Никита не обманул. На пропускном пункте меня никто не остановил. Ворота уже были открыты. И слежки не наблюдалось. За мной не ехали машины, пока я не вырулила на МКАД. В звериной форме оборотни тоже не смогли бы вести преследование. Одним словом – «мегаполис». Тут здоровенными волчарами не побегать.

В остальном меня сейчас другое занимало. Даже если бы погоня и была, я не сменила бы курс. Моего ребёнка собирались вероломным образом забрать, увезти далеко! Отнять у меня! Материнский инстинкт вопил и требовал возмездия. Особенно инстинкт тигрицы-одиночки, которую кроме потомства больше ничего не волновало в этой жизни. Ведьма тоже негодовала, но у этой части меня окрас ярости разбавляло чувство предательства. Я же пыталась это всё примирить в себе. Как человек, я понимала Сашу. Более того, на её месте, думаю, поступила точно также, потому что Женя – самые важный в мире человек. Его безопасность – приоритет! И чего уж там! Этот приоритет я сильно расшатала, попавшись Волкову на глаза.

– Грёбанный Туманов со своим заказом! – ругнулась сквозь зубы, вцепившись в руль «Патриота» с отчаянием.

Именно отчаяние не позволяло отступить. Да, Сашу ведёт желание оградить нашего малыша от всех опасностей, но я не могу! Я не отдам моего сына!!!

Тряхнув головой, первым делом сбросила скорость. Так разозлилась на крёстную, на себя и весь мир, что уже мчала по трассе на запредельной скорости. Не хватало Никите машину разбить! Со мной вряд ли что-то случится. Как сверх я обладаю отменным здоровьем и регенерацией, однако дорога до Барвихи дальняя. Не меньше часа.

Я сделала глубокий вдох.

«Надо не истерить, а думать. Думай, Аня! Думай! Что нам делать, когда мы окажемся на месте? Что говорить, и как не сорваться?! Нельзя напугать Женю».

За этими мыслями сама не заметила, как достигла конечной точки.

День находился в самом разгаре. Солнце поднялось на небосклон и по-весеннему пригревало, а ветер обдувал холодом, полностью гармонируя сейчас с моим внутренним состоянием.

Я улыбнулась, подходя к воротам огромного особняка, второй этаж которого еле-еле просматривался из-за высокого забора. Страх, что меня сделали персоной нон-грата зашкаливал, но я нашла в себе силы нажать на кнопку селектора.

– Колосова…

– Анна Алексеевна, проходите, – отрапортовал знакомый голос услужливого помощника Александры Северянской.

Не успела я ускориться, ныряя в приоткрывшиеся ворота, как Марат Игнатов уже торопливо выходил из особняка.

– Анна Алексеевна! Мы вас не ждали… – мужчина, переступивший рубеж сорока, хмурился. – И Александра Михайловна ничего не сказала.

– Где она, Марат? – Я старалась не психовать, но нервы были натянуты до предела. – Где Женя?

– Так это… – помощник крёстной растерялся ещё больше. – Они уехали. У них же самолёт…

У меня ноги подкосило от слабости. Схватившись за перилла каменной лестницы, сглотнула ком горечи.

«Спокойно, Аня! Марат не виноват… и он – человек. При нём нельзя обращаться!»

– Так завтра же… – хрипло прокаркала я. – Крёстная сказала…

– Вы позвонили, – Марат пожал плечами, – Александра Михайловна поговорила с вами и после разговора вдруг передумала. Сказала билеты поменять. Самолёт через два часа. Они поехали в аэропорт, как только я сказал, что всё сделал.

– Женя с ней?

– Да… а что случилось? Анна Алексеевна, вам плохо?

А мне было очень плохо. Одно дело забрать сына здесь, где мне никто не ровня, и другое дело в аэропорту! Там столько охраны! И… и документы! Женя официально сын крёстной.

Сотни тысяч молоточков плясали по моим нервам и извилинам, наказывая за полное доверие.

Я с трудом вернулась в машину Волкова, забралась на водительское сидение и заревела, как школьница, которую довели до ручки. К такому предательству Саши я оказалась не готова.

«Так! Спокойно! – пытаясь угомонить истерику, принялась распекать себя. – Чего вообще началось! Надо не реветь, а действовать! К тому же Никита тебя отпустил! Что мешает ехать вслед за сыном за границу!? Если сейчас поспешим, то это получится сделать даже на одном самолёте!»

Как только первая волна отчаяния прошла, я растёрла по щекам слёзы, высморкалась и дрожащими руками снова дала вызов на телефоне, предоставленном Волковым.

– Да?

– Саша! – стараясь контролировать свои эмоции, говорила тихо. – Меня отпустили. Я приехала к тебе… а вас нет. Где вы?! Я приеду… документы у меня с собой. Я…

– Аня, – голос крёстной дрогнул, и я сразу захлопнула рот, чувствуя подкатывающий страх.

«Она не хочет, чтобы я ехала с ними! Говорила, что будут меня ждать за границей, а сама…»

– Саша?

– Ань, не сейчас. Сначала я должна обезопасить Евгения.

– Но я же не против! Я согласна ехать с вами! – «Только дай до тебя добраться! Я тебе голову откушу, предательница!» – но голос даже не дрогнул, чтобы не выдать искренние мысли. Он продолжал литься сладкой патокой. – Только скажи, в каком вы аэропорту, и я приеду!

