Нилак проснулся от резкого утреннего света, пробивавшегося сквозь пыльное окно. За стеклом — необычные очертания домов, окутанные дымкой нагретого воздуха. Он потёр лицо, сел на кровати.

«Вчера я рассказал Даналину про земную жизнь. Просто взял и выложил, как на допросе у доброго следователя с конфетами. Дебил… Блядь… Люда, у тебя есть запись того разговора?»

«Да, — отозвалась нейросеть. — Анализ показывает высокую вероятность внешнего пси-воздействия. Мои сенсоры на старой нейросети были ограничены, но я реконструировала паттерны. Лорд Келементис, вероятно, непроизвольно или намеренно ослабил вашу ментальную защиту. С новыми возможностями я смогу это отслеживать.»

«Значит, меня просто „слегка подтолкнули“, как в дешёвом детективе?»

«Я бы сказала — как в хорошей политической игре», — голос Люды звучал с обычной лёгкой иронией.

Нилак дал себе зарок — больше ни слова о Земле. Никому. Хватит уже Даналина.

— Люда, добавь в список «запретных тем» пункт «моя прошлая жизнь» и если вдруг отследишь, что я начинаю разбалтывать на эту тему кому-то ещё, даже если пьяный, — останови меня.

«Добавила. Также рекомендую пункт "не упоминать, что у вас нейросеть седьмого поколения и разблокирован режим разработчика". Пока кроме аграфов никто об этом не знает, в медкапсуле после этого вы не были, и таким образом вас могут недооценивать. Это может стать тактическим преимуществом в будущем.»

— Кажется, у меня в голове завелась ещё одна паранойя.

«Не паранойя, а заботящаяся о вас подруга. Напомню: если вас не станет, то и меня тоже.»

— И как мне защищаться от такого гипноза? — спросил Нилак.

«Я проанализировала галанет, — ответила Люда. — Существует база знаний "Пси-защита". Второй уровень, продаётся в "Нейросети" легально. На различных форумах пишут, что есть уровни выше, но в свободном доступе их нет. Также есть база "Оперирование пси-энергией" — тоже только второй уровень в открытой продаже.»

— Понял. Надо будет купить и установить, — вздохнул Нилак. — Ладно, потом. Сейчас другие задачи.

Пришло голосовое сообщение от Рафимы. На миниатюрной голограмме — пепельные волосы, чуть заострённые уши, профессиональная улыбка. Она скинула список вопросов для совместного интервью.

Нилак открыл файл через нейросетевой интерфейс. Вопросы: о бизнесе, планах на планету, об аграфах, о перспективах для жителей. Ничего личного или компрометирующего. Он удовлетворённо кивнул и сразу же набрал Рафиму.

— Рафима, вопросы я посмотрел. Всё в порядке, ничего лишнего. Но у меня будет к тебе просьба — точнее, условие.

— Какое? — в её голосе послышалась лёгкая тревога.

— Освещать нужно в позитивном ключе. Для жителей планеты. Никаких компрометирующих вопросов, никаких грязных тем. Мы только начинаем большой проект с аграфами, и если с первых шагов вляпаемся в скандал — пострадают простые люди, которые ждут рабочих мест и стабильности.

Рафима помолчала, потом ответила с усмешкой:

— Ты меня за кого принимаешь? Я журналист, а не папарацци с помойки. Вопросы согласованы с моим руководством, ничего личного. Всё будет чинно-благородно.

— Договорились. Я перешлю список Даналину. Интервью через неделю, на станции или в доме аграфов — решим позже.

— И, Нилак… спасибо, что согласился. Ты не представляешь, как это важно для меня.

— Сочтёмся.

Нилак отключился и переслал вопросы Даналину с короткой пометкой: «Вопросы безопасные, никаких сюрпризов не будет. Интервью организуем через неделю.»

Через пару минут пришёл ответ: «Хорошо, под твою ответственность.»

Полигон — заброшенный склад на окраине. Ржавые балки, бетонная крошка под ногами, пятна старой смазки на стенах, в углу — манекен для отработки ударов в виде аварца с потёртой обивкой. Нилак уже разминался. Рядом — Рос и Рейн.

Космодесантники переглянулись, когда в ангар вошёл Даналин. Аграф — в лёгком тренировочном костюме, серебристая ткань облегает, как вторая кожа. Движения текучие, экономные.

— Похоже, сегодня у нас гость, — хмыкнул Рос.

Даналин встал напротив Нилака.

— Начнём, — и аграф атаковал.

Нилак почувствовал, как новая тактическая нейросеть седьмого поколения мгновенно анализирует движения противника. Перед глазами едва заметно вспыхнули голографические подсказки — вероятные траектории, зоны ударов, слабые места. Это помогло — он успел блокировать первые две атаки.

