4

ПАНДОРА

Академия Реформирования демонов была оазисом в пустыне.

Как и большая часть архитектуры в Демонической столице, здания академии были построены из песчаника, а сами сооружения были выветрены временем и песком. Зданий было четыре, и их землистые оттенки контрастировали с яркой синевой неба. В центре академии находились алтарь, большой кристалл и каменная арка.

Вдалеке виднелся внушительный утёс, поднимающийся на горизонте, его каменистая поверхность возвышалась над тем, что, похоже, было каким-то озером.

Мягкий шелест ветра пронёсся по песку, пока мы с отцом шли вперёд. С каждым шагом песчинки смещались под моими чёрными балетками.

— Это будет твой дом на следующий год, — сказал мне Дэрил с нерешительной улыбкой на лице. — Конечно, я буду часто навещать тебя, и тебе всегда рады в поместье.

Я ответила ему ободряющей улыбкой.

— Здесь красиво. Я не привыкла быть снаружи, так что это правда очень приятно. Не знаю, привыкну ли когда-нибудь.

Его улыбка сменилась болезненной гримасой, пока мы шли дальше по кампусу.

— Теперь ты можешь быть снаружи, когда захочешь.

Воздух был сухим, а волосы у меня были распущены, падая вокруг меня, словно успокаивающий щит, пока я старалась не сосредотачиваться на взглядах других студентов. Кажется, мы привлекали много демонических глаз. Все они склоняли головы в знак уважения к Дэрилу, но на меня просто любопытно смотрели.

Я позволила ему выбрать мой наряд, потому что понятия не имела, чего ожидать от посещения академии. Он выбрал кремовую блузку без рукавов, обхватывающую шею, и чёрную шерстяную юбку-карандаш до середины бёдер. Я обмотала бедро повязкой, которую он дал мне на прошлой неделе, и, судя по всем взглядам даже без выставленных напоказ шрамов, я была более чем рада, что скрыла их.

Я вдохнула слабый запах сухой земли и прогретого солнцем камня, и когда подул ветерок, я уловила аромат пустынных цветов, добавлявший воздуху сладости. Когда я дышала, на языке ощущался лёгкий привкус пыли.

— Так, в первый день нельзя полностью съедать ничьи души, — попытался пошутить он.

Желудок перевернулся, когда тошнота стала пробиваться к горлу. Я бросила на него невпечатлённый взгляд.

— Верно. — Он прочистил горло. — Видимо, это была та самая плохая папина шутка, о которой я так много слышал.

— Ты справился, — заметила я, прижимая руку к сумке, перекинутой через плечо, где лежал череп Небулы. — Определённо плохая шутка, и ты мой папа, так что…

— Да, ведь так? — Он неловко усмехнулся, проводя рукой по волосам.

— Да. — Я тяжело сглотнула.

Это было так горько-сладко. Мне нравилось иметь отца, который был заинтересован в стабильных отношениях отца и дочери, но я его не знала. У нас не было общей истории, и между нами ещё не было сформированной связи. Ещё одна вещь, в которой я винила мать.

Когда мы проходили мимо ближайшего здания, мой взгляд столкнулся со взглядом безумно привлекательного демона. То, как он так небрежно откинулся к наружной стене, было греховным.

Я на короткое мгновение застыла и окинула его взглядом с головы до ног. От него доносился слабый запах ванили и дыма, и от этого моё тело вспыхнуло жаром.

Его опасные миндалевидные изумрудно-зелёные глаза были прикованы ко мне. Через его правый глаз проходил шрам толщиной около двух дюймов, и я сразу захотела узнать, как он его получил. Шрамы демонам достаются нелегко. Я знала это на собственном опыте…

Он даже не моргнул, втягивая дым из фиолетовой трубки. Его лицо было сердцевидным, с острой челюстью и узкими губами. Губами, которые, я знала, не смогу забыть. У него были чёрные волосы с белыми прядями, разделённые пробором набок и доходившие до верхушек плеч. Мои пальцы дёрнулись. Я отчаянно захотела провести по ним пальцами.

Опустив трубку, он выдохнул струю магического дыма, и его глаза закатились, когда он слегка откинул голову назад. На шее у него была татуировка, похожая на скорпиона. На руках были набиты змеи, а на тыльной стороне ладони, которой он держал трубку, — паук.

Они были идеальны — он был идеален.

Он снова встретился со мной взглядом, и его губы приподнялись в сардонической улыбке.

Мурашки поднялись по коже, и я опустила взгляд на кольцо.

Оно было чёрным.

Страх хлынул сквозь сердце вместе с чем-то ещё, что я не могла точно определить.

Мужчина склонил голову, и я резко отвела взгляд, прежде чем ускорить шаг, чтобы догнать Дэрила.

Что, во имя Судеб, это было?

Дэрил застонал, направляя нас к зданию слева.

— Может, подождёшь с тем, чтобы знакомиться с мальчиками. Я, знаешь ли, только что узнал, что у меня есть дочь.

— Что? — Щёки вспыхнули жаром. — Я не—

— Конечно, Пандора, — подыграл он мне, открывая дверь, чтобы я прошла внутрь. — Это Реформ-холл. Нижние этажи разделены на четыре сектора: два из них — лекционные залы, кабинеты консультантов академии, кабинет директора, а столовая находится на верхнем этаже.

— Ого. — Я оглядела здание, кивая, пока он вёл меня по длинному коридору. Глухие удары моих туфель отдавались по камню. — Оно такое большое.

