Ну вот и настал тот самый день, когда мои "художества", как их называет моя мама, должны были предстать перед глазами искушённой публики.

Я вертелась перед зеркалом в своей квартире, затягиваясь в платье, которое, кажется, было создано специально для того, чтобы блистать в такой волшебный день. Чёрное, обтягивающее, с таким вырезом, что даже Федя, мой рыжий бандит, застыл в благоговении, уставившись на меня своими изумрудными глазами.

Совсем скоро я уже не смогу носить таких платьев. Утром я сделала пять тестов на беременность, и все они оказались положительными. Вот Лёша обрадуется! Мне уже не терпелось рассказать ему о том, что он скоро станет отцом, но я решила объявить ему эту новость в более торжественной обстановке.

На выставке и сообщу.

— Ну что, Феденька, — обратилась я к коту. — Как тебе твоя хозяйка? Настоящая леди?

Федя выразительно зевнул и начал вылизывать себе… ну, вы понимаете что. Типичный мужской ответ!

В этот момент в дверь позвонили. На пороге стоял Лёша… ой, простите, Алексей Анатольевич Ахтырский в полном боевом облачении — костюм-тройка, галстук, и такие туфли, что хоть в кино его снимай.

— Принцесса, — прошептал он, застыв на пороге. — Ты…

— Я что? — кокетливо повертелась перед ним.

— Охуенная! — с восхищением выдохнул он. — Просто богиня!

Я расцеловала его, не обращая внимания на то, что красная помада теперь украшала его щёки.

Музей современного искусства был великолепен. Я так волновалась, что вцепилась в руку Лёши намертво. Он же, напротив, чувствовал себя весьма расслабленно, как будто каждый день посещал такие мероприятия.

Наверное, это потому, что директор музея — его друг.

— Неужели это всё бесплатно? — искренне удивлялась я, не веря в происходящее.

— Бесплатно, — коротко ответил Лёша, развевая мои последние сомнения.

— Алексей Анатольевич! — к нам бросился мужчина в цветастом шарфике, с бородкой а-ля Дали. — Здравствуй, дорогой!

Мужчины обменялись крепким рукопожатием, и мне пришлось ненадолго отпустить руку Лёши.

— Здравствуй, Семён Геннадьевич! — поприветствовал он мужчину, и я догадалась, что это и есть директор музея. — Познакомься, это Оля, моя будущая жена, а это мой старинный друг Семён, — представил он нас друг другу.

Семён поцеловал мою руку, и я почувствовала себя королевой вечера. Хотя куда уж корону больше? Выставка и так в мою честь.

— Всё готово, ваша выставка ждёт!

"Ваша выставка"… От этих слов у меня перехватило дыхание.

Зал был оформлен в стиле "минимализм с намёком на шик". Мои картины… Ой, простите, "художества", висели на стенах, подсвеченные точечными светильниками. Центральное место занимала "Наяда" и выглядела она впечатляюще. Не то что на мольберте в моей кухне.

— Оля, — Лёша сжал мою руку. — Посмотри, сколько народу!

И правда, зал постепенно заполнялся. Тут были и коллеги Лёши по спортклубу, которые, кажется, впервые в жизни надели галстуки, и мои подруги, и даже несколько серьёзных типов в очках, которые, как шепнул нам Семён, были местными арт-критиками.

— Доченька, я просто в шоке! — появилась в зале и моя мама под руку с отцом. — Это же надо… Целая выставка! Столько гостей!

— А ты в неё не верила, — усмехнулся отец. — Поздравляю, Олюшка!

Мама вообще вела себя на удивление мило и приветливо. Ни одной колкости в мой адрес за весь вечер.

— Маму как будто подменили, — заметила я, когда она отошла в дамскую комнату.

— Провёл с ней профилактическую беседу, — усмехнулся папа. — Твоя мать просто не знает, куда себя деть, после того как ты съехала. Всё её внимание досталось мне одному. Хоть бы хобби себе какое-нибудь нашла. Сил моих уже нет.

— Сергей Петрович, кажется, я знаю, как вам помочь! — неожиданно воскликнул Лёша. — У нас в клубе открылось новое направление. Пул дэнс называется. Вашей супруге понравится. И вам тоже.

Я прыснула от смеха, представив маму, извивающуюся вокруг шеста.

— Думаешь? А что это, Алексей? — заинтересовался папа.

— Танцы, — пожал плечами Лёша. — Уверяю вас, у вас второй медовый месяц начнётся, как только Лариса Аркадьевна начнёт посещать занятия. Тренер вот такой! — Лёша показал большой палец вверх.

— Ну, всё! Договорились. Привезу Лариску.

Мама вернулась из туалета, не подозревая, что вокруг неё собрался целый заговор.

— Друзья, у меня есть важное объявление! — громко крикнул Лёша, привлекая всеобщее внимание.

Голос у него вдруг стал каким-то торжественным, прямо как у диктора на параде.

Я наивно подумала, что он хочет поблагодарить Семёна или объявить о том, что в соседнем зале приготовлен фуршет. Каково же было моё удивление, когда этот двухметровый амбал вдруг опустился передо мной на одно колено!

