давние времена жили-были в одном ауле старик-бедняк и три его сына. Вместе в горы ходили, лес для князя валили, кое-как концы с концами сводили. Однажды простудился старик и слёг. Чувствуя, что недолго ему жить осталось, позвал он сыновей и говорит:

— Скоро покину я вас. Но не горюйте, живите дружно и в радости. Помните: плохим быть легко, трудно быть хорошим. Постарайтесь усвоить эту мудрость. И ещё: на могилу мою положите большой кусок каменной соли да не ленитесь наведываться туда.

Когда отец умер, сыновья похоронили его с почестями и, как он наказывал, поставили на могилу вместо памятника обтёсанную глыбу соли. Каждый день они по очереди посещали место захоронения, отдавая отцу дань памяти. Спустя какое-то время начали братья замечать, что глыба соли постепенно уменьшается.

— Надо бы нам ночью посторожить могилу отца, — сказал старший брат. — Похоже, соль кому-то пришлась по вкусу, так от неё вскоре ничего не останется.

Братья согласились. На том и порешили. Первым отправился дежурить старший брат. Измерил он верёвочкой высоту соляной глыбы, пометил узелком, а затем прилёг на старенькую бурку и стал наблюдать. Долго ли, коротко ли, вечерний сумрак всё сгущался, а как стемнело, сморил старшего брата сон.

И так три ночи подряд.

На четвёртый день вернулся старший брат домой, но прежде, приложив верёвочку, убедился, что соляная глыба уменьшилась.

Вторым отправился сторожить средний брат. Пришёл к могиле, измерил верёвочкой высоту соляной глыбы, пометил узелком, а затем прилёг на старенькую бурку и стал наблюдать. Долго ли, коротко ли, вечерний сумрак всё сгущался, изо всех сил крепился средний брат, чтобы не уснуть, а в полночь не выдержал, сон всё-таки сморил его.

И так три ночи подряд.

На четвёртый день вернулся средний брат домой, но прежде, приложив верёвочку, убедился, что соляная глыба уменьшилась.

Третьим отправился дежурить на могилу отца младший брат, Али. Измерять соляную глыбу он не стал, вместо этого вынул лук, выбрал стрелу покрепче, сел на старенькую бурку и ждёт. Долго ли, коротко ли, вечерний сумрак всё сгущался, потом совсем стемнело, уж и полночь миновала, но никто так и не появился. Али сидит, не выпускает лука из рук. А как забрезжил рассвет, смотрит: чёрное облако приближается со стороны горы и опускается прямо на могилу.

— Эй, чёрное облако! — закричал Али. — Дух, человек или зверь, кем бы ты ни было — остановись!

Но чёрное облако будто и не слышит, продолжает наползать на соляную глыбу.

Тогда Али натянул тетиву и выпустил стрелу. Попал прямо в середину облака. В тот же миг обернулось оно вороным конём, чернее самой чёрной ночи. «Вот, значит, кому наша соль по вкусу пришлась! — подумал Али. — Видимо, соль лизать нравится всем лошадям — даже волшебным», — рассудил он, а затем одним прыжком вскочил на чёрного коня, крепко за гриву ухватился. Конь тут же взмыл вверх и, пытаясь сбросить седока, стал кружить по небу да закладывать крутые виражи. Семь кругов пролетел, потом опустился на землю, тряхнул гривой, фыркнул и, довольный, молвил человеческим голосом:

— Теперь-то на мне нет ни песчинки!

— Кроме меня, джигита! — возразил Али.

Понял чёрный конь, что седок не из робких попался. Делать нечего, пришлось ему покориться.

— Отныне ты мой хозяин, буду я служить тебе верой и правдой. Спустись на землю, вырви волос из моей гривы и спрячь. Когда я тебе понадоблюсь, потри его в руках, и я прилечу, где бы ни находился, — сказал чёрный конь.

Али слез с коня, вырвал из его гривы волос, и чёрный конь умчался прочь. Спрятал Али волос и стал вечера дожидаться.

На вторую ночь снова принялся он сторожить. Сидит, не выпускает лука из рук. А как забрезжил рассвет, смотрит: белое облако приближается со стороны горы и опускается прямо на могилу.

— Эй, белое облако! — закричал Али. — Дух, человек или зверь, кем бы ты ни было — остановись!

