Он не упустил ни одной возможности упустить возможностьДжордж Бернард Шоу

Каринка ввалилась в номер, словно бесцеремонный ветер, поднявший все вокруг вверх дном. Щебетать начала аж со двери, попутно стягивая с себя одежду. Она была переполнена новостями и сплетнями, и несла их в себе, словно глоток спасительного горячего кофе для Лизы. Старалась не расплескать, ну лишь чуть- чуть не удалось, позвонила общей подруге, оставшейся в Москве и немного поделилась. Не терпелось.

— Сидишь, да? — расстегнула лифчик и обернулась, глядя сквозь приоткрытую дверь на балкон.

— Сижу, — бесцветно произнесла Лиза и, запрокинув голову, продолжала равнодушно глядеть в небо. Сколько часов так просидела, не поняла, только ягодицы затекли от однообразного положения. Двинула ногой и ощутила, что в бедро впились тысячи щекотливых иголочек.

— Ну я иду, сейчас, у меня такие новости, такие..- поскорее накинув тонкий хлопковый халат с запахом, нетерпеливо протараторила Каринка. Все также экспрессивно она заскочила на балкон, с противным скрипом придвинула пластиковое кресло вплотную к Лизе и присела. Посмотрела искоса, прочитала по сомкнутым губам и напряжённым скулам, что подруга откровенно депрессует. Тогда наклонила корпус вперёд и поймала руками ее кисть.

— Ну ты чего, Лизок?! — сжала тонкие пальцы своими горячими и постаралась немного снизить градус своего возбуждения.

— Да ничего, Карин, сижу и думаю, какая я идиотка, как все так сложилось у меня через одно место, — едва заметно покачала головой из стороны в сторону и посмотрела на подругу таким взглядом, словно в зелени глаз утонула и растворилась вселенская скорбь.

— Да все нормально, никто ничего не понял, а Матвей не скажет, не переживай даже, — поспешила успокоить и ещё сильнее придвинулась вперёд, буквально упёршись коленями в край противоположного стула.

— Да я не об этом, — дрогнула линия пухлых губ и Лиза слабо улыбнулась. — Я сегодня его увидела, Карин, вот рядом, как тебя и меня накрыло, что все, что было после нашего расставания — это не моя жизнь, точнее моя, но на развилке этой проклятой я свернула не туда и заблудилась. — убрала руку и переместила ее на свои скулы, обхватила висок. — Как же это больно осознавать, сколько всего упущено, у него, наверное, семья, дети… Он на меня смотрел, как на муху, понимаешь, будто я просто прозрачная и неинтересная? А раньше помнишь как было? — с каплей былой дерзости взглянула на подругу. - Угу, — кивнула Карина.

— Да что раньше, просто. ну не знаю, когда он пришел, я почувствовала, будто небо раскололось пополам и весь кислород он забрал себе. Мне теперь нечем дышать, ты веришь? Дышу, а воздух будто через дырку обратно выходит, тесно в груди. Ты прости, что вывалила все на тебя, просто такая тоска накрыла.

Карина удивлена была такой внезапной откровенности и не решалась сменить волну. Кивнула с сочувствием и пригладила свободной рукой влажные пряди русых волос.

— Да знаю я, что ты думаешь, сама виновата, — глухо добавила и замолчала, поджав нижнюю губу, словно поставив точку.

— Я думаю, что это ещё не конец, — голос Карины задрожал от сожаления, она сама едва не расплакалась от такой короткой, но очень пронзительной исповеди. — Я столько новостей на хвосте принесла. Ты ушла, а я же ещё с Мишкой сидела, кстати, Матвей тоже испарился очень быстро, так вот, он мне намекнул, что у Матвея нет семьи и не было, ну может роман и есть какой, а жены нет, тем более детей.

— И что мне с этого, Карин? — разочарованно взмахнула ресницами и изобразила на лице равнодушие. А у самой сердце так кровью переполнилось, что едва не лопнуло, забрызгав ребра изнутри чувством родившейся надежды.

— Ну с того самого, Лиза, не дури, он не женат, ты тоже теперь свободна. А самое главное знаешь? — заговорчески поиграла бровями и склонилась над самым ухом подруги. Лиза все же убрала с лица шлейф напускной беспристрастности и посмотрела в глаза Карине.

— Он уже года полтора как в Москве живёт, а мы думали… Мишка проболтался, что это Матвей ему запретил всем говорить. У него и бизнес свой давно, а сейчас в Москве открыл что — то я не стала вникать. Ты понимаешь как тебе повезло? Это же шанс, Лиза, такой мужик и свободный, а как он тебя раньше любил! Просто кино! — взмахнула обеими руки в воздухе перед самым лицом подруги. И притопнула ногами в виде радостной чечётки.

— Смеёшься? Он и не смотрит на меня даже, — ответила Лиза и выдохнула последний кубик кислорода. Дыхание теперь колыхалось в районе живота, так сильно и тяжело, что даже Карина это заметила.

