Нилак проснулся от того, что за окном было подозрительно тихо. Он полежал минуту, прислушиваясь, потом встал и выглянул. Журналисты всё ещё дежурили у периметра, но их стало заметно меньше — десятка полтора, не больше. Видимо, сенсация начала остывать, уступая место другим новостям.

Он спустился в гостиную. Алаки уже колдовала у синтезатора, по комнате плыл запах свежего кафа и чего-то отдалённо напоминающего ванильную выпечку. Даналин сидел в своём кресле, читая новости через нейросеть — глаза едва заметно светились, перефокусируясь с одного виртуального заголовка на другой. Линала, как всегда, стояла у окна, наблюдая за периметром.

— Доброе утро, — Нилак опустился за стол, взял чашку с кафом. — Что у нас с журналистами?

Рос, возникший в дверях, хмыкнул:

— Часть уехала, босс. Осталось десятка два самых упёртых. Дед с гвардейцами держат периметр, но эти, — он кивнул в сторону улицы, — как тараканы: найдут щель — пролезут.

— Ничего, — Нилак отпил глоток. — Сегодня у нас учебная программа. В «Нейросеть» — за базами. Потом — посмотрим.

Алаки подошла, поставила перед ним тарелку с чем-то, напоминающим кекс и разные нарезанные фрукты, и начала доклад:

— Орвин прислал информацию, что лицензия для банка получена. Готовит головной офис и первое отделение к открытию. Предварительно на следующей неделе планирует торжественное открытие.

— Отлично. Что ещё?

— Клиника Даны Вантар приняла первых пациентов. Пока двое, но для окраины это уже поток. Она просила передать, что оборудование работает без сбоев, персонал справляется.

— Молодец. Третье?

— Торбран запустил производственный цех здесь, на планете. На станции строительные работы завершены. Готовится к приёму первой партии модулей для модернизации кораблей. Первая партия компонентов уже грузится на рудовоз у аграфов. Через неделю будет здесь, на станции, и приступит к сборке.

Нилак отпил каф, чувствуя, как внутри разливается спокойное удовлетворение. Машина, которую они запустили, начинала работать без его постоянного участия. Это было приятно.

— Кстати, Дан, Тариэль написал, что схемы для патента готовы. Нам нужен будет юрист.

— Будет, — отозвался Даналин. — Через несколько дней с моей планеты прибудет доверенный юрист нашего Дома.

— Хорошо. Тогда мы уехали в «Нейросеть».

Через час кортеж из двух гравикаров выехал из подземного гаража. Журналисты, завидев машины, оживились, защёлкали камерами, но Дед и его ветераны быстро оттеснили их, давая кортежу проехать. Нилак сидел на заднем ряду с Росом и смотрел на проплывающие мимо улицы столицы. Город жил своей жизнью, равнодушный к тому, что один аристократ с окраины собирается влезть в технологическую гонку Содружества.

Центральный офис «Нейросети» встретил их привычной стерильной прохладой и мягким светом. Кел Вандер, консультант, который уже работал с Нилаком, ждал у входа — видимо, система распознала приближение почётного клиента. Он был всё так же подтянут, гладко выбрит, в безупречном костюме корпорации, но сегодня в его глазах читалось нечто большее, чем просто профессиональная вежливость. Скорее — азарт охотника, почуявшего крупную дичь.

— Господин Ратгор! Рад видеть вас снова. — Кел чуть поклонился. — Для вас подготовлена VIP-капсула. Прошу следовать за мной.

VIP-капсула оказалась не просто отдельным помещением — это был небольшой зал с панорамным голоэкраном во всю стену, имитирующим вид на горное озеро. В центре возвышалась медкапсула последней модели — обтекаемая, перламутрово-белая, с мягкой подсветкой. Рядом — кресло для сопровождающего, столик с напитками и даже небольшой фонтанчик, журчащий водой. Нилак усмехнулся про себя: «Стоило только засветиться на камерах — и на тебе уже не просто почётный клиент, а прям випчик… Целый спа-салон для аристократов. Не хватает только массажиста и ароматических свечей».

— Впечатляет, — сказал он вслух.

— Мы ценим наших почётных клиентов, — Кел расплылся в улыбке. — Итак, вы выбрали «Инженерное дело» и «Материаловедение» шестого уровня. Общая стоимость, с учётом вашего статуса и услуг по разгону — шесть с половиной миллионов кредитов.

