Откажитесь от «почему» и ищите «как».

Ричард Бёртон

* * *

Февраль, похоже, не собирался отпускать зиму без последних подарков. Ночью ударил мороз так внезапно, что все деревья покрылись удивительным снежным кружевом. Под светом фонарей это выглядело завораживающе, словно кто — то брызнул на ветки сахарным сиропом и он замёрз, кристаллизовавшись. Весь горизонт стал молочно — белым. Глубокой ночью Матвей встал попить воды и подошёл к окну. Секс выжал последние силы, а может добили проклятые флешбеки. Когда касался Кати, проводил пальцами вдоль позвоночника, вспомнил, что у Лизы в месте крестца плавный изгиб, переходящий в округлые ягодицы. Катя не имела таких соблазнительных форм, да и не только в этом дело. Например, поцелуи. Её губы — неестественно- пухлые, на ощупь казались слишком мягкими, противными. Говорил, же не надо ничего туда закачивать, а теперь не хотелось лишний раз к ним прикасаться. Поставил стакан на подоконник и посмотрел на дисплей. Включил телефон. Уже тысячу раз пожалел, что под расслабляющим действием алкоголя написал этот вопрос в лоб. Совсем не в его стиле, но слово — не воробей, тем более в интернете. Две галочки — прочитано. " Надо было при встрече. Она права. Но, почему не написать сразу да или нет"- вышел из приложения и положил трубку. Потер подбородок, успевший покрыться жёсткой черной щетиной.

— Матвей, я уже тебя потеряла, я задремала, — подошла голая сзади и прижалась к спине, обхватив руками за торс. Матвей был горячим, словно температурил.

— Да сушняк, — отозвался прохладно, и продолжил смотреть в окно. Спиной ощущал, как мягкая грудь скользит по позвоночнику.

— Ого! Какая красота на улице, ты видел? — поднялась на цыпочках и заглянула через плечо. Рукой пробежалась по кубикам пресса, ниже.

— Да, чего — то зима никак не свалит, — пошутил и отхлебнул воды, — на приставания никак не среагировал.

— Не любишь зиму? — поцеловала лопатку, все также тесно прижимаясь. - Такую нет, я же южный, у нас не было такой холодрыги.- Поняла, интересно, а для меня привычно, отец служил на севере, и мы с мамой с ним мотались. До десяти лет помню и минус тридцать было норм, — провела второй рукой вдоль ребер.

— Короче, ты закалённая, не то, что некоторые хлюпики, — улыбнулся и положил сверху свою ладонь. Словно остановил.

— Да, конечно, хлюпики, вон какие мышцы, — с восхищением прижалась щекой к горячей коже.

— Кать, можно быть горой из мышц и при этом таким хлюпиком, не поверишь.- Матвей, а пойдем пофоткаем сегодня, пораньше встанем, я давно хотела фото на фоне такого зимнего пейзажа, а утром сто процентов будет солнце, — все таки замерла в скольжении, не ощутив ответной реакции.

— Я уже ложится не буду, сейчас пойду пробегусь, а ты поспи, а утром после завтрака сфоткаю тебя, — развернулся, плавно убрав ее руку со своего живота.

— Хорошо, я же забыла, что ты рано встаёшь, — кивнула и сонно потерла глаза. После того, как Катя вышла с кухни, Матвей незамедлительно пошел приводить себя в чувства: ледяной душ, пена, бритва, чистка зубов освещающей мятной пастой. Сверху лёгкие спортивные штаны и тонкая лыжная куртка. Не думал, что так сильно подморозило, но, как только вышел на улицу, ощутил, что кожа моментально пощипывает иголками. Мороз покрыл инеем не только деревья, весь асфальт, капоты машин стали словно седыми. Поэтому решил выдвинуться по короткому маршруту, а не бежать до метро. Не любил холод, искренне, каждой клеткой тела. Раз. два. три… ритмичные шаги стали ускоряться. Витиеватые тропинки, освещенные плеядой одиноких фонарей, казалось, приведут в Нарнию. Старался дышать носом, периодически замедляя темп бега. Подумал, что сегодня надо будет заняться переездом Кати. Под лопаткой закололо. Остановился. Выдохнул протяжно и поставил руки на бедра. " Зачем я все усложняю? Все к лучшему: и ужин вчерашний и то, что решился на её переезд. В конце — концов, сколько можно болтаться в этой стагнации? Давно уже надо было выстраивать другую жизнь. Отпустить все это". - снова включил трекер и медленно побежал. Вопреки леденящему, звонкому морозному воздуху, Матвей внезапно вдохнул густой, цветочный аромат. Сбился с темпа. Споткнулся о прошлое. В раскаленных знойным солнцем травах, совсем недалеко, зазывно кричал дикий голубь. Знакомо до самых поджилок.

