Первое что меня реально удивило после возвращения из длительной комы — отсутствие сна. Я перестал спать в принципе, исчезла сонливость и чувство бодрости никогда меня не покидало. Поэтому у меня появилось довольно много свободного времени, которое я тратил… на тренировки. Да, банально, но а чего вы ещё ждёте от такого солдата, как я?

Удар за ударом приходился прямо по стволу дерева, в лесу рядом с нашей не очень-то и секретной базой. Боли я не чувствовал, кожа стала прочнее, как и кости. Мышцы находились в лучшем тонусе. Каким-то героем из комиксов я не стал, чудо-сыворотку мне не ввели, однако эксперименты фон Грайма действительно вывели меня на другой уровень. Но какой ценой?

После очередного удара, когда в разные стороны полетела уже не только кора дерева, но и кровь, я остановился. Несмотря на осеннее похолодание, бегал я с оголённым торсом. Так что все жуткие шрамы можно было увидеть невооруженным взглядом. У меня были очень серьёзные ранения, буквально сквозные. Сломанные рёбра, разорванные осколками ключицы, банально оторванная нога…

Я должен был умереть, но смерть нынче стала непозволительной роскошью.

— Лебедь-Лебедь… — тяжело выдохнув произнёс я, переведя руку на медальон, что висел на груди. — Рак и щука.

Его слова про лучших солдат до сих пор звучали в голове. Я знал этого человека слишком хорошо. И его мнение о том, как появляются идеальные солдаты… оно было известно всем. Лучший солдат получается из того, кто уходя из дома ещё и не мыслил о войне, а вернувшись обнаружил на месте своего дома воронку, в которой исчезли его жена, дети, родители — вся семья. Потому что тот, кто это переживёт, уже не будет человеком. Он будет волком, который будет жить лишь местью и поэтому будет жить долго, проливая кровь и вцепляясь в глотку врага, стремясь лишь к тому, чтобы убить как можно больше и плевать на цену.

Воронка нынче стала плазменной, а врагом стали пришельцы. И скоро таких идеальных солдат доставят ко мне. Нет, это не значило, что все они лишились семей. Всё же в подборе добровольцев слишком много критериев, в том числе не совсем очевидных и связанных с новыми реалиями новой войны против пришельцев, которые используют даже псиоников. Однако вне сомнений — они будут покрыты такими же шрамами и речь не о следах от пуль да осколков стали.

С силой ударив ногой по дереву и заставив листья осыпаться, я спокойно вернулся в стойку. Протез оказался совершенным, не таким как у инвалидов вернувшихся с войны. Он был буквально частью моей ноги и в чём-то даже лучше, чем моя родная конечность. В прочности протез уж точно фору давал.

Развернувшись я продолжил пробежку. Солнце уже вставало, значит скоро приедут новые добровольцы. Бывшие ветераны, что были на войне, как и я, спецназовцы идущие первыми на террористов, силовики или кто-то вообще не связанный с ратным делом даже косвенно. Я уже ознакомился с личными делами и вне зависимости от их прошлого знал одно — они действительно будут надёжными соратниками, а может и товарищами мне станут.

— Пусть и на краткий срок, — закончив пробежку рядом с нашей базой, себе под нос произнёс я. — После всего пережитого… сколько я ещё проживу? Даже если пришельцы не убьют, так просто тело не выдержит уже.

Да, фон Грайм об этом мне говорил. Учёный будет считать успехом, если я проживу хотя бы год. Но я дал ему полный карт-бланш. Пусть даже тело моё развалиться через месяц, но если на протяжении этих тридцати дней я буду на пике своих сил, находясь в бою и принося пользу — этого мне вполне хватит.

К моменту когда я оказался на плацу, то там уже построились новобранцы. Напротив них стоял подполковник Дудило, который кратко вводил их в курс дела. В целом, многие действительно уже были с большим опытом, так что излишние формальности решено было опустить. Даже если кто-то из них не имел боевого опыта, то очков розовых всё равно не носил и прекрасно понимал зачем пришёл не только в ХСОМ, но и в отряд "Аврора".

— Полковник, — подполковник, седой мужчина за шестьдесят посмотрел на меня так, как не смотрел на генералов. — Передаю их вам.

Я ничего не ответил, только кивнул, а затем встал напротив строя. Одиннадцать человек. Мало? Да, мало. Но большего наша страна не могла пока что дать. Нужны были одновременно и подходящие по характеру, и по личности люди. Устойчивые к колоссальному стрессу, с высоким интеллектом, способные к критическому решению и быстроте принятия правильных решений. Так ещё и чтобы не слишком молодые были, но и не слишком старые, с генетикой хорошей, чтобы с физическими нагрузками всеми справиться.