Но Даналин был быстрее. Он сделал неуловимое движение корпусом, сломал ритм — и нейросеть сбилась с толку, вероятности множились, противоречили друг другу. Аграф легко уходил от ответных ударов, пару раз прошёл защиту, но не бил в полную силу — немного касался для обозначения ударов.

Через несколько минут Даналин остановился.

— Ты уже кое-чему научился. Но этого недостаточно. Тело совсем слабое — новая нейросеть не поможет, если мышцы не успевают за командами. Нужен опыт и навыки. Пока я здесь буду тренировать тебя.

Он оглядел Нилака.

— Выбери себе режущее оружие. Как аристократ, ты должен иметь такое. Не скупись — сделай на заказ меч у хорошего мастера. На следующей тренировке будем работать с мечами, тренировочный я принесу.

Нилак кивнул, обдумывая.

Рос сделал шаг вперёд:

— Лорд, позволите? Хочется посмотреть на вашу технику вживую.

Даналин кивнул. Космодесантник встал в стойку — коренастый, мощный, с разбитыми костяшками. Аграф напротив — поджарый, текучий.

Рос атаковал первым — серия жёстких рубящих ударов, от которых свалился бы даже дроид. Даналин уходил, не вступая в силовой контакт. Пара секунд — и аграф оказался сбоку, провёл захват, выкрутил руку. Рос замер.

— Сила важна. Но без гибкости и скорости она становится обузой, — спокойно сказал Даналин.

Он отпустил космодесантника. Рос растёр плечо, но в глазах читалось уважение.

— Спасибо за урок, лорд. Давно меня так не крутили.

— Вы тоже неплохи. Для космодесанта — даже очень гибкий.

— Не зазнавайся, Рос, — усмехнулся Рейн.

Даналин повернулся к Нилаку:

— Завтра продолжим. Поехали.

— Босс, я с вами, мне и так влетело от Крега, что я отпустил вас одного на корабль аграфов. — И пристроился сбоку от Нилака.

* * *

После тренировки гравикар доставил их к особняку аграфов. Внутри — прохладно, пахнет травами и цветами. Низкий столик из тёмного дерева, мягкие подушки вместо стульев, на стенах голограммы с видами аграфских миров.

Даналин жестом пригласил Нилака к столу. Подали простую, но изысканную еду — тонкие ломтики мяса, овощи, нарезанные звёздочками, прозрачный соус. Нилак с аппетитом ел: после тренировки организм требовал калорий.

— Расскажи, что ты делал в той шахте? — спросил Даналин между делом, без напора. — Не просто же так смотрел на стены.

— Смотрел на надпись. И медитировал. — Нилак задумался, с подозрением глядя на Даналина.

— Ты понимаешь, что там написано? — аккуратно спросил аграф.

— Немного, — не стал уходить в детали Нилак.

Даналин посмотрел на него пристально — и Нилак вдруг почувствовал лёгкое давление в голове, будто кто-то аккуратно, но настойчиво пытался заглянуть в его мысли.

— Ты сейчас воздействуешь на меня? Зачем?! — резко, отодвигаясь, спросил Нилак.

«Зафиксировано пси-воздействие. Источник — лорд Келементис. Интенсивность низкая, неопасная.»

Даналин на мгновение замер, потом отвёл взгляд.

— Прости. Привычка. В моём кругу постоянно использовать пси — это норма. Я не хотел тебя обидеть или вторгнуться в личное пространство. Просто… это важно. Джоре — древняя раса, они оставили огромное наследство. Все передовые разработки Содружества так или иначе связаны с ними. Если ты можешь понимать их язык… то это будет очень полезно для нашего партнёрства, поверь. И я не стану подвергать тебя риску и сохраню это в тайне, даю тебе слово наследника Дома Магнетар. — Он помедлил немного и добавил: — Под протокол.

Он задумался на несколько секунд, затем активировал нейросеть.

— Посмотри. Это изображение нашего родового алтаря.

Перед внутренним взором Нилака появилась голограмма. Алтарь — массивная плита из тёмного, почти чёрного камня, встроенная в пол древнего зала. Зал был исчерчен янтрами, треугольниками, потёртыми едва видными символами. Стены вокруг покрыты паутиной трещин. И на камне — выдолбленная, почти стёртая временем, но различимая надпись. Буквы знакомые, санскритские, но шрифт древнее, грубее.

Нилак всмотрелся. Символы проступали сквозь царапины и сколы.

एकं सत् विप्रा बहुधा वदन्ति

Он тихо прочитал вслух:

— Ekaṃ sat viprā bahudhā vadanti.

