Да, с «Бандитом» перемещаться по лесу оказалось далеко не так удобно, как с маленьким удобным «Гремучником». Но делать нечего — его на пояс не повесишь, я пробовал. Не магнитится он.

— Оружейные ремни спустя тридцать лет уже не в моде? — риторически спросил я. — Как мне его нести-то?

— За спиной. — посоветовал Бадабум, явно приняв сказанное на свой счет. — Его предполагается носить за спиной.

— Отлично! — я хихикнул. — А перекатываться как, если понадобится? Хребтом по железу?

— Об этом не переживай. Кит не воспринимает оружие как то, что надо защищать при помощи щита, поэтому оно находится как бы снаружи твоего кокона. Так что твой хребет в безопасности.

Удерживая автомат за рукоять, я закинул его за спину и даже почти не удивился, когда он прилип к ней точно так же, как прилипало остальное оружие к поясу.

— Это да, это хорошо сделали, удобно. — признал я. — Есть еще какие-то места для оружия?

— Не, ни хрена. Твой кит рассчитан на переноску только трех видов оружия. Одно начальное, то есть, пистолет, одно малое, типа «Гремучника». И одно длинное, как «Бандит».

— То есть, я не могу заиметь два оружия одного типа? — уточнил я.

— Можешь. Но тогда одно из этих двух тебе придется всегда таскать в руках. А если захочешь взяться за второе — придется менять их местами.

Не всё, получается, продумано в конструкции кита… Хотя если посмотреть на это с другой стороны — может, это как раз и есть продуманность. Чтобы квесторы не могли носить с собой целый арсенал и не случалось ситуаций, когда кто-то, как я сейчас, нашел потерянный ствол, потом еще один, еще один — и в итоге получил возможность поливать противника огнем без перезарядки, просто меняя один ствол на другой. Да, вероятность такого невелика, но она имеется… И я совсем не удивлюсь, если узнаю, что современное ограничение на переноску оружия ввели именно после того, как один раз это уже произошло.

Без громоздкого «Бандита» в руках перемещаться стало намного легче, и до контракта я добрался буквально через три минуты. А узнал о том, что добрался, я по частому, раз в секунду, явно техногенному писку, который раздался из-за деревьев.

— Дом, что пищит? — спросил я, беря в руки «Гремучник».

— Зонды. — ответил он. — Вернее, носитель зондов. Частота писка показывает, насколько он загружен. Судя по тому, что я слышу — осталась буквально парочка, и квестор инициирует запуск.

— И что тогда будет? — я прошел еще чуть дальше, пытаясь высмотреть между деревьями квестора или хотя бы носитель зондов.

— Тогда начнется предполетная подготовка. — пояснил Бадабум. — Вылезут твари, точно так же как вылезают на жилах афинита. Попытаются сожрать носитель, и квестору его придется защищать. Потому что если носитель уничтожат, и он не улетит — квестор ничего не получит.

— Понятно. — ответил я, и остановился.

Остановился потому, что среди деревьев наконец проглянуло то, что меня и интересовало.

Метрах в десяти, едва видное в прогалы между стволами, стояло что-то похожее на огромное, в рост человека, яйцо ярко-голубого цвета, разрезанное пополам. Нижняя половина покоилась на земле, и в ней хорошо просматривались лунки размером с ковшик, сложенный из ладоней, а верхняя висела в метре от нижней без каких-либо подставок или кронштейнов.

В некоторых лунках нижней части лежали белые шары с золотистыми линиями, и сразу становилось понятно — это те самые зонды, они просто не могли быть ничем иным. Не здесь и не сейчас.

Прямо на моих глазах откуда-то сбоку неспешно прилетел и опустился в одну из свободных лунок еще один шар, подтверждая мою теорию — это действительно зонды, а яйцо, значит, их носитель.

Осталась свободна всего одна лунка, но через пятнадцать секунд заполнилась и она. Зонд прилетел, занял свое место и я уже ожидал, что яйцо сейчас само собой закроется, но нет — осталось открытым.

А еще через десять секунд появился квестор.

Квестор… ша? Квестор… ка? Как правильно назвать женщину-квестора?

