Фонтан брызг взлетел выше моей головы, и вместе с водой болото извергло из себя сразу трех тварей. Они вылетели на сушу, как сбившиеся с курса торпеды, плюхнулись на траву и прокатились по ней добрых три метра на скользких чешуйчатых животах. Внешне они напоминали крокодилов, но с очень длинными ногами, направленными вниз, как у собаки, а не расставленными в стороны, как у всех уважающих себя крокодилов. А еще их хвосты были больше похожи на плоские широкие лопаты, нежели на длинный гибкий хлыст.

Но вот что осталось неизменным — так это полные острых зубов длинные узкие пасти, и злые глаза с вертикальными щелочками, моментально поймавшие мою фигуру будто в прицел.

— Дом, что за твари похожи на крокодилов, но с плоскими хвостами? — спросил я, поднимая пистолет к груди.

— Лонеры! — моментально сориентировался тот. — Чешуя очень прочная, из пистолета хрен пробьешь! Целься в голову, желательно в основание черепа, а еще хвост очень уязвим, в нем много болевых рецепторов!

Дослушать его не получилось — лонеры пошли в атаку. Атаковали они так же несуразно, как и выглядели — резко вскочили на свои длинные ноги и побежали ко мне. Но, едва только я вскинул пистолет и поймал одного из них на прицел, как все трое разом упали на животы, вытянув лапы вдоль тела, и проскользили так метра три! Из-за этого два моих выстрела прошли мимо, а как только я скорректировал прицел, опусти ствол почти в землю, они снова вскочили на ноги! И снова два выстрела прошли мимо, лишь один, кажется, попал в лапу лонера, что его даже не замедлило!

Они как будто специально уворачиваются!

Лонеры опять упали на животы, скользя вперед, и снова вскочили на лапы, разгоняясь. Нет, они это делали не специально — это у них просто такой способ передвижения по суше! Не сильно быстрый, но крайне эффективный — попробуй прицелься в эти постоянно прыгающие по вертикали туши!

Я и не пытался. Мне и не нужно. У меня есть отличное средство, которое лишит их этого прыгающего преимущества.

Лонеры бежали не сильно быстро, и чтобы добраться до меня, им понадобилось почти четыре секунды, но и я никуда не торопился. Как только ближайший лонер уже открыл пасть и потянулся к моей ноге, я подпрыгнул, убирая конечность из-под атаки, и взлетел, используя способность своего кита.

Лонер, у которого только что добыча исчезла прямо изо рта, удивленно поднял голову, но буквально на пятнадцать градусов — строение шеи не позволяло ему смотреть вверх, для этого ему пришлось бы перевернуться на спину.

Он бы, может, и перевернулся, но я ему не позволил — завис над ним, прицелился прямо в основание черепа, как Бадабум и советовал, и аккуратно, неторопливо вывел пистолет от груди. Плотный хват, ровная мушка, плавная тяга спускового крючка…

Пистолет дважды коротко дернулся в руках, исправно выбрасывая пустые гильзы, а из шеи лонера подо мной вырвались два коротких фонтанчика синей жидкости — похоже, кровь у них такая же странная, как и они сами целиком. Крокодил-мутант резко потерял ко мне интерес, и осел на пузо, как будто снова пытался прокатиться на нем по земле, да забыл взять разгон.

Две других твари не накинулись на павшего собрата, как я ожидал, а напротив — резко изменили тактику и кинулись в разные стороны, размывая мое внимание и заставляя следить то за одним, то за другим. Пока я в воздухе, сделать они мне ничего не смогут, но и висеть тут постоянно я не могу — столбик, показывающий количества свободной энергии, стремительно тает и уже почти истощился!

Фиксируем — полет «Мотылька» работает примерно пять секунд, при этом неважно — висишь ты или на всех парах летишь в небеса, энергии тратится одинаково.

Сфокусировавшись на одном из лонеров, я резко пошел на снижение, и тварь обрадованно остановилась на месте, задрав, насколько получилось, оскаленную морду — видимо, решила, что добыча сама летит в пасть!

Не тут-то было! Я специально рассчитал траекторию так, чтобы приземлиться сзади твари, и рассчитал почти идеально!

Разница была лишь в том, что вместо того, чтобы приземлиться рядом с хвостом, я упал прямо на него.

Громкий хлопок — и вокруг меня в воздух взлетели клочки вырванной с корнем из земли травы! Как будто я приземлился на какую-то мину, и она сработала, почему-то не задев при этом меня!