Да уж, наверное отбор в космонавты не такой строгий, как отбор у Лебедя. Но он свято верил в то, что за отрядом "Аврора" будущее, что мы сможем стать всем тем, чем должен был стать ХСОМ. Примером и прецедентом, доказательством того, что главное в этой борьбе — люди, а не машины и не самолёты, и качества этих людей.

Довольно старомодная и ныне непопулярная точка зрения, особенно когда уже существуют рои дронов и "умные" снаряды с ракетами. И всё же именно сейчас все эти дорогие прототипы совершенных технологий были поставлены буквально раком ещё более современными инопланетными технологиями. Потому хоть я и был всегда реалистом, но был согласен с Лебедем — если и есть чем ответить Человечеству на эту угрозу, то это людьми, а не нашими "каменными топорами".

— На бумаге каждый из вас идеален. Но в теории всё всегда идеально, — говорил я, внимательно разглядывая каждого бойца.

Я знал их лица ещё до того как увидел. Знал их вес, рост, сухую массу. Кто и как сдал нормативы. Кто являлся снайпером и служил в разведке, а кто просто был членом ДОСААФ и в кого на самом деле лишь пару раз стреляли, да и то, даже не из артиллерии. Тем не менее отчётам я верил постольку поскольку.

— Начнём с теста не выносливость. Ваши противогазы в той коробке, — кивнул я, после чего принялся наблюдать.

Как меня зовут? Кто я такой? Заслуживаю ли доверия от них? Кажется в фильмах обычно командир должен доказывать свою важность, а бойцы притираться друг к другу. Вникать в личные проблемы и всякое такое. В конце наверное ещё надо учебную гранату бросить, чтобы проверить кто из них герой.

Но я так скажу — херня всё это. Пафосная и порой совершенно не нужная. Ведь человека ты узнаешь только в горах, а кто не понимает на что отсылка, то поясняю — в реальных испытаниях проявляются истинные черты, а в не показухе на плаце. Поэтому… чем жёстче спорт, чем крепче дружба. Слова оставим другим, а сами начнём притираться через первые трудности.

— Третий! — первый подошедший боец достал первый противогаз.

Не его размер. Но он не убрал его обратно, а просто протянул назад, назвав размер. Затем следующий, сделав тоже самое. Показательно. Эгоистов среди нас тоже не было, таких отсеивают сразу. И отсеялись на самом деле очень многие, даже ветераны, даже казалось бы лучшие спецы. Ведь многих взросли на том, что пословица "сам погибай, но товарища выручай" — тупая туфта, не применимая в современной жизни.

Наоборот же надо думать лишь о себе, о своей личной выгоде, да и весь мир же такой. Да, такой. Но только у тех, кто сам сформировал такое окружение и сам таким же является. Я таким не являлся, поэтому вокруг меня таких людей и не было. А если они появлялись… ха, ну, наверное не стоит объяснять почему такой человек не станет моим другом или другом моих друзей?

Мы сами выбираем кем быть. Мы сами выбираем с кем быть. А если повезёт, мы сможем сами выбрать за что отдать жизнь. В этом и заключается фундаментальная разница.

Марш-бросок в противогазах. Задохликов не было, но я изучал их предел на практике. Затем пошли спарринги. Рукопашный бой у некоторых проседал. Стрельба тоже местами не была идеальной. Но стрельбе можно научить. А как научить тому, что ты должен своим телом закрыть ребёнка в момент артиллерийского обстрела? Можно ли привить человеку как животному условный рефлекс, чтобы он не сдавался в плен, а подрывал себя и врага гранатой?

Нет, я не видел ни одного такого случая. Можно лишь показать важность, но если сам человек по характеру не подходит, то тут уже ничем не помочь. А характер формируется быстро и прочно, зачастую навечно, уже в подростковом возрасте на основе того, что подросток поглощает: блог очередного инфоцыгана или жадного блогера или книжку про подвиги защитников Отечества. Смотрит мультики с ЛГБТ пропагандой, потому что ему планшет швырнули и он сам в "тренды" залез, или он с утра зарядку делает и на отца, свой главный пример для подражания смотрит. Это важно.

Но многие этого не понимают. Большинство идёт по пути наименьшего сопротивления. А затем удивляются тому, кем их дети выросли. А они выросли такими же безотвественными, как и их родители, что этот планшет бросают, не уделяю чаду время.

