— Не за что, Настенька. Я же всё понимаю. Тем более знаю, что ты аккуратная, а значит, за состояние квартиры я могу не переживать.

Улыбнувшись друг другу, мы ещё раз обнимаемся и принимаемся за работу. И пока мой компьютер загружается, я с нежностью глажу свой живот, мысленно общаюсь с Матвеем, рассказываю ему прекрасную новость: совсем скоро мы будем жить в хорошей квартирке с чудесной соседкой, и никто не будет шуметь.

Где будет спокойно и безопасно.

Глава 8

Анастасия

Настаёт день переезда. В предвкушении начала новой жизни я с улыбкой подхожу к подъезду девятиэтажки, где буду жить.

Открыв дверь, поднимаю тяжёлый чемодан, чтобы перенести его через порог, но случайно врезаюсь в огромного, как медведь гризли, мужчину.

Подняв голову, вижу высокого накачанного брюнета с карими глазами. На его лице тёмная щетина, а руки и шея украшены татуировками.

Странный тип. Даже страшный.

— Смотри, куда прёшь! — рычит и впивается в меня пристальным, суровым взглядом.

— Извините, я вас не заметила.

— Может, стоило глаза разуть?

Ну и хамло! Первый житель этого дома — и такое животное. Хочется верить, что в этом подъезде не все такие.

Машинально застёгиваю пальто, чтобы он не заметил моего живота. Неприятно, когда чужие, не скрывая любопытства, пялятся на меня.

Обхожу его, не желая больше пререкаться, но мужчина стоит, как вкопанный, и не двигается. Изучает меня пытливым взглядом, замечает чемодан и, вскинув бровь, продолжает бессовестно глазеть.

Я не обращаю на него внимания и хочу как можно скорее добраться до квартиры, обустроиться и просто начать новую жизнь в ожидании малыша.

— Эй! — окликает этот хам. — Постой.

Не подчиняюсь, иду прямиком к лифту, но гризли догоняет меня и, вцепившись в ручку чемодана, забирает его у меня.

— Что вы делаете? — вспыхиваю.

В ответ он догадливо бросает взгляд на мой живот.

— Беременна что ли?

— Это не ваше дело!

Окончательно забрав чемодан, он приподнимает багаж, будто бы он ничего не весит.

— Я помогу, а то лифт уже вторые сутки не работает.

— Как не работает?

— А вот так. Видишь, объявление висит?

И правда, висит. Но это же ужасно! Мне без лифта беременной бегать на седьмой этаж — то ещё испытание.

— А когда заработает?

— Я тебе что, ремонтник? Без понятия.

Определённо, этот мужчина не обучен уважительному общению с женщинами. Но сейчас мне не до гордости, у меня очень тяжёлый чемодан, и самой тащить его придётся до утра.

Мы выходим на лестницу. Гризли уже успевает быстро добраться до первого пролёта, неся чемодан, будто пакет с хлебом. Сил у него очень много, но вот внешний вид и манеры заставляют побаиваться.

— Какой этаж? — бросает мне через плечо.

— Седьмой.

Он лишь на секунду останавливается, глядит на меня в упор.

— А звать как?

— Анастасия.

Перехватив поудобнее чемодан, гризли кивком меня подгоняет:

— Идём.

Я жду, что в ответ незнакомец представится, но тут же вспоминаю, что его воспитание далеко от идеала.

Не спеша поднимаемся на нужный этаж; к моему удивлению, гризли даже пару раз интересуется, не устала ли я, и предлагает сделать паузу. Я отказываюсь. Ничего, потерплю. Последний рывок — и вот мы у моей новой квартиры.

— Спасибо, что помогли.

— Ерунда.

Он, поджав губы, кивает и продолжает стоять рядом, не сводя глаз с моего живота. Ох, знаю я этот взгляд и догадываюсь, о чём этот медведь сейчас думает.

— А где твой муж? — задаёт неприятный, до зубного скрежета ожидаемый вопрос.

Не хочу хамить ему, напоминая, что моя жизнь его не волнует. Всё-таки, несмотря на грубость, он остановился, предложил помощь.

— Одна сюда приехала, тяжесть такую тащишь… — продолжает рассуждать. — Где муженёк?

— Ещё раз спасибо за помощь, но я пойду. Очень устала.

Достав ключи, отворачиваюсь к двери, всем видом показывая, что на этом наш разговор окончен.

— Ясно всё, — прыснув, выдаёт с неприкрытой издёвкой. — Объелся груш твой муж.

Слышу, как он отходит и бегло спускается по ступеням. Слава Богу… Отстал.

— Кстати! — кричит он мне на бегу через пролёт. — Если что, я — Руслан.

Глава 9

Анастасия

Захожу в квартиру, ставлю у стены чемодан и оглядываюсь.

— Руслан… — тихонько повторяю имя мужчины, прижавшись к двери.

Судя по тому, что он знает о сломанном лифте, Руслан живёт в этом доме, а не просто приехал погостить.

