даром. Гвейн так вообще учился в Агревуде на первом курсе.
Ничего бы не изменилось в Заповеднике Агревуда, не появись в нем Абриэль. Так уж вышло, что Абриэль не смогла пройти вступительные испытания, но при этом не захотела покидать Агревуд, а нашла работу в Заповеднике.
Знал бы тогда ректор Кирк, кого брал на работу. Но прежний ректор даже не догадывался, что Абриэль — бестиолог, выросший в таком гиблом месте, что для неё самые жуткие и необычные твари были всего лишь несчастными животинками, которые нужно оберегать от вандалов из агревудской академии магии. Так что Абриэль, не только обладала теоретическими знаниями, но и имела уникальный практический опыт. Волшебные создания ее обожали.
Напоминаю, что историю Абриэль можно прочитать в книге «Прелесть для владыки, или Хозяйка приюта «Милая тварь».
Вот и сейчас вокруг домика смотрителей копошилась такая тьма живности, что впору было подумать, будто Абриэль попала в осаду.
При моем приближении живость недобро зашевелилась. На меня хмуро уставился рогатый крылатый кот размером с крупного быка, явно хищный козелик-мутант демонстративно обнажил зубы, которые словно сбежали из волчьей пасти. Громовые птички недвусмысленно выдали пару-тройку зарядов, объявляя, что мое дальнейшее приближение к дому смотрителей нежелательно.
Ладно, допустим, раньше Абриэль всегда присылала мне пропуск, и с ним живность Заповедника смотрела на меня, как на пустое место. Сейчас я ей казалась наглым вторженцем.
Да мало ли кому там что показалось!
Окутать себя пологом тьмы оказалось несложно. Так что к входу в домик я добралась под громовые раскаты птиц и щёлканье зубов неправильного козлика, пытавшегося поймать меня за ногу.
Щит тьмы в сочетании с наложенной иллюзией исказил пространство и сделал меня неуловимой. Зато охранка на двери мигом определила меня как друга и пропустила в небольшую кухню, бывшую для смотрителей одновременно и гостиной, и приемной. Чуть дальше находилась классная комната, где смотрители обычно проводили инструктаж или читали лекции для адептов Агревуда. Из классной комнаты как раз и вышла Абриэль.
Увидела меня и замерла.
— Если что, то я во плоти. Не иллюзия и даже не привидение.
— Ты совершенно… невозможно… сумасшедшая, леди Аманда Кроули Аберг! — под конец фразы голос Абриэль сорвался на высокие ноты.
А потом и она не выдержала, подбежала и крепко обняла. А потом рассказала, что вернувшиеся из рейда старшекурсники говорили разное и порой очень странное.
Мализа стенала, что меня серьезно ранил Нортик, и Абергу пришлось вызвать целый отряд светлых жрецов для моего воскрешения.
Ясель, попутно откачивая несчастного Нортика, доказывал, что с лысым одногруппником я как раз легко справилась, но в лес меня завело странное мохнатое чудовище. И вот там-то случилось непоправимое.
Кое-кто считал, что наш рейд зря не сжег болотных певуний, пока еще можно было. И что это лесная нечисть вырвалась из-за барьера и напала на меня с ректором, когда мы зачем-то ночью пошли гулять в лес.
— Нечисть Дакхару переправили. Он должен был отправить певуний в Гиблую долину.
— Брат был безумно счастлив, — хихикнула Абриэль. — Ему пришлось целую ночь следить, чтобы нечисть не натворила бед в Заповеднике. А нечисть быстро разгадала в нем сильного темного…
— Ой… — только и смогла пискнуть я, примерно представляя, насколько навязчивой может быть нечисть, не отягощенная человеческим этикетом и нормами морали.
— Дакхар повел себя как истинный паладин. Весь день развлекал дам песнями и закусками. А еще почему-то рассказывал о том, что безответно влюблен в светлую, которая его поматросила и бросила, — мрачно добавила Абриэль.
— Так, может, это он для певуний выдумал, — озадаченно пробормотала я.
— Я говорила со старшим братом Дейвом. Он сказал, что Дакхар сам вызвался отправиться в Агревуд, чтобы за мной присматривать. Конечно, его пригласили, как наставника, но он так заливался о том, что просто обязан убедиться, что мне тут хорошо живется…
— Разве это плохо?
— Он ко мне в Заповедник так и не зашел! Точнее, явился, когда певуний надо было пристроить, чтобы они яркий солнечный свет переждали. — Абриэль начала вышагивать по кухне. — Дакхар что-то скрывает. Я это чувствую.
Это да. Тайн у темного Райна немало. Пожалуй, начну-ка я с него. А к Хорну потом загляну.
— Ладно! Дакхара я еще прижму. Как сама-то? — Абриэль подошла к шкафчику и начала выставлять на стол чайные приборы. — Ты просто обязана мне все-все рассказать. И начни с того, что же все-таки произошло в том лесу.
Когда я поведала Абриэль о предложении герцога Авердана, она чуть не выронила блюдце, следом на кухне упали несколько тяжелых выражений.
— Я отказалась, и Авердан попытался меня похитить.
И я рассказала и о своем отчаянном шаге, и о том, как меня спас Аберг. Абриэль больше и не пыталась приготовить для нас чай, а сидела на стуле, задумчиво кивала в такт моих слов, а потом вдруг вскинула указательный палец:
— Светлый никогда сможет переместиться на Изнанку во плоти. Не буду делать выводы. Это вообще не мое дело.
