Похоже, Квинт Фабий Максим – это не просто имя. Это сочетание звуков, применённое к человеку в качестве имени, влияет на образ его мыслей и поведение. Иными словами: Неспешитель – это заразно!
А как иначе объяснить, что, став его приёмным сыном, я, вдруг, начал действовать с галлами, так же как он ранее с Ганнибалом? И не надо мне тут говорить про всякие: «рациональность», «эффективность» и «очевидность данного решения»! Нет! Не правда! Это всё имя! Это именно оно! Это заразно!
Ведь, можно же было попытаться повторить свой последний успех, которого я достиг на Тицине: выстроить армию клином, встать на острие этого клина и пойти на вражеские порядки живым тараном…
Можно… было бы. Если бы эти самые вражеские порядки были выстроены на поле. Но нет – вместо боевых порядков был неплохо укреплённый военный лагерь, который галлы не хотели покидать. Да и в целом: принимать со мной бой, у них желание, после недавней деморализующей демонстрации «божьей воли» отсутствовало.
И, что я сделал в этой ситуации? Ни-че-го! Я просто не стал спешить. Как настоящий Квинт Фабий Максим… Поставил свой лагерь в прямой видимости от лагеря галльского, и… всё. Больше никаких активных заметных действий не предпринимал. Мне это было уже не интересно.
Почему? Да потому, что галльский вопрос, по факту, был уже решён. И все поставленный мне Сенатом задачи выполнены. В чём они заключались? Первая и самая важная: обезопасить направление. Сделать так, чтобы Галлия перестала быть угрозой Риму. После того, как я подчинил Бойев, Инсубров, Туринов, Лигуров в прошлом году, а в этом: устроил такое яркое показательное выступление, заодно лишив племенной союз Ценоманов, Лингонов и Сеннонов единого лидера, галлы уже никак не смогут угрожать Риму. Никто из всех этих племён уже не отважится выступить против Республики, приславшей к ним МЕНЯ.
Вторая задача, поставленная Сенатом: оттянуть назад, в свои земли максимальное количество тех галлов, которые ушли добровольцами в составе войск Ганнибала.
Эту задачу я тоже выполнил: по данным моей разведки, этим летом Ганнибал не досчитался от пяти до семи тысяч воинов только за счёт того, что они вернулись сюда и влились в ряды восставшего против меня племенного союза. В ряды тех, кто теперь сидит за валами и частоколами своего лагеря напротив меня, и Риму больше не угрожает.
Причём, обе эти задачи я выполнил, не запросив у Рима ни единого солдата сверх тех двух легионов, которые были первоначально отправлены в эти земли.
Строго говоря: я уже перевыполнил то, что было мне поручено. То, ради выполнения чего, мне авансом было выдано легатское место. Я полностью оправдал возложенные на меня ожидания, а это значит, что?
Это значит, что я могу больше ничего не делать в этом направлении, а вопросов ко мне у Сената, всё равно не возникнет! Достаточно только составить хороший, ПРАВИЛЬНЫЙ отчёт о состоянии дел. После чего, оставить здесь, с войсками доверенного человека, а самому вернуться в Турин и заняться своими настоящими делами! Я им не «стахановец», чтобы за «спасибо» перерабатывать!
Вопрос был лишь в том, кого можно оставить так, чтобы глупостей не наделал, пока меня рядом нет. И вот с этим была проблема…
Никому из назначенных Римом трибунов такую задачу доверить нельзя – может взыграть желание выслужиться и выделиться, из-за которого он нарушит шаткое равновесие и, возможно, испортит всё дело. Ведь, без моего личного участия, как боевой единицы, это будет только двадцать тысяч против двадцати восьми, без каких-либо припасённых козырей и сюрпризов. А Римский трибун, воодушевлённый моими успехами, может этого положения вещей и не осознавать.
Оставить Бойорикса – сына того вождя Бойев, который покорён мной был первым? Того самого Бойорикса, который нынче командует моим «галльским легионом»? Не самый дальновидный ход – его преданность лично мне… вызывает некоторые вопросы. Пока я рядом, взбунтоваться он не посмеет – духу не хватит, но, если я буду отсутствовать достаточно длительное время… галлу с галлами проще договориться, скажем так.
