Дарить себя — не значит продавать. И рядом спать — не значит переспать. Не отомстить — не значит все простить. Не рядом быть — не значит не любить

Омар Хайям

" Туманная дорога в пустоту" — так могла охарактеризовать Лиза путь в номер. Сидя в такси, она все ещё не могла поверить в реальность происходящего и не было всецелого понимания последствий совершенных действий. Перед глазами стоял только Матвей, склонившийся перед телефоном, и раз за разом прокручивался его отстранённый голос с издёвкой. За недолгую дорогу выучила все его ответы наизусть, чтобы не забыть, никогда не забыть это унижение, которое пришлось испытать. Ещё вчера показалось, это искренне, он действительно все эти годы любил только ее и бросился в омут с головой вместе с ней. А оказывается, он просто так вкрадчиво подбирался к ее шее, для того, чтобы взяться покрепче и утопить ее в этом самом омуте. Он ничего не забыл, он вынашивал годами план мести и так быстро его смог реализовать. Лиза одним взмахом закрыла глаза и поставила себе итоговый штамп калёным железом — клиническая дура. Зашипела кожа, и даже не ожог беспокоил и не та боль, что раздирала изнутри. Как и все девочки, Лиза очень боялась шрамов, а тут, на самом видном месте и такой некрасивый. Придется носить.

— Thank you! — кивнула таксисту и вышла из машины. Знойный день во всю выжаривал лохматые макушки пальм перед бассейном. Хотелось просто быстренько проскочить в собственный корпус и спрятаться в душе, проплакаться, переодеться. Но, как назло, перед входом на территорию отеля ее перехватила Ирочка и Марина. Они, перемигиваясь, попытались вовлечь Лизу в беседу, но все их попытки не увенчались успехом.

— А вы куда это вчера с Матвеем пропали? — Ира была назойлива, как августовская муха. Накрутила безвкусное парео вокруг белого тела и, как бабка, решила поиграть в детектива.

— Я не знаю куда он, а я в номер поехала.

— А, я просто смотрю на тебе платье тоже самое, думала уже согрешили, — хихикнула в кулачок и посмотрела лукаво на соучастницу сплетен. Марина растянула губы в снисходительной улыбке, сделав вид, что поверила Лизе на слово. - Извините, пойду возьму солнечные очки, что — то забыла, — махнула рукой Лиза и ретировалась, как можно более самодостаточно развернув плечи.- Пока — пока, — помахали вслед и тут же принялись шушукаться.

Стоит ли говорить, какой вихрь из эмоций обрушился на Карину. Она, все ещё надеясь на то, что подруга просто всю ночь гуляла с Матвеем под луной.

— Не-ет, Лиза, да ладно, — ужаснулась блондинка, от удивления открыв рот. Рука застыла на взмахе, встряхивая крем от загара.

— Карин, если начнёшь осуждать, я не перенесу, мне и так очень плохо, — жалобно произнесла Лиза и через голову стащила несчастливое платье. Кинула на пол подальше от себя, как надоевшую, грязную тряпку.

— Масечка, иди сюда, — кинулась обниматься. При этом не знала, какие тут можно подобрать объективные слова поддержки.

— Карина, ну как так — то? — тесно прижалась к подруге, руками обнимая за плечи. Хотелось ощутить поддержку, услышать слова утешения, почувствовать прежнюю опору под ногами.

— Ну напились, бывает, он сам тебя повез, не ты же напросилась, — подняла брови, словно не утверждая, а спрашивая. Рукой при этом поглаживала спину подруги.

— Я не помню, кто кого, просто заискрило, спор возник какой — то дурацкий и я типа поехала проверить его чемодан, а дальше просто мы набросились друг на друга.

— Э — э, — протянула Карина, оторвав подбородок от плеча Лизы, — вот вы повод нашли, ну ладно, все успокойся. Он же понял, что ты свободна? В конце — концов, вы взрослые, свободные люди! И секс, наверное, того стоил.

— Нет, он думает, что я последняя шлюха, которая изменяет и кидает мужиков, — мрачно выдала Елизавета и хмыкнула носом.

— Как так? Значит Мишка ему не проболтался, как и обещал, а ты сама, что, разве не рассказала?

— Я не стала, это было бесполезно, ты бы видела его наглую рожу, такое ощущение, что он это все планировал месяц и коктейли мне смешал специально, чтобы я напилась. Ему без разницы, с мужем я или без, ему просто надо было меня трахнуть по факту и закрыть эту историю.