— Какая разница, у него обиды вполне обоснованные, но сколько лет прошло, ты повзрослела, поменялась, он просто тебя ещё не знает, — игриво улыбнулась и подмигнула.

— Хватит, Карин, это все бессмысленно, вот именно, что времени прошло до хрена. Я успела родить и развестись. Или ты наивно думаешь, что он ждет меня все эти годы? Мы даже с ним не спали ни разу! — добавила и отвернулась. Две сильнейшие эмоции раздирали пополам: разочарование и надежда. Одна в черном, а другая в белом и они тянули сейчас так сильно, что Лиза чувствовала, как все внутри трещит от боли, словно по швам распарывая привычные установки.

— А это ты сама виновата! Максим — свет в окошке, вспомни, что ты говорила? Не лезьте, он мой первый и единственный! Ты понимаешь сейчас, сколько лет на него потратила и кому все подарила? — сменила тон на резкий.

— Понимаю, молчи, пожалуйста, и без того тошно! — склонила голову вниз и подперла лоб напряжённой ладонью.

— А я тебе и говорю, что ты нюни распустила? Был бы он женат, с детьми, тогда да, поезд ушел, а так. Это надо быть полной идиоткой, чтобы не попробовать. Мы же здесь всего на неделю, если не получится, никто не узнает. Я же могила! — всплеснула руками и нахмурилась.

— Думаешь? — подняла голову и зелёные глаза заблестели от возбуждения.

— Конечно, Миха хочет вас свести, я ему рассказала про тебя и Макса, что вы развелись, — шепнула и закусила губу.- Карина, блин! — хлопнула ладонью по голове пепельной блондинки. — Я так и знала, теперь все узнают, это же позо-ор! — протянула и лицо исказила гримаса ужаса.

— Да он тоже могила, Лиз, я обещаю, — потерла голову ладонью и пригладила взлохмаченную шевелюру. Виновато посмотрела на подругу.

— Пфф, — Лиза надула щеки, собираясь грязно выругаться, но вместо этого просто округлила глаза и рассмеялась. Карину знали все: она была классной, общительный, доброй, но могилой по части секретов ее точно нельзя было назвать, такой уж характер.

— Ладно, не хочешь, не надо, завернись в плед и сиди на балконе все семь дней, можешь еще похоронный марш включить, — обиделась Карина, прочувствовав неприкрытый сарказм во взгляде Елизаветы.

— Да не буду, но ты же понимаешь, что это нереально, он дал явно понять, что я ему не интересна, что у него другая жизнь, ты видела, с каким лицом он сидел?

— Все я видела, когда ты встала танцевать, он головы не повернул, зато беседу прервал. Он явно тебя в поле зрения держит, просто не хочет показывать. Или ты по другому себе это представляла, что он придет и насыпет лепестков перед твоим стулом, опустится на одно колено и руку поцелует?

— Ой, это прям из серии, когда парень взял телефон и не перезвонил, а девушка сидит и подумывает чепуху, почему он этого не сделал. Конечно нет, я была уверена, что он просто не приедет, — обхватила лицо теперь обеими руками и поставила локти на колени.

— Короче, завтра Мишка хочет организовать тусу совместную, есть вариант вам там сблизиться немного, — обронила, слово лиса приманку.- А где? — вновь подняла голову.

— Не знаю пока, может в клуб сгоняем, арендуем крутые тачки, может на яхте на рыбалку, плюс пикник, чего ему взбредет, кто знает.

— Только не яхту! Мне же плохо станет, — ужаснулась Лиза.

— Ну останешься на балконе, будешь носки вязать, — съязвила Карина и встала с кресла. — Идём спать, а то завтра важный день!

Карина ушла также быстро, как и явилась, и сказать, что она перевернула все вверх дном — ничего не сказать. Будто кассету от всей жизни вручила и авторучку, разрешив все отмотать назад. Лиза сначала усомнилась, а потом мысленно провернула колёсико раз и два, и вот уже не на кресле, а в невесомости над крышей отеля, где воздух насыщен запахом моря и свободы. " А может и правда можно?" — за спиной расправилось сначала одно, а потом и другое белоснежное крыло." Ну он меня так раньше любил и я, просто дура была, ничего не понимала в жизни, не видела, кто рядом со мной" — мысленно взмахнула крыльями и одним мощным толчком поднялась ещё выше. Туда, откуда все отели и дороги казались крохотными, игрушечными, словно детский макет, подсвеченный плеядой мерцающих огоньков. " А вдруг он не женился потому что все это время.." — мечтательно обернулась вокруг своей оси. На душе в какой — то момент стало так прекрасно, что Лиза ощутила себя легче воздуха, воздушнее морской пены. А потом подул ветер, резкий, прямо в лицо и она вспомнила его сегодняшний взгляд, от которого кровь в венах бежала медленнее, и вены покрывались инеем и услышала, как с тихим хрустом надломилось сначала одно крыло, а потом и другое. Потеряла равновесие, захватило дух. Еле приземлилась. Очнувшись, выглянула с балкона, а там все те же огоньки, вокруг бассейна и дорожек, усыпанные светлячками, только совершенно с другой высоты. Увы!

