Лето в том году удалось, оказалось теплым, но не душным, не жарким. По ночам шел дождь, днем светило солнышко. Муж привез жену в издательство, потом поехал на строительный рынок — надо было кое-что купить. Около четырех часов супруг позвонил и сказал:

— У Жени и Кати аврал на работе, они вернутся не раньше восьми. А я не хочу Сеню одного оставлять.

— Ой, не надо! — воскликнула супруга. — Мало ли что им с приятелями в голову придет. Еще удерут на речку! Глаз да глаз за шкодниками! Я поеду на городскую квартиру, посижу подожду тебя.

— Буду самое позднее в десять, — пообещал муж.

По дороге домой Соня купила себе в любимом кафе салат и кусок торта. Предвкушая вкусный ужин, она включила телевизор и подумала: «Какая я счастливая!» И тут раздался звонок в дверь. Сонечка удивилась, пошла в прихожую, глянула на экран домофона и увидела девушку, по виду подростка.

— Вы к кому? — спросила Сонечка.

— Бабушка, я Алена, твоя внучка, дочка Людмилы, — ответила незнакомка. — Пусти меня скорее! На одну ночь всего! Утром уеду. Ничего не надо, только помыться и поспать. Пожалуйста! Нам некуда идти! Пожалуйста, пожалуйста!

Голос девушки дрожал, по щекам катились слезы. И Софья совершила опрометчивый поступок — она распахнула дверь. Рядом с юным существом, назвавшимся дочерью Людмилы, стояла спортивная сумка, рядом на коврике лежал младенец в одеяле. Сонечка вздрогнула — Алена была очень похожа на ее старшую дочь.

Гостья сняла обувь и кофту, оставила ее на вешалке, потом расстегнула сумку. Софья чуть не упала в обморок, когда обнаружился еще один ребенок.

— Только не говори, что он тоже твой! — воскликнула хозяйка. — Никогда не поверю! Разница между ними несколько месяцев.

— Я не врунья, — прошептала Алена. — Вообще не знала, что моя мама жива, думала, она умерла. Сначала считала родной одну женщину, но та скончалась, когда я совсем маленькая была, а ее мужа считала своим отцом. Очень хотела актрисой стать, поехала в Москву, но срезалась на первом прослушивании. Потом жила со злым жадным дядькой. А куда деваться? И вдруг позвонила незнакомка, сказала: «Надо встретиться, я твоя родная мама».

Алена посмотрела на Сонечку, а та всплеснула руками.

— Неужели ты ей поверила?!

— Она фото сбросила, — объяснила девушка. — Сначала подумала, что на нем я, но живо сообразила, что у меня никогда такого платья не было, красивых туфель, серег дорогих. Я всегда донашивала то, что другим мало стало. И лицо тоже другое, но очень-очень похожее. А тех, кто рядом стоит на фото, не знаю. Хочешь на снимок поглядеть?

Софья кивнула. Незваная гостья вынула телефон, порылась в нем и положила трубку на стол.

— Вот.

Сонечка оцепенела, но постаралась сказать спокойно:

— Это тот день, когда твоя мама праздновала окончание школы. Справа я, слева мой первый муж Юрий, отец Людмилы.

— А это кто? — проявила любопытство Алена, показывая пальцем на другую девушку, стоящую чуть позади ее матери.

— Сестра Люды, твоя тетя Анастасия. Она давно не живет в России.

Тут в квартиру вошел Олег, и жена познакомила его со своей внучкой.

Спустя час Алена отправилась купать детей. Пока гостья принимала душ и приводила в порядок младенцев, семейная пара обсудила ситуацию.

— Она похожа на твою дочь, — шептал Олег, — но мы ничего про эту девицу не знаем. Наврать про себя можно что угодно.

Софья посмотрела на меня.