Темнокожая, с копной волнистых темных волос, собранных назад ободком, она была одета в яркую зеленую куртку, буквально притягивающую к себе взгляд, красные ботинки и черные брюки с обилием карманов.

Короче говоря, светилась она как светофор на перекрестке. Возникало ощущение, что она совершенно не беспокоится о таких мелочах, как снижение заметности и маскировка в целом. Словно она не просто прыгнула в капсулу в той самой одежде, что была на ней в этот момент, а улучила момент, чтобы сбегать до жилища и одеться в самое яркое и непрактичное, что только нашла в своем гардеробе. И сделала она это специально — как будто бросала тем самым вызов всем остальным, мол «Я вас настолько не боюсь, что даже надену самые яркие шмотки и попробуйте меня отправить в ГГ».

И, судя по реакции Бадабума, я был не очень-то далеко от правды.

— Твою мать… — расстроенно произнес он, увидев квесторшу. — Братец, может, все-таки возьмешь другой контракт, а? Ну, пока не поздно.

— А в чем проблема? — едва слышно, чтобы не услышала темнокожая, спросил я. — Ты ее знаешь?

— Ее все знают! — с досадой произнес Бадабум. — Это Динара. Квестор из первой сотни рейтинга. Опытная цаца, сам понимаешь, это тебе не Кейдж, ее так просто не возьмешь.

— Правда? Ну тогда будем брать ее непросто. — усмехнулся я.

— Слушай, подумай дважды! — голос Бадабума из просто обеспокоенного стал нервным. — Она не просто так занимает место в первой сотне квесторов на станции! Она правда хорошо, очень хороша! Даже если ты нападешь из засады, ты ее не загелишь достаточно быстро для того, чтобы она не успела среагировать! А если она успеет…

Что именно будет, «если она успеет», он не уточнил — то ли сам не понимал, что именно будет, то ли оставил конкретику на откуп моей фантазии.

— Что у нее за спиной? — вместо ответа спросил я, разглядывая непонятное оружие, выглядящее так, словно две толстых водопроводных трубы покрасили в кирпично-красный, слепили вместе и приделали к ствольной коробке на манер охотничьего дробовика-вертикалки.

— Рукав. — непонятно ответил Бадабум. — Если коротко, то полуавтоматический ракетомёт.

— Гранатомёт, ты хотел сказать? — уточнил я.

— Я хотел сказать то, что сказал! — огрызнулся Бадабум. — Именно что ракетомёт! Выпускает небольшие ракеты. Летят недалеко, потому что запас топлива в них маленький. Сами ракеты неуправляемые, но зато взрываются от столкновения с любым препятствием. Осколки наносят не так много повреждений, но зато диаметр зоны их рассеивания — почти четыре метра. Обычно его берут с расчетом на использование против фауны, поскольку твари любят бежать сломя голову к одной цели и кучковаться за счет этого, но и против людей оно работает тоже. Из этой штуки любят стрелять под ноги противнику, а уж если попадешь непосредственно в него — то считай сразу минус половина щита с одного попадания!

Отлично, ракетомёт. Действительно, почему бы тут не быть ракетомёту? То, что ими никто не пользовался тридцать лет назад, хотя техническая возможность создать что-то подобное, безусловно, была, не означает, что никто не станет пользоваться ими сейчас.

В конце концов, тридцать лет назад никто и подумать не мог, что отчаянные сорвиголовы будут спускаться на поверхность планеты, имея только два часа в запасе, рискуя сгинуть в инопланетном ШТОРМе или на зубах местных тварей — и всё тупо ради того, чтобы устроить шоу покруче!

Пока мы с Бадабумом болтали, Динара успела пошаманить с носителем зондов, и он пришел в движение. Верхняя половина «яйца» опустилась на нижнюю и провернулась на несколько оборотов, словно закручивала невидимую резьбу. Восстановившее свою целостность яйцо прекратило пищать и начало вибрировать — низко и так громко, что услышал даже я!

И, конечно же, услышали твари.

Земля под ногами отчетливо задрожала — так сильно, что перекрыла даже вибрацию от носителя дронов, и Динара, быстро обернувшись, протянула руку за спину, сняла с крепления свой ракетомёт, сорвалась с места и быстро побежала куда-то в сторону!

Проклятье, ни хрена ж не видно за этими деревьями!