* * *

Пробуждение было, как всегда, спартанским. В любой день недели, будь то праздник, выходной, день рождение королевы Елизаветы Матвей вставал ровно в 5:15. Раньше это было продиктовано тем, что надо было успевать добраться до родителей, потом работа далеко от общаги, потом переезд и новый ритм. Лет пять активно начал заниматься спортом, да не просто заниматься, а жить им, параллельно с основной работой, потом и не заметил, как первое плавно оттеснило второе. И вот уже год как все устроилось наилучшим образом: удалось совместить спорт и деньги, бизнес окреп и стал быстро расширяться. Сначала открыл одно место, камерное, далеко от метро, где аренда была всего дешевле, потом второе, чуть ближе, третий филиал уже случился стихийно, почти в центре, в то время когда друг предложил вложить свои деньги в бизнес Матвея. Он не умел работать спустя рукава, это пошло с самого детства, когда батя приучил к труду и ответственности, и поэтому все делал на совесть: методично и скурпулезно. Штат подбирал сам, основываясь на личных симпатиях и жизненном опыте, даже на зимних каникулах предпочитал контролировать все сам. Впервые согласился делегировать Лёхе клубы на неделю, от этого сегодняшнее пробуждение было несколько тревожным. Сначала открыл левый глаз, прищурился, повел бровью и нащупал телефон. Выключил будильник и посмотрел на дисплей. От Алексея было три сообщения и все абсолютно несодержательные. Такое бывает, когда у человека много денег и свободного времени. Матвей хмыкнул, пролистав десятую однотипную фотографию нового тренажера и отбросил трубку на постель. Одним прыжком вскочил на ноги и пошел в душ. Только там вспомнил вчерашний вечер и заставил себя тут же переключиться на работу. До самого завтрака обзванивал персонал, координировал расписание, ведь у Тани и Кати детские каникулы, надо было войти в положение. Ближе к десяти, после завтрака, нарисовался Михаил. Он что — то витиевато излагал на тему общего досуга и на вполне вежливый отказ решил обидеться, поклялся больше никого не приглашать на встречу выпускников, практически шантажировал братскими чувсвами. Сердце Матвея, конечно, дрогнуло, и пусть оно совершенно не было готово к повторной встрече с Елизаветой, он решил, что сможет найти спасение в обществе других женщин. Свободных было аж три штуки, да они не такие эффектные, как его Екатерина, но вполне себе неплохие. Вышел на балкон и потянулся, параллельно, через стекло, на него смотрели две симпатичных девчонки, совсем молоденькие. Они, раскрасневшись, помахали ладошками и уткнулись носом друг в друга, смеясь. Матвей улыбнулся, потому что помнил, как лет десять назад ему льстило подобное внимание. А сейчас? Да пофиг было. Катьки хватало за глаза, благо она была очень активной, идейной и свободолюбивой девушкой. Без обязательств, как говорится. Ну и пусть "чайлдфри" и немного повернута на творчестве, в сексе это никогда не мешало, даже наоборот: не надо было париться по поводу предохранения и изыскивать новые позы. Вспомнив о Кате, решил написать ей короткое сообщение. Взял телефон и начал набирать текст, идя по небольшому коридору, внезапно споткнулся о влажную обувь и нахмурился. Запах холодных волн ударил в нос и эти змеиные кольца, что прилипли к ее груди, появились перед глазами. До мелкой дрожи под желудком ощутил запах ее тела. Остановился. Вдохнул столько, сколько могла вместить грудная клетка и протяжно выдохнул это наваждение. А оно, как назло, застряло между ребер и обратно в сердце запрыгнуло. Матвей опустился на корточки, взял мокасины и отнес их на балкон, чтобы подсушить на солнце. Девчонок уже не было. Только жаркое, палящее солнце, выжигающее темные волосы на макушке, высвечивая ментоловые нотки в зелёных глазах. Подойдя к перилам, посмотрел вниз. Люди мелкими точками передвигались вдоль проспекта и машины казались блестящими, жирными бусинами, склеенными между собой.

— Даже здесь пробки, — покачал головой и посмотрел на левое запястье. Через три часа нужно было выдвигаться, а до этого нужно было ещё успеть пробежаться вдоль каналов " марины", купить орехов, потому что в отеле их, как назло, не было и позвонить на работу. С выбором гардероба решил не заморачиваться, а надеть то, в чем ходил по большей части: тонкие черные спортивные шорты и обычную бежевую футболку со скромным изображением весьма недешевого бренда. Он никогда не делал культа из вещей и денег, несмотря на скромное прошлое и сытое настоящее. Ломалась машина — покупал новую, предпочитая консультироваться у профессионалов при выборе модели, никогда не делал что — то в угоду пафасу или моде, даже квартиру купил скромную по городским меркам, зато рядом с метро и видом, открывающимся на просторы городского парка. Вот только Катька редко оставалась там ночевать, ей по душе собственная кровать в центре. Затянул шнурок потуже и положил телефон в карман. Она так и не ответила.

