Глава 23

Если изменённые все до единого оставались в Гиблой долине, то только потому, что физически не могли ее покинуть. Но сейчас они прибывали в Пресветлый дворец. Проходили через портал по одному, называли свое имя Абриэль, словно признавая в ней командира, а потом отбегали в сторону, освобождая место для следующего.

Очень быстро в гостиной не осталось свободного места. Тогда я поманила Таишу с Леоном в смежную комнату. Остальные понятливо последовали за ними.

Светлые сразу смекнули, где очутились. Они ещё не знали, что сотворила королева. Многие обсуждали с ней встречу, но громче звучали вопросы о враге, которого надо было победить.

— Где они, темная⁈ — требовательно прорычала незнакомая лесная кошка. — Где твари, решившие убить нашу королеву Илию⁈

— Боюсь, ситуация несколько сложнее, чем вам сообщили. Давайте дождемся закрытия портала. Светлая принцесса Абриэль все вам объяснит.

А еще я отчаянно надеялась, что хотя бы один из Райнов почтит нас своим присутствием.

Оставив Таишу и Леона за старших, я рванула обратно в комнату с порталом. Понять бы еще, чего ждать от нашей звериной армии. И насколько хорошо явившиеся себя контролируют. Не беда, если они разобьют пару ваз и поточат когти о диваны, но что мы будем делать, если они не будут слушаться Абриэль?

Успокаивало то, что я лично слышала голос Аберга. А раз Картас переправил к нам измененных — значит, был уверен в их разумности.

Последнее волновало меня больше всего. Нет, оптимизм и вера в нечаянных союзников — это прекрасно. Но не хотелось бы, чтобы какая-нибудь отмеченная тьмой кошка попыталась откусить мне голову.

Когда я вошла, Абриэль стояла перед все ещё незакрытым переходом и вид у нее был такой, словно она увидела призрака одного из братьев.

— Эй! Как ты? Все желающие успели?

— Да, Дакхар смог освободить всех, кто пожелал встать на защиту столицы, — странным тоном промолвила Абриэль.

И вид у нее был не особо радостный.

— Райн Младший? А что он забыл в долине? Он же оставался в Агревуде присматривать за адептами.

Я попыталась заглянуть в портал, но сейчас переход был затянут серой дымкой, так что я ни то что Райнов, даже лес не увидела.

— Когда Аберг и Эрн отбыли в герцогство, Дакхар получил сигнал о том, что армия проклятых магов, скорее всего, понадобится в крепости герцога Авердана, чтобы защитить ее в случае прорыва с Изнанки. Брат сразу отправился в Гиблую долину, чтобы вывести тех, кто пожелает встать на защиту Дельтрана. Но что-то пошло не так…

— Не понимаю. В соседней комнате с три десятка звероподобных светлых магов. Выглядят они, конечно, экзотично, но вполне вменяемы и готовы выполнять твои приказы. У Дакхара все получилось.

— Аманда, ты просто его не видела! — с мукой во взгляде воскликнула Абриэль. — У моего брата больше нет чудесных крыльев. И, кажется, он лишился не только их.

Аберг

Крепость паладинов тьмы

Несколькими часами ранее

Оплот паладинов тьмы напоминал перевалочную базу, где квартируются небольшие отряды перед отправкой по основному маршруту или отдыхают между заданиями. Скажи кто-нибудь что это — основная крепость ордена, Картас ответил бы, что этот орден находится на последнем издыхании.

И оказался бы прав.

Почти две трети состава сейчас были заперты на Изнанке, а их физические оболочки лежали штабелями в подземном святилище. Многие тела были истощены, и жизнь в них поддерживалась артефактами. От некоторых остались лишь высушенные мумии с каплями жизни. Аберг стоял над телом герцога, который еще не знал, что ему некуда возвращаться, и чувствовал, что ему придется сообщить наследнику Авердану плохие новости.

А вот и он.

Эрн быстро спустился по ступеням в подземелье, нашел Аберга по ауре и безошибочно вошел в нишу, где на алтаре лежал герцог Авердан.

— Боюсь, скоро к тебе в академии будут обращаться, Ваше Темнейшество адепт Авердан.

— Считаешь, он не выживет? — Эрн осторожно приблизился к алтарю.