Нилак мысленно присвистнул: скидка вышла приличная. Он подтвердил перевод с родового счёта, и Кел активировал капсулу.

— Как обычно, пять часов в день под разгоном. Первая база — «Инженерное дело». Ориентировочное время полного освоения — три дня.

— Давайте без бодрствования, я посплю во время обучения.

Он улёгся в капсулу. Ожидал привычного покалывания и ощущения «загрузки» информации, но моментально вырубился.

Ему снился сон. Он видел вокруг себя данные — нет, не просто данные, а целые пласты понимания, вплетающиеся в сознание. Нилак вдруг «ощутил» чертёж. Нет, не чертёж… Скорее, трёхмерную модель виманы из «Ваманика Шастры». Изящные обводы, сложная геометрия крыльев, пульсирующие контуры двигателей. Он чувствовал, как энергия течёт по этим контурам, как взаимодействуют узлы, как работает тот самый двигатель на ртутном вихре, описание которого он только начал разбирать.

Видение длилось всего несколько секунд, но оставило после себя чёткое послевкусие — словно ему показали готовую инструкцию, но тут же убрали, оставив только общее понимание принципа. Нилак даже во сне понимал, что это не просто сон. База знаний резонировала с тем, что он уже знал из древнего текста, и выдавала образы, заложенные в саму структуру информации.

Через пять часов Нилак вынырнул из капсулы слегка оглушённый, но с горящими глазами. Люда сразу доложила:

«Зафиксирован рост пси-потенциала на два пункта. Текущий показатель: 144 / 300».

Следующие дни слились в привычный ритм: утро — тренировка с Даналином и бойцами (в щадящем режиме, чтобы не перегружать организм), затем — текущие дела с Алаки и Дорианом, вечер — сеанс в «Нейросети».

Алаки и Дориан взяли на себя текучку, но ключевые решения всё равно требовали его участия. Банк «Ратгор-Магнетар» готовился к открытию — Орвин Талл прислал короткий отчёт, полный сдержанного оптимизма. Клиника Даны Вантар на окраине столицы приняла первых пациентов, в основном местных работяг. Дана сухо докладывала, что оборудование работает отлично, персонал справляется, и она уже присматривает помещение для второй клиники.

Дед доложил, что ЧОК официально зарегистрировали, теперь можно использовать армейские образцы оружия и техники. Он подготовил заказ на несколько броневиков, бронескафов, оружия, гранат и прочих нужных для своей «маленькой армии» вещей — и прислал смету на согласование.

Мирелла с Корродад-3 отчитывалась о расширении концессии — Горн Вак запустил новую штольню, добыча росла.

Вечерами Нилак снова ездил в «Нейросеть». Кел Вандер встречал его как старого знакомого, провожал в VIP-капсулу, и начинался очередной сеанс разгона. «Инженерное дело» постепенно укладывалось в голове, формируя новое понимание того, как устроены механизмы, конструкции, системы. Нилак ловил себя на том, что теперь смотрит на мир иначе — замечает инженерные решения в самых обыденных вещах, прикидывает, как можно улучшить, оптимизировать, переделать.

На четвёртый день Нилак завершил «Инженерное дело» и тут же, без перерыва, начал установку «Материаловедения». Во время первого сеанса его снова накрыло видением во сне — на этот раз это были кристаллические решётки, сплавы, молекулярные структуры, переливающиеся всеми цветами спектра.

На шестой день, после последней процедуры в медкапсуле, он буквально кожей чувствовал, как атомы выстраиваются в прочные цепочки, как примеси меняют свойства металла, как растёт кристалл Ашта-7. Он ощущал приятную усталость и одновременно — невероятную ясность в голове. Теперь он частично понимал, из чего сделан щит, который они создали, как улучшить зеркальный сплав и как вырастить кристаллы для накопителя самостоятельно, без помощи аграфов. Какое оборудование для этого нужно и какие материалы.

Когда он вышел из капсулы, к нему подошёл Кел.

— Господин Ратгор, вы упоминали в прошлый раз о «специфических базах». По этому вопросу у меня подвижки. Руководитель нашего филиала готов обсудить возможность приобретения… особых позиций. При личной встрече.

— Отлично. Организуйте встречу через Алаки, я буду готов через несколько дней, — сказал Нилак.

— Как пожелаете.