И лишь единицы поддаются изменениям в зрелом возрасте, часть может переосмыслить свою жизнь после колоссального стресса. Но в основной своей массе все они останутся теми, кем являются по достижению совершеннолетия. Именно поэтому навыки стрельбы и выносливость не являлись определяющими факторами.

Ведь если ты мог подтянуться пять раз, то я научу тебя подтягиваться и все двадцать. Если ты можешь пробежать километров — пробежишь совсем скоро и все пять, в снаряге ещё. Но если ты не понимаешь чёртову пословицу "сам погибай, но товарища выручай" и она у тебя вызывает лишь усмешку, то тут я уже бессилен. Заставить смогу, но толку от этого не будет. Потому что наше дело не про "заставить".

Очень быстро, в процессе проверки физических показателей, я проверил и лидерские качества. Выделился бывший краповый берет. Метр девяносто, коренастый, мощная шея, широкие плечи. Крапового берета на нём сейчас не было, потому что он полз через грязь и подгонял товарищей. Постоянно оборачивался, держал темп, понимая что они единое целое.

Да, он мог добежать первым, но как бы, открою наверное для кого-то секрет, если ты без отряда первым в бой прибежишь, то просто первым и сдохнешь, как дебил. Ему не надо всё это объяснять, а хоть некоторые и отставали от него в плане физической подготовки и в том числе ментальной, но он сам станет для них примером и лидером. Из него получится отличный командир отделения или даже взвода, ведь и сам он был офицером, который всё равно предпочёл быть солдатом в ХСОМ. Тоже показательно.

Но пока что я мыслил в контексте именно взвода. Мне нужно было четыре командира отделения. Одного я уже нашёл.

— Отлично. Кажется бюрократы со своими бумажками хоть в раз в жизни не накосячили, — произнёс я уже на плацу, когда они все потные и грязные прошли все десять километров марша. — Теперь можно и познакомиться. Меня зовут Иванов Алексей Геннадьевич, позывной "Витязь". Фамильярничать не будем, мы не в армии и хоть ранги у нас разные, как и наше прошлое, но все мы в первую очередь солдаты. Я не ваш надзиратель, не ваш начальник, не ваш босс или кто-то там ещё. Я ваш командир. Я буду вести вас в бой и делать всё, чтобы мы выполнили задачу как можно эффективнее и желательно без потерь. И ко мне не надо обращаться на "вы". Сейчас я отвечу на ваши вопросы. По одному вопросу на человека. Спрашивайте всё, что хотите. Очередь определена вашим же строем.

Первым вышел как раз этот краповый берет, который этот строй и возглавлял.

— Ковалёв Михаил Викторович, позывной Гром, — представился он.

Как уже было сказано, выглядел Гром внушительно. Высокий, мускулистый, лицо суровое, острые черты и проницательные тёмные глаза. На лице уродливый шрам через левую левую бровь и дальше вдоль глаза и по щеке. Стрижка под ноль, если сейчас рядом взорвётся снаряд останется с тем же выражением лица.

По характеру — холодный, решительный, бескомпромиссный. Комбат. Был в реальных боях на той же войне, что и я. Ветеран спецназа. Такого можно заживо поджечь — даже не закричит. Просто спокойно спросит: какой приказ? С ним придётся тяжко, потому что подчиняться он будет только тому, кого сочтёт достойным. Пока что на моей стороне авторитет Лебедя, который его сюда и забрал. Однако Гром несомненно составит свою личную оценку.

— Как мы собираемся побеждать инопланетного врага? — прямо спросил Гром.

На данный момент каждая страна имела свои личные силовые структуры, которые как-то пытались бороться с инопланетной угрозой. Но подход там был примерно такой же, как у спецназа или вообще в армии. Никакой тонкости, крайне грубая работа, использование порой тяжёлой техники, потому что иначе уничтожать тех же мутонов не получалось.

Инопланетяне были просто во всём лучше нас и каждый бой — трагедия и позор. ХСОМ делал всё лучше, объединял опыт и технологии всего мира, но из-за постоянного соперничества первых стран у ХСОМ мало что получалось. В результате был резонный вопрос от Грома. Действительно, как вообще мы собираемся побеждать?

— О победе пока не идёт и речи, — прямо заявил я, не моргнув глазом и заставив брови нескольких бойцов поползти вверх: услышали не совсем то, что им говорили раньше. — Мы лишь сопротивляемся, отказываемся принимать уготовленную участь. Задача отряда "Аврора", частью которого вы возможно скоро станете, заключается не в стратегических победах, а в тактических. Успешные операции, демонстрация наших лучших сторон и возвращение надежды Человечеству. На данный момент никто в мире просто не верит в то, что мы сможем защитить наших граждан. Именно это в первую очередь мы и должны будем исправить. Дать людям хоть какое-то чувство защищённости. О победе, повторюсь, речи пока не идёт.

