Нилак проснулся от того, что голова гудела, как старый трансформатор на станции. Люда тут же отчиталась:

«Реакция снижена на семнадцать процентов. Когнитивные функции в норме, но рекомендую избегать стрессовых ситуаций.»

«Базы, осваиваемые в фоновом режиме: "Охота на хищников" и "Организация мероприятий" освоены на двенадцать процентов. До полной готовности — около ста двадцати шести часов.»

— Хоть что-то хорошее, — пробормотал Нилак, растирая виски. — Две базы уже выучил, а поохотиться рано или поздно придётся.

Он вспомнил про стимулятор, который дал доктор Торн. Достал из кармана куртки маленькую прозрачную ампулу, посмотрел на неё, вздохнул и закинул в рот. Почти сразу головная боль отступила, туман в глазах рассеялся, стало прямо совсем хорошо, как будто бахнул кофе с энергетиком и обезболивающим.

Люда подтвердила:

«Зафиксировано действие стимулятора неизвестной природы. Когнитивные функции восстановлены на девяносто процентов. Наблюдается ускорение реакции на внешние раздражители. Возможны последствия после вывода препарата из организма естественным путём.»

— Ну это понятно, что будет откат. Отосплюсь после тренировки.

Он кое-как встал, натянул тренировочный комбинезон и вышел на улицу. Рейн уже ждал у гравикара.

— Босс, вы уверены? Может, сегодня пропустим? — спросил космодесантник, глядя на осунувшееся лицо Нилака.

— Уверен. Двигаться надо, а то раскисну окончательно. Да и стимулятор уже в ход пошёл — грех не воспользоваться.

Полигон встретил их запахом пыли и старого металла. Рос был занят с манекеном, но, увидев Нилака, удивлённо поднял бровь.

— Вы сегодня похожи на варёного краба, господин.

— Спасибо за комплимент, — огрызнулся Нилак. — Давайте уже, пока я не передумал.

Вначале как обычно разминка. Нилак чувствовал, что очень многое изменилось: он точно знал, как надо двигаться и дышать, чтобы расходовать минимум энергии. Положение тела, напряжение мышц, которые в обычной жизни не задействуются, сознание по-другому воспринимало всё вокруг. Он начал видеть хорошие места для минирования или проникновения на территорию. Начал понимать, что через окна любой снайпер его снимет или достаточно одного снаряда из плазменной пушки — и нет больше Гены в этом мире. Пока наворачивал круги, понял, что с точки зрения безопасности он бы сам себя убил за секунды. В прошедшие дни для профессионала он был как лакомый кусочек.

После разминки Рейн встал напротив него с намёком на спарринг. Обычно Нилак едва успевал блокировать его удары, а уж контратаковать и вовсе не мог. Но сегодня что-то изменилось. Физухи ещё совсем не хватало, но симбиоз новых знаний, зашитых на подкорку, и возможностей Люды перекрывал недостатки сполна. После разминочного раунда, пока Нилак осваивался и уходил от ударов, нейросеть подсвечивала вероятные траектории движений, слабые места Рейна. «Призрачный бой» работал, и тело нехотя подстраивалось под новые реалии, подсказывая движения. Он быстро выдыхался, но уходил от захватов, нырял под руки, оказывался сбоку, оценивал, откуда падает свет, и двигался так, чтобы Рейну было неудобно. После серии уходов и обманных манёвров Нилак попытался провести подсечку.

Рейн едва успел перегруппироваться.

— Ого, — выдохнул он. — Босс, это уже гораздо интереснее.

Нилак не ответил — он сам был удивлён. Следующая атака Рейна была жёстче, но Нилак ушёл в сторону, почти растворившись в тени склада. «Скрытое перемещение» было освоено лишь на двенадцать процентов, но даже этого хватило, чтобы на мгновение сбить противника с толку и воспользоваться моментом.

Он вынырнул с другой стороны и легонько стукнул Рейна по плечу — обозначая удар.