Платор? Да – он предан мне фанатично. Он выполнит любое моё указание буквально и дословно. Но, кто такой Платор, чтобы ему подчинялось двадцатитысячное сборное войско?
Я даже рассматривал самый дикий вариант: назначить командиром вместо себя Ромула… Ну, в качестве бреда, конечно. На самом деле, такую глупость я бы не совершил ни за что: поставить кота охранять сметану! Ведь, если бы я так сделал, то что бы произошло дальше? Ромул, используя свои недюжинные лидерские способности, мгновенно объединил бы обе противостоящие армии в одну большую, подчинив себе, и двинул уже сорокавосьмитысячное войско на Рим, которое в считанные дни поставило бы на колени Сенат и «Вечный город», которые ему совершенно нечего не смогли бы противопоставить, так как все войска на Юго-Востоке безуспешно борются с Ганнибалом. Республика бы на этом и закончилась, мгновенно уступив место военной диктатуре нового-старого Царя.
И, кстати, возможно, это был бы для Рима, в нынешней военно-политической ситуации, не самый худший вариант развития событий. Уж, такая-то железная рука, как у Ромула, мгновенно бы навела порядок и в Риме, и на всём полуострове, подцепила пунийского одноглазого таракана за шкирку и, как нашкодившего щенка, выкинула из Италии вместе со всеми его многочисленными родственничками-Баркидами…
Вопрос только в том: а выгоден ли мне такой Царь Рима? Что от этого получу я? Отдаст ли он мне под мой полный контроль провинцию? Не придётся ли мне, собрав пожитки, валить подальше от его Царства, не оглядываясь?
И, в результате, что получалось? Вроде бы как, уйти обратно в Турин я и могу… и не могу, так как не на кого оставить армию, которую увести с собой тоже нельзя…
Вот сидел я в таких раздумьях, писал потихоньку учебники для своей будущей школы, устав, правила внутреннего распорядка, рабочие программы, методические рекомендации, прикидывал сметы на здание, персонал, учебные пособия… чего время-то зря терять? Причём, не так уж и долго сидел, на самом деле: недели, наверное, ещё не прошло.
Причём, не один сидел: удивительно, но мне в этом всём активно помогал… Ромул! Сам не думал, что такое может быть, что такое вообще бывает: что бы при таких, как у него, габаритах, при таком, как у него, здоровье, при такой, как у него, физической мощи и силе, человек может быть ещё и умным!.. Нет, не то, чтобы я считал всех больших и сильных людей тупыми, но… согласитесь: такое сочетание встречается крайне редко. И, обычно, такому приводит совокупность каких-то весьма непростых обстоятельств, пережитых в детстве, как у того же моего знакомца – Уилсона Фиска, в то время, когда идёт основное формирование личности. Ведь, зачем тому, кто и так уже успешен среди сверстников за счёт своих физических данных, ещё и тратить дополнительные ресурсы на развитие интеллекта? Ему, обычно, и так вполне комфортно.
Хотя?.. А выбрасывание новорожденных младенцев в дикий лес и выкармливание их там волчицей (если верить легенде) – можно считать такими «редкостно непростыми обстоятельствами»? Ответ как-то сам напрашивается…
Но, не важно. Факт: Ромул – очень умный! Его интеллекту, эрудиции и обучаемости могут позавидовать девять из десяти лучших студентов Эмпайр-Стэйт Юнивёрсети!.. восемь из десяти… семь, если ещё и Сью Шторм посчитать… Но, ладно, не о них сейчас.
До меня или Ричардса он, всё равно, не дотягивает. Гениальности в нём, всё-таки, нет. Но он, и правда – очень умный!
С ним приятно работать. Понимает не с полуслова, конечно, как тот же Рид, в своё время… но, по крайней мере, дважды повторять одно и то же ему не приходится. И ему… правда это всё интересно! А я… оказывается, так устал уже от тупой твердолобости окружающих… Но, не будем о грустном.