— Да ладно, не верю, на него это не похоже. Он такой благородный всегда был, серьезный, он не подлый, Лизок, это не про Матвея.

— Серьезный? Такой серьезный, что презерватив не надел, просто сто баллов к серьезности, — всплеснула руками.

— Охренеть! А ты куда смотрела?! — Карина заглянула в глаза подруге, чтобы убедиться, что это именно она проявила такую несознательность.

— Карин, я же ими и не пользовалась толком никогда, кроме Максима никого не было, а любитель заканчивать куда попало, к тому же это последнее о чем я подумала в тот момент, — смущённо поправила прядь волос.

— Ну и ну, и кончил, получается, в тебя? — с ужасом спросила Карина, закрыв рот ладонью.

— Может пронесёт, он сказал, что по всяким зппп у него все чисто, есть справка.

— Ну у вас и разговорчики. Про справку, значит, успели поговорить, а про семейное положение нет.

— Это он мне выдал в конце, гад! Хотел меня унизить, типа я, наверное, его заражу чем- то, раз так легко прыгнула в постель. А у меня уже сто лет секса не было и болячек я никогда никаких не лечила. Представляешь, каково мне было все это выслушать!

— Я знаю, чего рассказываешь, Макс твой единственный мужчина.

— Карин, я переживаю, что приняла душ только утром, конечно, может пронесёт, но надо на всякий случай выпить таблетку экстренной контрацепции.

— Ну ты даёшь, конечно давно надо было! — разволновалась не на шутку Карина, приложив руку к вспыхнувшей щеке.

— А с другой стороны, это же вероятность маленькая, только в кино женщины залетают от одного чиха.

— А с Максом у тебя как получилось? Есть такая категория женщин, им только плюнь, сразу с животом, — поспорила блондинка.

— Ну не сравнивай, то я была совсем молоденькая, а сейчас на таких стрессах у меня второй цикл странный.

— Тогда тем более надо пить таблетку. Даже не рискуй, а то потом придется прерывать, зачем тебе эти проблемы, брать больничный, да и здоровья это не прибавит.

— Согласна, конечно надо подстраховаться! Пойдем тогда сразу в аптеку? Интересно, он без рецепта?

— Пойдем, я только ресницы подкрашу, про рецепт не знаю даже, мне кажется должны продать, в конце- концов, загуглим клинику, — отозвалась подруга и открыла косметичку.

— Ой, только вот без клиники, у меня осталось сто евро, я Тимохе обещала привезти сувенир и родителям надо тоже что — то купить.

— Вот братика Тимохе привезёшь и хватит с него, — пошутила Каринка и была тут же бита по попе.

Конечно, Лизе было совершено не до смеха, более того, ситуация до ужаса неприятная и непредсказуемая. Никогда она не изменяла мужу и не было случайных связей после которых нужно было вот так, сломя голову, искать средства для подстраховки.

Уже через час обе вышли из аптеки. Оттягивать не стали и Лиза сразу приняла таблетку, запив на ходу глотком газированной воды.

— А ты представляешь, как он теперь трястись будет, начнет ли капать с конца и не придёшь ли ты в начале осени с сюрпризом под дверь, — пихнула локтем в бок.

— Хватит ржать, вообще не смешно. Я бы даже если забеременела, то ни в жизни к нему не пришла. Он ясно дал понять, что со своей стороны у него есть справка, а дальше не… - тут же помрачнела Лиза и закрутила крышку пластиковой бутылки. — Я тебя очень прошу, ничего не обсуждай с Мишей, он потом передаст ему, а мне это совершенно не надо!

— А я бы сказала ему, что ты в разводе, потому что может это как раз причина его поведения. Поставь себя на его место? В прошлом такая ситуация с Максимом, у вас же некрасиво по сути вышло. Ты помнишь как он чудил после? Он же не доучился совсем немного, диплом не дописал и ушел из- за вас. И тут ты с ним переспала, якобы будучи замужем, какие у него могут быть мысли?

— Я не пойму, ты его оправдываешь? Ну переспал и переспал, а унижать зачем? Если ты знал, что у женщины есть муж, ты какого хрена на нее полез? Ты совсем не виноват?

— Это тоже факт, поэтому я никого не оправдываю и не обвиняю. Мне кажется, что здесь имеет место обоюдная недоговоренность, а то, что у вас обоих не отболело — это факт.- В смысле? — нахмурилась и нагнулась для того, чтобы поправить хлястик на обуви.