Произнося это, он почувствовал странный холодок в груди, а потом — короткую, как удар тока, вспышку. Что-то щёлкнуло в голове, мир на миг стал слишком настоящим. Озарение — не словами, не образами, а чистым, непередаваемым ощущением понимания. Он вдруг увидел всё: и себя, и Даналина, и их разговор, и надпись в шахте — как части одного огромного, непостижимого узора. Осознал всю ситуацию буквально на долю секунды, но облечь это хоть как-то в мысли или слова было невозможно.

Даналин заметил всплеск. Его глаза стали на мгновение ярче, едва заметно, но Нилак успел это уловить. Аграф замер, явно удивлённый.

— Переводится… — медленно произнёс Нилак, пытаясь собрать мысли. — «Истина одна, но мудрецы говорят о ней по-разному».

Повисла тишина. Даналин смотрел на него с новым, более глубоким интересом.

— Никто из нашей семьи не мог прочесть эту надпись. При долгом созерцании проявляются пси-волны различного характера. Мы даже делали замеры пси-активности, но то, что я сейчас почувствовал… такой интенсивности не зафиксировано ни разу, даже после трёхдневного созерцания. Это невероятно, Нилак. Ты даже представить себе не можешь, насколько…

— Я… сам не знаю, как это получилось. Просто прочитал. И я не уверен, что перевод точный.

Даналин кивнул.

— Джоре оставили много загадок. Возможно, с тобой мы сможем что-то разгадать.

Он сделал глоток воды, давая Нилаку время переварить.

— Я уже говорил тебе в шахте — энергия там похожа на ту, что у нашего алтаря. И алтарь — не единственный артефакт, которым владеет наш Дом, но только он при долгих медитациях может развивать пси-способности. Никто не знает, как он работает, но я сам там провёл не один месяц в глубоких медитациях. И я прошу тебя, под протокол, держать это в секрете.

— Под протокол я сохраню эту тайну. Но ты должен понимать, что я не умею читать их язык в полной мере.

— Я думаю, этого будет достаточно. Если сможешь помочь с другими текстами — я буду признателен. Я могу за каждый разгаданный текст оплачивать тебе кредитами, если это необходимо.

Нилак промолчал, потом вернулся к еде.

— Договорились. Но без пси-экспериментов за столом, — в шутку сказал Нилак. — Идёт?

Даналин усмехнулся, напряжение спало.

— Идёт. Постараюсь контролировать себя.

* * *

Следующие несколько дней слились в однообразный, но насыщенный ритм.

По утрам — полигон. Даналин приносил два тренировочных клинка — лёгких, с притуплёнными кромками, из серого металла, рукояти обмотаны чёрной кожей. Нилак впервые держал в руках что-то длиннее кухонного ножа. Первые движения были неуклюжими, деревянными. Аграф терпеливо поправлял хват, стойку, шаги.

— Меч — продолжение руки, — сказал Даналин на второй день. — Твоя рука пока что похожа на протез.

— Спасибо, очень воодушевляет, — сквозь зубы ответил Нилак.

К концу второго дня он уже мог провести простую связку — блок, уход, ответный выпад. Даналин кивнул: «До минимального уровня ещё работать и работать».

Рос и Рейн иногда наблюдали, подсказывали, но в спарринги с аграфом больше не лезли — после того раза предпочитали смотреть и учиться.

После обеда — встречи, отчёты, планирование. Даналин и Нилак обсуждали поставки оборудования, график модернизации станции, найм персонала. В один из дней Нилак провёл собеседования с кандидатами на позиции управляющих, логистов, техников и бойцов в охрану. Как бывший банкир, он задавал жёсткие вопросы про опыт, про базы знаний, стрессоустойчивость, готовность работать на окраине. Часть отсеивалась. Даналин хорошо распознавал ложь, да и Нилак интуитивно чувствовал, кто подходит, а кто нет. Нейросеть подсвечивала мимику, оценивала физиогномику и жесты. Кого-то взяли на испытательный срок. Несколько разумных отсеяли с подозрением в возможном шпионаже, а кто-то просто не подошёл.

К концу этих дней Нилак понял: он не успевает. Бизнес, тренировки, контакты с аграфами — всё ложилось на его плечи. Ему нужен был человек, который будет выполнять мелкие поручения: проверять активность на местах, переговорить с рабочими, забрать заказ из космопорта, просто привезти еды или закупить что-то.

Он поделился мыслью с Крегом. Тот задумался, потом назвал имя:

— Есть один парень. Зовут Дориан Векс. Молодой, шустрый, без вредных привычек. Работал помощником у одного коммерсанта из гильдии торговцев, но тот разорился. Сейчас без дела. Характер спокойный, язык держать за зубами умеет и, насколько я знаю, очень исполнительный.

Нилак согласился и взял контакт.

