Порт в Анджюне был по настоящему колоссальным. В нем могло располагаться около двадцати четырех кораблей, это не считая дополнительной стоянки ниже по течению, где можно было подождать освобождения стояночного места, если вдруг они все заняты.

Это сильно меня позабавило, ведь обычно от северных земель принято отмахиваться в центральных и, особенно, в южных землях. Но вот, пожалуйста. Множество кораблей приходит сюда, на границу клановой территории, чтобы прикоснуться к торговле со Свободными Школами и варварами севера.

Иронично.

Но если отринуть в сторону мои мысленные насмешки, то подобная загруженность местного порта была одновременно и плюсом, и минусом.

Плюс в том, что было много разнообразных предложений, которые можно было сравнить и выбрать лучшее. Это реально приятно и я даже выбрал парочку действительно хороших кораблей, где можно было не только купить место, разно степени дешевизны, но даже временно наняться на непыльную работёнку. От предложений помогать в погрузке и выгрузки на каждой остановке, до очистки палубы или помощи на кухне. Лишние руки всегда были нужны. К тому же, некоторые капитаны по разным причинам просто симпатизировали путешественникам и были готовы взять их на борт дешевле или за символический труд.

Минус же был в том, что предложений было реально много, и часть из них находилось за городом, куда смотаться было нельзя. Настоящие муки выбора.

Так что я с чистой совестью бегал по порту до того момента, пока меня не нашел один из храмовых слуг и не напомнил об ужине у советника городского лорда.

Сделал он это правда ну очень глупо, просто сказал во весь голос, чем тут же привлек внимание всех людей вокруг.

Я застыл на месте, чувствуя, как десятки любопытных взглядов впиваются в мою спину. Какие слухи пойдут после этого по порту, где я уже успел примелькаться сложно даже представить. Зато про вариант, что можно будет получить место за работу точно можно будет забыть. Это безродному юноше в простой одежде могли предложить место работника. С человека, знакомого с самим советником городского лорда, можно взять плату чистым серебром.

Только Небо знает, чего мне стоило не накричать на этого дубоголового, что вот так вот без ума рот раскрывает. Но что сделано, того не вернешь.

Лично мне особо подготавливать к приёму у господина советника не нужно было. Из уроков Прекрасной Наставницы я помнил, что так как это меня пригласили, а не я пришел о чём-то просить, то никакого приветственного подарка подготавливать не нужно было. Красивой одежды у меня отродясь не было. Разве что омыть тело в бадье, после целого дня беготни по порту, да одеться в свежее, вот и все, что я мог сделать.

В храме уже ждал представительный мужчина, который и должен был меня сопроводить к господину советнику. Дворцовый комплекс был огромен и занимал места как целый отдельный квартал города. Помимо непосредственно дворца самого Лорда там было множество других зданий. Все их я даже не увидел, так как мы сразу после ворот свернули в сторону и вдоль стены пришли к богато украшенному домику, утопающему в цветущем жасмине.

После вечно цветущих слив в мире моего сна я даже не особо этому удивился, только потом вспомнив, что вообще-то для цветения жасмина сейчас не сезон, только самое начало лета. Хотя и тут не было ничего особенного, Инь Чи позволяет в достаточной мере управлять растениями, чтобы создавать невероятные яды, чудесные плоды, утоляющие голод на много дней или исцеляющие от ран, можно даже выращивать разумные растения.

Стоит ли удивляться, что у местного лорда нашелся кто-то, кто смог заставить жасмин цвести раньше времени, или даже вырастил вечно цветущий куст?

Помимо жасмина, что уже обладал сильным запахом, принимающая сторона также зачем то поставила жаровни с сандаловой шепой. В итоге аромат вокруг домика стоял такой, что аж голова разболелась. Причем не только у меня, судя по всему, так как Хули Цзин поморщилась, чихнула, а после дернула хвостом, явно применив какую-то технику. По крайней мере после этого я перестал ощущать этот навязчивый запах, от которого остался лишь едва уловимый, приятный аромат.

Мы вошли внутрь, и меня провели в просторную и уютную гостиную. Интерьер был выдержан в спокойных тонах, что приятно контрастировало с яркой вычурностью фасада. Воздух внутри был чист и свеж, без намека на удушливую смесь ароматов с улицы.

И это было очень странно.