— Оленька… — он достал из кармана бархатную коробочку, и у меня сразу перехватило дыхание. — Свет очей моих! Смысл моей жизни! Ты согласна стать моей женой?

Коробочка открылась, и я увидела кольцо. Не просто кольцо, а настоящее произведение искусства. Золотое, с бриллиантом, который сверкал, как глаза Лёши сейчас.

Зал замер. Мама с Настей ревели.

Я стояла, как идиотка, с открытым ртом, чувствуя, как по щекам текут слёзы.

— Да! Тысячу раз да!

Зал взорвался аплодисментами. Лёша вдруг вскочил, подхватил меня на руки и закружил, не обращая внимания на то, что я чуть не задела ногой папу.

И тут… Тут мне пришлось его остановить.

— Лёш, стой! — я схватила его за лицо. — Ты же меня сейчас уронишь! В моём положении это опасно!

Он замер, как вкопанный:

— В каком ещё положении?

Я только загадочно улыбнулась и положила его руку себе на ещё плоский животик.

Лёша сначала ничего не понял. Спортсмен, что с него возьмёшь? Потом он побледнел. Потом покраснел. И наконец…

— Наконец-то! — его рёв разнёсся по всему музею. — Я БУДУ ПАПАШЕЙ!!!

Зал снова взорвался аплодисментами. Мама уже рыдала, не сдерживаясь, на плече у папы. Настя сморкалась в платок, элегантно протянутый Семёном. Он так на неё поглядывал…

Кажется, подруга сегодня уедет домой не одна.

Дальше начался полный хаос. Лёша бегал по залу, обнимая всех подряд. А я смущённо разглядывала кольцо и принимала поздравления от умиляющейся публики.

— Ты знаешь, что это значит? — Наконец, вернулся он ко мне и взял меня за руки. — Теперь точно переезжаешь ко мне! И Федя тоже! И…

— И что? — засмеялась я.

— Это самый счастливый день в моей жизни.

— И мой тоже!

— Это точно надо отметить!

С этими словами мы отправились на фуршет. Счастливые и влюблённые!

Казалось бы, этот день было невозможно дополнить чем-то равноценным нашему с Лёшей счастью, но тут к нам подошёл Семён. С таким лицом, будто только что выиграл в лотерею.

— Лёха, тут такое дело… — тихо сказал он ему, цепляя его за локоть. — Там один господин хочет купить Олины картины. Ты как, Оль? — перевёл он взгляд на меня.

— Но я ничего не продаю… — удивилась я. — А… За сколько?

Семён огласил нам такую сумму, что я подумала, что у меня рассудок от счастья помутился.

— Скока-скока? — переспросил Лёша, очевидно тоже не поверив в услышанное.

— Три твоих работы хотят купить! — выпалил Сёма, сверкая глазами. — Коллекционер просто в восторге!

Мир вокруг меня поплыл. Цифра была такая, что на эти деньги можно было купить новую иномарку или квартиру. Лёша, видя мою реакцию, схватил меня за талию.

— Оль, дыши!

— Да я дышу! Это же… — у меня будто слова закончились, потому что доллары в глазах поскакали. — Надеюсь, это не мой папа? — с подозрением спросила я, решив, что он решил таким образом поддержать нас с Лёшей материально и вдохновить меня на написание новых картин. — Можно познакомиться с этим господином?

— Нет, ну, что ты, — рассмеялся Семён. — Этот господин иностранец. Больше всего он восхищается "Наядой", но желает купить ещё две картины. К сожалению, не имею возможности представить вас друг другу. Покупатель пожелал остаться инкогнито.

— Боже! Конечно, я согласна. Если это не шутка?

— Да какие шутки, Оль! Ты талантище! — поддержал меня Лёша.

— Тогда я пойду подготовлю всё к сделке, — обрадовался Семён. — И маленькое уточнение… Десять процентов комиссия музея за сделку.

Это такие мелочи. Я была согласна и на половину, но Лёша был другого мнения.

— Слышь, Сёма! А харя у тебя не треснет? — рассердился он. — Пять процентов! И то, только потому, что мы друзья.

— Ладно, — поджал губы Семён.

— И передай Инкогните, что цена на тридцать процентов дороже!

— Лёша! — возмутилась я, но было поздно — Семён уже ушёл.

— А чё, Лёша? По-моему, тебя наебать хотят! Опять.

— Ты сейчас мне всю сделку зарубишь. А я ещё папе миллион торчу!

— Ты давай тут это… Не нервничай, короче! И ребёнка моего не нервируй!

Вы посмотрите, как он заговорил! А ведь мы ещё даже не женаты!

— Знаешь, что? — я набрала в лёгкие побольше воздуха, чтобы высказать Лёше всё, что я о нём думаю, но тут прибежал ещё более радостный Семён.

— Покупатель согласен! Пройдёмте в мой кабинет! — он аж подскочил от радости.

— Господи! — только и смогла выдавить я, чувствуя, что ещё немного и лишусь чувств. — Лёша, я уже говорила, что тебя люблю?

— И я люблю тебя, куколка. Охренеть, я женюсь на миллионерше!