— Да на себя посмотри, лица на тебе нет, а вчера светилась, как рождественская звезда… Все я вижу и все понимаю.

— Так будет на тебе" лицо " в такой ситуации, хорошо, что я про таблетку ещё вспомнила, — отпарировала вполне уверенно и задержалась пальцами на замочке возле щиколотки. Не хотела поднимать глаза вверх, потому что Карина сразу поняла бы, что каждое ее слово попадает в точку. И лица на ней нет и в душе сквозное отверстие и вообще все разом померкло, думала проснется в новой жизни, где есть второй шанс с Матвеем, а получила под зад коленом, да ещё как ощутимо.

— Я так понимаю, сегодня не поедем на общую тусовку, Мишка снял, наконец, яхту.

— Я не поеду точно, а вот ты сгоняй, развейся, — поднялась, застегнув, наконец, босоножки.

— Одна, бросить мою красотулю? — засюсюкала Карина и схватила Лизу за предплечье.

— Я погуляю по городу, а ты езжай, иначе мне будет ещё хуже, не спорь! — безапелляционно произнесла и накрыла своей ладонью ладонь подруги. — Видеть его не могу, даже за километр буду обходить, и прошу, даже если что разузнаешь, не надо мне докладывать, потому что это ничего не изменит.

— Ты уверена? — прищурилась Карина.

— Да, это будет странно, если мы обе не придем, понимаешь? А я пока пробегу по магазинам, может хоть удастся поесть нормальной еды, должно же быть здесь русское кафе, а то достала эта курица в соевом соусе и спагетти.

— Договорились, но будь на связи и ни с кем не знакомься, даже если будет очень симпатичный шейх на Феррари, — улыбнулась Карина и тоже открыла бутылку с водой. — Нет, Лизок, не по мне эта жара, зелени нет вообще, а до парка этого мы с тобой сто пудов не доедем.

— Согласна, я хочу только на море, там прохладнее, — ответила и поправила пояс белых шортиков с кокетливым бантом в виде пояса.

***Когда вечер опустился на город и повсеместно зажглись сотни огней, Лиза вышла из душа и, завернувшись в полотенце, встала перед зеркалом. За этот день она загорела ещё больше, на плечах появились белые полоски от бретелек, а нос стал золотисто — коричневым. Откинула полотенце и принялась мазать кожу увлажняющим молочком с запахом ванили и миндаля. Пальцы скользили по спине нежным бархатом и тут внезапным флешбеком она увидела перед глазами мужской голый торс, почувствовала, как губы упираются в коротко стриженный висок и внутри тела появляется сладкое напряжение. Такие мощные толчки и такое ощущение наполненности — не были знакомы Лизе со времён первого сексуального опыта. Максим был каким угодно: очень нежным, аккуратным, местами безынициативным и слишком консервативным, но никогда не страстным настолько… Да и физическая комплекция, видимо, имела определенное значение. Вспоминая, как развязно она вела себя в постели, покраснела, откуда что взялось — не понятно. С Максом вела себя куда более скромно. Побыстрее размазала крем по бёдрам и открыла чемодан, нужно было одеться и выйти хотя бы в течение часа, иначе не было смысла в этой вечерней прогулке. Выхватив пальцами лёгкое платье с цветочным принтом, Лиза ощутила, как в желудке снова заплясали чертята. " Вся эта местная кухня до добра не доведет. Все перченое — переперченое, острое и кислое. Надо погуглить, где есть борщ или просто нормальная столовская еда" — подумала про себя и достала телефон, вспомнив, что со вчерашнего вечера им не звонила.

— Привет, мамуль, ну как вы там? — хлопнула дверью.

— Лизочка, да ничего, Тимошка уже бегает, отец пошел с ним прогуляться, а я картошку жарю и суп на завтра.

— Мам, я так хочу твоего супа, — протянула и вошла в лифт. Нажала -1 этаж. - Ты моя золотая, что же в такой богатой стране плохо кормят? — усмехнулась, переворачивая лопаткой ароматные дольки картофеля.

— Да тоже самое, что и везде, все в острых соусах, хочу домашней пищи, сейчас пойду искать, — заправила прядь за ухо.

— Желудок береги, лучше тогда кашу завари себе, есть у них такие?