Ни за что не поверю, что местные аристо страдают настолько сильной безвкусицей, что пытаются наслаждаться удушающим ароматом, что встретил меня у дома. Банально тот факт, что этой вони не дают проникнуть внутрь, уже говорит о том, что им комфортно без него. Да и разница внешнего фасада с внутренним убранством тоже вызывает множество вопросов. Первый из который: зачем это всё?

Жаль только, что напрямую спрашивать это было бы крайне неразумно. Лучше просто проигнорировать и позволить всему происходящему просто идти своим чередом.

***

Чжан Лян внимательно рассматривал своего гостя, таинственного паломника, что появился из ниоткуда и своей неизвестностью нес определенную опасность для подконтрольного города.

Этот парень прошел первую проверку, тот невероятный кумар благовоний, что был на входе не смог развеять никаких иллюзий, так что как минимум это не какой-нибудь недоучка из Свободных Школ или Сект. Другой разговор, что это не доказывает, что он не был опытным практиком из все тех же Школ и Сект.

Гостя встретили вежливыми улыбками и в довольно расслабленной манере, без показного официоза. Вот только сидели советник Чжан и Мастер (3) Юй Чэн в традиционной позе, в которой раньше сидели на императорских приёмах и официальных встречах клановых аристократов.

Их таинственный гость на это даже бровью не повел, легко и непринужденно заняв ту же самую позу. Молодой человек сидел с почти идеальной выправкой, и это «почти» было следствием того, насколько расслабленно он принял эту позу. Будто такая поза была для него естественной. Его глаза, ясные и спокойные, встречали взгляд Чжан Ляна без тени робости или подобострастия.

Кем бы он не был, но точно не являлся обычным бродягой, крестьянским сыном, за которого себя выдавал. Так что теперь, Чжан Лян не сомневался, перед ним не обычный паломник, а кто-то другой. Осталось только понять кто именно.

— Мне говорили, дорогой гость, что вы везде ходите со своим ручным зверьком, — когда все положенные приветственные церемонии были закончены, Чжан Лян начал свою словестную игру. — Но я не ожидал, что вы и трапезу будете принимать вместе с ней.

— Она и так долгое время была одна, — ответил парень, почесал указательным пальцем своего зверя за ушком. Лисица на это открыла совершенно черные глаза и довольно осознанным взглядом посмотрела на него. — К тому же мне спокойнее, когда моя подруга рядом со мной.

Лисица в ответ на это демонстративно фыркнула. Сомнений в том, что она в достаточно мере разумна, как минимум понимает человеческую речь, не осталось.

Чжан Лян был готов под землю провалиться от восхитительной наглости этого паренька. Он же предельно демонстративно показал, что зверь на его шее был непростым. Будь он девицей, то это ещё можно было бы выдать за обычное подчинение животного, или мелкого духа, призванного больше для практики, чем для реальной помощи.

У парня же, с его огненной Ян Чи выбор ручного зверька был не большим и всегда, абсолютно всегда, это боевой зверь.

В свете этого его слова про собственное спокойствие, уже звучали как завуалированная угроза. Он фактически только что признал, что пришел на переговоры во всеоружии и готов противостоять угрозе. Заявлять такое советнику лорда в лицо, когда рядом с ним сидит полноправный Мастер (3)… у этого пацана стальные яйца. Ну или он достаточно силён, чтобы делать подобные заявления.

— Это техника Повелителей Зверей с севера? — спросил Юй Чэн, пока Чжан Лян был занять анализом ситуации. Молодец, пускай потянет время. — Необычно видеть лисицу в качестве компаньона. Обычно они разделяют свой дух с медведями или волками. Я читал, про могучего воина, что взял в качестве компаньона лошадь, украденную у генерала императорской армии.

— Нет, почтенный, я не пользуюсь техниками варваров, — их собеседник покачал головой. — Я ученик ортодоксальной школы. Школы Стремительного Ястреба и Старейшины Бовена, если быть точным.

— Бовен… — Чжан Лян нахмурился. Он не знал этого имени, да и название школы ему ничего не говорило. Но тут важным было другое.

Если это не умение Повелителей Зверей, то тогда выбор сократился до совсем уж узкого круга. Духовный зверь, слуга Небожителя, чего просто не может быть. Либо же попытка подражания северным варварам через разделение собственного духа и создания животного-спутника.

Подобная техника не пользовалась популярностью. Даже не так, она была запрещена и передача её ученику приравнивалась к попытке покалечить ученика.