То, что Ромул умный, ещё не делает его приятным человеком. Совсем не делает! Самовлюблённый, непомерно амбициозный, жестокий, хитрый, болезненно властный и властолюбивый тип! То самое, про что говорят: спиной лучше не поворачиваться… С другой стороны, а у кого из нас нет своих маленьких недостатков? На меня вон, если со стороны глянуть: точь-в-точь такое же описание будет. Слово в слово буквально. Что ж, со мной и не работать теперь?
В общем, где-то с неделю мы простояли лагерем на том холме, когда ко мне, максимально таясь и скрываясь, прибыло первое посольство от… галлов. А от кого ещё могло быть? От зелёных метаморфирующих человечков из соседней галактики?
Кажется, эти пришли от Сеннонов… Почему «кажется»? Ну, так в тот же вечер ещё четыре или даже пять таких же «тайных» посольств у меня побывало. При том, что племён в союзе всего три. И я полностью разделяю отношение, которое выражал к ним Ромул той пренебрежительно-презрительной усмешкой, с какой он следил за ними из-за ширмы, поставленной в моей палатке, чтобы зрительно разделить её на несколько отдельных «комнат». И в целом, внутреннее пространство палатки было рассчитано и обустроено таким хитрым образом, что я наблюдавшего за нами в специальную щель Ромула в процессе приёма мной послов видеть через систему небольших зеркал, установленных вроде бы хаотично, то тут, то там, мог, а они – нет…
В общем, тактика Квинта-старшего Неспешителя себя оправдывала: всего-то неделю пришлось подождать, не спеша что-то предпринимать и подвесив вопрос в воздухе над головой своих оппонентов, не дёргаясь, не переживая и по возможности занимаясь своими собственными делами, чтобы они там в их «тройственном союзе», начали «бродить», «шататься», а потом и вовсе перегрызлись между собой за власть и опустевший «трон» Ромула.
Что ж, видимо, в чём-то мой приёмный отец прав, и мне действительно есть чему у него поучиться… пусть даже сам я – неоспоримый Гений, со знаниями двадцать первого столетия, идеальной памятью и уровнем интеллекта, до которого ему никогда не дотянуться, но… если приём действительно рабочий, то, почему бы его и не перенять?
А переговорщики… У меня уже даже научный интерес проснулся: насколько далеко можно зайти в данной ситуации, если следовать тактике Кунктатора с ними? Если всем им кивать, со всеми ними соглашаться, каждому из них улыбаться и поддакивать, но никому из них ничего конкретного не обещать? Что вообще произойдёт? Как эта ситуация сможет развернуться?
Дождался: ещё через неделю, из всех оставшихся «пауков» в той «банке», выявился один – самый «жирный» и сильный, который смог-таки подмять под себя остальных… ненадолго. Не повезло ему – умер он случайно. Ночью «по рассеянности перестал дышать». Попробуй тут подыши, когда у тебя шея сломана…
И караван «тайных посольств» начался по новому кругу.
Оказалось, что, если слишком долго ждать, то можно и дождаться.
Лето. Пусть уже и вторая его половина. Жарко.
А, что происходит в природе, когда: лето, влажно и жарко? Правильный ответ: в воздушно-паровых массах над землёй накапливается электростатический заряд, появляется разность потенциалов и… случаются грозы. Нравится это кому-то, не нравится, укладывается в чьи-то планы, или нет, но они случаются. И это никак невозможно остановить или не допустить.
И произошло то, что должно было произойти, вероятность чего повышалась с каждым прожитым днём: к той местности, где расположился наш лагерь, подошёл-таки новый грозовой фронт.
Что интересно: в этот раз, он добрался до нас своим самым дальним передним краешком только под вечер. Основная же часть накрыла поле уже глубокой ночью.
