Михаил Скопин-Шуйский был единственным сыном крупного военного и административного деятеля эпохи Ивана Грозного — боярина князя Василия Фёдоровича Скопина-Шуйского и княгини Елены Петровны, урождённой Татевой. Рано потерявшему отца юному Скопину-Шуйскому стал покровительствовать четвероюродный дядя, боярин Василий Иванович Шуйский. Его воспитанием и обучением занималась мать. При царе Фёдоре Ивановиче малолетним был записан в жильцы. В 15 лет стал новиком, службу проходил рындой при царском дворе. Стал стольником при царе Борисе Годунове а в 1605 году уже при Лжедмитрии I ему был пожалован чин «великого мечника». Это новое дворянское звание, введённое самозванцем по польскому образцу, было пожаловано молодому 19 летнему князю неслучайно, некоторые родственники Михаила, из князей Татевы, были сторонниками Лжедмитрия I. Выполняя поручение Лжедмитрия, послан в Выксинскую пустынь, откуда сопровождал Марию Нагую, мать убитого в Угличе царевича Дмитрия, признавшую Лжедмитрия I за своего сына и привез её 18 июля в Москву. Князь Михаил был в милости у Лжедмитрия I, так как он был в числе лиц, которые должны были войти в состав преобразованной Боярской думы по образцу польского сената. В этом же году определён тридцать шестым советником в Большой совет.

В мае 1606 года на свадьбе Лжедмитрия I и Марины Мнишек стоял с мечом, с окольничими ходил перед молодожёнами и был первым мовником в бане с самозванцем, а его мать княгиня Елена Петровна была в сидячих боярах. Близость к самозванцу не повредила князю Михаилу, когда на московский престол вступил Василий Иванович Шуйский, его четвероюродный дядя, назначивший князя Михаила Воеводой.

Появление именитого, но опального гостя из боярского рода Ховриных-Головиных (предок Ховрин из рода правящего дома княжества Феодоро имел кличку Голова), заявившегося незваным, стало для князя Михаила неожиданным. В 1565 году Василий Петрович Головин был направлен в поход на Великое княжество Литовское третьим головой в большом полку под командованием боярина и воеводы князя Ивана Фёдоровича Мстиславского. В июле 1577 года был оставлен на год вторым воеводой во Владимирце. В конце 1584 года (в результате интриги, затеянной боярином Борисом Годуновым, попал в царскую опалу, был вместе с другими Головиными отправлен в ссылку. В 1599 году находился на воеводстве «в Новом городе на Верхотурье». В 1601–1602 годах — воевода в Уржуме, откуда вернулся только при Лжедмитрии I, который вначале назначил его казначеем, затем пожаловал в окольничие, а вскоре возвёл в боярское достоинство, не признанное затем царём Василием Шуйским, сменившим на престоле самозванца.

Как положено на Руси первым делом для гостя был накрыт стол, только после сытного ужина гость приступил к тому делу, ради которого он посетил князя всего лишь в сопровождении двух человек, не желая привлекать к себе ненужного внимания — На Москве появился посланец французского герцога, некоего де Тревиль, коему французский король после разгрома Польши дал часть польских земель в управление.

Князь ничем старался не выдать своего интереса, хотя и действительно, что ему до каких-то французов.

Василий Петрович, видя на лице собеседника отсутствие интереса, покачал головой и понизил голос — Этот де Тревиль теперь управляет единолично такими землями как курляндское и прусское герцогства, а также все Литовской Великое Княжество! Мало того, этот француз недавно венчался в Вильно Великокняжеской шапкой и потому он — законный хозяин Литвы!

Теперь князь несмотря на свою молодость понял важность информации — Значит польский король больше не владеет литовским княжеством?

— Сигизмунд погиб на охоте! Его сын отказался от прав на польскую корону. Польша практически в руинах — ее замки в настоящий момент уничтожаются, крестьян увел на свои новые земли Великий князь Литовский Луи. Мало того! Этот француз решил сменить свою католическую веру на истинную православную! Для чего он собирается явиться в Москву и просить митрополита лично крестить его в Успенском соборе.