Лето. Родной край. Она.

Хотел выбраться из видения, зацепиться о морозную дорожную кромку, но бесполезно, соскользнул прямо в теплую летнюю пропасть. Она разлилась развилкой трёх песчаных дорог. На краю огромный столетний тополь. Он, словно исполин, стоит один посреди низкой поросли молодой акации, дает прохожим спасительную тень. Детский визг и крики, кто — то устроил на самой нижней ветке тарзанку. Духота. " У Лизкиной бабки поспело много вишни и она попросила приехать, собрать. Как всегда, не мог отказать. Подошёл к дому, там, за зелёным забором слышался мелодичный голос, она мурлыкала себе под нос песенку и гремела ведрами. Думал сам полезу на дерево, но она тогда сильно удивила, забралась с такой ловкостью, будто каждый день только этим и занималась. Была в летнем платье коротком, но не настолько, чтобы можно было увидеть снизу ее трусики. Вручила мне ведро, буквально надела на голову, смеялась — стерва. Потом снова забралась на дерево и срывала ягоды, а я держал внизу ведро и смотрел на ее длинные, загорелые ноги, они мелькали среди темно- зеленой листвы и это было настолько сексуально… Как я вообще держался? .. И вот уже вечером, когда после трудного дня дед тайком от бабки налил нам по стакану прошлогодней сливой настойки, случилось волшебство. Лиза вышла проводить меня на последний автобус, а сама захмелевшая, расслабленная, пела песни и подначивала со всех сторон, то задницей виляла, изображая танец, то щипала за бок. Когда мое терпение кончилось, у самой остановки, я поймал ее руку и притянул к себе. Этот поцелуй никогда не сотрётся из памяти. Это длилось несколько секунд, но даже за это время я успел понять, что она МОЯ. Повеяло колючими снежинками, на ресницы налипли. И вот уже вкус ее губ растаял, запах спелой вишни развеялся, остался только скрип снега под ногами и зимнее темное утро. Отпускал эти воспоминания, словно врага, висящего над пропастью. Каждый день отпускал и в самый последний момент давал ухватиться за палец и вытягивал обратно." Чертов снег! " — повернул обратно.

* * *

Несколькими часами позже Лиза завтракала в компании подруги. Чтобы загладить вину вечернего представления, она испекла круассаны из готового слоёного теста и начинила сыром и беконом. К счастью, Карина не стала усугублять душевные терзания подруги и сделала вид, что ничего особенного не произошло. Поделилась текущими делами, обсудила подарки мужа, рассказала о том, куда взяли билеты на " майские". Лиза слушала ее вполуха, все время поглядывая на телефон.

— Ты видела, что за окном? Сказочная красота! У вас ещё с десятого вид потрясающий! — Карина потянулась, поправив резинку, впившуюся в живот.

— Да, я встала и полчаса не могла отлипнуть от стекла, даже окно прикрыла, там реально дубак, — красиво засервировала стол. Снова взглянула в телефон.

— Не жди, он не будет писать, — перехватила мысли подруги.

— Спасибо, кстати, что не написала вчерашний бред от моего лица, — виновато потупила взор и сделала глоток кофе со сливочной шапкой.

— Конечно не написала, я же не враг тебе, — с наслаждением откусила горячую выпечку. — Ты вчера столько всего наговорила, ему три жизни не переварить, да и мне тоже.

— Ну накрыло, да, — аккуратно смахнула пенку с нижней губы. — Мне было так больно видеть его с другой, не представляешь, ведь в моей голове долгое время жил Матвей, верный рыцарь, который до конца своих дней будет ждать лишь меня.

— Эгоистка, — покачала головой и вернула на место выпавший кусок бекона.

— Да нет, ты же знаешь, это не все время было так, года через три я отпустила, думала, что он женился, завел детей. Как- то приняла. А потом, на море, когда ты сказала мне, что он не женат и нет ничего серьезного, я подумала..