В академии всё было почти таким же, как в его поместье. Здания из песчаника, землистые оттенки, и запах пустыни был подавляющим.

— Мы встречаемся с директором Блэктилом. Он Представитель демонов хаоса в Демоническом совете, так что мы знакомы, — объяснил он, открывая последнюю дверь в коридоре. — Но он также директор этой академии.

Странный янтарный запах ударил мне в нос, когда пожилой мужчина с каштаново-серыми волосами поднялся из-за стола и направился к нам.

— Это директор Блэктил, — сообщил мне Дэрил с лёгким хмурым выражением, заметив нетерпеливое выражение на лице мужчины.

Я посмотрела на кольцо, и оно было белым.

Облегчение прокатилось по мне. Что бы ни раздражало этого мужчину, похоже, это не имело отношения ко мне.

— Смерть, — поприветствовал нас директор Блэктил, остановившись перед дверью так, словно уже собирался выйти. — Тут… — он замолчал, взглянув на меня, прежде чем снова сосредоточиться на Дэриле. — В академии чрезвычайная ситуация, требующая внимания Демонического совета. Поскольку я также директор, я обязан быть там. Я отправил все документы по твоей дочери Даркмору, и он ждёт вас обоих. Если ты не против познакомить их, а потом встретиться со мной в Демонических архивах?

— Я скоро буду, — сказал Дэрил с быстрым кивком. — Пойдём к Даркмору.

Мои брови сошлись, когда я крепче сжала сумку, перекинутую через плечо. Директор Блэктил не сказал мне ни слова, но, впрочем, он был занятым демоном.

Дэрил увёл меня от кабинета директора и дальше по коридору, пока мы не остановились перед новой дверью.

Кабинет 508: кабинет консультанта Даркмора.

Что-то первобытное скользнуло по моим венам, когда я уловила запах сладкого шоколада.

Шоколад был тем, о чём я читала, о чём фантазировала в подвале. Дэрил дал мне первую плитку шоколада в первую неделю, когда я была с ним, и это оказалось всем, чего я ждала. Он был таким сладким, сливочным и шоколадным.

Но этот запах? Он был за пределами этого, и он был намного слаще. Я не смогла сдержать тихое рычание.

Дэрил бросил на меня обеспокоенный взгляд.

— Ты в порядке?

— Я в порядке, — сказала я быстро — слишком быстро, — приглаживая волосы в подготовке к тому, что он войдёт внутрь.

Сердце дёрнулось, когда он дважды постучал, затем открыл дверь и вошёл. По какой-то причине я была сплошным комком нервов.

— Даркмор, — уважительно произнёс он.

— Смерть, — гладкий мужской голос поприветствовал моего отца. — Рад снова тебя видеть.

— Как всегда. — Голос Дэрила был легче обычного, когда он разговаривал с другими. Это было единственной причиной, по которой я поняла, что Даркмор заслуживает доверия моего отца. Я слышала, как он говорил с другими так, словно они были не более чем неудобными перекати-поле. — Я хотел бы представить тебе свою дочь, Грейвсенд.

Я заставила ноги двинуться вперёд и вошла в комнату, и сладкий запах шоколада задушил меня, пока я была зачарована мужчиной, пожимавшим руку моему отцу.

Его присутствие было таким же властным, как у моего отца, но по-другому. От него исходила аура тихой уверенности, его манеры были собранными и спокойными. На нём была белая рубашка на пуговицах с закатанными рукавами, открывающими вены на его загорелых руках.

Он поднял глаза, встречаясь с моими, и его губы приоткрылись от удивления, когда он опустил руку вдоль тела.

— Грейвсенд. Приятно познакомиться.

Судьбы, глаза этого мужчины — полуприкрытые и ледяно-белые, лишь с серым кругом цвета вокруг них — сверкали магической интенсивностью, втягивая меня. Длинные белые ресницы обрамляли их, и чем дольше я смотрела на него, тем сильнее сердце забивало мне горло.

Я подняла руку и обхватила пальцами горло, пытаясь заставить себя говорить — сказать хоть что-нибудь, но я просто продолжала впитывать его внешность.

Тёмно-русые волосы мягкими волнами спадали ему до плеч, ловя нежный свет свечей, зажжённых по всему кабинету, и отбрасывая вокруг его лица сияние, похожее на ореол. Квадратная форма лица была очерчена острыми углами, придавая ему точёный вид, от которого жар, который я даже не могла начать описывать, пронёсся вниз по позвоночнику.

Каждая деталь внешности Даркмора говорила о скрупулёзной натуре — от того, как он был одет, до тщательно уложенных прядей волос, обрамлявших лицо. В том, как он держался, была аура одержимости, и мне отчаянно хотелось узнать, что именно это означало.

Он воспринимал каждую часть окружающего пространства с интенсивностью, граничащей с тревожной, но даже так моя душа горела интересом.

Смотреть в глубины его глаз было всё равно что падать в свободном падении, и я понятия не имела, где приземлюсь. Но хотела узнать.

— П-Пандора, — сипло произнесла я, сглатывая сквозь спазмы в горле. — Ты можешь звать меня Пандора.

Дэрил откинул голову назад со стоном.

— Судьбы, Пандора. Неприлично так легко давать своё имя.

— Тогда ты можешь звать меня Хантер, — гладко ответил Даркмор, игнорируя Дэрила. — Я не против.