Князь усмехнулся — И для этого этот француз прислал тебе своего человека? А чем могу помочь я?

Головин откинулся на лавке и минуту помолчал, собираясь с мыслями — Этот Луи после крещения собирается претендовать на русский трон. Вот для этого его человек со мной и встретился.

Князь едва не задохнулся от возмущения — С какого перепугу какой-то француз решил, что он достоин сесть на русский трон? На руси и без него есть достойные рода, а потомков Рюриковых как грязи! И только рюрикович может стать русским царем. Впрочем он уже есть. Василий Шуйский!

— Шуйские потеряли суверенное право на великое княжение в Нижегородско-Суздальской земле в первой половине пятнадцатого века со смертью Александра Ивановича Шуйского, бывшего союзником и зятем Василия Первого. Тогда же род перешёл на службу к московским великим князьям, однако характерный для Рюриковичей извечный спор относительно старшинства в роде не дает покоя двум ветвям династии. Первым крупным конфликтом можно считать казнь деда Василия Шуйского Андрея Михайловича по приказу тринадцатилетнего Ивана Четвертого. Да, родственники Василия исконно принимали активное участие в политической жизни: были связаны с попыткой передачи власти Владимиру Старицкому и его дальнейшим убийством; задействованы в управлении войсками во время Ливонской войны и в походах, завершившихся взятием Казани и Астрахани; пережили и опричнину. Тогда же у них завязались непростые отношения рода с другими влиятельными семьями: Захарьиными-Юрьевыми-Романовыми, Бельскими, Скуратовыми, Мстиславскими и Годуновыми. После смерти Ивана Четвертого развернулась борьба за власть, в которой и победил Шуйский. Но Василию веры нет: именно его я подозреваю в смерти царевича Дмитрия. Именно расследование этого загадочного дела привели Василия Ивановича в Боярскую думу. Под надзором Годунова Шуйский как старший в следственной комиссии вынес выгодный для Годунова вердикт относительно смерти наследника. Сам Василий на протяжении жизни трижды менял мнение о произошедшем в Угличе: клялся, что Дмитрий умер в результате несчастного случая; затем уверял, что царевич спасся; наконец, приняв венец, утверждает, что Дмитрий Иванович был убит по приказу Бориса Годунова. Кровь царевича на руках Василия!

— Это чушь полная! — не выдержал князь Михаил, — Смотри, как бы за свои слова ты не лишился головы.

— Вот ты твердишь, что трон может занимать только рюрикович, однако Бориска Годунов смог таки сесть на престол русский! А его угасший русский дворянский род, происходит из Костромы от боярина Дмитрия Зерно, служившего великому московскому князю Ивану Даниловичу Калите. Вот так-то! Из бояр в русские цари пролезть сумел?

— Ну, сумел! — мрачно ответил Михаил. Так на то он и узурпатор.

Василий Петрович еще сильнее понизил голос — Так и Шуйский тоже узурпатор! Сначала Борис Годунов, не имевший никаких прав на престол, изживал со света последнего сына Ивана Грозного царевича Дмитрия. Потом боярин Василий Шуйский пытался убить законного царя Дмитрия Ивановича, узурпировал власть, а себя самозванно объявил царем, даже не проводя Земского собора. Сейчас ходят слухи, что царевич остался жив и, хватаясь за власть Шуйский послал послов в Швецию, решив обменять у шведского короля русские северные земли на шведской войско, чтобы спасти свой трон. Свои то русские, ушли к Дмитрию Ивановичу и защищать Шуйского не захотели. Понятно, что ушли к самозванцу, но сам факт! Ради власти этот блаженный решился раздать исконно русские земли! Несмотря на присягу, ограничивавшую его власть (запрет казнить без суда бояр, не отбирать имущество у родственников осуждённых), Шуйский неоднократно нарушает эти обязательства, казня участников заговоров и выступлений против него. У Шуйского полно недоброжелателей в Боярской думе, в том числе претендовавшие на престол Романовы, Голицыны и Мстиславские. Пришедший от нового Литовского Великого Князя человек просил передать, что во время правления Шуйского уже начали расти барщина и оброк, увеличивается количество беглых крестьян и холопов, что приведет к взрыву народного гнева. Нам что, только крестьянских бунтов не хватает? Когда Василий стал царем, природная неспособность сделала его самым жалким лицом, когда-либо сидевшим на московском престоле.