– Ты будешь против, – твёрдо выпалила крёстная. – Я выбрала Италию не случайно. Там живёт один отшельник из ваших… сверх-ведьмак. Он умеет… умеет подавлять животную сущность у оборотней.

– Что? – я вздрогнула от ужаса.

– Я записалась к нему на приём. Женя будет просто ведьмаком! Это же… Это самый лучший выход! – торопливо уверяла меня Северянская, всё больше походя на чокнутую. – Ты потом со мной согласишься, когда увидишь и поймёшь, что Женечке больше скрываться не будет нужно! Возможно, даже сама пройдёшь ритуал подавления…

– Саша! – рыкнула грозно. – Не смей! Это мой сын! Мой волчонок!!! Ты…

– Я знала, что ты будешь против, – прошептала крёстная с отчаянием, – поэтому беру всю ответственность на себя. Ты… ты потом скажешь спасибо, ведь сможешь жить свободной жизнью. Ты и наш Женечка! Никаких погонь! Я…

– Нет! Саша, так нельзя! Это наша с Женей суть!

– Я… прости меня.

Связь оборвалась, и я обессиленно зарычала от отчаяния.

– Сссссука!

Хотелось бить и крушить всё, что попадётся под руку, но времени на безумства у меня совсем не осталось. Единственный человек, на которого я всегда могла положиться, загнал меня в угол! Крёстная от страха за меня и Женечку помешалась.

«Убить в сыне волчонка! Идиотка! Это же часть его! Глупая человечка! Как же мне тебя остановить!? Где ты, дрянь!»

Хлопнув дверью, вернулась в особняк.

Мне понадобилось пять минут, чтобы узнать у Марата – Саша с Женей улетают из Внуково.

А дальше… дальше я снова прыгала в омут ледяной реки Томь.

Номер Никиты в гордом одиночестве занимал список контактов. Но только не под именем «Волков» или «Альфа северной стаи». Нет. Имя контакта будто бы смеялось надо мной.

Покачав головой, я сдвинула строчку вправо, и вызов сразу пошёл.

Абонент «Самый Лучший Истинный», казалось, ответил раньше, чем я услышала гудок.

– Аня?

– Я… – я запнулась, в шоке сама от себя. Решиться открыться, признаться, что являюсь страшным гибридом, которых принято устранять…

«А вдруг он откажется!? Неееет… надо подстраховаться!»

– Мне нужна твоя помощь.

– Говори. Какая?

– Никита… ты говорил, что твои оборотни охраняют президента… значит, у тебя есть связи…

– Просто скажи, что я должен сделать, и я сделаю, – тихо заверил меня Никита супер спокойным голосом.

Я сделала прерывистый вдох.

– Хорошо… хорошо. Сейчас в аэропорту нужно срочно снять с рейса женщину с ребёнком. Северянская… а вдруг она под другим именем!? – шёпот сорвался.

– Так. Успокойся. – Решительный голос Никиты будто реанимировал меня. – Женщина с ребёнком. Этого достаточно. Какой рейс?

– Вообще в Италию, но вдруг она…

– Ясно. Значит, все женщины с детьми, – подвёл итог Волков, поражая своими возможностями моё воображение. – Что она тебе сделала?

– Я… – всхлип оборвал моё признание, которое и так не желало являть себя миру.

– Хорошо. Потом. Всё потом. Ты же приедешь в аэропорт? Удерживать порядочное количество женщин с детьми долго не выйдет. Даже с теми знакомствами, которые у меня есть.

– Я выезжаю. От Барвихи до Внуково не далеко.

– Тогда я воспользуюсь вертолётом.

– Но разве…

– Мне можно. Я подпадаю под исключение. «Руководство страны» беречь, это тебе не плюшки лопать. В общем, выезжай. Встретимся в аэропорту. И… вот ещё что, – мне даже не нужно было видеть Никиту, чтобы сказать: мужчина мрачен, как никогда! – Ничего не бойся. Видящий предупредил, что меня ждёт очередная порция обмана, – я затаила дыхание, крепко сжимая мобильный. – Я к нему готов. Так что перестань трястись. Для чего эта женщина ни была нужна, скоро ты с ней встретишься.

– Вряд ли ты готов к такому, Никита. – Повернув ключи в зажигании, поморщилась. Пара глубоких вдохов, и я решилась: – Эта женщина – моя крёстная, которая меня всю жизнь укрывала от преследователей. Она всегда была хорошей, но твоё появление… оно напугало её. Она сорвалась с катушек и собирается похитить нашего сына, чтобы какой-то там итальянский шаман из сверхов подавил в нём зверя… а всё потому, что я – гибрид, которого по закону сверхов положено убить… и наш сын – такой же. Только белый… из пророчества.

Признаваться по телефону оказалось не так страшно, как я думала. Немного сумбурно, но точно не страшно!

Правда тишина на той стороне связи пугала до дрожи, однако урчащий мотор и набирающая скорость машина помогали перенастроить страх на видимость деятельности.

А потом связь прервалась. Никита просто взял и скинул звонок!

Я, мысленно ругая себя отборным матом, вдавила педаль до пола, переходя на пятую скорость.