К каменной плите он прикасаться не стал, чтобы случайно не испортить работу древнего артефакта. Паладины тьмы могли перемещаться на Изнанку во плоти, но во время последнего перемещения обратно вернулись только оболочки, а души остались заперты в мире Теней. Впрочем, исходя из посланий, которыми с ним обменивался герцог Авердан работы у них и там сейчас хватало. Оставшиеся в крепости воины перенесли тела своих братьев в святилище, а сами стояли на стенах в ожидании сюрпризов из мира демонов, что сейчас атаковали паладинов на Изнанке.

— Я считаю, что здесь никто не выживет в случае прорыва. Воинов на стенах очень мало.

— А вы бы могли позвать своих?..

— И ослабить личные земли? Нет. Кроме того, мы не знаем, как светлые каратели смогут взаимодействовать с паладинами тьмы во время боя. Такие эксперименты надо проводить во время дружеских турниров, а не когда происходит межмировое вторжение.

— Но мы же должны что-то сделать! Отец позвал нас сюда для этого!

Фактически, герцог Авердан уже передал Эрну завещание, а своим оставшимся бойцам — приказ слушаться своего единственного сына. Эрн отчаянно цеплялся за мысль, что это временно, а отец обязательно выкарабкается и все будет как раньше. Наивно, но Аберг полагал, что сейчас не стоит объяснять наследнику полный расклад. О будущем можно будет подумать, когда удастся спасти настоящее.

— Делать что-то ради чего-то мы точно не станем. Герцог Авердан совершил ошибку, сделав ставку на тайные знания и секретность. Теперь светлые не смогут ему помочь, потому что я не буду бросать защитников светлых земель в неизвестность.

Эрн на мгновение нахмурился, а потом в его глазах лице вспыхнула надежда:

— Тогда мы можем попросить помощи у королевы Катарины!

Аберг замер, всматриваясь в лицо Эрна. Неужели мальчишка знает, что королева Катарина приходится ему сестрой? Нет, скорее всего, просто ткнул наугад в другой вариант. Раз светлых звать нельзя — обратимся к темным.

— Киртан Дарт и его дружественные тени уже помогают герцогу Авердану на Изнанке. Кроме того, мы не можем просить королеву Катарину перебросить войска в анклав. Светлые отреагируют на это максимально недружелюбно.

Эрн подумал и кивнул:

— С этих станется не поверить, что мы ожидаем нападения демонов и решить, будто паладины тьмы Авердана задумали недоброе против светлых соседей. Но к кому нам тогда обратиться за подкреплением? Крепость практически пуста. Я провел перекличку личного состава, на Изнанке застряло больше воинов, чем я предполагал.

В голосе Эрна звенела легкая паника. Хорошо еще, что паладины без лишних вопросов впустили их в крепость и позволили спуститься в святилище.

— Я считаю, что на защиту герцогства должны встать те, кто однажды дал клятву оберегать и защищать.

— Вы сейчас о клятве мага при получении диплома? Хотите позвать выпускников Агревуда?

— Боюсь, в этом случае мы получим еще более внезапного кота в мешке, чем если бы я вызвал светлых магов в крепость паладинов тьмы.

— Тогда о ком вы говорите, лорд Аберг?

— О магах, чей отдых в Гиблой долине затянулся. Мы попробуем позвать тех, кто не смог пройти инициацию и обрел иную форму. Темные Райны утверждают, что их подопечные сохранили разум, и обещали мне организовать с ними встречу. Я хотел все проверить лично… — Аберг подумал и решил открыть карты: — Мой брат Леон сам застрял в этом гиблом месте.

— Мне жаль… — тихо обронил Эрн. — Никогда не понимал, как светлые могут отправлять в Гиблую долину своих детей и забывать о тех, кто не вернулся, как о третьесортном браке.

— Это недопустимо. И я хотел заняться этим вопросом после представления Аманды ко двору. Но сейчас нам придется сильно рискнуть и встретиться с Райнами. Братья Абриэль хотят изменить судьбу своего рода. Они готовы расплатиться за ошибки своих предков.

— Что вы имеете виду?

— Как наследник герцога Авердана, ты имеешь право говорить от его имени. В твоих руках судьба рода Авердан и всего герцогства. Готов ли ты принять помощь проклятых, если они отзовутся на твой зов? И сможешь ли ты даровать прощение тем, кто встанет с тобой плечом к плечу в битве?