Я опустила взгляд, пока щёки горели, и заметила, что моё кольцо оставалось сверкающе белым.

Брови Дэрила поднялись, когда он перевёл потемневший взгляд на консультанта.

— Серьёзно? Мне нужно напоминать тебе, что она моя дочь?

— Конечно нет, — фыркнул Хантер, прежде чем подарить мне успокаивающую улыбку. — Но, если ей комфортно так быстро перейти на имена, мне тоже.

— Пандора раньше почти не была рядом с мужчинами, так что тебе лучше даже не думать о том, чтобы вос—

Хантер шагнул в личное пространство моего отца со смертельным взглядом.

— Мне не нравится то, на что ты намекаешь.

— Мне не нравится, что ты так дружелюбен с моей дочерью. — Дэрил встал с ним лицом к лицу.

Мозг у меня заискрил, когда я шагнула вперёд и замахала руками в воздухе.

— Ну, а мне нравится! Мне нравится мысль, что у меня уже есть друг. Разве это не было главной причиной, по которой ты хотел познакомить меня с Хантером?

Глаза Хантера дрогнули, и его кадык дёрнулся, когда он сделал шаг назад от моего отца.

— Да. Друг — именно так.

Дэрил нахмурился, но кивнул.

— Тогда это работает в твою пользу, — настойчиво сказала я, чувствуя странное желание защитить Хантера. — Это то, чего ты хотел.

Дэрил проверил сообщение на своём планшете и тяжело вздохнул.

— Полагаю, ты права. У меня срочные дела с Блэктилом.

— Всё в порядке? — Взгляд Хантера метнулся к Дэрилу.

— Обязанности Демонического совета, — гладко ответил Дэрил. — Не торопись с адаптацией Пандоры к академии. Мы введём тебя в курс дела позже.

Хантер склонил голову, взгляд стал изучающим, но он один раз кивнул.

— Хорошо.

Дэрил повернулся ко мне.

— Даркмор будет твоим консультантом и тем демоном, к которому я хочу, чтобы ты обращалась, если у тебя возникнут какие-либо проблемы.

— Конечно, — согласилась я.

— Это не будет проблемой. Я буду видеться с ней дважды в неделю, — вмешался Хантер с уважительным кивком.

Дэрил кивнул и направился к выходу из комнаты, но остановился.

— Я думал, обязательные консультации проводятся только раз в неделю?

— Я рекомендую дважды для Пандоры из-за обстоятельств. Это уже внесено в её расписание, — объяснил он.

Они обменялись напряжённым взглядом на несколько мгновений, прежде чем глаза Дэрила переместились ко мне и смягчились.

— Даркмор даст тебе всё необходимое для занятий, но также выдаст тебе академический планшет. Он похож на тот, который я дал тебе и который ты оставила дома, но это единственное электронное устройство, разрешённое в академии. Он проследил, чтобы мои контактные данные были внесены, так что, если я когда-нибудь тебе понадоблюсь, всё, что нужно сделать, — написать или позвонить.

— Спасибо, Дэрил. — Благодарность разлилась во мне. — Я ценю всё, что ты для меня сделал.

— Я твой папа. — Он слегка приподнял плечи. — Просто… обязательно связывайся со мной каждый день, иначе я буду волноваться.

— Обязательно, — пообещала я, и он ушёл, мягко закрыв за собой дверь.

Когда я снова перевела внимание на Хантера, я заметила, каким тёплым и располагающим был кабинет. Мерцающее сияние свечей отбрасывало мягкий, успокаивающий свет, который добавлял пространству уюта.

— Пожалуйста, проходи, садись. Я объясню всё, что тебе нужно знать. — Он провёл рукой в сторону зоны для сидения напротив своего стола.

— Я ценю, что ты мне помогаешь. — Я подошла и села на мягкий кремовый диван, и мне захотелось вытянуться и свернуться на нём, настолько удобным он был. Мне потребовалось много усилий, чтобы остаться сидеть на краю и не утонуть в нём.

— Честно, Пандора, не думай об этом. — Его губы изогнулись в самодовольной усмешке, пока он обходил свой аккуратный стол из красного дерева и занимал своё место. — Это моя работа — следить, чтобы обо всех студентах заботились.

Сердце упало.

— О, конечно.

Почему этот ответ меня задел? Я хотела, чтобы у него была другая причина помогать мне? У меня никогда в жизни не было столько помощи. Я должна была быть благодарной и ни капли не разочарованной.

И всё же…

Я сглотнула ком в горле и посмотрела мимо него на большую карту мира, прикреплённую к стене. Красные круги были отмечены в разных местах по всей карте — даже в областях внутри человеческой территории. Хотя сверхъестественные существа и люди жили в мире и были желанными гостями на территориях друг друга, судя по новым опубликованным книгам, которые я читала, это было не очень распространено.

Он порылся в ящике, прежде чем достать планшет, очень похожий на тот, что подарил мне отец. Он был чёрным, с большим экраном и размером с небольшую книгу. Он несколько раз нажал на экран, прежде чем протянуть его мне через стол.

— Я внёс твоё расписание в приложение с расписанием. Я уже открыл его, чтобы ты могла посмотреть.

Я поднялась достаточно, чтобы взять его, затем снова села, удобно устроив планшет на коленях.

Расписание первого семестра в Академии Реформирования демонов

Понедельник, среда, пятница:

Основы демонологии с Респой. 8:00–9:00. Реформ-холл — кабинет 103.