* * *

Все утро Лизе предстояло стойко отбиваться от искренних, но совершенно абсурдных идей по воссоединению с Матвеем. Карина была неутомима и изобретательна. Она уже выбрала на вечер супер сексуальное платье для подруги и сочинила примерный сценарий развития событий. Последней каплей стала репетиция возможного диалога с Матвеем, где Карина изображала брюнета, вставая коленями на край кровати.

— Ты совсем с ума сошла! — Лиза запустила в блондинку расчёской и изобразила гнев на лице. Без косметики она выглядела ещё моложе, что непременно успела подчеркнуть Карина. - Ну и дура! Отрепетируем, хоть пойдет в том русле, что запланировали, а то будешь мычать и заикаться и даже не спросишь, в каком районе живёт и чем занимается, — поймав расчёску, деловито скрестила руки на груди, словно подпирая внушительный бюст.

— Карина, уймись, а то я сейчас твоему мужу позвоню и расскажу, как ты с мальчиком на ресепшн флиртовала.

— Вот тебе и благодарность, тоже мне, подруга, — скривилась Карина и свесила одну ногу с кровати. — Не хочешь — как хочешь, только оденься, пожалуйста в это платье.Указала взглядом на шкаф.

— Я его взяла на всякий пожарный случай, не буду надевать, оно слишком яркое и открытое, — опротестовала, склонив голову над зеркалом. Волосы длинным шлейфом падали вниз, подсвеченные торшером у окна.

— Ты уже загорела, посмотри, вот что у некоторых за кожа, не то, что у меня, — цокнула языком Карина и прошла ближе, оттянув край розовых шортов. Вложила расчёску в руку подруги.

— Я всегда быстро загораю, — ответила Лиза и принялась распутывать непокорные пряди.

— Много не пей, ладно, как вчера? А то потом не вспомнишь, что он тебе говорил… - неожиданно произнесла вкрадчивым тоном и раскрыла банан.

— А то ты умрешь тогда от любопытства, да? — зелёными лучиками выстрелила из глаз и улыбнулась обаятельно.

— Конечно, ты что! — перехватила шутливый тон и откусила кончик фрукта. — Ну и поменьше болтай, про сына, не спугни. - Ты серьезно, Карин, Тимошка что проказа, которую я должна прятать? Он — самое главное, что есть у меня в жизни и я не собираюсь этого скрывать, — поджала губы и лицо стало напряжённым.

— Ну не сегодня хотя бы, дай ему вспомнить все, что было между вами, будь полегче, повоздушнее, ты вспомни, какая была, как колибри порхала. Он же тебя такую любил.

— Да была, а теперь я колеса сама на шиномонтаж отвожу и могу карниз прикрутить шуруповертом, — мрачно парировала и закрутила волосы в объемный рогалик.

— Вот этого поменьше, задвинь эту " я сама" куда подальше, хотя бы здесь, прошу тебя, иначе он не найдет ничего общего с той лёгкой девчушкой из универа и сольётся.

— Знаешь, Карина, а что он должен найти, прошло почти десять лет, я за это время родила ребенка, повзрослела, жила с мужем, который кормил меня завтраками столько лет, сейчас в каком я положении? Уж не до воздушности, прости, — словно обиделась на саму себя за то, что утратила былую лёгкость.

— Ну хитрость включи, не обязательно все как есть демонстрировать, — не унималась Карина. — Я вон все тоже умею сама, только мой этого не знает: и окна сам моет и на собрания ходит.

— Ну и рада за тебя! — обиженно ответила Лиза и отложила расчёску на глянцевую поверхность комода. - Не обижайся, Лизок, но по Матвею понятно, что он мужик со стержнем, он и раньше был не робкого десятка, а сейчас и вовсе возмужал, такие не потерпят рядом эмансипе.

— Я тоже хочу рядом сильного мужчину, но не было возможности быть хрупкой, Максим всегда старался манипулировать так, что мы оказывались на равных.

— Это не твоя вина, он просто хитрый козел! — обняла Карина сзади, положив подбородок на плечо подруги, — Посмотри какая ты хорошенькая, сейчас немного косметики, платье, каблук и он упадет.

— Так и упадет! — смягчилась Лиза и склонила голову на бок.