— Чисто, — усмехнулся Рейн. — Вы сегодня как призрак, босс. С вами стало интересно спарринговаться. У меня другой профиль, я был штурмовиком, весь фокус на силу и выносливость, у меня базы по рукопашному бою, по стрельбе из различного оружия, но я помню, когда служил, у нас во взводе был диверсант с похожим профилем — его было просто не поймать. Сегодня очень хорошая тренировка.

Рос, наблюдавший со стороны, кивнул:

— Неплохо. Но без физухи долго не протянете. Запомните: базы — это инструмент, а настоящее оружие — это тело.

— Знаю, — выдохнул Нилак, чувствуя, что стимулятор работает, но усталость никуда не делась.

Они ещё немного спарринговались, и где-то через час пришёл Даналин с мечами.

Около получаса они танцевали с мечами, но тут «призрачная» база немного мешала: в ней было много всего по работе с режущим оружием, в том числе и с мечами. Даналин поправлял его, переставлял ему ноги, стойку, но Нилак никак не мог адаптироваться. В какой-то момент Даналин остановился и сказал:

— На сегодня хватит. Я вижу, что ты выучил какую-то базу — это другая школа владения оружием. Это не плохо, по крайней мере ты держишь меч уверенно и не шарахаешься от каждого удара, зажмуривая глаза. Но придётся переучиваться. Хорошо, что мы только начали. Стиль, которому я тебя обучаю, — это не база с опытом других бойцов, это полная проработка твоего тела, ума и духа под танец с мечом, чтобы вы в конечном счёте стали едиными.

* * *

Вернувшись в квартиру, Нилак рухнул на кровать, даже не раздеваясь. Стимулятор бодрил, но организм требовал отдыха после вчерашней установки баз. Тело устало, мышцы ныли; он думал, что не заснёт, но вырубился как ребёнок после лазанья по стройплощадке.

Разбудил его голос Люды:

«До ужина у мэра осталось два часа. Рекомендую начать подготовку.»

Нилак сел на кровати, потёр лицо. Голова не болела, но чувствовалась лёгкая тяжесть — стимулятор выветрился, и отходняк практически не чувствовался. Он встал, потянулся, хрустнув шеей.

— Ладно, пора.

После водных процедур и цветочного чая он надел защитный комбинезон и поверх — тёмно-синий костюм с родовыми отличиями. Нилак поправил игольник во внутреннем кармане (решив купить нормальную кобуру), проверил, что защёлка не заедает. Чётки из пещеры повесил на шею — как-то он привык уже к ним, но использовать по назначению никак не решался. Все эти странности с Пси, когда читаешь на санскрите, его немного пугали.

«Надо бы в "Нейросеть" за пси-базами, — подумал он. — И меч заказать, а то Даналин прав — аристократу без режущего оружия неловко».

На улице уже ждали. Рейн сидел за рулём гравикара в полном боевом снаряжении, видно, что бронескаф был начищен до блеска. Рос стоял рядом, проверяя бластерную винтовку.

— Господин, — Рос кивнул. — Запомните: если начнётся стрельба, падайте на пол и не геройствуйте. Мы вас прикроем.

— А если начнётся пьяный мордобой? — уточнил Нилак, забираясь на заднее сиденье.

— Тоже падайте, — невозмутимо ответил Рос.

Рейн усмехнулся, не оборачиваясь:

— Босс, вы главное не пытайтесь танцевать. Я всё понимаю, много раз такое видел, когда разумные только установили боевые базы и сразу чувствуют, что могут в одиночку раскидать толпу бойцов. Поверьте — это совсем не так. Нужны годы опыта, нужно чувствовать поле сражения, поэтому, пожалуйста, отнеситесь серьёзно. Не лезьте на рожон.

— Спасибо, принял, будем аккуратны, — сказал Нилак.

В машине он пробежался по входящим сообщениям. От Даналина: «Если что-то пойдёт не по плану, сразу связывайся со мной». От отца: «Будь осторожен, сын. Не опозорь род». Нилак вздохнул, пробормотал: «И шапку надень…»

Гравикар мягко оторвался от земли и взял курс к центру города.