Практическое применение демонического питания с Эшенфеллом. 10:00–11:00. Змеиный стадион.

Вторник и четверг:

Введение в церемониальную магию с Айронвудом. 12:00–13:00. Реформ-холл — кабинет 219.

Введение в демонические проклятия с Даском. 15:00–16:00. Реформ-холл — кабинет 214.

Обязательная консультация с Даркмором. Вторник, четверг, 18:00–19:00. Реформ-холл — кабинет 508.

— Спасибо, — пробормотала я, пока всепоглощающее чувство тревоги царапало меня изнутри.

Каждый предмет был для меня полезен, но тот, которого я одновременно боялась и ждала, был «Демоническое питание». В голове вспыхнуло воспоминание о том, как тело матери рухнуло после того, как я съела её душу, и я вздрогнула.

— Если перейдёшь на главный экран, увидишь несколько приложений, — самым мягким тоном проинструктировал Даркмор.

Я не смогла заставить себя поднять на него взгляд. Вместо этого я смахнула вверх, открывая главный экран. Там было несколько разных приложений.

— Нажми на приложение «Привязанное общежитие».

Я нажала на него, и появилась дополнительная информация.

Назначение комнаты в общежитии «Баунд»

Комната №269

Пандора Грейвсенд и Энни Дредфул

В приложении общежития «Баунд» была возможность запросить новую комнату или нового соседа по комнате, а также сообщить о необходимости ремонта или о нарушении правил. Я надеялась, что мне не придётся пользоваться этими опциями.

Может быть, мы с Энни Дредфул сможем стать подругами. Я всегда хотела встретить демона, похожего на меня, и подружиться с ним.

— Значок приложения с чёрной сферой — это Информационный сервер. Там ты найдёшь всю информацию в мире по любой теме. Ещё есть приложение «Новостной сектор» со значком синего треугольника. Оно обновляется новостями, относящимися к Калисте и Демонической столице, и будет присылать оповещения обо всём срочном, что касается этой академии. — Он замолчал, взглянув на меня. — Смерть уже рассказал тебе об этих приложениях?

Я кивнула, сдерживая улыбку.

Мой папа в увлекательных подробностях объяснил всё о планшете и о том, какой доступ к миру он давал, и мне это нравилось. Одно только богатство информации на сервере было безумным. Я впитывала её жадно. Я уже столько всего узнала и даже выяснила, что на сервере есть видео с котами и смешные фотографии котов. Я провела добрую половину дня исключительно за котами. Небула всё это время фыркал, но я решила, что это потому, что у него больше не было шерсти… или тела.

Дополнительное преимущество возможности переписываться с кем-то, слышать его голос в реальном времени и даже видеть его через экран было невероятным. Я определённо была большой поклонницей планшетов.

— Это замечательно. — Хантер улыбнулся мне, но в его взгляде таилось что-то тёмное. — Думаю, ты всего лишь вторая пожирательница душ, когда-либо поступившая в эту академию.

— Правда? — Я склонила голову, и волосы скользнули через плечо. — Кто был первым?

— Пожирательница душ по имени Эми, — мягко сказал он. — Твой отец встретил её здесь.

— Он тоже здесь учился?

— Не совсем. — Он упёрся ладонями в стол, поднимаясь. — Говорят, он был здесь по приказу совета и его… потянуло к ней. Это было больше двух веков назад.

— Ты говоришь так, будто видел это, — пробормотала я, убирая новый академический планшет в сумку. Я следила, чтобы не ударить им Небулу. — Я думала, тебе чуть за тридцать.

Его губы дёрнулись в весёлой усмешке.

— Тридцать один, да.

— Дэрил сказал мне, — добавила я, чтобы это не звучало слишком навязчивым наблюдением. — Он сказал, что между нами всего девять лет.

Судьбы, зачем я ему это сказала?

— Это чистая правда. — Он кивнул, всё ещё усмехаясь. — Мы довольно близки по возрасту.

— Эм, что случилось с Эми? — Я поднялась и поправила ремень сумки на плече.

Его улыбка исчезла, но взгляд ни на мгновение не оторвался от моего.

— Люди. Это случилось до войны, — добавил он напряжённым голосом.

— О. — Сердце заболело за Дэрила. — Они были Парой?

— Это история твоего отца, и рассказывать её должен он. Я и так сказал слишком много. — Он поморщился, словно понял, что, вероятно, не должен был говорить мне ничего. — Лучше не поднимай тему Эми, если он сам не заговорит о ней.

— Конечно, — согласилась я.

Я не могла представить, какую боль, должно быть, пережил Дэрил. Потеря Пары может свести с ума кого угодно, но Дэрил не казался безумным. Однако он казался печальным. Я часто ловила его на том, как он смотрел в пустоту отстранённым взглядом.

— Большинство твоих занятий проходят в Реформ-холле, здании, в котором мы сейчас находимся. Позволь показать тебе кабинеты, — мягко предложил он.

— Было бы здорово, — пробормотала я, когда он шагнул вперёд, ведя меня к выходу из кабинета.

Он показал мне каждый кабинет в Реформ-холле, где я должна была заниматься, начиная с завтрашнего дня, и, хотя все они находились на первом этаже, здание было огромным, с четырьмя длинными коридорами. Это должно было подавлять меня, но что угодно было лучше четырёх тесных стен подвала.

Я вздрогнула от этой мысли, обхватив себя руками, когда мы вышли из здания в палящий зной.