В принципе, можно было бы вполне его и «пропустить» над собой. Все условия для этого имелись: ночь, никто не посмеет ломиться ко мне в палатку и нарушать мою концентрацию, хотя, конечно, все высшие офицеры уже успели узнать и привыкнуть к тому, что я почти не сплю. Что ночь для меня – такое же нормальное рабочее время, как и день. Но чувство самосохранения у них присутствовало, и, если я сказал всем: меня не беспокоить, то самоубийц, которые решились бы это указание нарушить и с чем-то сунуться ко мне – не найдётся. Уж, в этом моменте, я их успел выдрессировать: сунешься ко мне в неурочный час – будешь дополнительно озадачен. И, чем в более неподходящее время сунешься, тем больше задач отхватишь. А люди – существа ленивые, лишней работы боятся даже больше, чем физической боли…
В общем, «пропустить» этот фронт я мог. Но не стал. Ведь условия удачно складывались не только для того, чтобы его «пропустить», но, и чтобы «принять». При этом, серьёзных причин отказывать себе в этом удовольствии, я не видел.
Отдал указание меня не беспокоить, переоделся в тунику попроще, выскользнул через заднюю сторону своей командирской палатки, заранее рассчитанным маршрутом покинул лагерь, выбрал место прямо напротив лагеря галлов, разделся, уселся и приготовился кайфовать. В конце концов, те прошлые три молнии не смогли утолить моего «аппетита», а лишь только раззадорили его. И все прошедшие две недели, я только и ждал в нетерпении подходящего случая, чтобы уж «отобедать» как следует!
Утром, галльский лагерь был тих и пуст. Что не было удивительным. Ведь ночью я не только «принимал» заряд молний, но ещё и решил немного развлечься, похулиганить.
Место, которое я выбрал для процесса «приёма», находилось на соседнем с галльским лагерем холме, высота которого позволяла при желании даже слегка заглянуть за стены их частокола. Толком, конечно, чего-то конкретного разглядеть бы не получилось – перепад высот не настолько велик, мой холм не являлся доминирующей высотой в округе, иначе для лагеря был бы выбран именно он. Но мне, для моей «шалости» этого и не требовалось. Мне было достаточно оказаться всего-то чуть-чуть повыше их частокола. И этот холм мне такую возможность обеспечил.
И, когда основное «файер-шоу» таки началось, я стал перенаправлять примерно каждую пятую или шестую молнию… через этот частокол внутрь галльского лагеря, не особенно прицеливаясь или выбирая мишени, просто по направлению и примерно «в створ», чтобы не перекинуть их расположение.
Грозовой фронт подобрался большой и мощный. Двигался медленно. Заряд внутри него накопился серьёзный. Так что, молний было много. Грохот, гром и панические крики продолжались чуть не до самого утра. А ещё взгляд радовало красивое, переливистое зарево от многочисленных пожаров, что тут и там разгорались чуть ли не после каждого удара молнии.
Честно говоря, даже представлять себе не хочу, что испытывали галльские солдаты этой фееричной ночью. Тут и закоренелый материалист из двадцатого-двадцать первого века обделался бы со страху, что уж говорить о суеверно-религиозных людях античности, из племён, что лишь недавно (по культурно-историческим меркам) переросли первобытнообщинный строй?
В общем, утром галльский лагерь стал нашей законной добычей. Ну а что? Война ведь должна быть прибыльной? А, когда войска, спешно, без оглядки и организации бегут из своего лагеря, в нём остаётся очень много всего полезного, что очень неплохо было бы прибрать к рукам.
В частности, в этот раз, к нам в руки попал весь галльский обоз. Правда, без лошадей – животные разбежались от грохота и вспышек молний ещё раньше и быстрее, чем люди. А ещё он был достаточно сильно подпорчен пожарами, которые никто ночью и не думал тушить, кроме самого дождя.
Однако, в качестве приятной компенсации этих неприятностей, оказалась «полковая казна», про которую бегущие без оглядки перепуганные люди даже и не подумали вспомнить. А у двадцати четырёхтысячного войска – это была очень серьёзная по сумме штука!
В общем, мой военный поход себя полностью окупил уже одним этим фактом. А ведь только на разграблении лагеря дело не закончилось. Сразу после него, я двинул свою армию дальше, вперёд, в наступление, туда, где ей уже никто и никак не мог оказать хоть сколько-то организованного сопротивления: к городам и селениям деморализованных галльских племён.