Но белое облако будто и не слышит, продолжает наползать на соляную глыбу.

Тогда Али натянул тетиву и выпустил стрелу. Попал прямо в середину облака. В тот же миг обернулось оно белым конём, белее самого белого снега. «Видать, и этому коню тоже соли захотелось», — подумал Али. Одним прыжком вскочил он на белого коня, крепко за гриву ухватился. Конь тут же взмыл вверх и, пытаясь сбросить седока, стал кружить по небу да закладывать крутые виражи. Двадцать семь кругов пролетел, потом опустился на землю, тряхнул гривой, фыркнул и, довольный, молвил человеческим голосом:

— Теперь-то на мне нет ни песчинки!

— Кроме меня, джигита! — возразил Али.

Понял белый конь, что седок не из робких попался. Делать нечего, пришлось ему покориться.

— Отныне ты мой хозяин, буду я служить тебе верой и правдой. Спустись на землю, вырви волос из моей гривы и спрячь. Когда я тебе понадоблюсь, потри его в руках, и я прилечу, где бы ни находился, — сказал белый конь.

Али слез с коня, вырвал из его гривы волос, и белый конь умчался прочь. Спрятал Али белый волос, присовокупив его к чёрному, и стал вечера дожидаться.

На третью ночь снова принялся он сторожить. Сидит, не выпускает лука из рук. А как забрезжил рассвет, смотрит: огненное облако приближается со стороны горы и опускается прямо на могилу.

— Эй, огненное облако! — закричал Али. — Дух, человек или зверь, кем бы ты ни было — остановись!

Но огненное облако будто и не слышит, продолжает наползать на соляную глыбу.

Тогда Али натянул тетиву и выпустил стрелу. Попал прямо в середину облака. В тот же миг обернулось оно рыжим конём, с гривой, пылающей ярче самого яркого пламени в очаге. «Видать, и этому коню тоже соли захотелось», — подумал Али. Одним прыжком вскочил он на рыжего коня, крепко за гриву ухватился. Конь тут же взмыл вверх и, пытаясь сбросить седока, стал кружить по небу да закладывать крутые виражи. Восемьдесят три круга пролетел, потом опустился на землю, тряхнул гривой, фыркнул и, довольный, молвил человеческим голосом:

— Теперь-то на мне нет ни песчинки!

— Кроме меня, джигита! — возразил Али.

Понял рыжий конь, что седок не из робких попался. Делать нечего, пришлось ему покориться.

— Отныне ты мой хозяин, буду я служить тебе верой и правдой. Спустись на землю, вырви волос из моей гривы и спрячь. Когда я тебе понадоблюсь, потри его в руках, и я прилечу, где бы ни находился, — сказал рыжий конь.

Али слез с коня, вырвал из его гривы волос, и рыжий конь умчался прочь. Спрятал Али рыжий волос, присовокупив его к чёрному и белому, да пошёл домой.

О случившемся он братьям ничего говорить не стал, а только заверил, что соль на могиле отца никто больше не тронет. За время, пока Али сторожил могилу, до аула, в котором жили братья, дошёл слух, что князь тех земель выдаёт замуж трёх своих дочерей. Свататься может любой, но все претенденты должны будут принять участие в трёх состязаниях с другими джигитами, и только победитель в каждом из них получит в жёны одну из княжеских дочерей.

Старшие братья решили попытать счастья. Оседлали они своих коней и направились к замку. Али вынужден был остаться дома, братья его с собой не взяли.

— У нас только два коня, — сказали они. — А вдвоём скакать на одном коне — только позориться, засмеют. Да и рано тебе состязаться с лучшими джигитами, не дорос ещё!

Али промолчал, но, когда братья были уже далеко от дома, достал чёрный волос и потёр его в руках. Тут же перед ним появился чёрный конь.

— Звал меня? — спрашивает. — Готов служить тебе, Али. Куда доставить тебя велишь?

— К замку князя нашего, — коротко распорядился Али. — Только по земле, не по небу, прибереги свои таланты на потом.

Чёрный конь помчался по узкой горной дороге. Вскоре он уже догнал старших братьев Али и на полном ходу легко обошёл их. Братья почтительно поприветствовали незнакомого всадника, который так быстро пронёсся мимо, что до них долетели лишь обрывки его ответных слов, а он был уже далеко впереди.