— Программа академии длится год, — объяснил он, замедляя шаг, чтобы я могла поспевать за ним. Песок смещался под ногами с каждым шагом. — Всего четыре семестра, и каждый длится три месяца.

— Дэрил объяснил мне это, — тихо сказала я. — Кажется, темп будет быстрым.

— Так и есть, — согласился он. — Но у демонов безупречный навык адаптации.

Ближе к центру кампуса из пустынного пола поднимался тёмный каменный алтарь. В центре алтаря находилась цельная красная чешуя, мерцающая радужным блеском, который смещался и танцевал, когда на неё падало солнце. Магическая энергия пульсировала от неё, заставляя воздух рябить и гудеть по моей коже.

— Что это? — спросила я, изучая круг кровавой магии вокруг его основания. Символы и сигилы² были вырезаны в песке, слабо светясь тёмно-красным. — Это защитные символы?

— Да. Это Криптический алтарь, — объяснил он. — Внутри него находится чешуя дрейка. Это источник оберегов, защищающих академию от внешних угроз.

— Угроз?

— У всех академий есть оберег. — Он провёл рукой по тёмно-русым прядям. — Это не уникально для этого кампуса. Мы ничуть не более уязвимы для нападения, чем любая другая академия. Если какая-то академия и более вероятная цель для нападения, то это Академия Блезен.

— Некоторые всё ещё питают неприязнь к Блезену из-за войны? — спросила я, скользнув взглядом к нему.

Его белые глаза переместились ко мне.

— Блезен, судя по всему, прошёл долгий путь, но да. Есть много сверхъестественных существ, которые всё ещё винят драконов и дрейков, живущих там, и столько же сверхъестественных существ всё ещё боятся самой территории.

— Поэтому Академия Блезен — возможная цель?

Он сжал губы в мрачную линию, приподняв одно плечо.

— Под ней находятся останки Роака.

Мои брови взлетели от удивления. Лидер драконьего культа во время войны был похоронен под академией?

Я сжала губы, чтобы не задавать больше вопросов. Меня завораживало всё, что касалось той войны, из-за книги, которую я прочитала, одной истории Второй войны Калисты было достаточно, чтобы удерживать мой интерес. Но, конечно, Хантер не хотел разговаривать со мной об истории Калисты.

— Но будь уверена, — сказал он. — Эта академия настолько безопасна, насколько вообще можно быть в Демонической столице.

Наверное, из-за хищной природы демонов.

Мы прошли мимо большого кристалла солнечного камня в центре академии. Электрическая магия пробежала по позвоночнику от огромного количества магической энергии, вложенной в него.

— Это Солнечное возрождение. — Он кивнул в его сторону. — Это самоцвет солнечного камня, наполненный зачарованием магического энергетического усиления. Он ускоряет исцеление тех, кто ранен или близок к смерти.

— Он может исцелять шрамы? — сипло спросила я, и вопрос оказался горче на языке, чем я ожидала.

Тьма пересекла его выражение, и это заставило меня пожалеть, что я спросила. Его взгляд осторожно скользнул вниз по моему телу и обратно, на мгновение задержавшись на повязке на бедре, словно он искал немедленную травму.

— Нет. Он не может исцелить то, что уже существует, но в академии он заменяет целителя.

— О. — Я посмотрела на другое здание напротив камня. — А это что?

— Это Демонические архивы. Библиотека, полная демонических текстов. Там также есть компьютерный класс. — Он указал на здание, на вершине которого была чёрная демоническая голова с ярко-красными глазами.

Затем моё внимание привлек солнечный свет, заливавший золотистым оттенком ближайшую арку с плоской вершиной, сложенную из слоёв камня. Камень был выветрен, словно свидетельство течения времени, и мне стало интересно, как давно он там стоит. Волны жара плясали перед глазами, когда я заметила мужчину, прислонившегося к каменной арке. Казалось, он искал укрытие от жары.

Когда мы подошли ближе, у меня перехватило дыхание. Привкус песка был шершавым и сухим на языке, пока я жадно впитывала его вид.

Его внушительная фигура вырисовывалась на фоне каменной формации, его присутствие требовало внимания даже в тени арки.

Он был высоким. Я знала, что он намного выше меня, даже с такого расстояния. Его узкие, затуманенные красные глаза выглядывали из-под густых ресниц. Чёрные волосы растрёпанными волнами спадали вокруг лица, обрамляя черты с дикой, необузданной резкостью.

Одетый в простую чёрную футболку и джинсы, он открывал взгляду татуировки, набитые на его смуглой бежевой коже. Его руки украшали татуировки — пара ястребов на одной руке, с распростёртыми в полёте крыльями, и волк на другой, с напряжёнными красными глазами. Череп украшал его шею, и странное ощущение знакомости послало холодок вниз по моему позвоночнику.

В мочках ушей были тоннели, а пирсинг в перегородке носа добавлял нотку бунтарства к его грубой внешности. Высокие скулы и точёная линия челюсти придавали его лицу скульптурный вид, и мой взгляд зацепился за кадык, резко выступавший на горле. Нос был прямым и гордым, ведущим вниз к тонким губам, сжатым в жёсткую линию.

— Некоторые студенты каждый год любят зависать возле Оккультной арки, но постарайся внимательно относиться к тому, с кем проводишь время, — пробормотал Хантер. — Некоторые лучше других.

Именно тогда я заметила бутылку алкоголя, похожую на те, что я видела в поместье Дэрила, зажатую в одной из его рук.