* * *

Резиденция мэра оказалась именно такой, как Нилак и представлял: трёхэтажное здание из белого камня, со статуями — прямо новый русский какой-то, а не мэр из Содружества.

По прибытии охрана — четверо крепких парней в чёрных костюмах, с бластерами на поясах — попросила сдать оружие. Нилак ответил, что готов сдать, если ни у кого в доме не будет оружия. Те связались с кем-то, и их пропустили под конвоем. Дворецкий, высокий и худой, с лицом, гладким как пластик, молча поклонился и повёл гостей в банкетный зал.

Внутри было душно от какого-то непонятного терпкого парфюма и ещё более дорогой безвкусицы. Люстры — точнее, люминесцентные кристаллы — свисали с потолка, дробя свет на тысячи бликов. Стол ломился от еды. Нилак ничего подобного не видел, про себя подумал, что нужно купить какую-то базу по еде в Содружестве, если такая есть. Он внимательно оценил обстановку, входы и выходы, окна. Как выбираться, если что-то пойдёт не по плану? Как нанести максимальный урон с тем, что у него есть? А было совсем немного: два бойца сопровождения за спиной, игольник в кармане — вот и весь арсенал. Он оценил бойцов, которые стояли по периметру, их снаряжение, оружие и скафандры. Разглядел скрытые турели, различные базы. Внутренне удовлетворившись, наконец посмотрел на мэра.

Во главе стола восседал сам Колнет Уринор — в камзоле, расшитом золотыми нитями, с перстнями практически на каждом пальце. Рядом с ним стояла сногсшибательная девушка и что-то кивала. При виде Нилака он расплылся в приторной улыбке.

— Господин Ратгор! Какая честь! Вы почтили наш скромный ужин. Как ваши дела? Как ваше здоровье? Я слышал, что был какой-то инцидент на шахте, мои люди доложили, что вас отвозили в клинику.

Нилак сел на предложенное место, подумал немного, положил салфетку на колени. Понял, что это явный намёк, что за ним следят.

— Цел, слава Богу, сейчас всё хорошо.

Мэр поморщился, но быстро взял себя в руки.

— Не знаю, что там произошло, но надеюсь, никакие бандиты на вас не напали. Если что, вы можете рассчитывать на поддержку моей службы безопасности. Мы, аристократы, должны держаться вместе в это неспокойное время.

— Безусловно, — кивнул Нилак. — Тем более мы с вами находимся на окраине, и здесь всё что угодно может произойти, в любой момент, даже прямо сейчас. — И пристально посмотрел в глаза мэру.

Мэр сделал вид, что не расслышал. Подозвал официанта, жестом указал на бокалы.

Подали мясо — с кровью, как любил сам мэр — и овощи, нарезанные ромбиками. Нилак поблагодарил, но к напитку не притронулся. Незаметно он немного пролил из бокала на салфетку и убрал её в карман. Решил потом проверить, не пытались ли отравить. База «Разведка и диверсии» полностью поменяла его сознание — он во всём видел возможности ему навредить.

Разговор за столом шёл о пустяках — погода, налоги, новые поставки оборудования. Мэр сыпал комплиментами, но Нилак чувствовал за ними холодную настороженность. Наконец, когда десерт был подан, Уринор перешёл к делу.

— Господин Ратгор, — начал он, поигрывая перстнем. — У меня к вам деловое предложение. Я бы хотел договориться о выкупе активов вашего рода на орбите и на планете. С вашим отцом я уже пытался разговаривать, но ваш отец старых традиций и слишком верит в свою аристократическую непогрешимость. По каким-то причинам упёрся и ничего продавать не желает. Вы как наследник рода, молодой и, я уверен, амбициозный аристократ, понимаете, что на этой планете нормального бизнеса не построить. А я предлагаю очень хорошую сумму сделки, и вы сможете начать новую жизнь ближе к центральным мирам.

Нилак приподнял бровь.