— Да знаю я, ты снова подумала, что он только тебя и ждал все эти годы.

— Карина, ты просто экстрасенс, — язвительно высунула кончик языка.

— А тут не надо им быть, чтобы понять простую истину — вы все равно будете вместе!

Услышав это, Лиза покрылась сотнями мурашек, мелких, приятных, почти пищащих от восторга.

— С чего ты взяла? — повела бровью и поправила тонкую бретельку домашней майки. Сама растянулась в улыбке, такой чистой, искренней, лучезарной.

— Потому что вы оба воины с характером. Счёт 1:1, а это непорядок, ты уложила его на лопатки девять лет назад, а он тебя нокаутировал сейчас.

— Точно, я аж чуть не ослепла вчера от такого удара, — поджала губы и задумчиво взмахнула ресницами. — Карина, как я хочу быть с ним, ты не представляешь, и с каждой новой встречей я это понимаю все больше, когда он рядом, у меня вся душа в пятки уходит, как будто мне снова двадцать лет.

— Вижу, Лизок, ты хоть кушай!

— Я ем, ем, просто очень тяжёлый месяц на работе, с Тимохой нервы помотала, Макс нарисовался и что — то хочет, видишь переманил сына вчера на ночёвку?

— Думаешь хочет вернуть все? — доела круассан и взяла второй.

— Конечно хочет, что ему плохо жилось? Я последние пять лет все тянула на себе, начиная от технических вопросов, заканчивая бытовыми, секс, прости, тоже был регулярно, он устроил свою задницу просто идеально.

— Вот как так выходит, правда, что в студенчестве он тебе принцем казался, раз ты Матвея на него променяла, а потом превратился в козла.

— Ха- ха, это ты спроси половину замужних женщин, они тебе такие научные статьи напишут по части этих превращений, — допила кофе.

— Не знаю, мой какой был, такой и остался, — пожала плечами.

— Потому что ты изначально с расчетом выходила. Он и не поменялся.

— Да, зато рассчитала верно. Живу в шоколаде, три раза море, майские всегда какой — то " трип", никаких запретов, тотальная лояльность.

— Каждому свое, — задумчиво ответила и встала из — за стола. Она прекрасно знала, что Карина не могла похвастаться историей неземной любви, от того ее часто кидало из стороны в сторону.

— Какие планы на день? — обвела взглядом кухню, залитую солнечным светом.

— Никаких, после обеда Тимошку забрать, я ему обещала пиццу вечером и мультик. Хочется просто поваляться на кровати, чтобы никто не трогал.

— Хорошо, я тогда через полчасика поеду, — заметила перемену в настроении подруги.

— Ты не правильно поняла, давай вместе поболтаем, поваляемся, сделаем фруктовый салат и коктейль клубничный, — обернулась Лиза и выключила воду.

— Да нет, у меня у самой дел много, я к тебе вообще внепланово приехала.

— Спасибо большое, на самом деле, я бы одна это все не переварила, точно наломала бы дров, — подошла к столу и наклонилась, чтобы поцеловать Карину в макушку. Обнялись. Каждая о своем. Но все- таки вместе.

* * *

Уже после обеда от утренней красоты не осталось и следа. Солнце ушло, а небо затянули густые рваные облака. Матвей с особым вниманием отнёсся к переезду Кати, помог составить список необходимых вещей, все перевез и даже помог разобрать. Выяснилось, что казавшаяся большой квартира на самом деле очень даже скромная и Катькины вещи заняли сразу большую половину шкафа. Но Матвей воспринял это с пониманием и предложил докупить комод, чтобы уложить туда все возможные женские причиндалы. Девушка пребывала в приподнятом настроении, пела различные джазовые композиции и принялась сразу наводить уют, расставила красиво все средства в ванной комнате, протёрла подоконники. Матвей смотрел на все это, как марсианин, с одной стороны приятно было, что Катя отнеслась с душой к новому месту обитания, а с другой стороны — непривычно.

— В кино- то поедем или как? — добавила грушу в салат и слегка поперчила.

— Давай завтра, я что — то устал, — искренне выдал и схватил со стола кусок ржаного хлеба. - Матвей, ну подожди хоть пять минут, уже почти ужин готов, — непреклонно ответила Катя и взбрызнула соусом готовый салат.

