Из машины Айлин выходит с большой неохотой. Смотрит на дом, а во взгляде обречённость. Словно ребёнка привёл в нелюбимый детский сад. Вызывает улыбку на губах.

Вместе заходим в дом. Слышны голоса и стук приборов. Ужинают. Молча иду туда, а жена следом.

— О, наш лунный свет вернулся, — восклицает друг, вставая с места. Что он к этому значению имени прицепился? У неё имя вроде есть. — Мы успели соскучиться. Ты совсем о нас, наверное, забыла. — соскучился он по ней. Придурок.

— Здравствуйте, — её губ касается лёгкая улыбка, адресованная Ризвану. Не понял? Моя жена улыбается моему другу, а на меня смотрит как на исчадие ада? Это что за новости?

— Здравствуй, милая, — улыбается мама, получив в ответ от Айлин тёплую улыбку. Жена моя, а улыбки моей маме и другу. Странно, нет? — Как мама?

— Хорошо.

— Давай же садись, — выдвигает ей стул Ризван. — Мы хотим знать, сколько литров слёз ты выплакала, и выставить за них счёт твоим родным. Отправили к ним наш лунный свет, а они плакать её заставили. Нельзя так, нельзя.

— В долг, может, запишем? — шепчет с улыбкой, присаживаясь на своё место. Непроизвольно выгибаю бровь. Айлин и шутки? Что ещё я не знаю о своей жене, но знают мама и друг? Вон как хихикают на её ответ.

— Я обдумаю твой вариант. Эльхан, ты чего там завис?

— Жду, когда ты мне стул выдвинешь, — язвлю, сам того не замечая. Что-то меня раздражает мой же друг.

— Так сказал бы, что хочешь, чтобы за тобой поухаживали, — хитро щуриться, выдвигая стул, после чего сгибается пополам и издевательски молвит. — Садитесь, глава.

— Весело вам? — ядовитый голос деда разрушает миг. Вот почему он не может просто промолчать? — Радуешься, что тебя к родным отпустили? И как? На руках носили?

— Дедушка! — прикрикиваю на него, видя, как Айлин опускает голову. Только сидела с лёгкой улыбкой на губах и вот опять! — Не устраивает что-то? Твои проблемы. Айлин моя жена и я буду отпускать её, куда захочу. Хоть на месяц к своим. А если захочет своих к нам переселить, даже это разрешу. Понятно?

— Предатель! — цедит сквозь зубы и со стуком отбросив приборы, покидает нас.

— А ты, — обращаюсь к Имаму. — Прекрати пялиться на мою жену. Глаза выколю!

— Эльхан, — с укоризной качает головой мама. Блин, забыл про Айлин. С ужасом смотрит на меня.

— Нечего смотреть на мою жену! Я всё сказал!

Психанув, ухожу в комнату. Целый месяц я не трогал её, отпустил к родным, а она всё равно смотрит с ужасом! Я ругаюсь на всех из-за того, что к ней так относятся, а крайним всё равно остаюсь я! Как так вообще?

Чтобы успокоиться, принимаю прохладный душ. Стою долго под струями воды, перескакивая с одной мысли на другую. Столько дел, столько мыслей… И жена теперь в мыслях. Что я завёлся? Ну зовёт её Ризван лунным светом и что? Ну улыбается она ему и шутит с ним…

— Р-р-р, бесят! — закрыв воду, выхожу. Только ещё больше разозлился. Лучше уж пойти делами заняться, а не ерундой страдать.

Переодевшись, спускаюсь вниз и, проходя мимо гостиной, слышу смех друга и мамы. Заглядываю и замираю. Айлин смеётся беззвучно… Её плечи трясутся от смеха, губы растянуты в улыбке, глаза сверкают. Удивительно.

— Брат мой, заходи. — Ризван машет рукой, подзывая к ним. Айлин сразу же прекращает смеяться. Смущённо заправляет прядь волос за ухо, опустив глаза в пол. — Ты куда собрался?

— Думал поработать немного… — теперь уж даже не знаю. Оставить их и уйти?

— Да брось. Ты весь месяц носишься с этими делами, посиди хотя бы немного и с нами. Правда, лунный свет?

Айлин молчит и смущается ещё больше. От моего присутствия или причина в другом?

— Ризван прав, — лучше бы мама дала ответить Айлин. — Теперь по вечерам будем вот так собираться в гостиной и проводит время вместе. А то закрываемся в комнатах и друг друга видим редко. Тебя, Эльхан, вообще не видим.

— Не знаю как вы, но я со всеми вижусь. — лениво отвечает друг. — С моей госпожой вижусь во время приёма пищи и так в течение дня. Лунный свет вожу в больницу, и мы довольно неплохо проводим время в пути. А с тобой Эльхан, не хочу видеться. Ты меня работой загружаешь… И разговариваешь только о ней.

— Буду знать. Теперь ты поработаешь за меня, а я буду видеться с мамой и с Айлин. — вот опять Айлин испуганно смотрит. Как вообще с ней Ризван подружился? Почему на него она не смотрит как на исчадие ада? Почему только я? Хотя вроде как я спаситель и защитник.

— Не друг, ты работай дальше. Мои встречи с прекрасными женщинами не воруй. — друг смотрит на меня насмешливо. Что задумал? К чему всё это? Почему мне кажется, что меня вокруг пальца обводят?

— Угу, посмотрим. Над чем смеялись?

— Рассказывал Айлин, как ты с дерева упал, порвав штаны.

— Да? А ты уточнил, что ты был со мной, и порвал не только штаны?

— Не слушай его, лунный свет. Скажет, всё, чтобы унизить меня в твоих глазах.

— Шут гороховый! — бросил в него подушку и даже не предполагал, что мы начнём дурачиться с ним как дети. Мама с Айлин с улыбками наблюдали за нами, и это стало стимулом продолжить. Ну и плевать, что веду себя не как глава огромного клана, а как мальчишка-подросток. Зато Айлин улыбается…

Пару недель проходят по одному сценарию.

Встал. Завтрак во время которого неосознанно, но уже по привычке, ухаживал за женой. Работа. Обедал, где попадётся. И ужин с семьёй. А вот после ужина сидели в гостиной и проводили время вместе. Были только мы вчетвером, но и этого нам хватало. Айлин вела себя уже более спокойнее в моём присутствии. Начала отвечать на шутки Ризвана. Правда косится, боясь, что я что-нибудь скажу, но с каждым разом всё рискованнее становится. Это радует.

А вот в комнате. Там она словно в скорлупу прячется. Отвечает на вопросы тихим голосом и старается быстрее скрыться с виду.

Думал, что она никогда не сможет вернуть себя. Не станет ни с кем общаться или же не поднимет свой голос. Пока не настал случай.

Обычный день, позавтракали, и решил, что пора поговорить с тётей. Она с каждым днём всё больше замыкается в себе. Дядя хмурится, глядя на неё. Я хотел их наказать за боль Айлин, за своё равнодушие, но никогда не хотел по-настоящему причинять им боль.