Я тоже на всякий случай снял со спины «Бандита», а «Гремучник» повесил на пояс, и принялся подбираться поближе, потому что разглядеть что-то из-за деревьев не представлялось возможным… А я же именно для этого сюда и пришел — чтобы что-то разглядеть! И это еще план минимум!

— А что будет, если загелить квестора, который активировал носитель зондов до того, как он взлетит? — спросил я, забирая в сторону от того направления, куда убежала Динара.

— Тогда он не взлетит. — коротко ответил Бадабум. — И ты сможешь его запустить сам, забрав контракт себе.

А вот и план максимум…

Оттуда, куда унеслась Динара, раздалось резкое шипение, а следом — взрыв. Не особенно громкий, даже тише, чем взрывалась моя граната, но зато это ясно дало понять — она вступила в бой с кем-то. Я снял с пояса вард, и, не останавливаясь, установил его там же, где шел в этот момент. Открыл карту и убедился, что никаких отметок, изображающих квесторов, кроме самой Динары, рядом нет. Значит — твари, вот их серые едва заметные точки. И значок яйца, конечно же, показывающий сам носитель.

Судя по тому, что отметки Динары и тварей находились на самом краю зоны действия варда — она пыталась привлечь внимание тварей к себе и увести их от носителя, чтобы они его не уничтожили. Возможно даже, ее тактикой было таскать их за собой, пока носитель не взлетит, после чего просто сбежать, не подвергая себя опасности быть сожранным кучей монстров… А их действительно куча — на одном только варде одиннадцать тускло-серых отметок, и неизвестно сколько еще могут находиться за пределами его зоны действия! Я-то их не вижу!

— А если разрушить носитель зондов самому? — спросил я, на ходу оглянувшись на «яйцо».

— Тогда никто ничего не получит. — ответил Бадабум, подтверждая мои мысли. — Кроме корпорации. Она получит убытки и вряд ли будет этому рада.

Что ж, ладно, я все равно не собирался его разрушать — как минимум, не вполне понятно, как именно это сделать. Гранату разве что под него подсунуть, но где гарантия, что этого окажется достаточно? Если этому яйцу предстоит сейчас взлететь на орбиту, пройдя по пути через всю атмосферу, то сомневаюсь, что какая-то граната ему способна навредить.

Кроме того, у меня есть намного более интересная цель для этой самой гранаты.

Я двигался по дуге вокруг поляны, каждые несколько секунд сверяясь с картой, чтобы понять, где находится Динара и твари. Точка, отображающая ее положение, постоянно скакала с места на место, и серая масса переползала следом за ней, при этом совершенно не уменьшаясь в размерах. Как будто тварей не становилось меньше, хотя с той стороны почти что каждую секунду раздавался новый хлопок взрыва. Я даже, кажется, рев каких-то тварей смог расслышать!

Одно лишь не могло не радовать — таская за собой пачку тварей, Динара неизбежно продвигалась в мою сторону, и уже скоро мы должны были встретиться.

Ну, или вернее, я должен был встретить её.

Внезапно на пути появилось неожиданное препятствие — огромный булыжник, если не сказать, целая гора. Высотой в четыре моих роста, и шириной вообще неизвестно во сколько, он частично выпирал на поляну, на которой сейчас Динара развлекалась с тварями, а частично — вглубь леса, неохотно потеснившегося от такого соседства. Я быстро глянул налево и направо, оценивая, сколько придется пройти в каждую из сторон, и результаты осмотра не вдохновляли. Пойду через поляну — могу слишком рано попасться на глаза Динаре, или, что еще хуже, — тварям. Пойду через лес — рискую потерять кучу времени и пропустить идеальный для перехвата Динары момент.

Оба варианта меня одинаково не устраивали, поэтому, в очередной раз похвалив себя за дальновидность, я воспользовался способностью своего кита и взлетел на самую вершину этого огромного камня. На это пришлось потратить всю доступную энергию, но зато с высоты добрых десяти метров я смог увидеть всю поляну целиком. И всё, что на ней творится — тоже.

