То, что прилетело мне в спину, точно не было местной тварью. Ну, или это была тварь ростом с человека и, что более характерно — весом тоже, потому что толкнуло меня так, словно в меня врезался именно человек.

Ну а если что-то ощущается как человек и находится в месте, которое уже притянуло одного человека, то скорее всего это тоже человек.

Я резко развернулся, отводя в сторону руки противника с оружием, и одновременно — втыкая «Гремучник» прямо в его щит.

И только сверкнувшая рядом молния, что высветила лицо квестора, не позволила мне спустить курок моментально.

Квестором оказалась девушка. И не просто девушка, а та самая девушка, которую я всего лишь несколько часов назад спас от неминуемой смерти!

Да-да, та самая раненая ножом, которую мы с Бадабумом искали по кровавым следам, которую я перевязывал жалкими остатками одежды.

Та самая, из-за которой я, собственно, вообще выбрался тогда из комнаты.

На мгновение мне даже показалось, что я обознался — слишком невероятным казалось, что человек, еще несколько часов назад валявшийся с серьезной колотой раной живота, способен даже просто банально ходить, не говоря уже о том, чтобы танцевать между всполохами красных молний в попытках ухватить очередной кусок бестелесного материала.

Но мне хватило всего одной секунды, чтобы убедиться, что это именно она. Слишком уж специфическая у нее внешность, такую ни с кем не спутать. Да, на станции «Нова Квест» много про кого можно сказать «специфическая внешность», но эта девушка выделялась даже среди них. По крайней мере, до встречи с ней я еще не встречал ни единого существа женского пола, кто осмелился бы стричься практически налысо.

А она, кстати, ничего. На лицо, в смысле, ничего. Прическу бы ей поменять, конечно, не идет она ей, но в остальном — вполне милое личико. Большие, густо подведенные глаза, ровный прямой нос, пухлые губы, огромные сережки в ушах, такие большие, что их аж ветер трепал…

И она меня узнала тоже.

— Ты-ы-ы… — выдохнула она, пораженно открыв рот.

Она даже не пыталась вернуть контроль над своим забавным коротким оружием, раскрашенным как оса — в желтый и черный. Я отвел своей рукой его далеко в сторону, и сейчас при всем желании она не смогла бы нанести мне никакого урона. Разве что ногой или кулаком ударить.

Но она даже не пыталась.

И я не пытался тоже. Трофейный «Гремучник» уперся ей под ребра — практически в то же самое место, куда ее ударили ножом, палец лежал на спуске, а щит девушку отчетливо осыпался желтыми искрами там, где в него попадала пыль, и, пожалуй, я мог бы легко за одну короткую очередь сдуть его до нуля…

Но я не стрелял.

Потому что видел, что земля под нами стремительно наливалась красным, готовясь впитать новую молнию.

А у меня, как и девушки, от силы половина щита успела восстановиться! И нет никаких гарантий, что молния ударит в нее, а не в меня!

Или в нас обоих…

Я ничего не ответил девушке. Просто дернул ее к себе, обнял и прижал как можно крепче, чтобы единственное, что осталось разделять наши тела — это наши щиты.

Треськ!

Ярко-красная вспышка на мгновение ослепила меня, но даже когда глаза снова обрели способность видеть, краснота никуда не исчезла. Она просто равномерно распределилась вокруг меня и осталась висеть в воздухе тонкой пленкой, непрозрачно намекая на то, что если я продолжу в том же духе, ГГ не заставит себя ждать.

— Состояние щита критическое. — кит решил подтвердить очевидное. — Рекомендую найти укрытие.

У девушки ситуация была ничуть не лучше — ее щит тоже опасно покраснел и наверняка кит ей говорил сейчас то же самое, что говорил мне.

— О, а ты времени даром не теряешь! — саркастично хмыкнула девушка, с вызовом глядя мне в глаза.

— В ГГ хочешь? — серьезно спросил я.

— Предложение заманчивое, но предпочла бы отказаться.

— Тогда выбираемся вместе. — велел я, слегка отстраняя ее от себя. — Держись максимально близко. Не беги. Если видим молнию, прыгаем вперед, не назад. Все поняла?