Князь недоуменно развел руками — И чем же Московскому государству по твоему поможет твой француз?

— Он приглашает тебя и еще нескольких родовитых бояр и князей в свое княжество — хочет показать ту жизнь, которая появится в нашем государстве.

Князь усмехнулся — И кого же еще пригласил этот Луи?

— Князя Фёдора Ивановича Мстиславского. Я только что от него. Князь согласен полюбопытствовать и отправиться в Киев. Этот город, как и все литовские земли после коронации Луи станут опять русскими, князь!

Князь Михаил задумался. Князю Фёдору Ивановичу Мстиславскому на роду было написано быть важным государственным деятелем. Он был из знатного рода Гедиминовичей и из третьего поколения князей Мстиславских, служивших русскому государю. Он был старшим сыном главного воеводы и доверенного лица Ивана IV, который получил боярский чин в 19 лет — князя Ивана Фёдоровича Мстиславского. Федор Иванович родился около 1550 года. Его матерью была Ирина Александровна Горбатая-Шуйская. То есть, по отцовской линии он был Гедиминовичем и Чингизидом, а по материнской — Рюриковичем. А также, по линии бабушки по отцу, был праправнуком великого князя Ивана III. Мало кто по знатности мог составить ему конкуренцию в государстве.

Фёдор Мстиславский быстро продвигался по военной и придворной лестнице. Хотя ему не было и 30 лет, он получил боярский чин. Уже в следующем году он был назначен первым воеводой полка Правой руки, а в 1579 году он уже главнокомандующий — назначен первым воеводой Большого полка.

В 1583 году, после смерти Ивана Грозного, отец молодого Мстиславского возглавил опекунский совет при царе Федоре Иоановиче. Это еще более повысило статус Мстиславского-старшего. Но не на долго. Из-за интриг Бориса Годунова Иван Мстиславский оказался в опале и был сослан в Кирилло-Белозерский монастырь. На его сыне опала отразилась только положительно — по закону Местничества он вместо отца занял в Думе место первого боярина. Косвенно, все-таки, опала Годунова сказалась и на нем. Тот запрещал Мстиславскому жениться, чтобы не появилась конкурирующая династия.

В течение 37 лет Фёдор Иванович Мстиславский оставался первым боярином в русском государстве. За это время сменилось семь царей, а Фёдор Иванович неизменно оставался на своем месте.

В 1604 году Федор Мстиславский возглавил царское войско и выступил против Лжедмитрия. И хотя битва около Новгорода-Северского была проиграна, а сам Мстиславский был ранен, после выздоровления он продолжил погоню за самозванцем. Следующая битва, у села Добрыничи, была Мстиславским выиграна. К сожалению, московское войско тогда не довершило разгром.

В июне 1605 года самозванец занял Москву и взошел на царский престол. Мстиславский не верил в то, что царевич настоящий. Но и Лжедмитрий не стал трогать воеводу, который гонял его по России и нанес поражение. Мстиславский остался сидеть на своем месте — во главе Думы и быть главным боярином государства. Видимо, это его вполне устраивало. Он с торжественной речью встретил Марину Мнишек при ее прибытии в Москву, а на их свадьбе с Лжедмитрием был посаженным отцом, сидел первым за большим столом. Когда Шуйского избрали царем, он сохранил при нем свое место второго лица в государстве. Правда, был одним из инициаторов разработки Ограничительной записи, которую вынужден был подписать Василий Шуйский — это было непременным условием его избрания.