Люда доложила, что, пока он был в капсуле, пришло сообщение от мастера-мечника:

«Мастерская "Клинок и Горн". Уважаемый господин Ратгор, ваш заказ готов. Прошу прибыть для получения».

— Рос! — крикнул он в коридор. — Планы меняются. Едем за мечом.

Рос возник в дверях, хмуро кивнул и начал раздавать команды охране.

* * *

Они прибыли в мастерскую минматарца — ту же, что и в прошлый раз. Подвальное помещение, запах металла и масла, тусклый свет. Мастер — коренастый, с густой седой бородой — встретил их у входа и жестом пригласил внутрь.

— Господин Ратгор, — прогудел он низким голосом. — Я сделал для вас шедевр.

На верстаке, на бархатной подложке, лежал меч. Нилак замер.

Клинок был длиной около восьмидесяти сантиметров. Чёрный металл, из сплава пяти редких элементов, отливал глубоким, почти фиолетовым блеском в свете ламп. Лезвие казалось живым — по нему пробегали едва заметные волны, словно металл дышал. Гарда была инкрустирована мелкими драгоценными камнями — рубинами и сапфирами, складывающимися в герб рода: корона, молот, наковальня. Рукоять — из тёмного дерева, с эргономичной выточкой точно под ладонь Нилака. Навершие венчал небольшой кристалл, тускло светящийся изнутри.

— Возьмите, — мастер протянул меч.

Нилак сжал рукоять. Меч лёг в ладонь как влитой. Он сделал медленный, плавный взмах — клинок рассек воздух с едва слышимым пением. И в этот момент он почувствовал отклик — слабый, но отчётливый. Словно меч узнал его, принял, и между ними протянулась тонкая нить резонанса.

— Он… поёт, — негромко сказал Нилак.

Мастер удовлетворённо кивнул.

— Сплав из пяти металлов. Я назвал его «Поющая сталь». Редкий материал, очень редкий. Он запоминает энергию владельца. Чем дольше вы с ним, тем сильнее будет отклик. Плазменная заточка активируется вот здесь, — он показал небольшую кнопку на гарде. — В обычном режиме клинок режет почти любую броню. С плазмой — пробивает всё, кроме, пожалуй, аграфских щитов высшего уровня.

Нилак активировал заточку. По лезвию пробежала голубоватая полоса, и меч загудел.

— Хорошая работа, мастер, — выдохнул Нилак, не в силах скрыть восхищение. — Очень хорошая.

Мастер усмехнулся в бороду.

— Я знаю. Уход простой: раз в месяц протирать специальным составом, не мочить в кислоте, не использовать как лом. И главное, — он посмотрел Нилаку в глаза, — меч — это ваш друг, как ни странно это звучит. С ним нужно разговаривать. Не вслух. Мысленно. Он часть вас теперь.

Нилак кивнул, чувствуя, как меч в руке едва заметно потеплел. Он перевёл оставшиеся сто тысяч кредитов и бережно убрал клинок в ножны, которые мастер предусмотрительно приложил к заказу, — из чёрной кожи, с креплениями для ношения на поясе или за спиной.

Мастер удовлетворённо хмыкнул.

— Служите ему, и он прослужит вашим детям. И детям ваших детей.

Обратно Нилак ехал, держа меч в ножнах на коленях. Рос покосился на него, но ничего не сказал.

Дома он сразу поднялся в свою комнату и повесил меч на стену. Потом снял, сделал ещё несколько взмахов. Привыкал. Клинок ложился в руку как влитой.

* * *

Спустившись, он застал гостей. Тариэль Вандер и незнакомый аграф — сухой, с острыми чертами лица, в строгом тёмном костюме без единой складки. Даналин представил его:

— Элдар Вейс, юрист Дома Магнетар. Специалист по патентному праву Содружества.

Юрист сухо кивнул, активировал голопанель и начал без предисловий:

— Господин Ратгор, я изучил предоставленные материалы. Устройство под названием «Акустический излучатель Паривеши» действительно не имеет аналогов в Содружестве. Однако формулировка происхождения технологии должна быть… аккуратной.

— Что предлагаете? — спросил Нилак.

Перед ним развернулся многостраничный документ на имперском стандартном языке. Он пробежал глазами ключевые разделы. Формулировка, предложенная юристом, гласила:

«Технология "Акустический излучатель Паривеши" является результатом совместных научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ рода Ратгор (Империя Аратан) и Дома Магнетар (Монархия Аграф) на основе общедоступных аграфских и имперских технологий защиты».