Рассматривая крошечную однокомнатную квартирку, подхожу к окну и опускаю глаза. Замечаю своего нового знакомого с внешностью бандита, вижу, как он выходит из подъезда и направляется к огромному чёрному Гелендвагену.

«Ого!» — проносится в моих мыслях. — «Эта машина стоит дороже самой большой квартиры в этом доме».

Спальный район на отшибе города, домишка скромненький, и живут тут в основном старички.

А Руслан — молодой, сильный мужчина, и что же он тут забыл?

А, может, скрывается от кого-то, спрятавшись в неприметном месте?

А от кого? От органов? Или от братков, таких же, как он?

Остаётся только догадываться…

* * *

Из-за беременности я очень устаю, все силы отнимает малыш, но я не жалуюсь. Он — единственное, что меня радует. Мысли о рождении сыночка заставляют меня просыпаться по утрам, радоваться жизни, предвкушая встречу с маленьким чудом.

О бывшем муже стараюсь не думать, но плохо получается. В памяти то и дело всплывает его измена, свирепый взгляд, обвинения в мой адрес. До сих пор эти воспоминания отдаются болью в сердце.

Но теперь я живу для малыша. Он и только он — мой самый любимый, родной человечек. Сына я воспитаю настоящим мужчиной и научу уважать женщин.

А ещё я научу сыночка уважать себя: у его отца с самоуважением определённо проблемы. Спутаться с такой девкой, как эта силиконовая Николь; знать, что тебя используют ради денег, может только мужчина, который совершенно себя не ценит. Но чтобы это понять, нужен здравый смысл и трезвый взгляд. А откуда он у Егора, если, глядя на молодое тело, он напрочь теряет голову?

Ладно, плевать. Он не понимал, не ценил, не любил и не уважал ни себя, ни меня. Маски сорваны: Егор показал своё истинное лицо.

Не забуду предательства и не прощу предателя.

Ни за что.

Никогда.

Лёгкое шевеление под сердцем заставляет меня перестать думать о бывшем муже. Я кладу руки на живот, улыбаюсь и с трепетом шепчу, обращаясь к сыночку:

— Не волнуйся, малыш, мамочка в порядке. Просто вспомнилось…

Как я уже люблю этого кроху! Он станет настоящим подарком за мои мучения. И с этими тёплыми чувствами я иду разбирать вещи и обживаться.

Я настолько увлекаюсь этим приятным процессом, что не замечаю, как пролетает время.

Надо бы заглянуть к соседке Екатерине Матвеевне: познакомиться и предупредить, что теперь в этой квартире буду жить я. Соседка — милая старушка, о которой рассказывала мне Ангелина Петровна, и как только я заканчиваю с обустройством своего нового гнёздышка, в дверь звонят.

«Наверное, это Екатерина Матвеевна: она услышала меня через стенку и сама пришла знакомиться», — проскальзывает догадка.

Открываю дверь в полной уверенности, что на пороге увижу старушку, но вместо неё замечаю огромного гризли.

— Привет ещё раз, — басит Руслан и, не спрашивая разрешения, заходит в мою квартиру.

Я теряю дар речи от такой наглости! Всё! Хватит! Терпеть не намерена!

Помог мне дотащить чемодан — за это спасибо, но так беспардонно врываться в личное пространство — это уже перебор.

В руке у него пакет, битком набитый продуктами. Мне удаётся подглядеть, что внутри: там и хлеб, и крупы, чай, фрукты, овощи — этим можно холодильник на несколько дней забить.

— Держи, — протягивает мне пакет, но, вовремя одумавшись, опускает его на пол. — Прости, забыл. Ты же в положении. Тебе нельзя поднимать тяжести.

Немею от шока, смотрю то на продукты, то на Руслана и снова опускаю глаза на покупки.

— Это… это что? — спрашиваю, как только ко мне вернулся дар речи.

— Это тебе, — отвечает он легко и непринуждённо.

Не понимаю. Вот честно, я совершенно не понимаю этого человека.

— Когда лифт починят — неизвестно, а тебе же надо как-то питаться.

— Я бы сходила в магазин. Я всего лишь беременна, а не парализована.

— Не думаю, что для тебя это полезно.

— Послушайте, Руслан, я могу сама о себе позаботиться.

Он подозрительно выгибает бровь и, чтобы отвадить навязчивого мужчину, прибегаю к обману:

— Тем более скоро приедет мой муж из командировки. Ему не понравится, что к его жене ходит другой мужчина, — ещё раз бросив взгляд на пакет с покупками, добавляю: — даже из-за гуманных целей.

Руслан шумно выдыхает и, облокотившись о стену, смотрит мне в глаза.

Прямо.

В упор.

Его взгляд настолько открыт, что я немного теряюсь.

— Я хотел извиниться. С утра нарычал на тебя, был не прав. Прости, просто с работы позвонили, там… проблемки.

— Извинения приняты, — тут же реагирую, надеясь, что, услышав это, он сразу же испарится. — Сколько я вам должна за продукты?

Руслан хмурится, будто мой вопрос для него оскорбителен.