Князь Михаил знал, что Федор Мстиславский не испытывал симпатии к лживому и мелочному Шуйскому. Неожиданно князь задал сам себе вопрос — Мог ли Федор Мстиславский стать русским царем? Мстиславские были вторыми по родовитости после правящей династии Рюриковичей. И после смерти царя Федора Иоановича в 1598 году могли на всех основаниях претендовать на престол. Федор Мстиславский назывался в числе претендентов на престол, но предпочел добровольно уступить это место Борису Годунову. И опять он уступил это место Василию Шуйскому. Не захотел брать на себя ответственность за разграбленное и раздираемое смутой государство? Побоялся, что не сможет вывести страну из той ямы, в которую она рухнула?

— Пожалуй я соглашусь немного попутешествовать. Давно хотел святым русским церквям киевским поклониться. Когда готовиться к отъезду?

— Я сообщу завтра же.

Встречу Головин назначил в селе Семчинское, стоящем на киевской дороге неподалеку от Москвы. Центром села была церковь Успения Пресвятой Богородицы. Когда князь Михаил Скопин-Шуйский в сопровождении своих боевых холопов добрался до церкви, неподалеку от которой стояли около сотни с лишним оседланных стреноженных лошадей под присмотром двоих крестьян, из церкви вышла толпа вооруженных холопов, затем появились Головин и трое князей в сопровождении какого-то незнакомца.

Князь Михаил даже едва не споткнулся при виде еще трех участников путешествия в Киев.

Князь Михаил Иванович Воротынский, воевода и боярин из рода верховских князей Воротынских, ветви Рюриковичей, активно участвовал в дворцовой борьбе в числе противников боярина Бориса Годунова, на стороне князей Шуйских, был подвергнут опале и содержался по воле Бориса Годунова в ссылке, в Нижнем Новгороде. Пожалован в бояре и отправлен первым воеводой в Казань. Здесь он пробыл около 6 лет и после поселился в Москве, оставаясь верным Борису Годунову до самой его смерти. При появлении первого Лжедмитрия присягнул ему и был в свите боярской, выехавшей навстречу Лжедмитрию в Тулу. По свержению Лжедмитрия I отдал свой голос за Шуйского.

Князь Андрей Васильевич Голицын из русского княжеского рода Гедиминовичей, ветви князей Патрикеевых. В 1597 году пожалован в бояре. В 1598 году третий голова и есаул Государева полка во время похода царя Бориса Годунова к Серпухову против хана Казы-Гирея Боры. С 1603 по 1605 год, первый воевода в Тобольске. В 1605 году — семнадцатый боярин в Боярской думе. При Лжедмитрии вернулся в Москву и, очевидно, за заслуги братьев получил боярство. В мае 1606 года участвовал на свадьбе Лжедмитрия I и Марины Мнишек, сидел шестым за кривым столом.

Князь Александр Фёдорович Засекин, московский дворянин, голова, воевода, окольничий Русского Царства во времена правления Ивана IV Васильевича Грозного, Фёдора Ивановича, Бориса Годунова и Смутное время. Из княжеского рода Засекиных. Средний сын князя Фёдора Давыдовича Засекина Большого. В 1605 году присягнул Гришке Отрепьеву, и когда Лжедмитрий I велел быть у себя царю Симеону Бекбулатовичу, на первой встрече с самозванцем были: окольничий Михаил Борисович Шеин и князь Засекин. В том же году князь Засекин был воеводой в Торопце. В 1606 году восьмой советник в Меньшом Совете. Стремясь создать послушную Думу, царь Василий Шуйский удалил из Москвы многих лиц, выдвинувшихся при Лжедмитрии I, князь Засекин был отправлен на воеводство в Торопец.

— Вот уж кого не думал увидеть в ближайшее время, так этот тебя, Александр Федорович! Ты же должен быть под Тверью, в Торопце — князь Михаил подошел и обнялся с каждым из князей.

— Я втайне был в Москве, решив встретиться с со своими братьями по братчине меда хмельного испить да поговорить по душам и как оказалось не зря. Мне предложили встретиться с претендентом на русский престол и я недолго думая согласился. Помолись на дорожку, князь, а мы пока седлаем коней.