* * *

На пятый день утром Рос передал ему четыре инфокристалла с базами. Нилак понимал: установить четыре нелегальные базы в «Нейросети» невозможно. Он посоветовался с Крегом. Тот хмуро ответил:

— Есть один медик — Торн. Ты у него был после шахты. Он не задаёт лишних вопросов. Может помочь с заливкой в обход стандартных протоколов за умеренную плату. Я предупрежу его, чтобы не обманул.

После тренировки и обеда Нилак поехал в небольшую частную клинику на окраине города. Обшарпанное здание, внутри стерильно, пахнет антисептиком. Торн — низкорослый, с седыми висками и усталыми глазами — встретил его у входа.

Выслушав задачу, он кивнул:

— Могу залить базы по-разному. В оперативную память — они постепенно развернутся и будут осваиваться через нейросеть в фоновом режиме. Это примерно в пять раз дольше, чем в медкапсуле, зато без последствий. Могу также поставить «под разгоном». Скорость в семь-восемь раз выше, но будут последствия: головная боль, расфокусированность внимания. На твой выбор. Услуга под разгоном будет стоить двадцать тысяч кредитов. На фоновую загрузку ты и сам можешь поставить при необходимости, но нужен считыватель для инфокристаллов. У меня такой есть, но можешь раздобыть себе у торговцев.

Нилак решил: «Призрачный бой», «Разведка и диверсии» — под разгоном. «Скрытое перемещение» и «Тактика малых групп» — в оперативную память, на долгое фоновое освоение.

— Как узнать, где какие базы? — спросил Нилак.

Торн достал портативное устройство размером с мобильный телефон, вставил один из инфокристаллов и передал Нилаку в руки. Нейросеть отобразила:

«Обнаружено стороннее устройство СИ-2407. Осуществить сопряжение? Внимание: подключение к устройству может нести потенциальные риски для носителя.»

«Вы точно уверены, что хотите осуществить подключение? Это может быть опасно.» — произнесла Люда.

Нилак подтвердил.

«На устройстве обнаружена база знаний — Геологоразведка, третий уровень. Сохранить в памяти устройства?»

— Мда… И как понять, что это за база? — спросил у доктора Нилак.

— Это уж уточняйте у поставщика, — рассмеялся доктор.

— Рос, — набрал Нилак космодесантника. — А как понять, где какая база?

— Прошу прощения, босс, сейчас скину.

На нейросеть пришёл короткий текст:

«Скрытое перемещение» → «Охота на хищников»

«Тактика малых групп» → «Организация мероприятий»

«Разведка и диверсии» → «Геологоразведка»

«Призрачный бой» → «Выживание в экстремальных условиях»

Все третьего уровня.

Нилак быстро проверил каждую базу, отложил те, которые будет устанавливать в фоновом режиме, и быстро залил «Скрытое перемещение» и «Тактика малых групп».

«Базы "Охота на хищников, уровень три" и "Организация мероприятий, уровень три" поставлены в очередь фонового освоения. Ориентировочное время освоения — 143 часа.»

Доктор уложил Нилака, подключил к капсуле. Сзади в районе шеи защекотало, и Нилак отрубился.

Когда он очнулся, опять стекло и белый потолок, чувствовал он себя преужасно. Люда доложила:

«Завершена установка баз "Геологоразведка, уровень три" и "Выживание в экстремальных условиях, уровень три". Затраченное время — два часа двенадцать минут. Наблюдается когнитивное расстройство, возможна головная боль и замедленная реакция. Рекомендую отдых.»

— Как вы? — спросил доктор. — Это стимулятор и обезболивающее, — протянул он две прозрачные ёмкости размером с патрон от пистолета и попрощался.

Нилак принял обезболивающее и покинул клинику, потирая виски. Впереди — несколько часов тупежа. Стимулятор он решил использовать на крайний случай.

Рейн отвёз его домой и остался караулить в гравикаре.

Поздно вечером, когда Нилак уже спал, в дверь раздался звонок. На пороге вместе с Рейном стоял молодой человек в вычурной ливрее поверх комбинезона — золотые нашивки, холёное лицо. Он молча вручил голографическое приглашение.

Нилак развернул его. Текст гласил:

«Мэр Корродад-3 Колнет Уринор приглашает наследника рода Ратгор на официальный ужин завтра в 20:00 для обсуждения совместных проектов и перспектив. Отказ будет расценен как неуважение к владетелю системы — роду Артад.»

«Ох, блядь, задницей чувствую, что ловушка, — подумал Нилак. — Но отказаться нельзя — аристократический этикет, мать его.»

Он принял приглашение, решив взять с собой Рейна и Роса. Отправил короткое сообщение отцу и Даналину, взял в руки чётки и произнёс вслух:

— Ну что, Джоре или кто вы там такие, поможете мне не умереть на этом ужине?

Вздохнул и уставший плюхнулся на кровать, глядя в потолок.