Смутившись, Абриэль снова начала суетиться возле стола. И я ей была благодарна за ненавязчивость, а еще убедилась, что потерянная светлая принцесса — особа подкованная в теории темной магии. Кто знает, вдруг ей эти знания однажды спасут жизнь?
— Вытащив меня с Изнанки, Картас хотел перенести меня в свой замок. Но я переместилась к дяде Даррену.
— Сама? — Абриэль замерла, не замечая, как льет заварку мимо чашки. — Вот так сюрприз для твоего мужа! Или его недоработка…
— Доработали, — тут я хитро улыбнулась. — Теперь я буду умирать исключительно в ритуальной Картаса Аберга. Если у него такая вообще есть…
Тут я задумчиво почесала кончик носа. Как бы мне аккуратно расспросить своего умного супруга и при этом его не расстроить?
Тем временем Абриэль закончила с чаем, поставила вазочку с печеньем, вытащила из корзины пирог, а на десерт припасла стопку газет.
— У тебя есть свежая пресса⁈ Почему ты сразу не сказала⁈
— И чьи новости тебя интересуют? Со светлой половины, с темной? Или наши местные?
Меня интересовало абсолютно все! Особенно, заметили ли в Дельтране, что у темной королевы Катарины появился личный артефактор. Увы, об этом в газетах не писали. Видимо, этот момент не показался писакам интересным. Зато многие смаковали великую и неожиданную историю любви любимца светлой королевы и темной сиротки.
— У меня есть дядя Даррен. И он вполне жив и известен, — буркнула я.
— Лучше быть сиротой, чем девушкой с не одним десятком похищений за спиной, — хихикнула Абриэль.
А ведь действительно. Браком с Абергом я окончательно закрыла эту часть своей чересчур активной биографии. Даже мужчины, что столь неосмотрительно рассматривали меня в потенциальные жены, теперь сделают вид, что ничего не было.
И все это благодаря репутации Картаса Аберга, которого некоторые называли Карающим Мечом светлых земель, о чем мне и напомнила Абриэль.
— Какая глупость! Картас скорее лучший инструктор светлых земель. И ректором он будет потрясающим!
— Даже не сомневаюсь. Так ты теперь личный артефактор темной королевы?
Абриэль хотела дать мне шанс похвастаться, а я вспомнила о тайне королевы Катарины. Она оказала мне высочайшее доверие, но доверие такого уровня, как камень на шее. Когда Картас спросил меня, что я создала для Катарины, я не смогла ему ответить, не раскрыв чужую тайну. Но Абриэль собиралась замуж за Эрна, бывшего якобы бастардом герцога Авердана.
Якобы.
В действительности он был законным наследником и сыном темного паладина и кровавой фурии, той самой демоницы, что дала жизнь и самой Катарине. Я не знала, где она спрятала свою дочь после гибели ее отца темного короля Гартоша, но затем эта демоница покинула темную часть Дельтрана, чтобы очаровывать герцога Авердана.
Итак, светлая принцесса Абриэль собиралась выйти замуж за полудемона и брата темной королевы. А я ещё наш брак с Абергом считала странным.
— Что такое, Аманда? Ты не рада своему назначению?
— Я его сама добилась. Мне нужна была защита королевы от настойчивого желания герцога Авердана предоставить мне работу.
— Понимаю. Но все равно чувствую, что тебя что-то тревожит.
— Я подарила темной королеве брошь с секретом…
— Ты так быстро вошла в должность придворного артефактора. Горжусь, — скорее озадаченно, чем с гордостью произнесла Абриэль.
Она чувствовала, что я готовлюсь сообщить ей нечто очень важное, вот и нервничала.
— Я вплела в брошь иллюзию близкого для королевы Катарины человека.
— Её мужа? Нет? Тогда ребенка? Хороший подарок.
— Я подарила королеве Катарине иллюзию ее брата.
Я вскинула руку. Создать цветную иллюзию без помощи тети Нины я не могла. Моя тьма умела создавать только монохром. Поэтому Эрн Авердан у меня получился в оттенках серого.
— Это шутка? — глухо спросила Абриэль, потом неожиданно вскочила и начала притрагиваться к стенам.
Я поняла, что она устанавливает защиту. Посторонних зверинец Абриэль не пропустил бы в домик, но в академии хватало и своих. Тех, кто частенько забегал в гости, вроде адептов-первокурсников, получивших благодаря Абриэль волшебных спутников. Теперь все счастливчики учились под наблюдением Абриэль взаимодействию с питомцами.
С удовольствием расспросила бы подругу, как проходят тренировки ребят, но в воздухе все ещё висела серая живая картина. Эрна на ней то упражнялся с мечом, то листал книгу за партой в аудитории, то быстро работал ложкой, поглощая суп в столовой.
— Других воспоминаний не нашлось? — внезапно резко произнесла Абриэль. — Эрн совсем не такой!
— Прошу прощения, но у меня с твоим Эрном не так много воспоминаний. Наверное, потому что он твой.
— Зачем ты мне рассказала? Явно не для того, чтобы я ему растрепала.
— Нет. Думаю, об этом Эрну должна сообщить сама Катарина, как только у нее появится такая возможность. Но тебе с Эрном ехать в Пресветлый дворец. Кто знает, что там у них за охранки.