— Ну что — то сегодня точно будет! Я в предвкушении… - ободряюще потрепала пальцами плечо подруги и отправилась за косметичкой. Лиза смотрела в отражение трюмо и скромно, почти по- девичьи улыбнулась. Поставила согнутую руку на талию, повела бедром, словно примеряя наиболее сексуальный шаг. С каждой секундой улыбка все шире растягивалась на лице, ведь предстоящий вечер сулил надежду. Утраченную, буквально выкопанную из — под земли, словно забытый детский " секретик" с ценным фанатиком под стекляшкой. И Лиза принялась собираться так, как никогда раньше, каждый штрих на лице был нанесен при внимательном контроле со стороны Карины, платье надела цвета морской волны, хлопковое, с многочисленными пуговками, заканчивающимися соблазнительным очертанием ложбинки. Волосы оставила распущенными, поскольку такую копну было тяжело уложить за столь короткое время.

— Ты предоставляешь, обломилась яхта, оказывается, наша бронь не прошла, у них остались только маленькие или огромные, — прокричала Карина из ванной комнаты.

— Слава Богу, — улыбнулась Лиза и поправила лямку бюстгальтера, выглядывающую из — за рукава.

— Пишет, в клуб поедем, они там живут как раз недалеко. Ну видела, мы проезжали отели такие высокие, на съезде с эстакады.

— А зачем я тогда так красилась, надо было поярче, ничего в темноте не заметно будет, — расстроилась Лиза и сомкнула губы, едва тронутые бежевой помадой.

— Что надо он заметит, — хмыкнула Карина, оказавшись рядом, — ты пуш ап надела, молодец, бомбически сиськи смотрятся.

— Спасибо, я старалась, — ответила подруга, нанося крем на руки перед выходом.

— Все уже, хватит прихорашиваться, последними приедем!

Дверь хлопнула, позади остались приготовления: разбросанные на кровати платья и юбки, раскрытые чемоданы на полу, непочатая бутылка "мартини" возле телевизора и крохотная фотография Тимошки в деревянной рамке в форме сердечка.

* * *

Ища огонь, находишь вместе с дымом. В познаньи правды познаешь и ложь. Во всякой вещи есть две половины, И без одной вторую не поймешь.

Китайская народная мудрость

Стоит ли говорить, насколько обрадовался Матвей тому факту, что не надо ехать на другой конец города, для того, чтобы отплыть с компанией абсолютно индифферентных людей. Не всех, конечно, но большинства. Место встречи было настолько близко к отелю, что он решил не заморачиваться и до последнего ходить по городу в поисках новых впечатлений. Вообще, он любил одиночество и никогда не видел в нем ничего предосудительного, а в текущей ситуации и вовсе хотелось побыть одному. Итак, применив все свои навыки по рационализации, Матвею удалось установить тот факт что:

1) Его сильно тянет к Лизе в следствии незавершённости действия в прошлом.2)Подогревает интерес неизвестность. Она очень мало рассказала о себе. 3) В ее пользу играет и отсутствие видимых изменений во внешности. Как ей это удалось, другой вопрос. Может про бабку не зря в станице поговаривали.4) Абсолютно не понятно, как вести себя вечером, чтобы снизить градус этого влечения.

Мысленно перечеркнув в блокноте все пункты, Матвей разочарованно понял, что как и в двадцатилетнем возрасте голова и сердце работают абсолютно асинхронно. Можно было все объяснить и оправдать, и даже найти корни такого состояния и подергать за них руками, пытаясь привести себя в чувства, но сердце упрямо не хотело подчиняться. Это как знаете, когда у богатого человека все есть, он может купить себе любой фантастический торт, любое пирожное с редким ингредиентом, а хочется… помятую картонную коробочку со склеенными разноцветными карамельками внутри. Находишь ведь, через надёжных людей и даже коробка похожа, в предвкушении кладешь в рот блестящую зеленую бусину, а нет, пропало очарование. В детстве были другие. Как вы уже догадались, Лиза была этими вожделенными конфетами, которые он так и не успел распробовать до конца. Улыбнулся своим идиотским мыслишкам и положил в рот большой, загнутый орех." Какие еще конфеты, вот настоящая польза".