— Если вы о Райнах, то я готов освободить их хоть сейчас! Да и клыкастые пусть из лесов выбираются!

— Не так быстро. Райны утверждают, что проклятые тьмой светлые маги помнят о своем долге и готовы его исполнить. Надеюсь, они не ошибаются.

Но самое главное: Картасу надо было убедиться, что слово наследника Авердана имеет вес в Гиблой долине. Что он сможет снять блок, поставленный старым Аверданом. Для этого Эрну придется ступить туда, куда Аберг его никогда не пустил бы, будь у него такой выбор.

Некоторые считали тьму Гиблой долины разновидностью разумной магии, причем магии странной, но при этом созидающей. Аберг был уверен, что от этой тьмы лучше держаться подальше, а не соваться в ее пасть в надежде получить сомнительную прибавку к дару.

Когда Авердан сослал в эту тьму всех Райнов, он очень сильно слукавил. Аберг считал, что хитрый герцог просто откупился от тьмы, скормив ей сильных магов, поимел кое-какие бонусы для своего ордена и заодно избавился от мятежников.

В любом случае, каким бы серьезным ни было предательство светлых Райнов, восставших против первых паладинов тьмы, они давно искупили свою вину жизнью в месте, где не выживают.

— Вы дали приют Дакхару Райну, но уверен, в академии Агревуда всегда найдется место толковому темному! — пылко произнес Эрн.

— Беспроблемному. В Академии Агревуда всегда рады как беспроблемным наставникам, так и адептам. Но это, к сожалению, всего лишь мои скромные мечты. Идём, адепт Эрн. Надо оценить, каких котов в мешке Райны готовы подбросить к стенам этой крепости в обмен на свою свободу.

* * *

Переход к Гиблой доле для них открыл портальщик ордена, ещё и подсказал ориентиры начинала барьера тьмы, чтобы светлый каратель Аберг не вляпался в него по незнанию.

Аберг только вздохнул.

В том, что светлых многие теперь считали так себе магами была во многом вина нынешней королевы. Илия была уверена, что родовитейшие светлые должны изо всех сил размножаться и надеяться, что их дети обретут положенную их родам магию. О том, что любой дар надо раскачивать и усилить упорными тренировками, а не подношениями храмовникам, она словно забыла. Вот и мужа выбрала для себя из жреческой ветви.

Весь орден светлых жрецов давно надо было перетрясти, но Аберг не желал этим заниматься. Он не для того становился во главе академии Агревуд, чтобы, только наметив первые шаги и преобразования, увязнуть в интригах светлого двора.

Илия хотела, чтобы он ее подстраховал.

Королева знала, что придворные считают ее брак неудавшимся, а ее саму неспособной продолжить род. И как только шепоток за спиной превратился в наглое коллективное брюзжание Оберов о том, что королеве пора бы назначить преемника, а самой удалиться в монастырь, Илия назло всем выбрала Аберга. Она считала, что если рядом с ней будет такой наследник, как Картас Аберг, родня заткнется. Тем самым Илия выиграет время и успеет наконец-то родить ребенка.

Теперь Аберг знал, что надежды Ее Величества были тщетны, благодаря стараниям ее же супруга.

Килиан никогда не нравился Картасу, впрочем, как и многие аристократы, выбравшие бутафорскую принадлежность к жреческой братии. Венец храмовника можно было получить и проще, и быстрее, чем диплом мага. За щедрое пожертвование жрецы были готовы предоставить наставника для обучения на дому. Так что свои регалии Килиан честно купил, а будучи выходцем из древнейшего рода, обладал подходящим уровнем родовитости для того, чтобы быть признанным консортом.

Аберг мог только предполагать, как поступит королева с супругом, но знал, что в числе первых потребует проведения магического дознания. И для этого ему нужно было, как можно быстрее вернуться в столицу. Но сначала встретиться с Райнами и узнать, что они могут предложить Эрну.

— Явились. Надо же.

Дейв Райн шагнул из тени дерева, причем тень дерево отбрасывало на зелёную траву. Проклятый Райн словно из-под земли появился и замер,наслаждаясь произведенным эффектом.