Зато лонера еще как задело. Я приземлился на его хвост всего лишь одной ногой, но ему хватило — он моментально рванулся вперед и заверещал от боли.

Ну, по крайней мере, я думаю, что это были визги боли. Потому что, говоря откровенно, больше всего это было похоже на короткие резкие взвизги аварийной сигнализации, сообщающей о том, что какой-то из отсеков космической станции разгерметизировался!

Лонер стремительно завернулся сам по себя, сворачиваясь клубочком и пытаясь дотянуться до моей ноги оскаленной пастью, и так быстро он это сделал, что я даже не успел среагировать! Один момент — и его зубы сомкнулись на моей ноге!

Я машинально напрягся, готовясь побороть, заглушить боль, но боли не было. Зубы лонера остановились в миллиметре от моих штанов, наткнувшись на тончайшую голубую пленку, а в самом низу моего поля зрения моментально появилась и тут же на четверть уменьшилась такая же голубая полоска.

Что ж, теперь я знаю, как выглядит показатель целостности моего щита.

И сам щит тоже.

Лонер предпринял еще одну попытку прокусить мой щит, и целостность упала еще на четверть, а я, не теряя времени даром, практически воткнул пистолет ему в основание черепа и дважды спустил курок!

Лонер дернулся, ловя пули уязвимым местом, и затих, разжав пасть, а я резко обернулся в поисках третьей твари.

И обнаружил, что она уже на всех парах мчится ко мне. И не так мчится, как до этого — скользя на пузе по траве, а свернулась клубком, как предыдущий лонер, и катится на меня, как хренов таран! Да еще и в три раза быстрее, чем перемещался на ногах!

Бадабум что-то орал в гарнитуре, но я не слушал. У меня сейчас была другая задача — избежать этой атаки, которая неизвестно сколько щита у меня отберет, если попадет!

Энергия полета еще не до конца восстановилась, но мне много и не надо. Лонер уже через секунду врежется в меня, а значит мне нужна всего секунда — и я подпрыгнул, подтягивая ноги и зависая в воздухе на смешной высоте!

Смешная или нет, но ее хватило, чтобы лонер прошел подо мной, чуть не чиркнув по подошвам ботинок, прокатился еще добрых три метра, и врезался в какое-то низкорослое, но толстое деревце с оранжевыми листьями…

И деревце от этого удара просто разлетелось в щепки! Середина, в которую врезался лонер, просто перестала существовать, рассыпавшись по всей округе, а верхушка подломилась и начала падать — жаль, что не на лонера, а в противоположную сторону!

Энергия иссякла на пол-секунды раньше, чем я успел применить удар «Мотылька», и меня потянуло вниз, к земле. Инстинктивно я подобрался, и это оказалось очень кстати — приземление вышло чувствительным, вовсе не как в первый раз. Получается, что без энергии кит не способен защитить меня от неприятных последствий падения с высоты, и хорошо, что я выяснил это сейчас, а не после того как прыгнул с какой-нибудь скалы, надеясь на инопланетные технологии!

Лонер, врезавшийся в дерево, после удара раскрылся и сейчас лежал на спине, молотя лапами по воздуху, как будто не мог встать. Я даже успел прицелиться в пузо, чешуя на котором явно была светлее, чем на спине, что намекало на то, что она тоньше, но выстрелить не успел. За мгновение до того, как пуля вылетела из ствола, лонер перевернулся, умудрившись зацепиться лапой за оставшийся от дерева пенек.

Даже представить страшно сколько бы щита у меня отняла эта атака, если бы я не увернулся! Почему-то кажется, что я бы легко мог познакомиться с ГГ после такого!

Лонер перевернулся, но к сожалению для него перевернулся в неприятное для него положение — хвостом ко мне. Поэтому я, уже не тормозя, прицелился ему в заднюю часть плоской головы и дважды спустил курок.

Лапы лонера снова расслабились, и он плюхнулся на пузо — на сей раз уже точно дохлый.

— Получен позитивный опыт. — сообщил мне кит то ли действительно довольным голосом, то ли мне просто показалось, что он такой. — Пятнадцать единиц. Получены кредиты. Пятнадцать единиц.

— Ого, за это тоже платят? — вслух удивился я, непонятно к кому обращаясь.