Когда солнце перестало припекать плечи, Матвей быстро вернулся в номер для того, чтобы переодеться. "Клуб — значит клуб". Он, конечно, терпеть их не мог и даже не удивился, когда большинство проголосовало за этот вид отдыха, но против толпы не попрешь, тем более там можно было прекрасно отсидеться за бокалом безалкогольного пива и ни с кем не контактировать. Когда через некоторое время подошел к четырехэтажному зданию, окруженному небоскрёбами, сразу заметил Мишку и Лену, стоящих возле арендованного жёлтого " Ламборгини". Что и говорить, Михаил любил пускать пыль в глаза, но особого раздражения не вызывал. Он честно заработал себе на статус и мог позволить немного клоунады. Матвей кивнул им издалека и поправил закатавшийся рукав белой футболки, он чувствовал себя неловко среди всей этой напускной роскоши, словно так и остался голожопым пацаном в старых синтетических " Адидасах". Внутри было темно, как и во всех немногочисленных клубах, что ему пришлось посетить, может несколько более пафосно, но не более. Быстренько занял диван вместе с Машей и Светой в самом дальнем углу от барной стойки и решительно настроен был на скорый и незаметный побег. Но, как выяснилось, пить безалкогольное пиво не пришлось, ведь в скором времени подтянулись остальные, они буквально атаковали Матвея предложениями выпить. И он невозмутимо держался до тех самых пор пока не заметил, что на свет софитов выпорхнул очень красивый мотылек: с темно — синими крыльями и пушистым венчиком над головой. Это была она. Та, что своим обаянием когда- то закрутила двадцатилетнего парня, не оставив ни единого шанса на равнодушие, та, что умела смотреть в душу и выворачивать ее наизнанку своими словами, та, что смогла переступить через человека в угоду своим интересам, та что по всем пунктам " нет" и одновременно сто раз да. Скулы напряглись и Леночка, заметив это, быстренько водрузила в крепкую ладонь высокий стакан с крепким коктейлем. Матвей редко пил. Почти никогда, потому что ему не нравилось состояние, когда тело становится мягким, мышцы расслабляются, а мозг наполняется рыхлой ватой. Потеря самоконтроля — это непозволительная роскошь для мужчины, так считал он, однако сейчас, перехватив на себе ее блестящий взгляд, одним махом осушил сразу половину стакана. По горлу растеклась теплая жидкость, он прищурился и отвернулся, стараясь включиться в диалог с Леночкой.

— Матвей так же не пьют, растягивать удовольствие надо, — пошутила собеседница и обхватила высокий бокал с мартини.

— Расскажи, как там у тебя с работой, — перевел тему и попытался отвлечься. Очень попытался. Но голова все время поворачивалась в сторону молодой и очень привлекательной женщины в платье цвета морской волны.

Лиза сразу заметила Матвея, просто нюхом, внутренним чутьем почувствовала, в каком месте зала сконцентрирована вся мужская энергия. Не ошиблась, он тоже посмотрел на нее несколько секунд и отвернулся. Карина указательным пальцем едва заметно пихнула под ребро и пригласила двинуться дальше, чтобы не привлекать излишнее внимание. Однако, тщетно, Лиза сразу же попала в фокус внимания кучки арабов. Они выглядели весьма по — светски, однако их темная кожа и невысокий рост выдавали представителей другой культуры. Один из них тут же подсел за столик к девушкам и предложил выпить. Карина вежливо отказалась, улыбаясь сквозь ярко — бордовую помаду, а Лиза была молчалива и натянута, как струна. Она нервно перекидывала волосы то на одну, то на другую сторону, ещё больше привлекая внимание самого крепкого представителя восточного мира. Чтобы немного расслабиться, пришлось пренебречь наставлениями подруги и заказать сразу два коктейля. Вечер обещал быть томным.

Матвей, несмотря на все усилия, так и не смог проигнорировать маршрут передвижения синего мотылька. Задержал взгляд на столике напротив барной стойки, при этом перестал слушать монотонное мурлыканье Лены. Она "под шумок " чудодейственным способом протолкнула сокурснику ещё один бокал коктейля и произнесла вполне симпатичный тост. К столику Лизы подошёл, наконец, Миша и тогда Матвей немного расслабился. Нет, он не то, чтобы волновался за сохранность пятой точки этой кудрявой бестии, или ревновал, просто по — человечески напрягся, не зная, чего можно ожидать от араба, который так откровенно возжелал славянскую женщину. И через час он всё ещё крутился возле девчонок, чем приводил Матвея в раздражение, ведь он уже давно собирался уходить, а теперь не мог оставить ситуацию без контроля. Карина и Лиза были плохим сочетанием, он помнил это по Анапе, где девочек буквально в последний момент спасал от неминуемого поругательсва.