— Да. — она моментально переключилась в серьезный режим. — А ты не боишься…

— Хватит болтать и шевели ногами! — велел я, и первым сделал шаг, потянув ее за собой за руку.

Но перед этим не забыл, конечно же, прихватить появившийся на нашем месте кусок штормового стекла, который буквально умолял, чтобы его не оставляли на месте.

Штормовое стекло — 150\200 (04:30)

Как и я сказал, мы не бежали. Мы шли быстрым шагом, держась за руки и внимательно глядя, куда наступаем. Уже стало очевидно (мне, а девушка, может, и так знала), что твари предпочитают не лезть в мини-ШТОРМ, и опасаться здесь некого. Поэтому мы держали оружие на отлете, одновременно и демонстрируя друг другу, что не собираемся стрелять, и дополнительно удерживая равновесие.

А ШТОРМ даже и не думал спадать, даже наоборот — с каждой минутой он становился все сильнее и сильнее! Ветру уже некуда стало усиливаться, поэтому стихия принялась за молнии. Они стали бить чуть ли не вдвое чаще, чем до этого, а радиус красных пятен, оповещающих о скором ударе, увеличился в три раза! Сейчас мы легко попадали в него даже не прижимаясь друг к другу, а прямо так, идея рядом и держась за руки!

Зато и куски штормового стекла, что вздымались в воздух от ударов этих молний, в несколько раз превышали размеры даже того, что я до этого считал большим!

Вот только отвлекаться на их сбор сейчас было так же безопасно, как танцевать ламбаду на минном поле. Причем вдвоем.

А ведь наши щиты только-только начали восстанавливать целостность, и еще даже до середины не доползли!

Девушка начала слегка ускоряться, явно даже не замечая этого, рефлекторно, пытаясь выбраться из этого хаоса как можно скорее, поэтому пришлось дернуть ее за руку, слегка осаживая, чтобы не торопилась. Она охнула, неловко шагнула, и чуть не угодила под еще одну молнию, ударившую справа.

Не угодила. Просияла, когда увидела вспучившуюся каплю штормового стекла, и тут же ее схватила прямо на ходу.

Щиты восстановились уже полностью, и тут же, будто только и ждала, земля под нашими ногами резко покраснела и вспучилась, предвещая удар. Девушка уже напряглась, чтобы прыгнуть вперед, как я ей и велел — молодец, исполнительная, все правильно делает. Но даже несмотря на это, я все равно дернул ее за руку, сбивая прыжок еще до его начала. Дернул, развернул к себе лицом и снова облапил, как в самый первый раз.

Треськ!

Кажется, в этот раз до удара молнии прошло даже меньше времени, чем раньше…

Да и бить они стали куда как сильнее! Щит перезарядился уже полностью, а все равно скатился до середины! И это при том, что мы опять разделили урон пополам, то есть у девушки должно было произойти то же самое! То есть, если бы я словил эту молнию в одиночку, то либо лишился бы щита вовсе, либо остался бы с жалкими крохами!

— В чем дело? — девушка дернулась в моих руках. — Ты же сам сказал прыгать вперед!

— Это было до того, как мы оказались на самом краю пятна, которое стало в три раза больше. — ответил я, отпуская ее. — Реальность вносит свои коррективы, понимаешь ли.

Вздыбившийся перед нами кусок штормового стекла забрал я. Девушка посмотрела на это с недовольством, но ничего не сказала — понимала, что это как минимум честно, ведь предыдущую добычу захапала она.

Штормовое стекло — 200\350 (04:02)

Вот это я понимаю, сразу пятьдесят! Значит, мне не показалось, и куски действительно стали больше в размере, а значит и в ценности тоже прибавили! Теперь понятно, почему девушка так улыбалась, когда схватила предыдущую каплю!

Это даже логично, если подумать — высокий риск равно высокая награда…

Вот только я ни за какие коврижки не соглашусь собирать еще полторы сотни единиц штормового стекла в этом аду, чтобы закрыть еще один уровень контракта! Мертвецам деньги не нужны, а вот с теми, кто оказывается в ГГ, это не работает — они денег еще и должны остаются за свое спасение!