— Да, но мало. — тут же отреагировал Бадабум, которые последние несколько секунд подозрительно молчал. — «Баргет» платит за любую фиксацию уничтожения любой твари, но чем тварь лучше изучена — тем меньше платят. Лонеры изучены хорошо. Да и вообще почти все изучены хорошо, так что строить стратегию только на убийстве животных — затея так себе. Кстати, отличный ход с прыжком вверх — я оценил!

— А ты что, видел?

— Конечно. Это же шоу — ты забыл? Кит каждого квестора транслирует картинку на станцию и любой желающий может подключиться и наблюдать за тем, как он приключается.

— И ты, значит, сейчас за мной наблюдаешь?

— Ну а как же. С самого момента высадки на планету, как только кит заработал в полной мере. Но ты не переживай, я за тобой один слежу — ты еще слишком мало известен, чтобы у тебя появились какие-то фанаты.

— Понятно. — я усмехнулся и нажал на кнопку выброса магазина в пистолете.

— Кстати, забыл сказать — ты очень круто отработал этих тварей. Прямо профессионал, даже магазина не потратил.

— Это странно? — немного удивился я.

— Скорее непривычно. Я уже видал стрелков такого уровня — в основном, из бывших наемников, — но буквально пару раз. Большинство квесторов палят в белый свет как в кредитик, как будто вообще пистолет в первый раз в жизни видят. А уж о том, чтобы их в симуляторе застать с пистолетом — это вообще нонсенс, от начального оружия все всегда стараются избавиться как можно быстрее. Девятнадцать из двадцати квесторов на станции два-три магазина бы расстреляли, прежде чем положил трех лонеров. А то и не положили бы вообще.

Я усмехнулся и ничего не ответил — все и так и было очевидно, Бадабум сам все сказал. Никто не тренируется с пистолетами, все пытаются от пистолетов избавиться. Никто не умеет правильно его держать, правильно выносить, правильно обрабатывать спуск. Всегда проще уткнуть в плечо длинную кочергу, превратив ее в продолжение собственного тела, направить ее в сторону противника, и зажать спуск. Авось что-нибудь да попадет.

Я пошарил по поясу и нашел новый в одном из жестких пластиковых подсумков. Удивительно, но он даже ему был по размеру, что вызывало ряд вопросов, самый первый из которых — как в этот крошечный подсумок будет помещаться магазин для автомата, когда я им обзаведусь?

Решив отложить его до тех пор, пока не обзаведусь, я перезарядил пистолет, и еще раз осмотрелся. Позавтракать мною больше никто не собирался, а значит и время больше терять тоже не резон, поэтому я поднял левую руку и открыл карту.

За то время, что мы прыгали и скакали с лонерами, я слегка сдвинулся от капсулы, и это отразилось на карте — чернота чуть отступила, открывая буквально миллиметр нового пространства. Но этого миллиметра хватило, чтобы на нем появился новый значок, которого не было раньше — очень схематично изображенный голубой кристалл.

— Афинит. — тут же отреагировал Бадабум. — Я же говорил, что он всегда есть рядом. Двигай туда, если хочешь. Там дальше по-любому что-то еще зацепишь.

Не то чтобы я действительно хотел добывать афинит, но посмотреть, что он из себя представляет, было, конечно, интересно. Поэтому я еще раз сверился с картой, повернулся в ту сторону, где находилась ближайшая жила, и потопал вперед.

Оказалось, что земля тут, несмотря на болотистый вид, была достаточно твердой для того, чтобы спокойно идти по ней, не боясь провалиться. Если бы не этот факт, даже не представляю, как бы я применял удар «Мотылька» — ушел бы в трясину по самую макушку, вот смеху-то было бы!

Единственное, чего я избегал — это лакуны воды, попадающиеся тут и там. Каждое такое озерцо было своего цвета, и из каждого из них в любой момент могла выпрыгнуть новая парочка лонеров или еще кто похуже — квакеры или как там Бадабум говорил?

Интересно, как выглядит тварь с названием квакер?

Нет, не интересно.

На ходу я обернулся, чтобы посмотреть, что находится за спиной, но быстро понял, что там, в общем-то, ничего и нет. Островок, на который приземлился я, был почти что самым крайним — за ним я насчитал только еще три. Совсем уже крошечных, даже меньше, чем озерца разноцветной воды, окружающие их.

А еще дальше эти озерца сливались воедино в одну циановую водную гладь, раскинувшуюся по всей линии горизонта, от края до края, и ограниченную лишь сплошной черной вертикальной стеной клубящегося дыма, в котором то и дело угрожающе сверкало красным.