— Не подумала, точно! Люблю тебя, мамуль. Тима скучает? Папа там его не замучил математикой?

— Ой, его замучаешь, сорванец. Он же глазки жалобные состроит, деда обнимет и все, пропала математика! — улыбнулась и закрыла крышкой сковородку.

— Ну построже с ним, мам.

— А чего построже, вчера постель не захотел разобрать, отец как наподдал ему ладонью слегка, он в слезы, да как плакал, будто его подстрелили из дробовика! Коля сказал, что ты приедешь, надо с ним что — то решать, к психолоХу вести что ли.

— Мам, давай я вернусь и обсудим, блин, расстроила ты меня, — сменилась в лице и остановилась перед стеклянными дверьми.

— Ну золотце, это же дети, он переживает за отцом, ты думаешь все так легко и просто, нажилась, упорхнула, а мальчонке — то каково! Был отец и не стало.

— Ну как не стало, разве не приезжал вчера? Он же обещал ему привезти новый конструктор и помочь собрать? — вышла на улицу и ощутила, как кожу обдало удушливой вечерней влажностью.

— Ой, был, Максим, точно, забыла рассказать, вчера явился уже около восьми, весь какой — то взъерошенный, привез коробочку длинненькую, чай попил и отчалил.

— В смысле, он же Тиму не видел сколько, а чем объяснил? — перешла узкую дорогу и оказалась на оживленной части улицы.

— Сказал он капризный, болеет, собирать не станет, и поздно уже. Лиза, я откуда знаю, что да как, может у него баба есть уже, а ты все его домой зовёшь каждый выходной.

— Баба… Да даже если она, при чем тут сын, он же не с ним развелся, а со мной, — встала у фонаря, чуть не впечатавшись лбом.

— Это не он развелся, а ты с ним! — не выдержала мать и махнула рукой.

— Ты же говорила и правильно, что разошлись, нечего мучиться! — остановилась Лиза

— Я говорила нечего было и замуж выскакивать, какой Матвейка был, красавец парень, трудолюбивый, заботливый, а ты позарилась на красивые слова, да цветы. Я тебе сразу говорила, что он ни рыба, ни мясо. В голодный год, как говорится..

— Ну мама, знаешь… - покачала головой и покраснела от обиды. — Ты сказала, раз беременна, надо замуж выходить, а папа вообще говорил, что Максим порядочный.

— Так это уж когда ты дел натворила уже, мы и согласились, а с самого начала ты вспомни, что я тебе говорила. Матвей предложение сделал, а ты уже хвостом закрутила, зря, и что на тебя нашло мы с отцом так и не поняли. Может обидел как, а ты молчала?

— Хватит, Матвей, Матвей, забыли про него! — повысила голос и привлекла внимание туристов из Китая.

— Ну и норов у тебя, весь в отца, — покачала головой Валентина и погладила рукой собственную голову.- Какой есть. Ладно, скажи Тимошке, что я погуляю и позвоню перед сном, пусть включит, наконец, телефон.

— Ой, да не обижайся ты, Лиза, я же правду тебе говорю, кто скажет, кроме матери с отцом.

— Поздно ты правду эту говорить начала, — хмуро ответила дочь и посмотрела на часы. — Давай не будем ругаться и выяснять, я позвоню сама Максиму и надеюсь, он приедет к сыну и полноценно проведет с ним время.

— Дед сказал мужика тебе надо, а то Матвей скоро в куклы начнет играть, — озабоченно выпалила мать и прикусила язык.

— Ему надо, пусть ищет, а меня и так все устраивает, — включила защитную реакцию и стала похожа на двадцатилетнюю Лизу. - Все, все, не сердись, любим тебя, загорай, кушай фрукты, переключись от проблем.

— Спасибо, мама, с тобой переключишься, — немного смягчилась в лице и улыбнулась.

— Целую, Тимочке все передам.

— Пока!

Нажала кнопку отбой и застыла, как компьютерный герой во время " бага", ни туда, ни сюда. Мама и раньше пыталась выразить свою позицию, но все это было полунамеками, а так вот — напрямую никогда не высказывала. Окончательно расстроившись, Лиза села на ближайшую скамейку рядом с красивой клумбой из ярких цветов и загоревала.