Его затуманенные красные глаза сузились на Хантере, прежде чем сцепиться с моими, когда мы проходили мимо. Его взгляд ощущался как огонь, сжигающий меня изнутри.

Сердце бешено забилось в груди, когда его взгляд стал жарче. Судьбы, я хотела почувствовать его запах. Готова поспорить, он пах так же восхитительно, как выглядел.

Он поднял бутылку в мою сторону, и я застыла.

Презрение расцвело на его лице, когда он опустил взгляд к моему бедру, и его губы скривились в усмешке, разбивающей сердце. Он запрокинул бутылку и жадно глотнул. Коричневая жидкость потекла по его шее одной-единственной струйкой, по татуировке, и исчезла под рубашкой.

Волна неуверенности накрыла меня, и я потянула юбку вниз поверх повязки на бедре, жалея, что не выбрала вместо этого брюки. Я даже не стала смотреть на кольцо. Я знала, что оно должно быть чёрным как ночь.

Я снова ускорилась, чтобы идти вровень с Хантером, но не осмелилась оглянуться на мужчину, который только что заставил меня почувствовать себя так, как заставляла мать, — будто я была ничем иным, как грязью на подошве ботинка.

Хантер избавил меня от дальнейшего унижения, потому что больше не заговорил о мужчине, пьющем у арки, а я сосредоточилась на шёпоте ветра, когда он скользил по песку.

— Стадион Серпентайн — это место, где у тебя будут проходить «Демоническое питание» и ещё несколько занятий в этом году. Он просторный и даёт место для практики демонических сил. — Он указал на ещё одно большое здание из светло-коричневого камня.

— Отлично. — Я опустила голову и посмотрела на рябь на песке. — Я даже не знаю, как пользоваться своими.

— Узнаешь, — сказал он так уверенно, что у меня не хватило духу поправить его. — За общежитием «Баунд», где ты будешь жить, находится утёс Одиссеи. Это скалистый обрыв с видом на озеро. К вершине утёса ведёт шаткий мост. Это место, где обычно проводят время большинство студентов.

— Красиво, — пробормотала я, глядя мимо возвышающегося общежития на маленький оазис позади него.

— Может быть, как-нибудь я тебя туда отведу, — сказал он, и моё лицо вспыхнуло жаром. — Мы ведь друзья, верно?

— Да. — Маленькая улыбка расползлась по моим губам, и я кивнула. — Я бы хотела.

Мы вошли в общежитие, покинув засушливую, сухую атмосферу. Я почувствовала, как охлаждающее зачарование здания рябью прошло по коже и успокоило жжение от палящего жара.

Однажды я умоляла мать о зачаровании контроля температуры, прочитав о них. Меня быстро наказали.

— Это общая комната общежития, — объяснил он.

Общая комната была залита тёплыми золотистыми пятнами света из больших окон, и узор, который они создавали на песочного цвета каменных стенах, был красивым.

Я подняла на него взгляд, и наши глаза встретились. Он всё это время смотрел прямо на меня.

Поза Хантера была расчётливой, но мне это нравилось. Мне нравилось, как он, казалось, изучал меня. Я не знала почему, но то, как он взаимодействовал со мной, заставляло сердце хотеть разорваться.

— Общая комната — это пространство, которое делят между собой студенты, живущие здесь, и ты можешь учиться и проводить здесь время когда захочешь. Закуски и кофе есть на мини-кухне вон там. То крыло — студенческое. — Он указал на левую пару двойных дверей.

— А правое крыло? — Я нахмурила брови.

— Это крыло персонала, — сказал он, засовывая руку в карман. — Оно заперто зачарованием, и войти туда могут только сотрудники. У нас есть собственная кухня и ванная в комнатах, и у нас отдельные комнаты, в отличие от студентов.

Я глубоко вдохнула. Общежитие пахло пустынными цветами и сандалом.

— Значит, ты будешь там.

Обстановка была простой, но выглядела удобной: мягкие диваны и огромные кресла-мешки стояли уютными группами. На стенах висели гобелены и картины в пустынной тематике, изображавшие песчаные дюны, кактусы и пустынных животных. Комната была просторной, с большим количеством мест, где студенты могли общаться, а мини-кухня располагалась у стены в центре между двумя крыльями.

Несколько студентов разговаривали, и мимолётные взгляды скользнули в мою сторону, пока они не заметили Хантера. Похоже, его уважали так же, как и Дэрила.

— Буду, — подтвердил он, проводя меня через двойные двери в левое крыло, где размещались студенты.

— Ты что-нибудь знаешь о моей соседке? — пробормотала я вопрос, глядя себе под ноги, пока мы шли.

— Семья Дредфул — знать, как и ты, а семья твоей соседки очень помешана на чистоте, — сказал он мне.

— То есть она, типа, воздерживается от секса? — Я склонила голову. Зачем мне это знать? И почему он это знает? Для других демонов это было общеизвестно?

Демоны настолько заботились о сексе? Или, скорее, о его отсутствии?

Он судорожно втянул воздух и остановился, прежде чем прочистить горло.

— Эм, нет. Хотя я понимаю, почему ты так подумала. — Он почесал затылок, и светлые волосы упали ему на лицо. — Чистота в смысле чистокровности демонического подвида. Её семья состоит из суккубов и инкубов, и они очень претенциозны в вопросах междемонических союзов.