— Я пришел, как сын герцога Авердана, — Эрн предъявил Дейву кольцо, которое ему передал отец.

— А что ж Авердан Старший сам не пришел? Испугался места, которое сам же выделил для проживания нашей семьи?

— Авердан Старший задержался на Изнанке, — сухо пояснил Аберг. — В Дельтран вернулась только его физическая часть.

— Бред. Паладины тьмы ходят на Изнанку как к себе домой. Они заплатили тьме за эту привилегию жизнями Райнов!

Последние слова Дейв чуть ли не прорычал, вокруг него сгустились тени, похожие на сотканные из тьмы руки.

Аберг спокойно и ненавязчиво призвал меч светлого карателя. Этот маневр заставил Дейва заскрежетать зубами, как зверя.

— Остынь, Старший…

— Лорд Аберг, мы же пришли договариваться! — переполошился Эрн.

— Нет, Авердан, мы пришли узнать, что Райны нам готовы предложить. Вот конкретно тебе, как наследнику и представителю герцога, а не твоей невесте Абриэль. Ей они и так помогут. Причем совершенно бесплатно.

Если бы Темный Райн мог убивать взглядом, щит Аберга уже бы начал дымиться. Но Дейв молчал, зато его тени активизировались и начали показывать Абергу неприличные знаки. Заметив это, Дейв рыкнул на них, и существа ушли под землю.

Аберг с трудом сохранил невозмутимость.

Он считал, что ему еще крупно повезло, что Аманда подружилась всего лишь с розовой змеей. Если бы вокруг нее вились чьи-то руки-пальцы, он бы точно однажды не сдержался и попытался бы их сломать.

Пока же Картас медленно закипал, потому что из второй тени, что отбрасывало деревце, неожиданно появился Дакхар.

Тот самый Дакхар, что должен был сейчас находиться в академии и присматривать как за адептами, так и преподавателями. Картас особо не боялся, что там кто-то что-то успеет натворить за время его отсутствия, но если оставить за старшего главный потенциальный источник проблем, был шанс, что этих проблем удастся избежать.

Но Дакхар Райн сейчас стоял перед ним, еще и смотрел так нагло, словно совсем не сбежал с рабочего места.

— В Агревуде все в порядке, начальник.

— Рад, что ты помнишь, где должен сейчас быть.

— Я всегда там, где могу принести пользу. — Дакхар сделался серьезнее. — Мы решили, что именно я брошу Зов. Дейв — будущий глава рода. Близнецов побережем. Сам видишь, мы их вообще сейчас не позвали.

Аберг вопросительно посмотрел на Дейва.

— Обычная подстраховка. Если сорвется. Они ни при чем.

— А почему должно сорваться? — насторожился Эрн. — С измененными магами что-то не так?

— Здесь все не так, Наследник. Это же Гиблая долина.

С этим словами Дакхар упал на одно колено и приложил две ладони к земле. Барьер, который до сих пор Аберг только ощущал, сделался видимым. Этот была почти прозрачная сероватая пленка, словно кто-то взял жижу, которую порой выплескивала Аманда и размазал ее тонким слоем по воздуху.

Но Аберг не понимал, что Дакхар затеял, пока тот не пояснил:

— Чтобы пройти, надо видеть. А они не все могут. Некоторые так и не смогли впитать достаточное количество тьмы, чтобы выжить. А мы устали хоронить светлых…

— Что ты хочешь этим сказать?

— Хочу сказать, чтобы вы забрали ваших, — подхватил Дейв, а потом издал звук, похожий на рык хищного зверя.

Лес ему отозвался звериным многоголосьем и стих. Тишина оглушила. Если до этого чуткий слух мага улавливал стрекот насекомых в траве или теньканье птиц в кронах деревьев, то сейчас, казалось, даже сам ветер перестал шелестеть листвой.

— Аберг, что они делают? — шепотом спросил Эрн.

— Пытаются избавиться от проблемы, но при этом преподнести это, как великий подарок, — также тихо ответил Аберг.

Но Дейв его либо расслышал, либо прочитал сказанное по губам, и язвительно усмехнулся:

— А вы не в том положении, чтобы отказываться от нашей помощи. В крепости паладинов тьмы нынче смертельно тихо. Предлагаю, немного навести суету в этом унылом склепе.