" Действительно, Матвей никогда меня не обижал, всегда был рядом, нравился чисто внешне, что же было не так? Что заставило сделать такой странный выбор в пользу менее симпатичного Максима. Деньги? Да не было у него супер — средств, да, может мне казалось, что он более перспективный, интеллигентный, он меня водил в кино на такие фильмы, о которых Матвей даже не слышал. Я однажды его спросила, а ты был? И он завис, на контрасте с Максом казался не особо продвинутым. Меня это тогда напрягло, я стала все чаще задаваться вопросами, а что он видел, кроме своего рынка и ящиков этих. Что он мог мне предложить? Краснодар боготворил и раздражал постоянно своими нотациями по поводу бабушки, заставлял ездить, навещать. Душно мне стало с ним в какой — то момент… Я хотела в Москву".

Отловила за хвост мысль и зафиксировала, прижав ногтем к деревянной доске, чтобы не ускользнула.

А сейчас?

А сейчас без него душно. Вот такая удивительная трансформация.

И это осознание привело в замешательство. Действительно, с той самой минуты, как вышла из номера, постоянно ощущала в груди стеснение и давление, сдавливала ребра необъяснимая тоска. Задумавшись, сорвала цветок с клумбы и, озираясь, бросила на место, откуда рос. Не хотелось проблем ещё и с законом.

Телефон заверещал.Конечно, кто бы мог спасти, если не Карина. Она позвонила, как только уличила возможность для того, чтобы передать совершенно секретную информацию:

— Матвея нет с нами!

— Карина, я же просила!- Я не знаю, как смолчать, но мне Миша сказал, что Матвей ему час назад звонил и спрашивал твой номер. А у него нет, он пытает меня.

— Карина, нее- ет- провизжала в трубку.

— Прости, но уже поздно, он увидел, как я смотрела сообщения и через плечо записал.

— Ты врешь! — произнесла гневно и сверкнула зелёными глазами, потемневшими, как небо после дождя.

— Вру, — виновато спрятала глаза в ладони.

— Иди ты знаешь куда! — бросила трубку.

Господи, кому доверила связь с общественностью, Карине, которая не могла бы удержать ни один секрет дольше одного дня. Хлопнула три раза себя по голой коленке и посмотрела на дисплей. Не было ни пропущенных звонков, ни смс. А ведь… черт! Хотелось, чтобы они были. Сумасшествие какое — то. Пошла вперёд, через мост искусственного канала, похожего на маленькую Венецию и глупо улыбнулась. Вот настолько широко и беззаботно, словно она мелкая первоклашка и ей отсыпали десять лишних дней каникул. А между тем..

" А зачем он просил, что ему надо? Извиниться? Спросить про анализы? А может я что — то у него забыла? " — тронула серьги и кулон рукой. Все на месте. Выдохнула, значит последний аргумент отпадает. А между первым и вторым целая пропасть. Пропасть в которой можно утонуть и от которой можно оттолкнуться до небес.

Телефон завибрировал. Номер неизвестный.

Пуф. Пуф. Сердце уже подпирает гланды. Сбросила. Зачем? Да, наверно, потому что не готова была к диалогу и не готова была узнать, что это не он. Походка стала лёгкой, как у прежней Лизы, она поймала два заинтересованных взгляда и улыбнулась. Спустя час прогулки нашла русское кафе, оно, конечно, было внешне оформлено в восточном стиле, но как гласило меню, картошка пюре там была, а это главное. Зашла внутрь и осмотрелась, народа, как в макдаке в рождественскую ночь. Официант подошёл сразу и предложил пройти к самому дальнему столику, выбирать особенно не пришлось и Лиза двинулась вперёд, обходя столики. Уже придумала, что будет кушать в первую очередь, как услышала сбоку неожиданное.

— Привет!

Повернула голову и впала в ступор. Из всех кафе, что были в этом районе, он выбрал именно это. Глазам своим не поверила, даже не поздоровалась в ответ. А когда через секунду осознание окатило кипятком, решила ретироваться. Кивнула сумбурно и развернулась, для того, чтобы выйти на улицу.

— Очень глупо! — послышалось за спиной. Матвей с удивлением отреагировал на реакцию Лизы.