Лиза периодически делала вид, что ей очень весело и даже несколько раз порывалась идти танцевать. Потом она поняла, что пересечься с Матвеем таким образом у нее не получится и пошла к барной стойке. Выбрала место напротив его столика, чтобы он наверняка ее заметил. Села максимально красиво, чтобы было видно тонкую, прямую спину с красивым вырезом и для пущей привлекательности положила ногу на ногу и заказала очередной коктейль. Бармен, похоже, был откровенным " повесой", потому что его диалог с Лизой был похож на абсолютно неприкрытый способ знакомства. Кокетничала. Отчаянно. Коснувшись пальцами бокала, она покрутила его вокруг своей оси и притянула трубочку к губам, медленно втягивая красное содержимое бокала. Бармен восхищённо повел бровью, а Матвей заиграл скулами. Это было слишком сексуально, настолько порочно, что он оскорбился за честь оставленного в Москве лизкиного мужа. Несмотря на осаждение, взгляда оторвать не мог. " Хороша чертовка!" Покрутил свой пустой бокал и посмотрел на Леночку, а ее уже и след простыл, во всю щебетала с Кариной в центре зала. Не долго думая, встал. Выпрямился во весь свой богатырский рост и через три секунды навис темной тучей позади Елизаветы. Она затылком ощутила, что кто — то стоит рядом, поэтому обернулась. Моментально сделала вид, что только заметила его присутствие здесь. В клубе. Нет в Дубае. А ещё точнее на Земле. Он был тоже не лыком шит: ни один мускул не дрогнул, несмотря на уже довольно хороший градус в крови Матвея. Он молча присел рядом, буквально касаясь плечом плеча Лизы. Несколько бесцеремонно в отсутствии дистанции, а с другой стороны, что поделать, если плечи были настолько широкими. Обожглась, крылышко свое отодвинула подальше от огня и снова утопила взгляд в бокале. Сердце билось о ребра и ноздри непроизвольно сделались круглыми от волнения. Матвей мысленно пригвоздил бармена к полке с текилой и мрачно заказал виски с колой. Искры напряжения, колючие, тонкие, похожие на то, когда отсидишь ногу или руку, пронзили все его тело. Елизавета протянула коктейль через трубочку и откинула волосы в сторон, хотелось выглядеть непринужденно. Грива моментально ударила Матвея по плечу и он повернул голову на обидчицу. Встретились. Все — таки не могли не встретиться эти два взгляда. Один растерянный, влажный, бегающий, виновато — кроткий, другой пронзительный, обжигающий и самоуверенный. Оба зеленоглазые. Только одна зелень теплая, с примесью янтаря и майской липы, а другая ментоловая — мятная, подобная морскому бризу.

— Ты волосы не разбрасывай, где попало, хорошо? — прозвучало грубо, хрипло и ничуть не дружелюбно.

— Извини, не думала, что у тебя такой низкий болевой порог, — моментально съязвила, будто кротости след простыл. А у самой щеки вспыхнули и над ключицей вена заиграла.

"Уколола. Сучка" — криво улыбнулся и отпил из стакана. При этом не собирался вступать с ней в диалог, но отсесть на безопасное расстояние также не имел моральных сил. Примагнитило, присосало намертво, как резинку к лобовому стеклу. Она облизала губы и посмотрела на бармена.

— It's very tasty! — подняла большой палец вверх. Бармен предложил повторить и подмигнул Лизе, между ними установилась совершенно нежелательная нить флирта. Матвей никогда не отличался терпением по этой части:

— Пф, чего ты там пьешь? Секс на пляже? Как он может быть вкусным? Это же приторное поило! — неожиданно прозвучало через левое плечо. Матвей не смог удержаться — таки от диалога.

— Нет, это другой коктейль, правда очень вкусный, — смутилась Лиза и помешала трубочкой в бокале. Лёд игриво постукивал о стекло. Глаза застряли на липких отпечатках пальцев, бликующих на глянцевой поверхности стола. Матвей ощутил, как алкоголь предательски и весьма хлестко перерезал вожжи его самоконтроля. Лопнула толстая кожа. Все висело теперь на нескольких тонких нитках. "Черт побрал бы Мишку и всех их вместе взятых".

— Мм, — протянул и покрутил свой пустой стакан.

— Хочешь попробовать? — повернулась в его сторону и придвинула коктейль ближе. У самой коленки дрожали, но понимала, что другого шанса не будет, надо начать общение. Матвей не смог удержаться и тут же отправился в умозрительное путешествие по телу Лизы. Начал с шеи, плавно пробежался по ключицам, утонул в ложбинке груди, мысленно оттягивая ткань ниже, потом перескочил через плоский живот и застрял взглядом в треугольнике стройных ног. Ничего не мог с собой поделать, она была хороша, настолько, что мог с уверенностью сказать — не изменилась, стала даже сексуальнее и сочнее в своих формах. Издёвка судьбы, как тут откажешься.

— Ну так будешь? — попыталась привлечь внимание к своему лицу и постучала ногтями по барной стойке. В ответ Матвей натянуто улыбнулся.