Поляна оказалась не пуста. Пока я крался между деревьями, это было незаметно, но сейчас, с приличной высоты, я хорошо видел не только море неестественно-циановой травы, но и разбросанные по этому морю тут и там островки серых камней разных размеров. Какие-то высотой в полтора моих роста, а какие-то настолько маленькие, даже сидя на корточках не очень-то спрячешься, они были будто бы раскиданы по поляне в случайном порядке… Но это только на первый взгляд. На второй же, если присмотреться, становилось очевидно, что камни расположены конусом, вершина которого вполне очевидно скрывается под скалой, на которую взгромоздился я. Получается, эта огромная каменюка как-то когда-то сюда прилетела, от удара от нее откололось множество камней поменьше, которые и упали на эту поляну… Или даже сформировали ее, намертво выкашивая всё, что выше колена.

И сейчас между этими камнями, обтекая их, как водяной поток, носилась целая толпа различных тварей. Рочеры, спиттеры, байтеры, гриндеры — знакомые все лица!

Кроме вот этого. Точно посреди толпы, словно полководец, окруженный своими бойцами, возвышался урод, которого я однажды уже встречал… И не хотел бы встретить снова. Тот самый медведь с щупальцами, который пытался не выпустить меня из пещер тридцать лет назад…

Тогда он не казался сильно большим — возможно, из-за сбившегося на адреналине в туннель, зрения, но сейчас я видел, насколько он огромен. В его шкуре могли бы поместиться четыре байтера, и места хватило бы еще на одного флаера, если по кускам его разобрать. Щупальца его, каждое длиной метров по пять, не меньше, хлестали через головы остальных тварей, пытаясь достать до врага…

А враг — та самая Динара, — никак не хотел доставаться. Она, как и я, решила воспользоваться камнями, и вовсю палила из своего ракетомёта по тварям, стоя на одном из них. В толпе монстров тут и там раздавались взрывы и взлетали изорванные тушки, но они словно не собирались останавливаться! И, как только пристрелялись к позиции Динары, начали попадать, и ее щит зарябило, она резко кинулась в сторону, падая на колени! Под ней вспыхнула ярко-голубая пленка, и квесторша резко ускорилась прямо с места…

А потом раздался хорошо знакомый мне щелчок — и, отпрыгнув сначала от камня, а потом от воздуха, Динара резко переместилась на другой камень. Да еще и успела перезарядиться в прыжке, оторвав у своего ракетомёта верхнюю трубу — магазин, видать, — и поменяв её на другую такую же!

Перепрыгнув на следующий камень, квесторша развернулась и снова принялась поливать огнём тварей, которые завертелись на месте, явно потеряв ее и пытаясь найти заново. Даже медведь, который казался у них главным, оторопел на мгновение, и тут же получил в застывшую на месте башку целых две ракеты подряд! Видимо, он и до этого уже прилично нахватался осколков, и это стало для него последней каплей — он заревел, встал на дыбы, размахивая лапами во все стороны и хлеща щупальцами, не замечая того, что попадает по своим же, и завалился назад, подминая под себя раненого гриндера, не успевшего отпрянуть.

Вот оно. Лучший момент для атаки. Самый опасный противник выведен из строя, а значит, устранив сейчас Динару, я буду иметь дело только с теми, с кем и так уже насобачился справляться.

— Дом, насколько «Бандит» мощнее «Гремучника»? — спросил я, поднимая винтовку к плечу.

— Прилично. — недовольно, будто через силу, буркнул Бадабум. — «Бандит» это же пушка за пятьсот, а «Гремучник» — за двести. Только не думай, что у тебя получится так же легко сбить щит Динаре, как его сбили тебе возле ангара. Тогда была твоя собственная ошибка.

— Есть такое. — не стал спорить я. — Но она тоже человек. И тоже делает ошибки.

И я выжал спуск.

«Бандит» задергался в руках, как припадочный, ствол повело в сторону, и я, неготовый к такой отдаче, едва удержал его на цели…

Но оказалось, что никакой цели уже нет. Как только первые две пули ударили в щит Динары, она снова резко, даже не оборачиваясь, рванулась вперед, ускоряясь, и прямо над головами тварей перелетела на другой камень! А еще через мгновение вскинула левую руку, из которой вырвалось что-то маленькое и серебристое, на мгновение обернулась, за одно мгновение безошибочно нашла меня взглядом…

И исчезла.