19

Я открыл портал и шагнул на террасу своего дома. Уселся под навесом в ожидании Карима.

Слуга вернулся довольно быстро. Едва заметив меня, он радостно, чуть громче обычного, сообщил:

— Молодой господин! Я купил две заготовки! Отличный мастер-ювелир, уважаемый Хаким, сделал их быстро и недорого — всего по пятнадцать серебряных за каждую!

Он поднялся на террасу и с гордостью положил передо мной две круглые заготовки.

Горный хрусталь сиял идеальной полировкой, медная оправа блестела, ушки для шнурков были надёжно припаяны. Именно такими я их и представлял.

— Отлично, Карим. — Я довольно кивнул. — А теперь пригласи, пожалуйста, Лейлу. И пусть захватит магический состав — клей и серебряный порошок.

Я решил, что первый артефакт изготовлю сам, прямо при рабыне. Пусть видит процесс и тут же повторит.

Вскоре Лейла поднялась на террасу, неся плошку с уже замешанным составом. Встала чуть поодаль, готовая наблюдать.

Взял тончайшую кисть, обмакнул в мерцающую серебряную массу и, сверяясь с листком, начал выводить изображение глаза насекомого на обратной стороне линзы. Линии ложились ровно, складываясь в причудливый, но строго выверенный рисунок. Работал методично, не торопясь, понимая, что любая ошибка испортит артефакт.

Закончив, я отложил кисть, удовлетворённо осмотрел работу и пропустил через себя силу, влив её в готовый артефакт. Хрусталь на мгновение вспыхнул мягким светом и погас.

— Карим, принеси шнурок, — попросил я.

Слуга принёс тонкий кожаный шнурок. Я продел его в ушко и попросил Карима надеть артефакт на шею.

Эффект был мгновенным и завораживающим.

Фигура слуги не исчезла, но стала... размываться. Взгляд соскальзывал с него, не в силах зацепиться за чёткие очертания. Казалось, что Карим стоит в лёгкой дымке, что контуры его тела постоянно меняются, ускользают. Обычный человек прошёл бы мимо и не заметил.

— Работает, — довольно констатировал я. — Именно так, как задумано. Снимай, Карим.

Слуга снял линзу, положил на стол. Я пододвинул вторую заготовку к Лейле.

— Теперь ты. Изобрази точно такой же рисунок. Не торопись.

Рабыня сосредоточенно взяла кисть, обмакнула в состав и принялась за работу. Она выводила линии медленно, то и дело сверяясь с моим образцом. Прошло немало времени, прежде чем она закончила.

— Отлично, — сказал я, разглядывая результат. — Просто отлично.

Наполнил второй артефакт силой, привязал шнурок и попросил Карима надеть его.

Эффект повторился — фигура слуги снова стала размытой, неуловимой для взгляда.

Лейла всплеснула руками, глаза её расширились от восторга.

— Ой, как здорово! — выдохнула она. — Как интересно! Господин, вы великий артефактор!

Я улыбнулся, польщённый, но постарался сохранить деловой вид.

— Ну вот, Карим, тебе ещё два новых артефакта. Можешь прибавить их к тем, что я закончил вчера. И попробуй продать. Я не уверен насчёт цены, но постарайся поторговаться и выбить лучшую.

— Я понял вас, господин. Сделаю всё как нужно. — Карим взял обе линзы, убрал в карман своего халата.

Слуга и рабыня покинули террасу. Я остался под навесом один, откинулся на подушки и прикрыл глаза. В голове крутились мысли о новых артефактах, о возможной прибыли, о том, как Лейла будет осваивать новые схемы.

Осталось только дождаться финансового результата.

Слуга отсутствовал недолго. Вернулся он с таким довольным и хитрым выражением лица, что я сразу понял — новости будут хорошие.

— Ну, сколько? — нетерпеливо спросил я, откладывая в сторону недочитанный листок с описанием артефактов.

Карим подошёл ближе, сияя, как начищенный медный поднос.

— О, молодой господин! Это было феерично! — воскликнул он, прижимая руки к груди. — Я и сам не ожидал, что так получится!

— Рассказывай уже, не томи, — улыбнулся я, предвкушая хорошие новости.

Карим принялся рассказывать с таким воодушевлением, будто выступал на сцене:

— Значит так, господин. Сначала я, как обычно, зашёл в лавку к почтенному Ахмету. Продал пространственные сумки — по две монеты, как договаривались. И камень возвращения — за четыре. Тут без сюрпризов.