Она на секунду замерла и поняла, что он прав, первая реакция бегства была слишком детской, недостойной. Развернулась на триста шестьдесят и медленно направилась в сторону своего крошечного столика. Матвей проводил ее взглядом и наколол вилкой лист салата. Села, точнее опустила свое ватное тельце на мягкий стул и посмотрела на соседний столик. Матвей расположился практически рядом, сидел вполоборота и мог прекрасно наблюдать за ее действиями. Выпрямилась, пошарила мысленно в поисках самой подходящей маски, натянула наспех и сделала заказ. Картошка пюре была потрясающей, никогда ещё Лиза не ела с таким аппетитом, наверное, нервное. Матвей теперь совершенно не спешил уходить. Он заказал ещё мясную тарелку и принялся в упор рассматривать то, как ужинает зеленоглазая.

Сказать откровенно, он весь вечер думал о ней, совесть тяготила тяжелее штанги, хотелось смягчить последствия крайне неудачного диалога. В сущности, ничего критического она не сделала, он и сам изменил Кате, даже не подумав об этом. И пусть у них были свободные отношения в целом, карт-бланш на неверность она вроде не давала. Так что… Но Лиза сидела с таким лицом, что подходить было бессмысленным делом, показалось, что пар шел не от котлет, а из ее ноздрей. Матвей даже улыбнулся, когда перехватил ее взгляд и был убит тяжёлым выстрелом. Лиза и правда, увидев его, испытала всю гамму чувств, что накрыли утром. Теперь его улыбка казалась издёвкой, а во взгляде читалось осуждение. Поэтому старалась есть как можно быстрее доесть и поскорее свалить из кафе. Только допила морс, как услышала вибрацию в сумке. Ответила на звонок, прижимая трубку между ухом и плечом.

— Да, Максим? — старалась говорить как можно тише.

Матвей помрачнел моментально. Вилка в руке стала острой и неудобной.

...- В смысле ты не то купил и надо поменять? — нахмурилась, накалывая на вилку остатки котлеты....- Ну ты и поменяй, я же в этом не разбираюсь. Тима с радостью соберёт с тобой, да. А почему ты так думаешь? Коньки есть, просто малы уже, надо отдать кому — нибудь. А ты маме позвони и она смерит ногу ему. Все, некогда, я кушаю. ...

Рассмеялась напоследок. Да так, чтобы Матвей непременно расслышал хорошенько о том, как ей весело.

..- Прекрати, я же в пятницу. Да. Мне ничего не надо и это есть, — кивнула и отодвинула прядь волос от лица.Стальные нотки зелёных глаз разрезали пространство острыми бритвами. Каждая фраза отзывалась струнами в душе. Они натягивались и скрипели, невозможностью издать ни одного звука.Как мы плохо себя знаем, оказывается, ещё утром открестился, почувствовал, что справился с эмоциями и переступил через юношескую обиду, даже хотел поговорить и расстаться по — человечески, а сейчас, глядя на то, как Лиза наматывает и без того кудрявый волос на палец и улыбается, хотелось встать и отобрать у нее трубку. Пусть трещит в другом месте, а здесь вообще — то люди кушают и хотят насладиться пищей, а не слушать как: Вызывающе и звонко смеются, бархатным голосом кокетничают разные дамы. Принесли мясо. Как кстати!

* * *

Как нашкодившая, но не попавшая под подозрение кошка, Лиза попросила принести десерт и отложила телефон. Заметила реакцию Матвея одним глазом и втайне порадовалась. Он опустил плечи и подвинул корпус вперёд, явно демонстрируя изменение в настроении. Решительность и напряжение считывались на невербальном уровне, даже невинное мясо он разрезал с особым пристрастием, словно что — то представляя себе в этот момент. Или кого- то. Вообще, со стороны казалось, что это совсем незнакомый, абсолютно чужой человек. Да и как скажешь, что она знает его сто лет, ведь почти десять из них они не виделись и какие с ним метаморфозы произошли за это время, одному Богу известно. Смешно говорить, но после вчерашнего вечера она знала в его обновлённой версии только две определенных вещи: у него большой член и нет венерических заболеваний. Ну и ещё, пожалуй, то, что он любит виски с колой, но ему их пить категорически не рекомендуется. И хамство. Да, появилось такое вальяжно- пренебрежительное отношение к женщинам. " Так много познаний за две встречи" — примяла остатки пюре в виде сеточки. Улыбнулась синхронно мыслям и кивнула официанту, принесшему десерт. Невзначай посмотрела на Матвея, ведь предательский взгляд сам искал его очертания, а он заметил и в ответ взмахнул ножом.Какое же сильнейшее противоречие раздирало все внутреннее существо. Гордость, достоинство, чувство самосохранения и здравый смысл уселись чинно на одну чашу весов.