— Как похож этот всадник на нашего Али! — глядя ему вслед, воскликнул средний брат. А чёрный конь тем временем уносил Али всё дальше. Высекая искры из камней, мчался он наперегонки с ветром и, когда седок пытался его придержать на крутых поворотах, от нетерпения покусывал удила.

Наконец впереди показался княжеский замок. Али ожидал увидеть на площади перед замком толпу джигитов, но там никого не было. Только сам старый князь сидел в кресле у входа в своё жилище, нежась на солнышке. С обеих сторон от него стояли стражники с саблями. Али поздоровался с князем и спросил:

— А где участники состязания? Может, я слишком рано приехал?

— Ты опоздал, джигит, — сказал князь, хитро усмехнувшись. — Два дня и две ночи прошло, как твои соперники отправились в путь, вот уж и третий день на исходе.

— А куда они скачут, светлейший князь? Не сочти за труд, просвети меня — вдруг я сумею нагнать их.

Князь с сомнением пожал плечами, но всё же ответил:

— Есть у подножия горы Казбек родник, рядом большое грушевое дерево растёт, а под деревом стоит кувшин, в котором спрятано кольцо моей старшей дочери. Кто привезёт мне то кольцо, тот и станет её женихом.

Чёрного коня даже пришпоривать не понадобилось: тут же сорвался он с места и, как только скрылся из поля зрения князя, взмыл в небеса, легко преодолев по воздуху расстояние, отделявшее Али от соперников. И часу не прошло — а он уже оставил головную группу джигитов позади и первым добрался до горы Казбек. Али нашёл родник и раскидистое грушевое дерево, у основания ствола которого сразу заметил красивый расписной кувшин. Достав из кувшина кольцо, он снова вскочил на чёрного коня, и тот, обгоняя ветер, полетел обратно к замку. Когда Али предстал перед князем с кольцом в руке, солнце ещё стояло в зените. Удивился князь такой его прыти, но уговор есть уговор.

— Что ж, ты заслужил право взять в жёны мою старшую дочь, — сказал он. — Только свадьбу я справлю всем трём дочерям одновременно. Возвращайся домой и жди. Когда определятся женихи для сестёр твоей невесты, я объявлю. Тогда и приезжай.

Между тем старшие братья как раз подъехали к замку и видели, как всадник на чёрном коне отдавал старому князю кольцо. Видеть-то они видели, но Али не узнали.

— Эх, упустили мы свой шанс жениться на старшей дочери князя, — посетовал один из них. — Надо завтра пораньше выехать. Может, хотя бы её средняя сестра достанется кому-то из нас.

Когда добрались братья домой, младший уже поджидал их, будто и не отлучался никуда — по хозяйству хлопочет, крышу сакли чинит.

— Чей конь оказался самым быстрым? — спрашивает. — Кто стал женихом старшей дочери князя?

— Ишь, любопытный какой! Молод ты ещё, чтобы этим интересоваться. Хотя, знаешь, победивший всадник был похож на тебя, вот только конь у него — какой тебе и не снился! — услышал Али в ответ. На рассвете братья опять оседлали коней и отправились пытать счастья. Что касается Али, то его они, как и в прошлый раз, с собой не взяли.

Али дождался, пока братья уедут, затем достал белый волос и потёр в руках. Тут же перед ним появился белый конь.

— Звал меня? — спрашивает. — Готов служить тебе, Али. Куда доставить тебя велишь?

— К замку князя нашего, — коротко распорядился Али. — Только по земле, не по небу, прибереги свои таланты на потом.

И, прежде чем белый конь сорвался с места, Али рассказал ему, что намерен потягаться с теми джигитами, которые будут сегодня свататься к средней дочери князя. Белый конь выслушал его и помчался по узкой горной дороге. Вскоре он уже догнал старших братьев Али и на полном ходу легко обошёл их. Братья почтительно поприветствовали незнакомого всадника, который так быстро пронёсся мимо, что до них долетели лишь обрывки его ответных слов, а он был уже далеко впереди.

— Как похож этот всадник на нашего Али! — глядя ему вслед, снова воскликнул средний брат. А белый конь тем временем уносил Али всё дальше. Высекая искры из камней, мчался он наперегонки с ветром и, когда седок пытался его придержать на крутых поворотах, от нетерпения покусывал удила.