Ни слова о Джоре, ни намёка на древний текст.

— Устраивает, — кивнул Нилак. — Когда подаём?

— Заявка уже готова к отправке, — юрист поджал губы. — После вашей подписи я направляю её в Имперское патентное бюро. Стандартный срок рассмотрения — от одной до трёх недель. Минимум — семь дней. Быстрее — только по личному распоряжению Императора или главы бюро.

— Значит, ждём, — Нилак поставил электронную подпись. — Что со схемами промышленной сборки?

Тариэль шагнул вперёд, активировал свою голограмму.

— Всё готово. Я подготовил три варианта: персональный модуль для пехоты, модуль для лёгкой техники и базовый модуль для кораблей малого класса. Для производства нужны кристаллы Ашта-7, зеркальный сплав и резонаторы. Кристаллы можем выращивать сами по вашим… рекомендациям. Сплав — закупать у минматарцев, у них хорошее качество и приемлемая цена. Резонаторы — стандартные, имперского производства.

— Смета? — коротко спросил Нилак.

— На опытную партию из десяти персональных модулей — около трёхсот тысяч кредитов, — Тариэль вывел цифры на голограмму. — Если запускать серию — стоимость одного модуля упадёт до пятнадцати-двадцати тысяч.

Даналин, молча слушавший, подал голос:

— Я предлагаю оснастить наших лучших бойцов: четыре — моим гвардейцам, четыре — твоим бойцам и по одному — нам с тобой. Протестируем в реальных условиях. Если всё хорошо — следующую партию отправим в промышленное производство.

— Согласен, — кивнул Нилак. — Тариэль, запускай производство опытной партии.

Инженер кивнул, явно довольный. Юрист, убедившись, что все формальности соблюдены, откланялся и исчез так же бесшумно, как появился. Тариэль задержался ещё на полчаса — обсудить детали выращивания кристаллов, — после чего тоже ушёл, забрав с собой кейс с прототипом Паривеши для снятия точных размеров.

Утро седьмого дня началось с сигнала нейросети. Люда сообщила:

«Входящее официальное сообщение. Отправитель: Канцелярия владетеля системы Корродад Тарха Артада. Статус: высокий приоритет».

Нилак замер с чашкой кафа в руке. «Неужели…»

Он открыл письмо. Сухой, казённый текст, но каждое слово било в цель:

«Владетель системы Корродад Тарх Артад, рассмотрев общественный запрос и заявление господина Нилака Ратгора, сделанное на пресс-конференции, уведомляет о согласии на проведение открытых выборов главы администрации планеты Корродад-3. Выборы состоятся через один стандартный месяц с даты настоящего уведомления. Кандидаты обязаны подать заявки в течение десяти дней. Требования к кандидатам: статус родового или мелкопоместного дворянина, отсутствие судимостей, наличие социальных баллов не ниже пятисот. Дополнительная информация будет направлена отдельно».

Нилак перечитал дважды. Потом переслал письмо отцу.

Гарад ответил почти сразу. Вид у него был… сложный. С одной стороны — усталый, с другой — в глазах горел какой-то новый, давно забытый огонь.

— Ну, сын, втянул ты меня… — проворчал он, потирая переносицу. — Я уж думал, на покой собрался. А тут — выборы, мать их.

— Пап, ты же сам говорил, что на планете нужен порядок, — Нилак улыбнулся. — Вот шанс его навести.

— Знаю, — Гарад вздохнул. — Ладно. Готовь предвыборный штаб. Программу какую-нибудь придумайте, чтобы людям понятно было. И чтобы без сюрпризов на этот раз. Я не мальчик уже — нервы не те.

— Обещаю, — Нилак кивнул. — Всё будет по плану.

Отец хмыкнул, покачал головой и отключился.

Нилак усмехнулся и набрал Алаки и Дориана.

— У нас месяц. Нужно организовать кампанию отца. Подключите Рафиму — пусть готовит серию материалов. Продумайте программу: что он будет обещать, как позиционироваться. И найдите толкового политтехнолога, лучше из центральных миров.

— Поняла, — отозвалась Алаки.

— Принял, — эхом откликнулся Дориан.

Он отключился, открыл глаза, посмотрел на меч, висящий на стене, потом на голограммы и усмехнулся. Работы впереди невпроворот. Но это была приятная работа.