Гром кивнул, вернулся встрой. Честный ответ. Другого я бы и не дал. Гром это оценил, ведь был похож на меня куда сильнее, чем думал. После последовали другие вопросы. Все выходили и представляли, после озвучивали то, что их волновало в данный момент.

— Как бороться с псиониками? Я видел видео, они буквально проникают в разум. А ещё там есть громадины, которые словно танки и по броне, и бронебойности.

— Сектоиды, это самый распространённый тип пришельцев. Их всегда больше всего. Кроме того их внешняя схожесть явно указывает на то, что их выращивают как клонов. Поэтому их много. Поэтому на их броне экономят. Но их оружие пробивает бронежилеты почти насквозь, а сами они действительно обладают психическими способностями. Защититься от них можно только волей. Силой воли. Той же что останавливает вас от вредных привычек и неправильных выборов, — объяснял я, скрестив руки за спиной и глядя в их души. — Против мутонов на данный момент используется противотанковое вооружение. Ничего лучше пока придумать не удалось. Полный инструктаж вы получите позже. Но будет тяжело, даже тяжелее чем тем, кто в Первую Мировую впервые столкнулся на фронте с танками, а был снаряжён лишь винтовкой.

— Это правда, что вы умерли?

— Я находился в коме с ранениями не совместимых с нормальной жизнью и на самом деле жизнью в целом. Подключённый к множеству аппаратов я находился на грани смерти, но учёный фон Грайм не отпускал меня. У ХСОМ был экспериментальный проект во возвращению в строй раненых. Имплантация, протезирование, использование новых технологий и всего прочего. На мне испытали всё, даже больше. В результате смогли поставить на ноги. Однако за всё приходиться платить. Я постоянно принимают препараты, которые медленно убивают мои органы. Долго я не проживу. Это очень сильный удар по организму.

— Весь ваш отряд уничтожили, какие шансы у нас?

— Выше, чем раньше. Потому что у вас будет мой опыт и вероятно генерал Лебедь наконец-то заставит президентов поднять свои задницы и выделить нам лучшее экспериментальное снаряжение.

Одним за другим звучали вопросы. Вопросы были разными, как и бойцы. Кто-то как Гром смотрел наперёд и думал лишь о победе, а кто-то спрашивал о том, как выглядит эта война с пришельцами и война в принципе. Вопросов на самом деле было куда больше, но всё это я решил давать порционно. Так что после первых одиннадцати вопросов мы отправились на ещё одну тренировку.

Потребуется провести боевое слаживание, а также в целом поднять уровень отстающих бойцов. Вскоре наш взвод также доукомплектуют ещё и просто солдатами, потому что даже в двенадцать человек лететь на миссию с пришельцами было самоубийством. ХСОМ всегда проводит свои операции при поддержки национальных сил. Потому что надо будет как минимум оцепить горячую зону, как максимум — подвести танки, чтобы разнести на ошмётки боевую технику пришельцев.

Тем не менее первого октября был официально создан взвод "Аврора" и уже через неделю нас подняли по тревоге.

— Витебск. Замечена тарелка. Подбита и снижается.

Настал наш час и мой реванш. Посмотрим чего стоят в реальном бою бойцы Лебедя и насколько хорошо улучшил моё тело фон Грайм. Однако ситуация была куда лучше, чем на прошлом моём задании. И снарядили нас лучше, и техника более новая, даже последние СУшки выделили для прикрытия. Мне хотелось верить, что до мира начал доходить масштаб проблемы, ну или хотя бы до моей Родины.

— Полковник, смотрю время реакции у вас рекордное, — на мониторе командирского КПК я смотрел на генерала Лебедя. — Соболезную вашей утрате. Понимаю вашу боль о потере товарищей и поражении. Однако попрошу вас, полковник, не забывать, что вы идёте не за местью. Взвод "Аврора" не карательный отряд, хоть порой многим и кажется, что я отбираю отморозков. Вы надежда, полковник, надежда и вера в то, что остались ещё герои. И хоть жить вам осталось немного, но я знаю, что вы потратите отведённое время не на месть, а на спасение жизней. В том числе ваших товарищей, ведь вы совсем рано или просто рано, но уйдёте. И они будут вашей сменой. Так покажите им то, что сможет спасти Человечество, а не утопить его в крови. Жду от вас хороших вестей, полковник. И помните…

Весь Мир смотрит за вами.

* * *

(сектоид)

(мутон)