На площади перед замком собралась огромная толпа. Отовсюду съехались джигиты сразиться за право стать зятем самого князя. А надо сказать, что средняя его дочь была такой же красавицей, как и старшая, что ещё больше раззадоривало претендентов.

— Женихом моей средней дочери станет тот, кто на своём коне быстрее всех взберётся вон на ту гору и доставит мне перо из орлиного гнезда, — объявил князь.

По толпе прошёл ропот. Джигиты недоумевают: гора отвесная, нигде ни деревца, ни кустика, ни выступа — удержаться не за что, коню ступить некуда. А гнездо находится на самой вершине горы, скрытой за тучами. Добраться туда, да ещё на коне, невозможно. Али тоже засомневался, что ему такое по силам. Но белый конь успокоил его:

— Положись на меня. Я мигом на гору взлечу. Главное — выбраться из толпы. А там — наподдай мне кнутом, гикни громче шестидесяти трёх джигитов да держись покрепче за гриву.

Как только был подан знак, белый конь вырвался из толпы. Али хлестнул его кнутом, гикнул громче шестидесяти трёх джигитов, ухватился за белоснежную гриву и крепко сжал своего скакуна ногами. Конь устремился вверх по отвесной каменной стене. Ступит передними ногами — тропу высечет, ступит задними — широкую дорогу за собой оставит. Спустя мгновение Али уже был на вершине горы. Забрал он из орлиного гнезда перо гордой птицы, вновь вскочил на коня и вскоре уже предстал перед князем с пером в руке. Удивился князь такой его прыти, но уговор есть уговор.

— Что ж, ты заслужил право взять в жёны мою среднюю дочь, — сказал он. — Только свадьбу я справлю всем трём дочерям одновременно. Возвращайся домой и жди. Когда определится жених для моей младшей дочки, я объявлю. Тогда и приезжай.

Старшие братья видели, как всадник на белом коне отдавал старому князю орлиное перо. Видеть-то они видели, но Али не узнали.

— Эх, упустили мы свой шанс жениться на средней дочери князя, — посетовал один из них. — Надо завтра ещё раньше выехать. Может, хотя бы её младшая сестра достанется кому-то из нас.

Когда добрались братья домой, младший уже поджидал их, будто и не отлучался никуда.

— Чей конь оказался самым быстрым? — спрашивает. — Кто стал женихом средней дочери князя?

И услышал тот же ответ, что и накануне:

— Ишь, любопытный какой! Молод ты ещё, чтобы этим интересоваться. Хотя, знаешь, победивший всадник был похож на тебя, вот только конь у него — какой тебе и не снился!

На третий день братья поднялись ещё до рассвета. Что касается Али, то его они, как и в прошлые разы, с собой не взяли. Оседлали они коней и выехали из аула.

Али дождался, пока братья уедут, затем достал рыжий волос и потёр в руках. Тут же перед ним появился рыжий конь.

— Звал меня? — спрашивает. — Готов служить тебе, Али. Куда доставить тебя велишь?

— К замку князя нашего, — коротко распорядился Али. — Только по земле, не по небу, прибереги свои таланты на потом.

И, прежде чем рыжий конь сорвался с места, Али рассказал ему, что намерен потягаться с теми джигитами, которые будут сегодня свататься к младшей дочери князя. Рыжий конь выслушал его и помчался по узкой горной дороге. Вскоре он уже догнал старших братьев Али и на полном ходу легко обошёл их. Братья почтительно поприветствовали незнакомого всадника, который так быстро пронёсся мимо, что до них долетели лишь обрывки его ответных слов, а он был уже далеко впереди.

— Как похож этот всадник на нашего Али! — глядя ему вслед, снова воскликнул средний брат. А рыжий конь тем временем уносил Али всё дальше. Высекая искры из камней, мчался он наперегонки с ветром и, когда седок пытался его придержать на крутых поворотах, от нетерпения покусывал удила.

Когда добрались до княжеского замка, было ещё совсем рано. Но во дворе уже толпились джигиты: многие приехали из дальних краёв и ночевали рядом с замком прямо под открытым небом. Появились и старшие братья, но в толпе они не заметили Али.