— О. — Я почувствовала, как румянец расцвёл на лице. — Полагаю, это значит, что они, вероятно, не поклонники межвидовых союзов между сверхъестественными существами?

Он выдавил смешок, качая головой.

— Вероятно, нет.

— А ты… Как ты… относишься к этому? — Я споткнулась о слова. — К межвидовым союзам, я имею в виду?

Медленная улыбка пересекла его губы, когда задумчивое выражение завладело его лицом.

— Думаю, Судьбы не дискриминируют. Моя мать была суккубом, а отец — демоном мести. Они были Предначертанной Парой, — прошептал он. — Судьбы не стали бы соединять души разных видов, если бы так не должно было быть.

— Я полностью согласна, — пробормотала я, чувствуя, как сердце наполняется теплом от того, как он говорил о своих родителях.

— Хорошо. — Его сверкающие ледяно-белые глаза послали тёплое покалывание вниз по позвоночнику, пока он смотрел на меня. Его длинные ресницы были такими красивыми, а сладкий шоколадный запах въелся мне в ноздри.

Он снова прочистил горло и отступил от меня на шаг, прежде чем мы снова пошли.

Мы дошли до комнаты №269 в нескольких дверях от места, где остановились, и он постучал.

За дверью послышался шорох и шаги, прежде чем она распахнулась, открывая мою соседку.

— Да? — Её манеры излучали превосходство. Изящную руку украшали, как я была уверена, дорогие драгоценности, а пальцы крепко обхватывали дверную ручку, ухоженные ногти нетерпеливо постукивали по полированной поверхности.

На ней был винтажный ансамбль, очень похожий на гардероб, который создал для меня отец. Её наряд состоял из струящегося кремового шёлкового платья средней длины с кружевными деталями. У него была подчёркнутая талия и расклёшенная юбка, покачивавшаяся при каждом её движении.

Это было красиво, но что-то в ней действовало мне на нервы. Возможно, мне просто нужно было узнать её получше.

В воздухе плыл запах праздничного торта, приторно-сладкий и удушливый. Я надеялась, что мой запах приглушит её, когда я полностью заселюсь.

— Здравствуй, Дредфул. — Голос Хантера был гладким, и он погасил тревогу, пылавшую внутри меня.

— О! — Её ярко-голубые глаза блеснули с интенсивностью, расширившись от удивления при виде Хантера. — Даркмор. — Она слегка склонила голову, и её гладкий светлый боб упал вперёд от этого движения. — Приятно познакомиться с вами лично.

Странная покалывающая магия разлилась по моей коже, и я могла сказать, что исходила она от неё, но была направлена на Хантера. Суккубы и инкубы владели феромонами, и у меня было чувство, что именно эта магия скользила по нам.

Грудь сжалась. Мне это не нравилось. Мне совсем не нравилось, что она использует свои силы на Хантере.

— Взаимно. — Он подарил ей натянутую улыбку, прежде чем положить руку мне на поясницу. — Это твоя соседка, Грейвсенд. Она новенькая в демоническом мире, и я ожидаю, что другая представительница знати сможет помочь ей адаптироваться.

— Знать? Новенькая в демоническом мире? — Идеальная улыбка изогнула её губы, но в её взгляде была острота, когда она скользнула им по мне, и от этого мой позвоночник щёлкнул прямо. — Как странно.

— Она Грейвсенд, — снова резко сказал Хантер.

Её глянцевые губы сложились буквой «О».

— Грейвсенд? То есть дочь Смерти?

Он один раз кивнул.

Он уже представил меня раньше. Она не слушала?

Она снова перевела внимание на меня с очередной приторно-сладкой улыбкой, и феромоны, которые она источала, резко прекратились.

— О, Грейвсенд! Мы станем лучшими подругами! Не забивай свою милую головку. Я прослежу, чтобы ты хорошо адаптировалась. — Её слова были пропитаны сахарной сладостью.

Я посмотрела на кольцо, и, хотя оно не было чёрным, оно было тусклее той белизны, с которой я чувствовала себя в безопасности.

— Спасибо.

— Я большая поклонница твоего папы! — Она взвизгнула, обхватила мою руку своими ухоженными ладонями и втянула меня в комнату вместе с собой. — О, у меня столько планов на нас в этом году. — Она ухмыльнулась Хантеру. — Не волнуйтесь, Даркмор. Я хорошо позабочусь об этой милой демонице.

Выражение Хантера было таким, что я не могла его прочитать. Оно выглядело тёплым и добрым, но от его манер исходил холод. Его улыбка несла едва заметное напряжение в уголках, а глаза хранили расчётливую настороженность, от которой мне стало не по себе.

— Спасибо, что показал мне кампус и проводил сюда, — сказала я ему, и благодарность пропитала мои слова.

Его белые глаза метнулись к моим, и в них жила тревога.

— Тебе комфортно?

Моя рука крепче сжала сумку, когда я заставила себя улыбнуться.

— Да.

— Если тебе что-нибудь понадобится, у тебя есть мои контакты. — Он кивнул нам обеим. — Увидимся. Хорошего дня, леди.

Он повернулся и скованно пошёл по коридору, прежде чем кто-то из нас успел ответить.

Дредфул захлопнула дверь, и её фальшивая улыбка исчезла. В её чертах появилась резкость, которую она больше не скрывала. Она направилась к своей стороне комнаты и прыгнула на кровать с балдахином и струящимися шифоновыми занавесями. Лёжа на животе, она схватила планшет и начала что-то делать.