— Я же сказал, что пришёл извиниться. Надеюсь, у тебя нет аллергии ни на что из купленного; а если есть — скажи, я в следующий раз учту.

Боже мой, эта самонадеянность меня ошеломляет. Женщина говорит, что у неё муж есть, а ему хоть бы хны! Учтёт он!

— Руслан, мне кажется, вам пора.

Первая выхожу в коридор, давая понять, что он больше в моей квартире не задержится. Постояв у двери с полминуты, Руслан лукаво улыбается уголком губ и медленно, будто проверяя мою выдержку, переступает порог.

— Насть, имей в виду: это очень старый дом, и трубы летят только в путь. Если вдруг случится протечка или что-то сломается — дай знать. Я приду и всё исправлю.

Как ловко он перескакивает с темы на тему, пытаясь заговорить мне зубы. Я не выдерживаю и вспыхиваю:

— Что? Какие трубы? Какая протечка?

— Обычная, — отвечает он спокойный, как удав. — Я мастер на все руки, так что не стесняйся и обращайся. Ну это так, на будущее, пока муж… не вернётся из командировки.

Последние слова он произносит особенно едко, будто не верит мне. Или сразу понял, что я — будущая мать-одиночка?

— Руслан, спасибо за предложение, но, если у меня прорвёт трубу, я позвоню сантехнику.

В ответ он лишь ухмыляется и, достав из кармана ключи, подходит к двери квартиры, где живёт старушка Екатерина Матвеевна, с которой я как раз планировала познакомиться.

Старушка! А не бандюган… с глубокими карими глазами, которыми он смотрит на меня цепко, пристально, будто пытается прочитать мысли и узнать все мои тайны.

— Руслан, скажите, а разве тут живёт не Екатерина Матвеевна? Моя знакомая сказала, что мы будем соседями.

В ответ он кивает и безэмоционально отвечает:

— Жила. А сейчас здесь живу я.

Захлопнув за собой дверь, он скрывается в квартире, а я в панике бегу в свою. Прикладываю руки к губам, пытаюсь понять, что это значит?

Ангелина Петровна не говорила мне ни о каком Руслане, только о милой старушке за стенкой.

Так кто же этот верзила?

Сердце пропускает удар.

Не удивлюсь, если он избавился от доброй доверчивой старушки и обманом заимел её квартиру. Боже мой… Боже… Этот сосед ещё хуже моих предыдущих.

И навязывается слишком открыто.

Не будь я в положении, ещё подумала бы, что просто подкатывает, но подбивать клинья к беременной женщине для развлечения — странная затея.

Приложив ладонь к груди, прохожу в комнату и медленно опускаюсь на диван.

Из-за моего волнения малыш под сердцем начинает ворочаться; я успокаиваю и себя, и его, делаю глубокий вдох и выдох.

— Ничего, сыночек, не бойся. Мы сумеем за себя постоять.

Глава 10

Анастасия

Уже несколько дней я живу в новой квартире. Тишина, о которой я так долго мечтала, погружает меня в чувство лёгкости и покоя. Даже малыш теперь меньше пинается.

Но это не все сюрпризы.

Утром, выйдя из квартиры, я приятно удивляюсь тому, что лифт починили. Во дворе дома знакомлюсь с двумя молодыми мамочками, которые каждый день гуляют с детьми на площадке.

Разговорившись с ними, выясняю, что накануне кто-то из жильцов устроил управляющей компании разнос, и ремонтники вмиг примчались и всё починили.

Кто этот человек, мамочки не знают, а уж я — тем более.

Почему-то в голове мелькнула мысль: а, может, этим человеком был Руслан? Внешность у него серьёзная, голос угрожающий; он вполне мог бы навести шороху и одним только своим видом запугать ремонтников.

Вот так в раздумьях пролетает мой день.

Поздний вечер проходит спокойно. После ужина я мою посуду, расставляю тарелки по местам и вдруг чувствую, как мои ноги становятся холодными и… мокрыми.

Ахнув, отхожу, и вижу, как из-под мойки хлещет вода. Сосед предупреждал, что дом старый и трубы давно нуждаются в замене, а я не придала значения его словам, думая, что он просто пытается меня задобрить.

Вода покрывает пол, я бегу к телефону и пытаюсь дозвониться до сантехника, но трубку никто не берёт.

Опускаю глаза, смотрю, во что превращается квартира, от ужаса готова закричать.

Боже мой, я только-только пришла в себя, отошла от подлости мужа и череды неудач, а судьба преподносит очередной «подарочек», из-за которого я могу затопить соседей, да ещё и ремонт оплачивать придётся! На какие деньги, если я и так еле-еле концы с концами свожу?

Стоп! Это уже паника! Торможу себя, заставляя собраться.

Делаю вдох, выдох, ещё один вдох и выбегаю в коридор. Нажимаю на кнопку соседского дверного звонка и долго-долго держу на ней указательный палец.

— Иду! — слышу за дверью яростный рык медведя, которого только что вывели из спячки.