Он сделал паузу, наслаждаясь моментом:

— А потом я достал «Линзы Искажения». Глаза у Ахмета сразу загорелись! Он, конечно, пытался сделать вид, что не очень-то и заинтересован, но я же вижу — заинтересован, и ещё как!

— И что дальше? — подбодрил я.

— Дальше началось самое интересное, — Карим хитро прищурился. — Ахмет смотрит на линзы, вертит их так и этак, а потом говорит: «Интересная вещь, но специфическая. Малоизвестная. Кто её купит? За такую цену, как за обычные артефакты, не возьму. Максимум — две монеты за обе».

Я чуть не подпрыгнул на месте:

— Две за обе?! Да он с ума сошёл!

— Именно это я ему и сказал, — довольно кивнул Карим. — Только вежливо. Говорю: «Уважаемый Ахмет, позвольте с вами не согласиться. Вы сами сказали — артефакт малоизвестный. А значит — редкий! А редкое всегда стоит дороже обычного!»

Я рассмеялся, представив эту сцену.

— А он что?

— А он начал торговаться. Говорит: «Три за обе, и по рукам». А я ему: «Пять за каждую, и ни монетой меньше». Он чуть не поперхнулся! Говорит: «Ты с ума сошёл, Карим! Кто ж такие деньги за какую-то стекляшку отдаст?» А я ему: «Это не стекляшка, это магический артефакт высшего качества. Таких во всём Шамсахаре — раз, два и обчёлся. Ваши покупатели будут в очереди стоять!»

Карим перевёл дух и продолжил:

— Торговались мы, наверное, с полчаса. Он метался от трёх до четырёх, я стоял на своём. И знаете что? Я победил! — слуга гордо выпрямился. — Пять золотых за каждую линзу! Итог — десять монет только за новые артефакты!

Он высыпал на столик горку монет, и они весело зазвенели, раскатываясь по полированной поверхности.

— Карим, — сказал я искренне, — ты не просто слуга, ты прирождённый торговец! И рассказчик отличный.

Слуга просиял от похвалы.

— Благодарю, молодой господин. А теперь, позволите предложить вам пообедать? Время уже близится.

— С удовольствием, Карим.

Слуга исчез и через некоторое время вернулся с огромным подносом. На низком столике появилась глубокая миска с дымящимся мясным супом — наваристый бульон, крупные куски говядины, картофель, морковь, зелень. Рядом — большое блюдо с нарезкой копчёного мяса, люля-кебаб, отварной колбасой, от которых исходил умопомрачительный аромат. И, конечно, кувшин с молодым красным вином и прозрачный бокал.

Я с аппетитом поел, чувствуя, как приятная сытость разливается по телу. И уже привычно, после обеда, уткнулся в подушки и провалился в глубокий сон.

Проснулся я ближе к вечеру, освежённый и готовый к занятиям. Вскоре пришёл Рашид аль-Саиф.

Учитель сегодня был в ударе. Он показывал новые стойки, новые техники, сложные комбинации ударов. Я старательно повторял, потея и сбивая дыхание. Рашид мягко поправлял меня, когда я делал что-то не так, показывая правильную траекторию.

— Хорошо, — одобрительно кивал он. — Уже лучше. Ещё немного — и ваша рука запомнит эти движения навсегда.

Закончив занятие, учитель вежливо распрощался и удалился в сопровождении Карима.

Настало время ужина. Карим принёс блюдо с мясом — баранина, говядина, курица, всё приготовленное разными способами, источающее сногсшибательные ароматы.

— Карим, — удивился я, — это что, всё мне одному?

Слуга сделал невинное лицо:

— Это только половина предполагаемой порции, молодой господин. Как вы и просили — уменьшить.

Я только головой покачал. Половина! С огромным трудом, но я осилил этот ужин, чувствуя, как желудок приятно, но настойчиво требует разгрузки.

После ужина артефакты, затем спустился во двор и принялся за физические нагрузки. Металлический стержень летал в воздухе, мышцы гудели, пот заливал глаза. Я напрягал себя, понимая, что без труда не выловишь и рыбку из пруда.

Завершая день, я спустился в подвал и с наслаждением погрузился в прохладную воду бассейна. Блаженство! Вода смыла усталость, пот, напряжение. Я плавал до тех пор, пока не почувствовал, что каждая клеточка тела расслаблена и довольна.

Выбравшись, обтёрся, надел чистую ночную рубашку и лёг в кровать.

Закрыл глаза и только заснул, как средний палец правой руки завибрировал.

Перстень связи.

Я мгновенно приложил ладонь к уху.

— Слушаю, уважаемый Фархад.