Всё же северные варвары, подчиняя себя животных приобретали силу этих зверей. Каждый волк или медведь под рукой шамана, делал его сильнее и быстрее. Разделение же духа, приводило к тому, что ты буквально отдавал животному часть своей души.

Да, таким образом можно было через зверя творить дополнительные техники. Вот только платой за возможноть тратить духовную энергию в «четыре руки» так сказать, было урезание общего объёма души вдвое, а то и втрое, если ритуал разделения прошел не слишком удачно. А вместе с душой, урезался и энергетический центр, то есть объём энергии, которым ты мог манипулировать.

Эту технику признали еретической и никто ей сейчас не обучал. И Чжан Ляну было сложно поверить, что кто-то добровольно подверг себя подобному издевательству. Быть Мастером (3), но при этом иметь духовной силы как у сильного Ученика (2), даже безумцы не согласятся на подобное.

Если только этот бессмертный не застал те времена, когда в перспективу этой техники ещё верили. Если он был одним из тех, кто стоял у истоков попыток скопировать искусство Повелителей Зверей. Одни из тех, кто первым опробовал технику и узнал о её минусах… но тогда ему должно быть по меньшей мере тысяча лет, и его номинальный ранг не может быть ниже Мастера (3). Или даже выше, с учётом, что он сохранил не только жизнь, но и молодость.

Мастер (3) или Наставник (4), что просто бродит по земле… в это тоже сложно поверить. Но все же подобный вариант намного реалистичнее. Чем какой-нибудь избранник Неба или даже небожитель, спустившийся в мир смертных по каким-то своим делам.

Чжан Лян обменялся взглядом с Юй Чэном. В глазах Мастера (3) читалось то же самое понимание и настороженность. Они сидели за одним столом с существом, чей возраст, возможно, исчислялся веками, а сила была скрыта за маской юности. Любой неверный шаг мог обойтись слишком дорого.

— Школа Стремительного Ястреба и Старейшины Бовена… — Чжан Лян произнес название медленно, делая вид, что вновь перебирает в памяти знания. — Признаюсь, мне не доводилось слышать о них.

— Старейшина является мастером боя без оружия, что и преподаёт в своей Школе, — с улыбкой ответил этот очень странный гость.

Чжан Лян был абсолютно уверен, что он им угрожает. Сначала боевой зверь рядом. Теперь намек на то, что он и сам с голыми руками готов выйти против вооруженных противников. Что это если не откровенные угрозы?

С другой стороны тем более интригующей становилась тайна этого паренька. Кто он такой, что может позволить себе столь отчаянно бросаться угрозами во дворце лорда? Дурак, или кто-то обладающий властью?

— Простите мою прямоту, — мягко вмешался Юй Чэн, — но мне любопытно, куда ведёт вас Небо? Паломники обычно держат путь в Храм Небесной Росы, к прекрасным кудесницам, что лечат там души, другие идут к целителям Горы Девяти Трав, если им нужно исцеление тела. А вы?

— А я ищу мудрости, испытания и покоя, за чем и идут в Зелёную Крепость, — простодушно ответил парень.

— Поиск мудрости и покоя в Зелёной Крепости… — Чжан Лян медленно проговорил эти слова, словно пробуя их на вкус. Его взгляд скользнул по лицу гостя, пытаясь уловить малейшую фальшь, но видел лишь невозмутимое спокойствие. — Столь возвышенные цели, несомненно, достойны уважения. А вот испытание… это старая традиция, не думал, что кто-то ещё ей следует.

Лян продолжал подозревать, что перед ним никакой не юноша, а достаточно старый бессмертный. И конечно же, он уже знал, какое оправдание его оппонент использует в ответ.

— Почтенный Старейшина дал мне поручение, пройти подобное испытание, — Ян Джун улыбнулся. — Думаю у него были причины обратиться к старой традиции.

Конечно, это не ты знаешь о древних ритуалах и правилах, это просто твой «старый наставник». Отговорка старая как мир, и Лян не собирался в неё верить.

Чжан Лян почувствовал, как по спине пробежал холодок. Этот юноша — или тот, кто скрывался под его личиной — играл с ними, как кошка с мышью. Каждый его ответ был идеально выверен, каждая фраза — одновременно и ответ, и новый вопрос, и скрытый вызов. Он не отрицал, не оправдывался, а лишь подливал масла в огонь их подозрений, словно получая от этого удовольствие.

