Я смотрела на кольцо и не верила.

Оно сияло на безымянном пальце — серебряное, с крошечным бриллиантом, простое и элегантное. Не кричащее. Не пафосное. Моё. Он выбрал его сам — без помощи консультантов, без советов друзей. Просто зашёл в ювелирный и сказал: «Мне нужно кольцо для самой удивительной девушки». Я узнала эту историю позже, от продавца, который оказался нашим соседом. И расплакалась. Снова.

Прошло три дня с того момента, как Макс опустился передо мной на колено прямо на кухне — между столом и холодильником, пока я была в его старой футболке и с растрёпанными волосами. Три дня, а я всё ещё просыпалась с мыслью: «Это правда? Это со мной?» И каждый раз, глядя на кольцо, убеждалась: да, правда. Со мной.

Я, Марина Соколова, рыжая девчонка из общаги, лучшая подруга той самой Аси, которая когда-то была серой мышью, а стала королевой, — я выходила замуж. За Макса Орлова. Бывшего врага Воронова. Бывшего парня моей подруги. Человека, который когда-то казался мне пустым мажором, а оказался... настоящим. Любящим. Нежным. Моим.

Я позвонила маме в тот же вечер. Она расплакалась — мама вообще была эмоциональной. Сказала: «Я всегда знала, что ты найдёшь кого-то особенного. Но чтобы Орлов...» Она знала Макса по моим рассказам — сначала как врага, потом как друга, потом как парня. Одобрила. Сказала, что я светюсь. И это была правда. Я светилась.

Потом я позвонила Асе. Она приехала на следующий же день — с шампанским, с цветами, с горящими глазами. Мы сидели на террасе её пентхауса, пили розовое шампанское и говорили. Обо всём.

— Я помню, как ты впервые рассказала мне о Максе, — сказала Ася, улыбаясь. — Ты сидела на подоконнике в общаге, с этой дурацкой кружкой с единорогом, и говорила: «Кажется, он мне нравится». Я тогда чуть не поперхнулась.

— Я сама была в шоке. Макс Орлов! Тот самый, который дрался с Вороновым! Который был влюблён в тебя!

— А теперь он твой жених.

— Да. Жених. — Я попробовала это слово на вкус. — Звучит странно.

— Звучит правильно.

— Ты правда не против? После всего, что было?

Ася поставила бокал. Взяла меня за руку.

— Марин, послушай. Макс — часть моего прошлого. Но это прошлое. Я люблю Артура. А ты — моя лучшая подруга. Если ты счастлива с Максом, я счастлива за вас обоих. Честно.

— Даже несмотря на то, что мы все знаем?

— Мы все знаем, что жизнь сложная. Что люди ошибаются. Что любовь бывает разной. Главное — что сейчас. А сейчас ты сияешь. И он сияет. Я видела его вчера по видеосвязи — он смотрит на тебя так, как Артур смотрит на меня. Это настоящее.

Я выдохнула. Камень с души. Я знала, что Ася не будет против — она сама говорила мне это десятки раз. Но услышать это снова, глядя ей в глаза, было важно. Она была моей подругой. Самой близкой. И её благословение значило для меня больше, чем чьё-либо ещё.

— Когда свадьба? — спросила она.

— Мы думаем через три месяца. В Берлине. Макс хочет, чтобы всё было здесь. Я не против.

— Я буду подружкой невесты?

— Ты спрашиваешь?!

Мы засмеялись. Потом Ася стала серьёзной.

— Знаешь, я иногда думаю: как странно всё сложилось. Год назад я была в отчаянии. Я жила у мамы, пыталась забыть Артура, думала, что моя жизнь кончена. А теперь... теперь у меня есть он. У тебя есть Макс. Мы счастливы. Все мы.

— Потому что мы заслужили это.

— Потому что мы боролись.

— И победили.

Мы чокнулись бокалами. Выпили. Я смотрела на город и думала: да, мы боролись. Каждая из нас. Ася — за право быть собой, за право любить и быть любимой. Я — за право быть не просто «подругой Аси», а отдельным человеком. Со своей жизнью. Со своей любовью.

Вечером, когда я вернулась в Берлин, Макс ждал меня в аэропорту. Снова с цветами. На этот раз с пионами — моими любимыми.

— Ты когда-нибудь перестанешь дарить мне цветы? — спросила я.

— Никогда.

— Это банально.

— Зато искренне.

Я поцеловала его. Прямо в зале прилёта, среди толпы, под любопытными взглядами. Мне было всё равно. Я была счастлива.

Дома он приготовил ужин. На этот раз — не подгоревший. Стейк с овощами, бутылка красного вина. Мы сидели за столом, и он рассказывал о своих планах — он хотел расширить филиал, нанять новых людей, а я думала о том, как мы обустроим нашу квартиру. Как повесим фотографии со свадьбы. Как заведём кота — он хотел собаку, но я уговорила на компромисс.

— О чём ты думаешь? — спросил он.

— О будущем. О нашем.

— И какое оно?

— Счастливое. Очень.

Он взял мою руку. Поцеловал кольцо.

— Я сделаю всё, чтобы так и было.

— Я знаю.

Ночью мы лежали в постели. Его рука покоилась на моём животе. Моё кольцо поблёскивало в лунном свете. Я думала о том, как сильно изменилась моя жизнь. Я больше не была просто «подругой Аси». Я была Маринкой. Невестой. Будущей женой. Женщиной, которую любят.

И это было самое прекрасное чувство в мире.