" Боже, как ты красиво улыбаешься, какая у тебя классная ямочка под нижней губой " — на этот раз Лиза зависла и не заметила, как он согласно кивнул. Тогда она протянула ему бокал из своих рук и он коснулся трубочки губами. Той же самой трубочки. Это было настолько интимно, будто через этот бездушный сантиметр пластика передалась вся энергия от одного человека к другому. Женские губы застыли в ожидании его реакции. На вкус коктейль и правда, оказался неплохим, с сочными нотками грейпфрута и крепким ароматом джина. Одобрил и выхватил взглядом черные зрачки Елизаветы. Разряд, каким воскрешают умирающих пациентов, пронзил оба тела насквозь. Ещё разряд. Появился общий пульс. Дыхания выровнялись и стали синхронными: частыми и поверхностными. Такое бывает, когда люди случайно зацепившись, на волне общего адреналина готовы слиться воедино и ничто больше не будет им преградой. Далее был диалог: поверхностный, лишенный всяческой смысловой нагрузки, определенно состоявшийся с одной целью — завлечь. Лиза делала это интуитивно, вспомнив себя в двадцать лет, она поигрывала волосами, кокетливо стреляла глазами в сторону Матвея и совершенно не могла больше держать свою симпатию в тайне. Не заметила, как безобидное " завлечь" плавно перетекло в " соблазнить". Она совершенно не могла контролировать тот факт, что через полчаса они уже пили на брудершафт и расстояние между ними сократилось до нескольких сантиметров. Это было роковой ошибкой. Нельзя смешивать порох с огнем, тем более на пьяную голову. В итоге, что — то наплели Мише, курящему возле выхода и быстро поймали такси. Это было похоже на цунами, где шквал ветра и песка застилает глаза, а в груди нет места кислороду, потому что воздух стал плотнее воды. С ходу сбросив туфли, Лиза впечаталась в стену под натиском сильных мужских ладоней. С трудом справившись с пуговицами, Матвей попросту разорвал платье на груди и резко повернул Лизу к себе спиной. Она вся дрожала от возбуждения, до такой степени сильного, что трусики моментально сделались влажными. Его поцелуи были настолько жадными и горячими, что он, дорвавшись до той самой коробочки с конфетами, не захотел ограничиваться одной. Насыпал целую горсть и страстно захрустел. Молния взвизгнула и платье упало вниз, обнажив треугольник бордовых трусиков с нежными кружевом на ягодицах. Приник губами к дорожке позвоночника, опускаясь все ниже к копчику. Тот самый вкус, именно его искал долгие годы! Хотелось втягивать ноздрями ее карамельную кожу, касаться пальцами гладкой поверхности и кайфовать, пробуя сладость языком. Лиза застонала от нетерпения, когда Матвей встал сзади и, навалившись немного, начал покусывать область затылка. Лёгкая, как пушинка, она оказалась на широкой белоснежной кровати. Не было произнесено ни одного, даже самого короткого слова, только действия. Решительные, напористые, обжигающие своей властью и прямотой. Бордовые трусики полетели вверх, Лиза не успела охнуть, как ноги оказались широко разведены и закинуты на плечи. До дрожи в венах сексуальное вожделение достигло своего пика. Какой он в постели? Лиза много раз представляла себе этот момент, фантазируя тайком от мужа, но ни разу не думала, что он настолько хорош. Заполнил собой все: и тело и душу. Жадно обвивая его торс ногами, Лиза положила руки на плечи и притянула к себе. Хотелось максимально почувствовать его внутри, вкусить ту страсть, что не смогла найти выход долгие годы, дрожать от его прикосновений, ощущать тяжесть его подтянутого тела. Стон вырвался из женских губ, когда толчки стали интенсивнее и мощнее. Он поймал губами ее губы и дерзко втянул внутрь, словно хотел выпить все содержимое, утолить жажду вкуса до самой крохотной капельки. Лиза никогда ещё не получала столько удовольствия от мужчины. Все тело буквально извивалось под ним, синхронизируясь, подстраиваясь под общий ритм. Он умел доставлять удовольствие и это не стало неожиданностью, напротив, Лиза в тайне предполагала, на что он способен в постели. В пик наивысшего блаженства ей показалось, что все это снится и сейчас она откроет глаза и не увидит его замутненного взгляда, нависающего всего в нескольких сантиметрах. Но нет, это не сон и не сказка и через несколько минут он никуда не исчез, а плавно перекатился на другую сторону кровати и тяжело задышал. Хотела что — то сказать, хотя бы какую — то запятую поставить, но через секунду заметила, что Матвей уснул, отключился, как батарейка, истратившая весь свой потенциал. Натянула простынь на грудь и опрокинула голову на подушку. Пожалела? Тысячу раз нет! Повернула голову в его сторону и коснулась ладонью горячего плеча. Провела подушечками пальцев по спине, вдоль позвоночника и ощутила, как расслаблены его мышцы, как много мелких шрамов, покрывающих подреберье. Втянула ноздрями запах мужского тела.

— Хочу быть с тобой! — повернулась на бок и прошептала в спину. Хотела приникнуть щекой к горячей коже и обнять, но не решилась, была некоторая дистанция на уровне подсознания. Закрыла глаза и улыбнулась, своей абсолютно довольной — пьяной улыбкой, казалось, что они, наконец, встретились, по — настоящему стали ближе, ничего лучше быть не может, теперь начнется новая жизнь! Главное, все как и говорила Карина и даже больше. Кто виноват, что тормозные колодки стёрлись за время столь долгого ожидания и они не удержались от заноса, ведь не разбились же? Закрыла глаза и придвинулась ещё ближе, уткнувшись носом в область лопатки. Хотелось дышать им, надышаться за все эти годы, что добровольно лишила себя этой базовой потребности. " Неужели я не сплю " — блаженно закрыла глаза.