Если это был шпион, то он был исключительно глуп и самонадеян. А значит куда выше шанс, что за всем этим стоит игра кланов. Какая-то интрига, а значит это было не во власти советника. Высокой политикой занимался лорд, господин Лю Бану.

Слуги внесли лёгкие блюда: тонко нарезанную маринованную редьку, паровые лепёшки, рыбу на пару под имбирным соусом и кувшин янтарного вина. Движения у всех были выверенные — слишком идеальные, чтобы быть просто дворцовой выучкой. Их вела воля духовного практика, женщины, которая должна была контролировать процесс со стороны.

Лян хорошо видел эту разницу и корил себя за неосторожность. Если бессмертный перед ним действительно клановый, то он тоже без проблем поймет, что тут что-то нечисто. Тоньше, надо работать, мягче.

— Попробуйте плодовое вино, — с улыбкой предложил Чжан Лян, указывая на вино. — Персики из южных садов. Говорят, в этом году особенно мягкий вкус.

Это был условный знак, если он заговорит о мягкости, то это будет призыв для всех его помощников и слуг быть аккуратнее. Слуги постарались действовать менее синхронно, а сидящий рядом Мастер (3) расценил это как указание также вступить в разговор.

— Я сам когда-то приходил в Зелёную Крепость, невероятное место, — Юй Чэн ностальгически улыбнулся, самолично разливая по пиалкам винов, сначала советнику и гостю, а только потом себе. — Говорят, что в стенах этой библиотеки собрано более ста тысяч свитков, что хранят всю мудрость земли.

— Люди много говорят, — парень покачал головой. — Например про великого Бодхидхарму говорят, что все свитки мира не вместят всей мудрости, что он сказал и всей благости, что он сделал. Хотя я согласен с вами, почтенный, Зеленая Крепость действительно удивительна. И особенно удивительным в ней видится то, что любой желающий может прикоснуться к её сокровищам.

— Мудрость великих подобна океану, — Юй Чэн высказал общепринятую философию, чтобы выиграть ещё время для советника, что молча отпил из своей пиалы, глядя на бессмертного с лицом юноши. — И лишь капля из него может утолить жажду смертного. Хотя бессмертные мыслят другими категориями и масштабами, этого тоже нельзя забывать.

Наконец Чжан Лян поставил пиалу на стол, что означало желание взять слово.

— Имя Бодхидхармы звучало от гор до океана более тысячи лет назад. Сейчас лишь бессмертные, что у него учились, да храмы им основанные, помнить этого великого мужа, достигшего истинного просветления и взошедшего на Небо, — советник внимательно посмотрел на гостя. Все, он больше не сомневался. Перед ним не юнец и даже не обычный бессмертный. — Я не ожидал, что вы знаете это имя, Почтенный Ян Джун.

Это был прямое предложение сбросить маски и поговорить серьёзно. В обычных обстоятельствах советник лорда никогда бы не назвал бродягу «почтенным». Только что Чжан Лян ясно дал понять, что видит перед собой не просто паломника, а того, кто скрывается за этой маской.

— Знание не измеряется годами, уважаемый советник, — ответил Ян Джун задумчиво. — Иногда мы ищем их годами, так и не находя ответа. А в другое время они просто сваливаются нам на голову в таком обьёме, что голова не вмещается весь поток этих знаний.

Он сделал небольшой глоток из своей пиалы, оценивая вкус вина, но не выражая ни одобрения, ни неудовольствия. Его поза оставалась расслабленной, когда он посмотрел на Чжан Ляна.

— И пожалуйста, не надо обращаться ко мне столь почтительно, я всего-лишь паломник на пути к просветлению.

Лян очень хотел бы сказать, в каком месте он этого «всего-лишь паломника» видел с его совершенно не свойственным бродяге поведением, но он был слишком воспитан для подобного. Что ж, если таинственный бессмертный не желает раскрывать свою цель советнику, пускай. Значит он будет говорить непосредственно с лордом.

Приняв такое решение Чжан Лян просто позволил беседе течь своим чередом. Он задавал вопросы, говорил сам, но куда больше его занимал предстоящий разговор с лордом. Советник не занимал бы свой пост, если бы дергал своего господани каждый раз при малейшем поводе.