— Ответила мужу: «Ночуем в городе». И тут в комнату вернулась Алена и принялась благодарить: «Спасибо! Мы все чистенькие, дети спят. Простите за беспокойство. Можно еще чайку попить? Но только если вы тоже хотите! Ради меня одной ничего делать не надо». Олег поднялся со словами «сейчас сделаю свой фирменный, с медом и лимоном».

Софья в очередной раз вздохнула и прошептала:

— Похоже, Алена очень устала. Она осушила чашку, стала зевать. И мы с супругом тоже носом клевать начали. Мать и детей уложили в бывшей спальне Людмилы. Утром проснулись поздно, пошли в комнату к гостье и малышам, а там… — Софья встала. — Давайте покажу.

Мы быстро миновали длинный коридор и вошли в комнату. Хозяйка ловко скатала ковер, потом стукнула ногой по паркету, и несколько соединенных досок подпрыгнули. Софья их подняла.

— Смотрите.

Я воскликнула:

— Похоже на тайник!

Софья кивнула.

— Верно. Сама не зная почему, я в тот день присела около него и вытащила газету. Муж взял у меня ее. «“Известия”. Очень старый выпуск. Мы тогда с тобой еще не были знакомы». — Софья потерла ладонью лоб. — Я села на кровать, пробормотала: «Число, месяц… Проклятая дата!» Супруг занервничал: «Не понял… Ты о чем?» — Хозяйка прислонилась к стене. — Я объяснила: «На следующий день Люда ушла и пропала. Это она захоронку устроила». Муж начал успокаивать меня: «Навряд ли. Зачем ей так поступать?» — Софья оторвалась от стены. — Задала вопрос: «А кто тогда?» И услышала: «А вдруг Юрий нычку от тебя тут хранил?» Несмотря на ситуацию, я рассмеялась: «Он никогда не прятал ничего от меня. И ты подобными вещами не занимаешься». — «Тогда Настя на что-то собирала, — выдвинул новую версию супруг, — не хотела ставить тебя в известность. Решила спрятать накопленный запас».

Софья поморщилась.

— И поэтому сделала тайник в комнате Люды? Да уж, самое надежное место! И если бы старшая дочь обнаружила нычку, то вмиг прибрала бы «кассу» к рукам, и прощайте, денежки. К сожалению, девочки не дружили, потому что очень разные. Анастасия прекрасно понимала, что сестрица врунья, вдобавок нечиста на руку.

Хозяйка поежилась.

— Смотрю на пол — и вдруг мысль! Как молния, она в мою голову стукнула. Я бросилась в свою спальню, распахнула шкаф и замерла. Коробка, в которой я держала деньги, была открыта и пуста. И у кожаного чемоданчика, в котором лежали кольца, броши и колье, подарки Юрия, был поднят верх, в нем ничего не было.

Софья закрыла лицо ладонями.

— Ноги у меня почему-то подкосились, я села прямо на пол. Да, ювелирные изделия, которых я лишилась, очень дорого стоят, но главное — это память о прекрасных событиях. Кольцо с большим бриллиантом покойный супруг надел мне на палец в день помолвки. Роскошные серьги с изумрудами и колье к ним он подарил, когда родилась Людмила. Такой же комплект, но с сапфирами муж преподнес мне за появление на свет Насти. Жемчуг от «Шанель» был куплен в Париже, в тот день шел дождь. Я сидела на полу и рыдала. Олег пытался меня успокоить. Мне удалось взять себя в руки и принять решение: у меня нет дочери Людмилы и нет внучки… Шло время, слава Богу, воровка больше не объявлялась. Моя жизнь постепенно наладилась. С тем, что Настя не испытывает желания навестить меня, я смирилась. Нашла оправдание для младшей дочери: путешествие в Москву — недешевое, билетов надо много — у Анастасии большая семья. Кроме того, у нее собаки, коты, а значит, придется нанимать им няньку. О-го-го какая сумма понадобится на исполнение моего желания увидеть дочь и внуков! У меня есть Олег. Но нет-нет да появится мысль: как там Алена с младенцами?..