— Почему вы так уверены, что здесь негде развернуться? По мне, так здесь непаханое поле для бизнеса. Нужно привести в порядок дела на станции, немного вложить, и я уверен, что можно делать хорошие деньги, не мешая друг другу.

— А вы найдёте средства? — Мэр подался вперёд. — Я в этом очень сомневаюсь, молодой человек.

— Ну это ваше право, — Нилак отодвинул тарелку. Он держался уверенно — опыт переговоров с различными партнёрами и государственными органами у него в банке был немалый. — Я уверен, что деньги — это совсем не проблема при нужном напоре и желании. Можно всё, если действовать поступательно.

Повисла тишина. Мэр замолчал, перебирая пальцами.

Мэр медленно положил столовый прибор. Улыбка сползла с его лица.

— Юный аристократ, не переоценивайте свои силы. У вас нет опыта, нет связей. Никто в этой системе вам не поможет. Я знаю, что вы встречались с аграфами, уж не знаю, о чём вы там договорились, но даже не надейтесь. Эта планета принадлежит мне, и без моего ведения у вас не получится взять даже минимальный кредит на ремонт своей умирающей станции.

Нилак выдержал его взгляд.

— Я вас услышал. Никаких ответов сейчас я вам дать не могу и, признаться, я не понимаю, что вы от меня хотите. Глава рода — отец, он принимает решения. Вы же не хотите смерти моему отцу?

Они впились друг в друга взглядами. Нилак не отводил, смотрел без агрессии и спокойно. Внутренне он чувствовал грязь, исходящую от мэра, еле ощутимо, на уровне подсознания. Он точно понимал, что с этим мужиком дела иметь не будет. На Земле повидал таких: сидят на своих местах на гос. контрактах, бабки отмывают и вылизывают задницу вышестоящим товарищам, которые ничем не отличаются друг от друга, только уровнем умения поизворотливее полизать и распиливать чужие деньги. Так, конечно, тоже нужно уметь вертеться, но Нилаку это было противно. За свою карьеру ни разу он взяток не брал, документы для тендеров не делал под конкретных поставщиков, всегда старался относиться по-партнёрски.

Мэр побелел. На мгновение Нилаку показалось, что тот сейчас сорвётся, закричит, и начнётся… Но Уринор сдержался. Он медленно выдохнул, взял бокал с каким-то напитком.

— Что ж, — сказал он ледяным тоном. — Надеюсь, вы не пожалеете. Ужин окончен.

Нилак встал, кивнул, не прощаясь, и направился к выходу. Рейн и Рос последовали за ним — один спереди справа, а второй сзади слева, прикрывая возможные направления защиты.

* * *

Гравикар отъехал от особняка. В салоне царила тишина.

— Неплохо вы держались, господин, — нарушил молчание Рос. — Но мэр теперь будет искать, как вам навредить.

— Знаю, — Нилак откинулся на спинку сиденья.

По пути он связался с Даналином, вкратце рассказал о встрече. Даналин был нейтрален с намёком, что бюрократические вопросы — это зона ответственности их рода. Договорились провести интервью завтра, в доме у аграфов. Потом Нилак связался с отцом, рассказал, как всё прошло. Отец сказал, что мэр много раз к нему приходил с вопросом выкупа, но всегда отправлялся восвояси. По законам он ничего сделать не может, по рангу мэр ниже и напрягается по этому поводу, боится возможной конкуренции и всегда строил административные припоны. Приходилось даже пару раз обращаться в имперскую канцелярию. Там наверху всем без разницы на мэра из захудалой планеты — смотрят на суть вопроса и у кого статус выше.

Потом он написал короткое сообщение Рафиме: «Интервью завтра. Готовь вопросы, место — дом аграфов, в полдень. Будем ждать».

Отправил. Через минуту пришёл ответ: «Будем со съёмочной командой».

— Рейн, — сказал он, не открывая глаз. — Завтра утром тренируемся, потом быстро перекусим и к аграфам.

Рейн кивнул, не оборачиваясь.

Гравикар нырнул в темноту улиц, и Нилак позволил себе наконец расслабиться.