Ух- х. С ветерком перевесили.

Моментально одумалась и отвернулась. Даже стул со скрипом подвинула, чтобы не встречаться больше взглядом. А потом какая — то предательская, непонятного свойства и формы хрень, лёгким прыжком заскочила наверх свободной чаши и пипец. Весы просто безапелляционно дрогнули и опустились вниз, словно на них сел трехтонный слон.

Сила притяжения, однако.

Она будто просовывала палочку в клетку к тигру и поводила ей по усам. Дразнила, но при этом была неуловима. Снова обернулась. Отметила взглядом его тонкую рубашку, проскользила по широким плечам, заметила вполне ровный загар на его предплечьях, и вспомнила, как он этими самыми руками..

И… ещё..

— Будете ещё что — то ещё заказывать? — спросил официант на ломаном русском. Как из другого, параллельного мира, смуглый невысокий дядька с густыми усами.

— Можно ещё чай, — на автомате произнесла и посмотрела в окно.

Официант удалился. Лиза тронула телефон, повертела, как обезьянка и положила на место. Била себя по нервным окончаниями, чтобы не смотреть в его сторону. Она, оказывается, скрытая мазохистка. А между тем Матвей доел стейк и для дополнительного заказа не было места в животе. Глядя на пустую тарелку он мысленно пожал плечами. Что ж. Бросил короткий взгляд на Лизу и выдохнул полную диафрагму.

" Навязывать диалог нет никакого смысла, тем более зеленоглазая отвернулась и совершенно не хочет контактировать".

Доел. Расплатился. Встал и вышел.

Вот так по — мужски решил вопрос, и никаких тебе ванильных мечтаний, душераздирающих сценариев в голове, каким образом может закончиться вечер, взглядов исподтишка и закидывания ноги на ногу. Встал и вышел, а Лиза — то размечталась уже, что он подсядет за ее столик или найдет предлог, чтобы завязать разговор на расстоянии. Не зря же судьба их свела в этот вечер. Но когда доела свой брауни, красиво смахнула салфеткой крошки с губ и тронула телефон, заметила, что за соседним столиком началась какая — то возня. Обернулась, а на место Матвея уже присаживаются две девушки. Снова разочарование." Ну как же так можно?" Ведь посылал взглядом определенную готовность к диалогу, а потом взял и слился молча. Хотя, вспомнила последний курс института, как он молниеносно подал документы на отчисление в течение следующей недели и больше никогда там не появлялся. Не выяснял отношения, не шантажировал, не пытался набить лицо Максиму, а просто взял и ушел. Лиза вспомнила, что хотела в какой — то момент этой романтической дуэли, чтобы Матвей хотя бы поборолся за свои чувства, а с другой стороны, в животе уже был Тимошка, какая уж тут борьба..Посмотрела на телефон и разочарованно сбросила звонок от Карины. " Теперь извиняться будет до потери пульса".

Матвей завернул за угол и остановился. Нет, в нем не было никакой внутренней борьбы, подобной той, что мучила Лизу. Он никогда ничего не придумывал и додумывал по жизни. Даже когда за спиной в начале сентября уже шушукались девочки, он не вникал и никому не верил. Не мог даже допустить мысли, что Лиза за спиной крутит роман с каким — то левым чуваком, а потом уже воспринял ситуацию по факту и выводы сделал соответствующие. Чёрное/ белое, да/ нет, свой / чужой — такими категориями мыслил двадцатилетний Матвей и сейчас по факту мало что изменилось. Кто виной? Возможно, родительское воспитание или гены. С ним никто никогда не рассуждал о жизни и не говорил о чувствах. Забота всегда была ограничена весьма простой и твердой формой: сытый, чистый, в дневнике пятерки? Это хорошо — свободен! Порвались джинсы — вот тебе иголка с ниткой! Оскорбил мать — получи подзатыльник. Перестал учиться — дверь на ключ. Отец не учил, как правильно ухаживать за девушками, некогда было ему рассусоливать и выслушивать душевные метания подросшего сына. Одно только знал Матвей — родители любят друг друга, отец всю жизнь посвятил семье и старался зарабатывать на содержание дома, обеспечение родителей с обеих сторон. Вот и вся арифметика жизни. Возможно поэтому он не был чутким к чужим эмоциям, да и свои плохо понимал иногда. Зато если приходила беда или требовался совет, он непременно находил время и силы для того, чтобы помочь. Вот и сейчас он остановился, потому что заметил, как у заднего входа кафе, которое совершенно скрыто от посторонних глаз, разгружается машина с продуктами.