Дейв Райн издал еще один рык — и из леса понеслась лавина зверья. И во главе ее бежал белоснежный тигр. Точнее, он был в числе первых, но Картас сразу его заметил, а потом уже больше не мог отвести взгляд. Его родовое чутье узнало брата. Леон был жив. Он знал это, чувствовал сердцем, верил, что его можно вытащить…

А тигр продолжал то ли бежать, то ли парить над землей. Когда Леон приблизился, Картас увидел на его шкуре гадкие черные пятна — тьма разъедала тело светлого, пытаясь изменить. Но Леон сопротивлялся. Даже став зверем, он боролся. Как остальные проклятые, сохранившие разум.

Картас чувствовал, что нельзя мерить всех проваливших инициацию одинаково. Теперь он видел, что магов, которые до сих пор боролись, хватало. И их надо было вытащить из-за барьера!

Не только, потому что герцогу Авердану потребовалась помощь.

— Боги… Их нужно освободить, — потрясенно произнес Эрн, осматривая выстроившихся вдоль барьера зверей.

Одни были похожи на привычных лесных созданий, но были и необычные вроде летучей мыши-переростка. Но независимо от формы и размера они стояли вдоль барьера и ждали, а в их глазах светилась надежда.

Наконец Леон рискнул и приложил лапу к магической преграде и… с ревом ее отдернул. Гиблая долина не желала его отпускать!

Дейв Райн с сожалением скривился. Аберг понял, что он ждал нечто подобного. Но Эрн вскинул руку с герцогской печатью и произнес:

— Властью рода Авердан, на правах наследника герцога я признаю долг Райнов исполненным. Ваша ссылка завершена и… вы все можете покинуть Гиблую долину, — добавил Эрн уже не так уверенно.

Но магическому барьеру было все равно, насколько красиво произнесены правильные слова. Авердан вынес решение — и магия должна была подчиниться. Поэтому Дакхар первый легко прошел сквозь барьер и рассмеялся, как мальчишка.

— Дейв! Он больше не жжет! Его нет! Дейв мы можем свалить! Не уйти на время, оплатив каникулы магией и кровью, а уйти! Совсем уйти! — Тут Дакхар подошел к Эрн, обхватил его за плечи: — Я знал, что сестренка выбрала для себя толкового парня. Абриэль у нас умница. Она не могла в тебе ошибиться. Дейв!..

Дакхар обернулся на старшего брата, и его улыбка увяла.

— Наследник Авердана снял запрет, но не все захотят уйти. Мы выросли в этом месте. Мир за пределами долины для нас непривычен.

— Да нормальный там мир. Интересный. Вон меня даже в наставники с какого хрена взяли… Прошу прощения, лорд Аберг, надеюсь, вы сделаете вид, что этого не услышали.

— Могу поднять вопрос о твоем жаловании. Переведу в энтузиасты, — отчеканил Аберг.

Наглость младшего Райна его всегда раздражала, но ему нужен был темный в Агревуде, причем темный с практическим боевым опытом. Дикари Райны, выросшие в лесах, населенных темными тварями, были в некоторых областях опытнее самых искусных темных лордов. Ни один диплом не заменит реальный опыт.

— Прошу прощения, но мы, кажется, увлеклись и забыли о тех, кого сами пригласили на эту встречу, — невозмутимо встрял в разговор Эрн.

Причем сейчас он говорил с типичной отцовской интонацией. Хоть Эрн и был ещё мальчишкой, но крайне перспективным. С таким герцогство точно отстоит право и дальше считаться независимым анклавом на светлых землях.

— Наследник прав, — Дакхар повернулся к Леону, тигр сейчас держал поврежденную лапу чуть приподнятой и не делал попыток пересечь барьер.

Картас заметил, что остальные измененные теперь находились чуть позади Леона. Да и через барьер он попытался пробиться первый, точно вожак стаи. Наследник Абергов остался лидером и в Гиблой долине.

Браво, братец. Браво.

— Мы увлеклись, — Картас обратился к тигру: — Леон, попробуй приблизиться к границе, но не касайся ее.

Тигр фыркнул, осторожно протянул лапу и замер, когда барьер зловеще потемнел, словно предупреждая, что не пропустит. Леон это тоже понял, и из его горла вырвался горький рык:

— Тьма не отпускает р-ра-бов!

