Айвиэль 

Сознание возвращалось медленно, неохотно, как ленивый кот, которого пытаются выманить из тёплого убежища. Первым вернулось ощущение собственного тела — тяжёлого, словно меня обложили камнями. Потом появилась боль — тупая, ноющая, разливающаяся по всем мышцам, будто я целый день таскала валуны. Ну, или тушила магический пожар размером с половину виноградника.

Я не открывала глаз, позволяя себе балансировать на грани сна и бодрствования. Голоса над головой звучали приглушённо, словно через толстый слой ваты, но постепенно становились всё отчётливее.

— Да ты дурак, я её еле уговорил, можно сказать, шантажом, — это был голос герцога, раздражённый и в то же время с оттенком какого-то веселья.

— Аренда… Боги мои, это звучит так, словно меня хотят сдать в публичный дом, — а вот и Вериан. Я едва удержалась от улыбки.

Его тон — это нечто среднее между оскорблённым достоинством и детским недоумением.

Герцог начал смеяться — глубоко, искренне, с таким заразительным весельем, что я почти присоединилась, но вовремя вспомнила, что вроде как без сознания.

— Ну почти, — отсмеявшись, сказал герцог. — Мне нужна твоя магия, Вериан. И твои розы. У Миеры скоро день рождения. Я думаю, если ты действительно можешь стабилизировать букет ледяных роз, будет хорошо.

— Не понимаю, а аренда зачем? — в голосе Вериана сквозило подозрение. — Айви бы и так разрешила.

— Конечно! Но они же подружки, понимаешь. Айви бы увидела, и Миера непременно бы узнала, что ей готовят подарок. Смекаешь? — герцог, судя по голосу, улыбался так широко, что его лицо рисковало треснуть пополам. — Ничего плохого я не хочу. Но проект засекреченный! Мной лично.

И тут я услышала то, что заставило моё сердце сжаться: Вериан рассмеялся. Не саркастически хмыкнул, не усмехнулся презрительно, а именно рассмеялся — свободно, искренне.

Я не слышала этого звука… сколько?

Три года?

Четыре?

С того самого дня, когда мы устроили тайный пикник на крыше академии. Он тогда сказал что-то о том, что мы как два подростка, и мы оба так хохотали, что чуть не свалились.

— Хорошо, герцог Нортейл, — сказал Вериан с такой лёгкостью, которой я давно от него не слышала. — Только одна огненная магичка должна с меня снять ошейник… на время работ.

— Так я его вроде и так не вижу…

— О, это пока. Часов несколько назад мне обещали кандалы и пожизненное заключение в этой комнате.

— Оооо… Прости, но ты не выглядишь расстроенным по этому прискорбному поводу.

Я не выдержала и застонала, поворачивая голову. Всё-таки отмечаться присутствующей надо, а то они так могут обсуждать меня до вечера.

Боль немедленно пронзила виски, словно раскалённый прут. Я скривилась, ощущая, как каждая клеточка тела напоминает о том, что выкачивать из себя такое количество магии — безумие чистейшей воды.

Тихие шаги, и вот Вериан уже рядом, садится на край кровати так осторожно, будто боится, что от его веса она сломается.

— Как ты? — его голос звучит тихо, почти интимно, и от этого что-то внутри меня сжимается и разжимается, как голодный желудок.

— Сносно, — я попыталась улыбнуться, но вышло, наверное, кривовато. — Как человек, пробежавший отсюда до Эвиора.

Вериан протянул руку и погладил меня по волосам — таким простым, естественным жестом, что я замерла, боясь спугнуть момент. Его пальцы, прохладные и гладкие, скользили по моим прядям, и это ощущалось настолько правильно, что я прикрыла глаза, впитывая каждую секунду.

Но нет, нельзя поддаваться слабости. Собрав всю волю в кулак, я заставила себя сесть на постели. Комната слегка качнулась, но осталась на месте. Прогресс!

— Нам нужно серьёзно поговорить, Вериан, — сказала я, и голос прозвучал тверже, чем я ожидала. — Сейчас. Потому что если ты в самый неподходящий момент сбежишь или снова скажешь что-то обидное, я…

Я не успела договорить, что именно я с ним сделаю (честно говоря, я сама ещё не придумала), потому что Вериан уже качал головой, а в его глазах было что-то такое, что перехватывало дыхание.

— Как же так получилось, скажи, что люди мудрее дроу, которые живут веками? — спросил он с искренним недоумением.

— А… скоротечная жизнь — интересное явление, магистр, — вмешался герцог, поднимаясь со своего стула. — Ну, я пойду. Завтра жду вас у себя.

Вериан кивнул, не отрывая от меня взгляда.

Мы остались одни, и внезапно в комнате стало слишком мало воздуха. Я смотрела на дроу, чувствуя, как между нами натянулась невидимая струна — тронь, и зазвенит.

— Тебе страшно? — спросила я, решив начать с главного.

— Безумно, — ответил он сразу, без раздумий, и я поняла, что он говорит правду.

— Почему остаёшься?

— Сейчас будет звучать немного странно, — Вериан облизал губы, и я невольно проследила взглядом за движением его языка. — Ты моя жена по законам дроу, Айви. Но защищать я тебя должен так, как защищают своих женщин в человеческом сообществе. Я ничего не понимаю. Мне казалось, я либо одним традициям следую, либо другим. А я… ни рыба, ни мясо.

Он сделал паузу, словно собираясь с духом, и закончил:

— Айви, если ты хочешь, можешь, должна отказаться от союза, лучше сейчас.