Щуплый парнишка азиатского вида буквально подбородком удерживал тяжеленную коробку, стараясь как можно больше ящиков унести за раз. Конечно, все упало, и помидоры рассыпались по дороге, падая под колеса небольшого грузовика, укатываясь в разные стороны. Азиатский грузчик растерянно всплеснул руками и не знал, что делать: разгружать дальше или собирать товар. Матвей не мог остаться в стороне, словно флешбек испытал при виде, как незнакомец суетливо собирает овощи в ящик. Сколько таких проколов было, когда помогал отцу на рынке, не сосчитать. И влетало очень хорошо за это, ведь каждая потеря — это деньги, вложенные в товар.

— Do you speak English? — обратился к парню.

Азиат молча помотал головой и виновато улыбнулся. И тогда Матвей просто подхватил второй ящик с открытого кузова и донес до железной двери. Так проделал несколько раз и в конце похлопал незадачливого грузчика по плечу. Он в ответ восхищённо показал палец вверх и суетливо исчез за железной дверью кафе.Матвей шел до метро с задумчивой печалью на лице. Представил себя на месте этого парня.

" Адская, тяжёлая работа на чужбине, скорее всего за копейки и даже язык не доступен, спят, наверное, в ангарах на полу и раз в месяц переводят все деньги на родину".

Постепенно ускорился и спортивным шагом дошел до метро. Не нравилась эта страна. Искусственная и обманчивая насквозь. Причем во всех отношениях.

* * *

На улице стало ещё немного прохладнее, а может просто показалось. Оглянувшись по сторонам, Лиза вздохнула и поджала губы в разочаровании. Действительно, не было его нигде, словно растворился в воздухе. Вокруг только толпы туристов, разгуливающих по улицам, они шли парами, стайками, группами. Кто — то выглядел очень демократично, с рюкзаком за спиной, кто — то явно нарядился для светского раута. Лиза в очередной раз сбросила звонок бывшего мужа, настроения обсуждать коньки совершенно не было." Пусть хоть раз включит свои мозги и купит сам, без моей координации" — свернула к мостику и посмотрела на воду. Небольшие лодки и яхты стояли в темной воде, как огромные белые свечи. Очень романтичное зрелище и вообще, вся атмосфера курорта располагала к тому, чтобы взявшись за руки прогуливаться по улочкам вместе с любимым, и чтобы сзади непременно бегали дети, пытаясь выбить очередной страйк воздушным шариком. Но, увы, семьи нет, Тимошка далеко, а руку может дать разве только Каринка. Да и ту убить хочется. Такие дела. В таком настроении Лиза провела все оставшиеся дни. Карина, конечно, получила с лихвой за свою предательскую болтливость, но это никак не повлияло на ход событий. Матвей ни разу больше не появлялся на встречах, а в четверг, по словам Карины, и вовсе досрочно вылетел домой. Думали — гадали подруги, какой же смысл был брать номер и ни разу не позвонить, но так и не поняли. У шубутной блондинки, как всегда, были уникальные версии с похищением инопланетянами и внезапным параличом голосовых связок. Лиза куда более прагматично мыслила, но даже не озвучивала в слух некоторые идеи, а то мало ли, что взбредет Карине в голову и она вновь проболтается Мише. И в общем — то впустую прошли все оставшиеся дни и чем ближе к отъезду, тем ярче и очевиднее выглядел главный осадок: встреча с Матвеем была судьбоносной и Лиза начала ощущать это всеми фибрами души. То Мишка пошутил, что Москва маленькая, то спросил район, в котором учится Тимоха, то Ира вспомнила вдруг, как Матвей однажды привез ей ящик персиков, чтобы она наелась вдоволь. Во всех этих малозначительных эпизодах Лиза улавливала свой особый смысл. И весы снова и снова перевешивала какая — то спонтанная тяга. Но телефон предательски молчал. И даже в день вылета Лиза разочарованно проверила все мессенджеры.

— Пристегните ремни, — прозвучало из салона.Лиза закрыла глаза и откинула голову на подголовник, не хотелось слушать ни щебет Карины, ни плач малыша в соседнем ряду. Нужно было настроиться на новый этап, ведь впереди ждала городская суета, новые хлопоты и темный, морозный февраль.