Получается, болото, на котором я приземлился — это такое побережье между местным океаном (или морем, как минимум) и континентом. При этом самого моря тут практически и нет — до стены ШТОРМа, отсекающей водную гладь как ножом, метров двести, не больше. Даже если найдешь какое-то плавсредство — плыть банально некуда.

На море я больше не оборачивался — там не на что смотреть. Смотрел я только себе под ноги, чтобы не споткнуться ни о какие корни, и вперед, конечно, тоже смотрел. Туда, где болотистая флора довольно резко, без какого-либо перехода, сменялась на лесную. Огромные одиночные цветы, похожие на диковинные вазы, и низкорослые кустарники сменились высокими раскидистыми деревьями, кроны которых местами переплетались так густо, что по ветвям можно было перемещаться, как по балкончикам, если постараться.

И при этом растительная жизнь продолжала негласное соревнование на самый ядовитый и вырвиглазный цвет. Циан и охра уже перестали быть чемпионами, потому что переплетения крон у меня над головой порождали какие-то совсем уж неописуемые оттенки. Свисающие петли лиан мешали нормально продвигаться, из-под ног постоянно прыскала какая-то мелкая живность, даже не предпринимающая попыток атаковать, а корни, торчащие из земли, то и дело цеплялись за ботинки — им щит явно никак не мешал.

Я продвигался вперед быстро, но осторожно — держа пистолет в обеих руках и внимательно прислушиваясь ко всему происходящему. Один раз где-то далеко, среди деревьев, мелькнула парочка приземистых силуэтов, но я, мгновение подумав, не стал рваться им навстречу. Сейчас у меня есть цель, и это не «воевать с новыми тварями».

Через три минуты я вышел на небольшую полянку, и обнаружил искомое. Возле одного из деревьев, таких толстых, что я бы не обхватил руками при всем желании, прямо из земли торчало несколько кристаллов, как будто кто-то собрал из них букет и попытался его посадить в грунт. Цвета они были точно такого же, как и на карте, только не блестящие, как я ожидал, а матовые, какие-то поцарапанные и вообще не выглядящие как безальтернативный источник энергии.

— Отлично, нашел. — снова прорезался в наушнике Бадабум, который последние несколько минут молчал. — Маленькая жила, на сотню, но надо же с чего-то начинать. Теперь коснись пряжки на своем поясе.

Я сделал, как он сказал, и внимательно посмотрел на пальцы — на них остался тонкий, почти прозрачный, кругляш диаметром в пару сантиметров. Я поднял его, чтобы посмотреть на свет, насколько позволяли переплетенные над головой кроны, и оказалось, что внутри кругляша проложены едва заметные дорожки, как на печатной плате.

— Налепи на кристалл. — велел Бадабум. — И не подходи сильно близко.

Я приложил кругляш к афиниту, и он послушно прилип к нему, будто только этого и ждал. Я сделал шаг назад и быстро осмотрелся, ожидая какого-то эффекта.

Но никакого эффекта не было. Вообще ничего не менялось.

— Ну и? — спросил я в гарнитуру.

— Жди. Еще пять секунд. — Ответил Бадабум. — Четыре. Три. Два. Один. Принимай посылку.

«Посылка» с грохотом пробила разноцветную растительную крышу у меня над головой и рухнула прямо на кристалл! Пышущая жаром, грохочущая, высотой с меня и шириной с двух меня, она, казалось, полностью разнесла драгоценную жилу, но, присмотревшись, я понял, что этот сложный механический куб просто упал сверху и наделся на месторождение, как перчатка!

А потом из него выдвинулись и уперлись в грунт ноги, выравнивая всю эту хреновину, и она загудела и задрожала, как будто внутри нее что-то происходило!

— Все, установка работает. — пояснил Бадабум. — Теперь готовься ее защищать. Вибрация и звук привлекают тварей.

— Каких? — спросил я, замечая краем глаза как земля неподалеку от установки вспучивается в трех местах… Нет, в четырех! Вспучивается, и из этих холмиков вылезают сразу четыре невысоких, мне по колено, но длинных и довольно неприятных на вид тварей!

— А вот этих самых. — философски заметил Бадабум. — Спиттер, два байтера и рочер. Не лучший расклад, конечно, но ты не переживай. В конце концов, в самом плохом случае ты просто вернешься на станцию в ГГ.