— Вперед! — скомандовал я, и мы снова пошли вперед все тем же быстрым шагом, но не бегом, внимательно глядя одним глазом под ноги, а другим — на показатели щитов.

Надо будет узнать, какой гений вообще придумал это изобретение — щиты, и поставить ему выпивку. Например, в баре Ри. Просто потрясающее изобретение, даже не представляю, как вообще можно было бы исследовать Афину без него, это даже звучит абсурдно! Как вообще самые первые квесторы обходились без этого изобретения? Надо будет спросить у Бадабума, он вроде помнит те далекие времена…

А еще надо будет поставить выпивку изобретателю технологии телепортации, которая позволяет получать не таскать с собой центнер боекомплекта, а получать его прямо по необходимости.

А еще — изобретателю кита в целом как технологии.

А еще…

Нет, пожалуй, никому я не буду ставить выпивку, а то разорюсь… А я ведь пока еще даже ничего не заработал, мне даже разоряться нечем! Все деньги на моем счету это пока что всего лишь цифры, никак не оформленные документально и не существующие в данный момент для платежной системы…

Да и те пока что зависли где-то посередине между станцией и мной…

— Вперед! — рявкнул я, и мы синхронно прыгнули, уворачиваясь от нового удара молнии. Девушка обернулась на ходу взглянуть на каплю штормового стекла, но я дернул ее за руку, заставляя сделать лишний шаг, а потом и вовсе толкнул обеими руками, и прыгнул следом…

И мы оба вывалились за границу мини-ШТОРМа.

И тут же все закончилось. Настойчиво треплющий ветер моментально улегся, исчезла пыль, пыль, заставляющая щиты непрерывно вспыхивать, как светомузыка на подпольном рейве, исчезла, и, конечно же, самое главное — прекратили бить молнии. Четко очерченная граница в нескольких сантиметрах от нас, как стенка перевернутого стеклянного стакана, отсекала все неприятные факторы, оставляя их внутри и не выпуская наружу.

Даже красные круги будущих молний, соприкасаясь с невидимой границей, просто теряли часть своей площади, словно ее отсекло несуществующими в реальности ножницами.

— Стекло! — девушка дернулась было обратно, и я ее отпустил:

— Если хочешь, иди. ГГ ждет.

Девушка остановилась в сантиметре от границы ШТОРМа и замялась:

— Ну… Наверное, ты прав. Я и так неплохо собрала.

Она обернулась и снова взглянула мне в глаза:

— Что теперь? Будем драться?

— Я здесь не для этого. — честно ответил я. — Мне всё это шоу ни в одно место не уперлось.

— Очень рада это слышать. — девушка серьезно кивнула. — Потому что я тоже тут не для этого. Я вообще сюда зарабатывать пришла.

— Поэтому и сунулась в ШТОРМ?

— Ну да. — она пожала плечами. — А еще он был близко. Кстати, как ты догадался, что урон разделится между нами?

— Я не догадывался. Я просто предположил. — я пожал плечами. — В конце концов, в самом плохом варианте мы бы просто оба вернулись на станцию в ГГ, правильно? Ну, или кто-то из нас, как минимум.

— «Просто». — фыркнула она. — Это совсем не так просто, как ты думаешь, дружок. Во-первых, это очень дорого, а во-вторых…

— Во-вторых? — я вопросительно поднял бровь.

— Мерзко. — неохотно произнесла она. — Очень мерзко. Как будто медузу вдыхаешь. Совсем не круто, в общем.

По ее перекошенному в гримасе отвращения лицу стало очень хорошо понятно, насколько именно это не круто. Скажем так, если бы мне кто-нибудь с таким лицом описывал вкус недавно попробованного в ресторане блюда, я бы сделал всё возможное не только для того, чтобы никогда в жизни не попасть в этот ресторан, но даже и покинуть планету, на которой он располагается, как можно скорее.

— И, кстати… — внезапно тон ее резко сменился, стал тише и глубже. — Я же не сказала тебе спасибо. А теперь ты, можно сказать, спас меня во второй раз. Так что дважды спасибо, получается.