— Я не могу, так вкусно пахнет, — украл кусок мяса из салата. Что это за ерунда? Я такое не ем, — скривился, ощутив сладкий привкус.

— Ничего ты не понимаешь, это же бомба, — рассмеялась девушка.

— Фигня какая — то, давай попроще будем кушать? Сразу говорю, рестораны одно, а каждый день я не готов!

— Ну хорошо, напишешь мне список, что ты хочешь кушать, — уголки пухлых губ сделка дрогнули.

— Ты очень вкусно готовишь, не обижайся, просто я такому не привык, — пожал плечами и проводил взглядом стройную фигуру Кати. - Я не обижаюсь, я тут подумала, ну если ты, конечно, не против, может я с Инной схожу на фильм, давно хотела посмотреть? — поставила перед Матвеем тарелку с крохотной порцией куриной грудки в соусе.

— Иди, конечно, а что так мало?

— Мало?! — округлила глаза.

— Ну да, ты не знала, что мужики едят много мяса? — встал из — за стола и лопаткой выложил себе все оставшееся в керамическом лотке.

— Прости, Матвей, я привыкла к ресторанным порциям, — смущённо выдала и заправила за уши пряди каштановых волос. - Ну, добро пожаловать в новый мир, — подмигнул и широко раскинул руки в стороны. Нагнулся вперёд и чмокнул Катю в лоб, словно пытаясь сгладить неловкость.

Катя в ответ улыбнулась и кивнула, утащив с тарелки Матвея любимую брюссельскую капусту.

- Э-э, я это тоже ем вообще — то! — опустил брови вниз, а затем зазывно поднял одну.

— Боже, как мало я знаю о тебе, Матвей! — откровенно подметила девушка и игриво закинула в рот зелёную капусту.

Матвей в ответ кивнул и принялся с аппетитом поглощать ужин.

* * *

Выходные пролетели со скоростью света. Лиза по — настоящему отдохнула, позволив себе расслабиться и никуда не бежать в воскресенье. Только вот голову, в отличие от тела, невозможно было отключить. Постоянно возвращалась в ту самую точку, где было очень больно, в этот бежевый коридор, к этим объятиям, что резали без ножа. Параллельно вспоминала ночь, проведенную в отеле… Равнодушно хлопнула пюре в тарелку и посмотрела на часы.

— Ты идёшь уже?

— Да иду, я иду! — крикнул сын и пробежал по коридору со скоростью света.Стоит сказать, что он вернулся счастливым и отдохнувшим, с увлечением рассказал о том, как папа разрешил ему весь вечер играть в " Майнкрафт" и купил целых три пиццы.

— Ну просто предел мечтаний, — скептически отреагировала. — Ты же понимаешь, что игры и пицца — это не, что нужно для здоровья человека, лучше бы погуляли на свежем воздухе, на турник сходили.

— Мам, спорта мне и так хватает, а вот в игры ты не даёшь играть, — откусил котлету.

— Тим, я вот что хотела сказать, как раз по поводу спорта, — аккуратно зачерпнула вилкой пюре.

— Я, кстати в пятницу уже пользовался бинтами, совсем другое дело!- Я думаю, надо выбрать другое место, я боюсь за тебя, за твое здоровье, — не смогла ходить вокруг да около и в лоб выдала свои планы.

— Почему другое? У меня только начинает что — то получаться! — нахмурился и взял кусок ржаного хлеба.

— Тим, я узнала, что у тебя рядом со школой студия борьбы, мне кажется удобнее будет сразу после уроков ходить, — постаралась убедить сына.

— Я не хочу на борьбу, мне нравится у Матвея Сергеевича заниматься, — посмотрел прямо в лоб. Решительно.

— Ну давай хотя бы попробуем разок, а? — прищурилась, удивившись реакции сына.

— Завтра у меня занятие, меня кто отведет? — детский голосок налился непривычными мужественными нотками.

— Валентина Станиславовна, — пожала плечами.

— Вот и отлично, а ты как всегда, вечером?

— Тима, завтра понедельник, я по — твоему где должна быть? — уловила скрытый упрек.

— На работе, на рабо- о- оте, — запел с полным ртом, дирижируя вилкой.

— Сейчас докривляешься, — сверкнула строгим взглядом и посмотрела на часы. Скрытая, теневая часть души облегчённо выдохнула. Попыталась хотя бы.