— Вы не рабы, — спокойно, но твердо объявил Дакхар. — Герцог Авердан не запечатывал вас в долине. Только он, как хозяин этого места, обладает таким правом.

— Брат, не надо… — Дейв предупреждающе качнул головой.

— Что значит не надо? Магия должна подчиняться законам этого мира. Любая магия должна действовать в границах, иначе это не управляемая сила, а хаос, который уничтожают и изгоняют.

Дакхар подошел к барьеру, сначала легко прошел сквозь него, а потом сделал шаг назад и вскинул ладони, окутанные тьмой. Соприкосновение с барьером вызвало громкий треск, Дакхар поморщился, но не отступил, а в воздух взвились слова, произнесенные на ритуальном языке темных.

— Я, темный охотник, Райн, один из четырех стражей границы Гиблой долины, приказываю барьеру пропустить! — удар ладонью по преграде вызвал на магической поверхности барьера рябь, но тьма снова сгустилась, укрепляя брешь.

— Дакхар, она не хочет…

— Она не имеет права. Тьма могла их удерживать, пока они сами склоняли перед ней головы и хотели жить в ее тени. Но сейчас они не хотят. Каждый измененный, покинувший лес, готов выйти во внешний мир. Они готовы жить с той частью тьмы, что навсегда поселилась в их телах, но они еще и светлые маги. И останутся ими, независимо от того, сколько тьмы в них будет влито.

В этот момент барьер загудел, и Картас услышал, как из его глубины раздалось:

— Но ты, темный, Дакхар Райн. Ты родился темным и принял покровительство долины, как все темные охотники.

— Верно. И как темный охотник я могу решать, для кого открыть этот барьер, а кого запереть в твоих пределах. Ты сама наделила меня этим правом. И сейчас я приказываю барьеру пропустить.

Если сначала Картасу показалось, что он слышит голос самой тьмы, то сейчас понял, что Дакхар обратился к духу долины. Неудивительно, что мощнейшая концентрация магии смогла породить высшее существо. У него был свой разум, характер и желания. И этот дух явно не желал расставаться со светлыми магами, не прошедшими магическое испытание.

— Ты. Мне. Приказываешь? — волшебная сущность заметно удивилась.

— Как я могу приказать тьме? Это невозможно. Я отдаю приказ барьеру.

Криво усмехнувшись, Дакхар еще раз ударил по преграде, и тогда все услышали, как умеет смеяться тьма. От этого сухого старушечьего скрежета по телу Картаса пробежала неприятная дрожь. Захотелось призвать свет, чтобы разогнать тревогу. Звери тоже заволновались. Некоторые предпочли отступить от барьера, но ни один из них не рванул обратно в лес, который внезапно стал волшебно-притягательным. В траве зажглись крошечные голубые огоньки, словно с неба пролился искрящийся дождь, а кроны деревьев на опушке окутало лёгкое сияние, опровергающее само название Гиблая долина. Того и гляди в воздухе появятся цветочные феи и отсыпят всем своей радужной магии…

А Дакхар не унимался. Теперь он не просто пыталась пробить барьер руками, а начал вливать в него свою магию. И Картас видел, что у него начало получаться. Младший Райн решил поставить все на кон, потому что и сам явно не желал оставаться в Гиблой долине.

Получив прощение от Авердана, он мог начать новую жизнь за пределами долины и хотел, чтобы этот шанс появился и у других…

— Хорошо, Дакхар Райн. Я тебя услышала. Ты хочешь забрать мое. Тогда и я заберу кое-что свое.

И барьер исчез. Преграда погасла, словно ее и не было. Дакхар изумленно ощупал воздух перед собой, а потом бросил:

— Леон, можно!

Дважды повторять тигру не пришлось. Брат Картаса даже проверять не стал, а просто сделал огромный прыжок и очутился рядом. Приветственно кивнул и быстро повернулся, чтобы рыкнуть повторно:

— Можно!

И тогда лавина зверей рванула вперед. Картас с трудом сдерживался, чтобы не призвать меч. Его рефлекс светлого карателя требовали немедленно отреагировать на монстров, но он продолжал стоять на месте, сцепив руки за спиной, только окутал Эрна дополнительной защитой. Наследник скривился, но промолчал, осознавая, что момент для недовольства неподходящий.