Она даже глаза опустила и отвела взгляд в сторону, как будто боялась проиграть в гляделки.

В которые я и не собирался играть.

— Баш на баш. — ответил я. — Не я спас тебя, а мы спасли друг друга. Ну, в этот раз по крайней мере. А за то, что было на станции — ну, сочтемся как-нибудь, думаю. Какие наши годы. Ты лучше расскажи, как ты так быстро на ногах оказалась?

— С помощью Вилли, как еще. — усмехнулась она, и приподняла край белой майки без рукавов, демонстрируя свежий, еще розовый шрам на том месте, где совсем недавно была колотая рана. — Без нее это было бы невозможно. Она просто волшебница в том, что касается медицины, хотя и денег берет, конечно… Лучше не думать о суммах, в которые она оценивает свои услуги, в нулях запутаешься.

О как.

Сама того не понимая, девушка парой коротких фраз подняла сразу несколько интересных тем для размышления.

Первая — Вилли действительно настоящая волшебница в медицине, даже больше, чем я думал. До этого мне казалось, что мои раны, с которыми я улетал с Афины тридцать лет назад невозможно вылечить в принципе. А теперь я узнаю, что она за несколько часов способна заделать дырку в человеке, проковыренную не самым коротким ножиком. На фоне этого заявления моя уверенность в предыдущем факте становится не такой уж и уверенной, особенно если вспомнить, что я понятия не имею, сколько именно времени со мной возилась медицинская волшебница — может, неделю? А то и две?

Правда это все меркло перед второй темой для размышления, намного более интересной и намного более… щекотливой.

Если медицинские услуги Вилли действительно так дороги, как рассказывает эта девушка, то кто заплатил за мое оживление? Ответ очевиден — Бадабум.

Но вот зачем он это сделал?.. Угостить ничего не понимающего новичка хот-догом — это мелочи, даже комнату освободившуюся ему предоставить во временное пользование — мелочи. Но вот Вилли…

Я мысленно поставил в памяти зарубку обязательно разобраться с мотивацией Доминика, а сам перевел взгляд обратно на девушку:

— Ладно, расходимся. Время — деньги, причем буквально.

— Точно. — широко улыбнулась девушка. — Остался всего час, надо еще кучу всего сделать.

Как час?

Я быстро прикинул в голове все прошедшие события, сложил их продолжительность и с неудовольствием вынужден был признать — да, действительно, прошел уже почти целый час. Ничего не скажешь — время летит просто незаметно, когда ты прыгаешь из пылающего костра в ледяную прорубь, а из нее выныриваешь в бочку с кислотой.

Я бросил короткий взгляд на счетчик контракта на штормовое стекло, он отмерял последние секунды существования мини-ШТОРМа. И, когда цифры сменились на нули, он просто исчез. Пропал, как будто перевернутый стакан исчез вместе со всем его содержимым.

И, конечно, со штормовым стеклом тоже, что обидно. Всерьез я, разумеется, не верил, что оно останется на своих местах, позволяя за пять минут набрать миллион медалек, но помечтать-то можно!

— Самое время. — с удовольствием произнесла девушка, подняла руку и помахала мне. — Ну, я побежала! Удачи тебе, дружок! И не стреляй мне в спину!

— И тебе удачи, подружка! — я тоже не сдержал улыбки. — Беги со всех ног!

И она развернулась и действительно побежала со всех ног. Легко и непринужденно разогналась до весьма приличной скорости, а потом резко подпрыгнула. Раздался уже знакомый сочный щелчок двойного прыжка «Кузнечика», за девушкой протянулся легкий фиолетовый шлейф, и она понеслась вперед еще быстрее, как будто этот нехитрый маневр придал ей скорости!

Я понаблюдал за ней, пока она не скрылась за ближайшим холмом, а потом открыл карту и с удовольствием убедился, что все обозначения на ней вернулись на свои места.

А еще через мгновение в ухе раздался голос Бадабума:

— А ты, я смотрю, времени зря не теряешь, уже друзей начал заводить!