Всю ситуацию с непонятным паломником нужно будет правильно подать и уверить господина Лю Бану, что это не просто бродяга, а действительно часть какой-то интриги, которую он, Чжан Лян, смог разглядеть. Если всё правильно преподнести, то советник мог бы рассчитывать на серьёзное вознаграждение.

Правда и зарываться не стоит, так как господская любовь может быть ничуть не менее опасна для жизни, как и господский гнев.

Наконец, гость поблагодарил за гостеприимство и изъявил желание удалиться для молитвы и отдыха после долгого пути. Сделал он это по всем правилам, выждав ровно столько, сколько положено, чтобы не показаться неблагодарным, и в тоже время не вынуждая Чжан Ляна выпроваживать его из гостевого дворца самолично.

Лишнее указание, что он совсем не тот, за кого себя выдаёт. Но это уже и не важно. Пускай высокие интриги решаются в высоких кабинетах, его же, Чжан Ляня, скромное дело, заниматься управлением города, данного Лю Бану под руку.

***

В целом ужин у советника, как мне кажется, прошли очень даже неплохо.

В том плане, что во время ужина я внутренне трясся как лист, думая что сказать и сделать. Но ничего неожиданного не произошло и благодаря тренировками Пекрасной Наставницы перед встречей с Хули Цзин я спокойно отыграл уверенного в себе и своей цели юношу. Беседа протекала плавно и вежливо. И хотя было понятно, что меня оценивают и взвешивают на каждой фразе, предложения наняться на работу так и не поступило.

Думаю они поняли, что я твердо намерен идти своим путём. Возможно даже распознали, что я не Мастер (3), что, кстати, не обязательно хорошо.

— Слушай, — хочу обратиться к Хули Цзин, но вспоминаю, что так и не узнал её имя. Нехорошо это. — А как тебя зовут, а то что-то неудобно звать тебя просто лисой.

— Щенок, — фыркнула демоница, которой похоже нравилось раздражать меня этой фразой. — Сначала чешешь меня за ухом как зверя, а теперь спрашиваешь, как меня зовут?

— Прости, если тебя обидел этот жест, — я опять напрягся, но постарался звучать непринужденно. Похоже это уже въелось в меня и стало привычкой. — В той ситуации он показался мне естественным.

— Для смертного, который совсем недавно боялся дышать в моём присутствии это было очень смело и очень нагло, — она махнула хвостом. — Что же до моего имени, то я Хэй Лань.

— Ян Джун, — представляюсь в ответ, думая над значением её имени.

«Черная Орхидея», поэтично. Но интересно другое, цвет её шерсти вынесен в родовое имя, похоже она действительно из какого-то редкого вида лисиц. Как бы не раскрыли, что я такой трофей у себя на шее ношу.

— Как думаешь, бывает такое, что чувствительность ошибается и люди сначала ощущают за тобой великую силу, а потом понимаю, что ты слабее, чем казалось вначале?

Мой вопрос заставил демоницу задуматься, по крайней мере мы какое-то время шли молча. Я даже начал подозревать, что она решила просто меня проигнорировать, но она всё же ответила.

— Если бы речь шла про демона, то я бы сказала, что у него в плену была душа, которую он потом отпустил. Что должны делать смертные для подобного эффекта мне не известно.

— Пленение души делает демона сильнее? — это была неожиданная информация.

— Души нельзя сожрать или уничтожить, они истинно бессмертны. Но моя мать рассказывала мне, что душу можно пленить и выжимать из неё энергию, — она вновь взяла паузу, и я не стал её беспокоить. Чтобы не случилось, вряд ли расставание «детёныша», как выразился Почтенный Наставник, с матерью прошло гладко и безболезненно. Но это было не всё, что Лань хотела сказать. — По словам моей матери это запрещенное искусство, за которое ждет суровое наказание. Это не только не стоит самому учить, но так же стоит сторониться тех, кто этим владеет.

— Понятно, — не смотря на мои слова мне было решительно ничего не понятно. Но что тут ещё можно было сказать? Очередное темное искусство, просто в этот раз темное настолько, что даже демоны не все им пользуются.

Остаётся только надеятся, что я ошибся. Потому что если про меня подумают, что я практик темного искусства, то по законам кланов с меня просто голову снимут. А я все же надеюсь покинуть этот город завтра.

Так мы без проблем добрались до местного храма, где я собирался переждать ещё одну ночь, а уже завтра можно будет взять место на каком-нибудь корабле и уплыть из города.