Айвиэль

Руны на моём запястье светились так ярко, что при всём желании их нельзя было не заметить. С каждой минутой они становились всё отчётливее, пульсируя серебристым светом с едва заметным оттенком синевы.

Я смотрела на них с плохо скрываемым гневом.

Пометил и отчалил.

Прямо дроу такой дроу.

Вот что это вообще такое? Сначала строит из себя несчастную жертву обстоятельств, потом клянётся, что искал, а затем просто исчезает?

И оставляет мне на память светящуюся татуировку?

Чтоб тебя, Вериан.

Вот где тебя носит? Все вокруг в один голос твердят: “Он не мог уйти, его похитили”. Ага, конечно. Не мог он. А в прошлый раз, когда назвал временным развлечением — тоже не мог? Знаем мы эти дроуские штучки.

Я сидела в общей столовой замка, безуспешно пытаясь обедать. Кусок не лез в горло, хотя повар сегодня расстарался — запечённый фазан в медовой глазури с яблоками обычно приводил меня в восторг. Сейчас же каждый кусок давался с трудом, словно я пыталась проглотить горсть раскалённых углей. И это весьма иронично для мага огня, между прочим.

— Ты собираешься есть или просто мучить эту несчастную птицу посмертно? — голос Миеры вырвал меня из задумчивости.

Дочь герцога, моя лучшая подруга и главный источник проблем в одном лице, опустилась на стул напротив, небрежно положив передо мной толстенный фолиант в потёртом кожаном переплёте.

— Что это? — я подняла взгляд от тарелки.

— “Брачные традиции эльфов”, — невозмутимо ответила Миера, подхватывая с моей тарелки виноградину. — Айвиэль, я смотрю, наш красавчик не упустил своего шанса?

— О чём ты?

— Больно, наверное? — она кивнула на моё запястье, где светились проклятые руны.

— Что именно?

— Руны. Брачные руны дроу.

Я замерла с вилкой в воздухе.

— Что? А ты откуда знаешь?

Миера самодовольно ухмыльнулась, закидывая ногу на ногу и поправляя складки своего изумрудного платья.

— Я попросила тебя подарить ему цепочку. Это был первый этап. Судя по тому, как пульсирует и горит метка, он думает о тебе, не прекращая. Прямо тоскует.

Жар прилил к моим щекам.

— Миера, ты…

— Ага, решила вам немного помочь, — она пожала плечами с таким видом, будто речь шла о том, что она одолжила мне зонтик в дождливый день. — А что такого? Ты ходишь вокруг него на цыпочках, лечишь, делаешь вид, что хочешь разбить ему сердце, он на тебя смотрит, как волк на луну. Вы оба несчастны. Я просто… подтолкнула события в правильном направлении.

Я открыла рот, чтобы высказать всё, что думаю о таком “подталкивании”, но в этот момент двери столовой распахнулись с таким грохотом, словно в замок вломился разъярённый тролль.

На пороге стоял Терен с таким красным лицом, будто он только что пробежал весь путь от городских ворот до замка. Впрочем, судя по его тяжёлому дыханию, так оно и было.

— Нашёл! — выпалил он, размахивая руками. — Святые лечебные мази, нашёл!

Миера приподняла бровь:

— Терен, дорогой, может быть, ты сначала отдышишься, а потом поведаешь, что именно ты там нашёл?

— Белора утащила дроу! — выпалил лекарь, игнорируя её совет. — В свою нору! Мне целитель Альвин признался. Он выполнял для неё особый заказ, лечил спину эльфу. И успешно вылечил. А вчера осматривал… — Терен перевёл дыхание. — Альвин хорош в своём деле. Но с душевными недугами не разбирается. Говорит, дроу смотрит в потолок и даже не ест почти. Белора вокруг него и так, и сяк… А бесполезно.

Я почувствовала, как внутри всё сжимается от острого, жгучего гнева. Белора Сван. Та самая торговка, что пыталась выкупить Вериана. Та, что смотрела на него, как голодная кошка на сметану.

В следующий момент я уже была на ногах, и моя магия вырывалась наружу — по рукам бежали огненные всполохи, воздух вокруг меня дрожал от жара.

— Идём немедленно! — я схватила со стола свою сумку. — Эта торговка потрохами пожалеет, что родилась!

Миера метнулась ко мне и ухватила за рукав, не обращая внимания на то, что ткань начала дымиться от контакта с моей раскалённой кожей.

— Стой. Белора скажет, что это не твой дроу, где документы, где вот это всё. И нужно взять стражу.

Я хотела возразить, что стража мне не нужна — я и сама прекрасно справлюсь с одной зарвавшейся торговкой, но в этот момент в столовую вошёл сам герцог Нортейл.

— Стражу, говорите? — произнёс он, оглядывая нашу маленькую компанию. — Я вам выделю десять лучших воинов в Лаэрте, но… — он перевёл взгляд на меня. — Айвиэль, вернёшь дроу, я хочу его на день в аренду.

Я нахмурилась.

— Смотря в каком он состоянии.

— Думаю, Белора о нём заботилась, — пожал плечами герцог. — Ну, что скажешь? У меня тайный проект, я тебе ничего не скажу. Но обещаю, ничего предосудительного.

Я окинула его оценивающим взглядом. В другой ситуации я бы послала к демонам любого, кто предложил бы взять Вериана “в аренду”. Но сейчас мне нужна была помощь герцога. И его стража.

— Хорошо, — коротко кивнула я. — Но только один день.

Герцог улыбнулся:

— Договорились. Сейчас дам распоряжения. А то что-то Белора много на себя берет – похитить дроу, который делает мне столь впечатляющее вино…

Когда они вышли, я бросилась в свои комнаты собираться. Руки дрожали так, что я едва могла справиться с застёжками на сумке. В голове крутились обрывки мыслей: “Белора… Вериан… Брачные руны…” Я посмотрела на своё запястье — руны пульсировали, словно отражая биение моего сердца. Или его?

Я собрала все необходимые документы, подтверждающие мои права на дроу.

Руны… если Миера не врёт (а она редко врёт о таких вещах), то по законам дроу я была его женой. Или почти женой? Как это вообще работает? И знал ли он сам, что делает?

— Прохвост, — процедила я сквозь зубы, глядя на светящиеся символы. — Никогда никакой свободы.

В конце концов, я положила в сумку ошейник — тот самый, который я сняла перед тем, как уйти из его комнаты в тот день. Рядом с ошейником легла цепочка с топазом. Первый этап брачного обряда, как выяснилось.

Подумав секунду, я добавила к этому набору ещё и цепи. Эти с особым удовольствием. Если вдруг эта голубоглазая зараза надумает сопротивляться.

Кто его знает, чего он там надумает?