Её сторона комнаты в общежитии излучала ауру элегантности и женственного очарования. В цветовой палитре преобладали кремовые и белые оттенки с тонкими кружевными занавесками. Мягкие подушки пастельных тонов украшали плюшевое кресло, задвинутое в её угол, а зачарованные фейские сферы мягко мерцали, отбрасывая тёплое сияние на пространство.

Я оторвала от неё взгляд и с удивлением осмотрела свою сторону комнаты. Дэрил сказал, что отправил всё в моё общежитие, но я не понимала, что он велел всё разложить и украсить. Это резко контрастировало со стилем Дредфул, но было больше похоже на меня. Оттенки серого, чёрного и слоновой кости окутывали моё пространство, источая готическое очарование.

Большая кровать с четырьмя столбиками, задрапированная богатыми чёрными бархатными занавесями, стояла центральным элементом моей стороны. Антикварные подсвечники стояли на гладком сером столе, отбрасывая мерцающие тени на стены. На парящих чёрных полках лежала коллекция книг, которые я читала ещё в поместье, и на прикроватном столике даже была чёрная возвышающаяся подставка, чтобы поставить Небулу.

Грудь потеплела от благодарности к отцу. Дэрил был хорошим папой, и я знала: если бы он знал обо мне, я была бы с ним по-настоящему близка.

Я всё ещё хотела получить шанс на такую связь с ним.

Я сбросила туфли у двери со своей стороны и прошла босиком по грубому каменному полу к плюшевому ковру цвета слоновой кости, затем села на кровать. Я утонула в удобном матрасе и издала довольный стон, прежде чем откинуться на подушки и подтянуть сумку к себе.

— Демонический совет такой потрясающий, — восторженно выпалила Дредфул, откладывая планшет и переводя на меня голубые глаза. — Это правда круто, что твой отец — Смерть! Он существует так давно, и он практически лидер совета, раз он представитель пожирателей душ. Не говоря уже о том, что он буквально ест души! Насколько сильный магический резерв нужно иметь, чтобы делать такое? О, и даже не заставляй меня начинать о представителе демонов мести. Хантер, блядь, Даркмор — самый горячий демон мести на свете, и он лучший друг новейшего члена совета, Джоэла Крэйвена. Он представитель инкубов, и я отчаянно хочу вонзить в него когти — если понимаешь, о чём я, — тараторила она, но каждое слово произносила с убеждённостью и важностью.

Я моргнула, глядя на неё, и села. Это были сплетни? Мы сплетничали? Я не понимала, что сплетни могут быть такими… пустыми. Мне ещё и не нравилось, как она говорила о Хантере. Он был привлекательным, но он также был… Я не знала. Мне просто не нравилось, что она так им восхищалась.

— Это здорово, — сипло сказала я, убирая волосы за плечо, чтобы они не падали на лицо.

— Так что с твоим голосом? Он, типа, правда слабый и хриплый. Почему так? Я буквально никогда не слышала, чтобы демон так говорил, — сказала она мне, проводя рукой по волосам, чтобы пригладить боб.

— О, эм… — Ладони стали влажными, и я впилась зубами в нижнюю губу.

— Неважно. Всё нормально. В смысле, я уверена, кто-нибудь найдёт это милым. Мы застряли в грёбаной академии реформирования. Столько демонов-правонарушителей, наверняка кому-то такое понравится.

Неуверенность провалилась тяжёлым грузом в живот, и я потянулась в сумку, достала Небулу и позволила сумке упасть с края кровати. Я крепко прижала его череп к груди в отчаянной попытке заземлиться.

Я всю жизнь принимала удары теневой магии матери. Я могла справиться с тем, что кто-то говорит о моём повреждённом горле и голосовом аппарате. Верно?

— Что это? — спросила она, ахнув.

Я посмотрела в сторону и увидела открытое отвращение на её лице, когда она уставилась на Небулу.

— Это Небула.

— Небула? — Её губа скривилась от отвращения. — Это череп животного!

— Раньше он был котёнком, и его душа была запечатана в черепе, — объяснила я. — Он мой лучший друг.

— Это… ладно. — Она замялась, прежде чем отвернуться и начать что-то быстро печатать на планшете. — Ладно, нет. Вообще-то это мерзко, Грейвсенд. Царапающий голос, который напоминает мне фантома во время месячных, и странная привязанность к черепу котёнка. Наверняка это просто какая-то штука пожирателей душ — неважно. Мне всё равно. Я не собираюсь тратить ещё ни секунды, разбирая, что там у тебя происходит. Так вот, мои родители отправили меня сюда, потому что…

Дредфул ушла в долгую тираду о том, как родители отправили её в академию реформирования, чтобы она научилась быть благодарной за то, что у неё есть, и лучше вносить вклад в общество. Судя по всему, у неё была проблема со сном с демонами, которые не были суккубами или инкубами. Родители хотели, чтобы она избавилась от этой «привычки» и научилась быть достойной представительницей знати.

Что бы это ни значило.

Мои пальцы скользили по углублениям в черепе Небулы, пока болтовня Дредфул растворялась на заднем плане. Мысли блуждали к Хантеру и двум другим мужчинам, которых я сегодня видела на кампусе. Что-то подсказывало мне, что Судьбы поставили их на моём пути не просто так, но почему моё кольцо стало чёрным, когда я встретилась взглядом с демоном, пахнущим ванилью и дымом, и почему я почувствовала такую ярость от того, кто пил?