— Короткий Путь, — раздался знакомый голос начальника. — Ты мне нужен. Срочно. Открывай портал.

— Понял, — ответил я, уже вскакивая с кровати.

В паршивой таверне на окраине портового района было шумно, дымно и воняло дешёвым вином и жареным луком. Фархад ибн-Аббас аль-Наджи сидел в углу за потёртым деревянным столом, стараясь не прикасаться к липкой поверхности. Рядом с ним расположился штатный артефактор «Лучей», пожилой Фарид ибн-Хаким, щурясь сквозь свои круглые очки и с интересом разглядывая окружающую обстановку.

Напротив них, нервно теребя край своего засаленного халата, сидел невзрачный человечек. Маленькие, бегающие глазки, мелкие, словно мышиные, черты лица, глубокие морщины на лице. Одет он был в простую, дешёвую одежду восточного покроя — когда-то она, возможно, была серой, а теперь приобрела неопределённо-бурый оттенок.

— Рафис, значит? — переспросил Фархад, отхлёбывая из глиняной кружки и с трудом подавляя гримасу отвращения.

— Да-да, господин, Рафис, — закивал человечек, сверкая глазками. — Я всё расскажу, как было. Честное слово!

— Рассказывай, — кивнул Фархад, бросая на стол серебряную монету. Глазки Рафиса загорелись, рука метнулась и спрятала монету в складках халата.

— Значит так, господин. Вчера был я у складов купца Абдулкасима ибн-Салема. Ну, знаете, тот, что пряностями торгует и ещё кое-чем... — Рафис сделал многозначительную паузу. — Так вот, пришла к нему подвода. Большая. И грузчики стаскивают с неё ящик. Огромный, господин! Выше меня ростом и в два раза длиннее!

Он развёл руки, показывая размеры.

— И как они его ставили, один из грузчиков, балда деревенская, уронил угол ящика на пол. Так этот Абдулкасим как заорёт! — Рафис понизил голос до шёпота, изображая купца: — «Ах вы ослы безмозглые! Осторожнее! Это очень ценный и опасный артефакт! Если разобьёте — я из вас кишки на барабан намотаю!»

Фархад и Фарид переглянулись.

— А потом, — продолжил мужчина, — он велел грузчикам забыть, что они слышали. И добавил, что если кто проболтается — язык отрежет и собакам скормит.

— И где этот ящик сейчас? — спокойно спросил Фархад, но в его глазах зажёгся знакомый охотничий огонёк.

— На складе, господин! На складе Абдулкасима, в портовых кварталах. Улица Грузовая, склад номер семь. Я специально запомнил.

Фарид подался вперёд:

— Какого размера ящик, говоришь?

Рафис снова принялся неловко изображать:

— Вот такой ширины... — он раздвинул руки примерно на метр, — и вот такой длины... — руки раздвинулись ещё шире — два раза вот такая.

— Высокий? — уточнил артефактор.

— Высокий, господин! Мне по грудь будет, а я не низкий.

Фархад кивнул, бросил на стол ещё пару монет и поднялся:

— Сиди здесь ещё полчаса. Потом можешь идти. И забудь, что нас видел.

— Как скажете, господин! — Рафис схватил монеты и спрятал их с удивительной быстротой.

Фархад и Фарид выскользнули из таверны в тёмный переулок. Ночь уже вступила в свои права, и улицы порта были погружены во мрак, лишь кое-где горели редкие масляные фонари. Они накинули тёмные плащи, сливаясь с темнотой, и бесшумно двинулись к складам.

Найти нужное сооружение оказалось нетрудно. Склад номер семь на Грузовой улице выделялся массивными деревянными воротами и отсутствием окон. Фархад и Фарид подкрались к двери, ведущей внутрь.

На двери висел увесистый висячий замок. Фархад вопросительно посмотрел на артефактора.

— Сможешь?

Фарид только усмехнулся.

— Конечно, господин Фархад.

Он полез в карман своего плаща и через минуту извлёк оттуда незамысловатый инструмент — тонкую кривую палочку из какого-то тёмного металла. Просунул её в замочную скважину, чуть повертел...

Щёлк!

Замок открылся и оказался в руках артефактора.

— Отлично, — одобрительно шепнул Фархад.

Они тихо приоткрыли дверь и скользнули внутрь.

В складе пахло пряностями, сушёными фруктами и ещё чем-то неуловимо чуждым. Фархад указал в угол — там, прислонённый к стене, стоял тот самый ящик. Массивный, тёмного дерева, с металлическими уголками.

— Осмотри его, — скомандовал Фархад.