Вместо высказывания претензий Эрн Авердан пытался сосчитать прибывающий светлых, споткнулся на третье десятке и только беспомощно озирался. Картас и сам был в легком замешательстве и пытался понять, с чего лучше начать: сразу переправить освобожденных в крепость паладинов тьмы или сначала хотя бы осмотреть, чтобы понять, а кого они вообще выпустили.

Но сделать ничего не успел, потому что Дакхар вдруг страшно закричал и упал на колени. Рубашка на его спине лопнула, выпуская кожистые крылья, на голове обозначились рога — темные отметины рода Райн, чьи представители внешне сейчас были схожи с демонами.

Дейв сразу бросился к младшему брату, но неведомая сила подхватила его и отбросила в сторону, тогда все снова услышали голос долины:

— Ты сделал свой выбор, Дакхар. Ты забрал мое. Я заберу твое.

Дакхар понял, что сейчас случится что-то страшное, он вскинул голову и успел прошептать одними губами: «Я не жалею…», когда его охватило черное пламя.

Это было страшно. По-настоящему дико. Картас на службе сталкивался с разным, но впервые он видел, как маг сгорает частями. Как воспламеняются и осыпаются пеплом его крылья, как обугливаются рога, а в прорехах одежды начинают наливаться кровью страшные раны, уничтожая татуировки темного охотника. Дакхар Младший сгорал в огне собственной магии, выжигаемой духом Гиблой долины, что однажды сделал его темным охотником. Гиблая долина забирала дар у того, кто пошел против ее воли и лишил рабов.

Когда все завершилось, Дакхар нашел в себе силы перевернуться на спину и криво усмехнулся:

— Всегда знал… Что… Она жадная стерва.

Дейв тяжело опустился рядом с ним на траву, покрывая тело брата темными рунами. Аберг узнал символы темного исцеления. Вряд ли Дейв мог полностью исцелить Дакхара, но ему было под силу облегчить его боль. Эрну и Картасу оставалось только ждать, потому что ничем помочь они не могли. Ждали и звери. Картас обратил внимание, что они уже разбились на три группы: крылатые, покрытые шерстью или чешуей. В остальном же существа, созданные Гиблой долиной, были до того странными, что Картас не взялся бы назвать вид некоторых. Только отметил с облегчением, что Леон стал вполне нормальным тигром.

— Зачем? Они же тебе никто… — тихо обронил Дейв.

— Никто. Но так правильно. А магия. Она все равно осталась со мной. Подумаешь часть дара, да крылья… Живут и без них.

И снова дух гиблой долины гадко рассмеялся, будто бы знал какую-то шутку. От этого звука Дакхар приподнялся на локтях, а дальше него лицо резко побледнело.

— Нет. Она не могла…

— Почему? Могу. Мои дары сделали тебя собой, бывший темный охотник Райн. Потеряв их, ты стал никем. Посмотрим, как теперь встанешь на ноги. Кому ты теперь нужен…

И тьма исчезла.

Картас ощутил ее уход сразу. Ему, как светлому, даже дышать стало легче. Он без опаски приблизился к Дакхару.

— Дейв, это то, о чем я думаю?

— Да. Дух Гиблой долины забрал у брата не только крылья и магию. Что до остального…

— Нужно время, — упрямо процедил Дакхар. — Не хочу об этом думать сейчас. А теперь, если кто-нибудь сообразит, как мне подняться, я скажу этим ушастым несколько слов, прежде чем Дейв и Эрн переправят их к крепости Авердана.

Единственное, что смог придумать Аберг — перетащить на лесную опушку мебель из своего кабинета. Дейв только закатил глаза, когда на траве возникли письменный стол и кресло из светлых пород дерева, а потом подхватил брата магией и замер, не зная, что ему делать дальше.

— Сажай. Удобненько… — Дакхар скривился, когда раненая спина соприкоснулась со спинкой кресла, а потом подался вперед и обвел проклятых светлых затуманенным болью взглядом. — Поступаете в распоряжение Эрна Авердана. Военачальника Картаса Аберга слушаться. Если кто-то создаст проблемы — лично затолкаю обратно в долину. Все.

После этих слов Дакхар уронил лицо на стол — потерял сознание.