Наконец из замка показался князь. Подошёл к джигитам, молча оглядел их и только потом заговорил — громко, чтобы всем было слышно:

— Женихом младшей дочери я объявлю того джигита, который на всём скаку достанет барана из колодца глубиною в шестьдесят три локтя.

По толпе прошёл ропот. Джигиты недоумевают: мыслимое ли дело — в узкий колодец на коне въехать? Нет, видно, князь решил младшую дочь замуж не выдавать. Для чего только он затеял тогда это состязание? Чтобы посмеяться над джигитами? Али тоже засомневался, что ему такое по силам. Но рыжий конь успокоил его:

— Положись на меня. Мне и с более сложными задачами приходилось справляться. Не жалей моих боков, хлестни кнутом, наподдай пятками и гикни так, чтобы и люди, и деревья к земле припали. Да держись за гриву покрепче.

Как только был подан знак, рыжий конь вырвался из толпы. Али хлестнул его кнутом, вцепился в рыжую гриву и крепко сжал своего скакуна ногами, а потом гикнул так, что и люди, и деревья к земле припали.

Рыжий конь подлетел к колодцу, в который княжеские слуги опустили барана.

Передними копытами он принялся землю взрывать, а задними — отбрасывать в стороны. Вмиг до самого дна добрался. Али схватил барана за рог и стал выбираться из колодца, но в последний момент рог вдруг обломился, и баран упал обратно на дно.

Младшая дочь князя сидела у окна и видела, как Али уронил барана.

— Держи его за шерсть! — закричала она.

Али последовал её совету, снова спустился в колодец и вытащил барана, ухватившись обеими руками за густую шерсть. Когда он предстал перед князем и бросил к его ногам барана, князь сказал:

— Что ж, ты воистину достоин взять в жёны мою самую любимую дочку. Теперь и все три свадьбы можно сыграть одновременно. Я объявлю сбор женихов и гостей да всё подготовлю. Приезжай, джигит, через три дня и станешь моим зятем — заслужил.

Али ускакал на своём рыжем коне, а за ним потянулись остальные джигиты.

Когда добрались братья домой, младший уже поджидал их, будто и не отлучался никуда, — по хозяйству хлопочет, что-то чинит во дворе.

— Кто сегодня одержал победу в состязании? — спрашивает. — Кому оказали честь стать женихом младшей дочери князя?

— Ишь, любопытный какой! Молод ты ещё, чтобы этим интересоваться. Хотя, знаешь, победивший всадник был похож на тебя, вот только конь у него — какой тебе и не снился! — снова услышал Али в ответ. Тут он не выдержал, потёр в руках три волшебных волоска, и сразу появились все три коня: чёрный, белый и рыжий. Братья ахнули от удивления.

— Значит, молод я ещё и со мной можно не считаться? — сказал Али старшим братьям.

Братья смутились, покраснели.

— Не обижайся, Али, — говорят. — Мы ведь не со зла.

— Спохватились наконец! — ответил Али. — Забыли наказ отца! Он завещал нам жить дружно, а вы только о себе думали, как будто, кроме вас, других джигитов в принципе быть не может. Но я хорошо помню слова отца: «Плохим быть легко, трудно быть хорошим». И поступлю так, как поступил бы отец — по-братски. Выбирайте себе, какой конь кому приглянулся, а когда поедем на свадьбу, каждый выберет девушку, которая придётся ему по душе и которой он сам понравится.

На том и порешили. Вскоре было объявлено, что через три дня состоятся сразу три свадьбы трёх дочерей князя. Братья поехали к нему втроём — на чёрном, белом и рыжем конях. Князь взглянул на коней и признал женихов. Старший брат выбрал старшую дочь, средний — среднюю, Али — младшую, самую, на его взгляд, красивую и добрую. К тому же и ей Али явно нравился, не зря она своим советом помогла ему достать барана из колодца.

Три дня гуляли свадьбу. Потом братья засобирались домой. Князь одарил их многочисленными подарками, наказал беречь его дочерей и проводил в путь-дорогу.

Братья вскочили на коней, посадили красавиц жён впереди себя и неспешно поехали в свой аул: Али — во главе процессии, на рыжем коне, средний брат — за ним, на белом коне, и старший — чуть поодаль, на чёрном коне.

Вернулись братья домой и стали жить-поживать да добра наживать. Отцовский наказ с тех пор они свято чтили и детишек своих с малых лет тому же учили.