Фарид достал из кармана небольшой предмет, похожий на толстое веретено, и начал водить им по периметру ящика. Предмет слабо мерцал в темноте.

— Очень интересно, господин Фархад, — прошептал артефактор, осматривая ящик. — Это похоже на останки... возможно человека, а возможно и другого существа. М-м-м...

Он водил веретеном вдоль стенок, хмыкая и покачивая головой. Потом спрятал веретено и достал другой предмет — тонкую, как волос, проволочку, натянутую на миниатюрную рамку. Ухватил её особым образом и поднёс к крышке ящика.

Проволочка тут же заходила ходуном — задергалась, завибрировала с огромной амплитудой, выгибаясь то вверх, то вниз.

— Очень мощные излучения! — восхищённо выдохнул Фарид. — Очень мощные!

— Может, вскроем и посмотрим? — предложил Фархад, разглядывая ящик.

— О нет, господин! — Фарид даже отшатнулся. — Это может быть очень опасно. Я чувствую, что с внутренней стороны крышки начертаны магические руны. Возможно, они сдерживают то, что внутри, или запирают. Не исключаю вероятность, что если мы нарушим целостность ящика, произойдёт что-то очень нехорошее. Беда может обрушиться на нас, на столицу, на весь Шамсахар!

Фархад задумался. Ящик был огромным и, судя по всему, тяжёлым. Чтобы вынести его отсюда, потребуется десяток грузчиков, а это шум, суета, ненужные свидетели...

И тут его осенило.

Он поднёс правую ладонь к уху и прошептал в перстень:

— Короткий Путь, ты мне нужен. Жду тебя.

Не прошло и пары мгновений, как прямо перед ними раскрылась малая арка портала, и оттуда, спросонья хлопая глазами, вышел Андрей.

В нижнем белье. В длинной ночной рубашке. Взъерошенный и совершенно не понимающий, где находится и что происходит.

— О-о-о... — только и выдохнул он, увидев Фархада и Фарида.

— А, Короткий Путь! — радостно приветствовал его Фархад. — Извини, что разбудили. Дело срочное!

— Д-добрый вечер... — пробормотал Андрей, кутаясь в рубашку и косясь на ящик. — Или уже утро? Что случилось?

— Задача простая, — Фархад указал на ящик. — Надо открыть портал прямо в Зал Солнца Бездны и переместить эту штуку туда. Сможешь?

Андрей подошёл к ящику, оценивая габариты. Потом сосредоточился и прямо перед ним раскрыл малую арку портала. В проёме замаячил знакомый зал.

— Отлично! Теперь толкаем!

Фархад упёрся плечом в ящик, Фарид присоединился, Андрей, кряхтя, толкал с другой стороны. Ящик даже не думал двигаться.

— У-у-ух! — Фархад навалился всем телом, ноги заскользили по полу.

— Давай ещё, господин! — Фарид пыхтел, как паровоз. — Ещё немного!

— А ну взяли! — закричал Андрей, забыв о своей нелепой одежде.

Ящик дрогнул, сдвинулся на пару сантиметров и замер.

— Не хватает сил! — выдохнул Фархад. — Ещё раз! У-у-у-ух!

Они навалились втроём, жилы на шеях вздулись, лица покраснели от напряжения. Ящик медленно пополз к порталу.

— Ещё... чуть-чуть... — хрипел Фарид, сбивая очки.

— Давай! — взревел Андрей, упираясь босыми ногами в пыльный пол склада.

Ещё одно усилие — и ящик наполовину вполз внутрь. Ещё рывок — и он оказался на полу Зала Солнца Бездны.

Все трое, тяжело дыша, прошли в новый портал, который мастер Андрей открыл рядом с тем, в который впихнули тяжеленный ящик.

— Уф-ф-ф... — выдохнул Фархад, вытирая пот со лба. — Сделали!

Андрей закрыл порталы и посмотрел на свой ночной наряд, весь в пыли и грязи.

— Я... я пойду? — неуверенно спросил он.

— Да-да, Короткий Путь, спасибо! — Фархад махнул рукой. — Иди, досыпай. Ты молодец.

Андрей открыл портал к себе домой и скрылся в нём.

Фархад и Фарид переглянулись, опустились на пол рядом с только что затащенным ящиком и расхохотались.

— Ну и работёнка! — Фархад хлопнул артефактора по плечу. — Но мы справились!

— Ещё как справились! — Фарид довольно потёр руки. — А теперь, господин, я этот ящик как следует изучу. Чувствую, там что-то очень интересное.

Оба довольно улыбались, сидя на своей таинственной добыче.