Огромный кокон из паутины своими размерами мало уступал королевскому Дворцу. А по населению превосходил намного — только вот большинство живших там существ оказались агрессивны даже без воздействия Чумы, так и клацали на нас жвалами. Не зря их прозвали зверьми… И даже то, что мы шли вглубь Логова в обществе Хорнет, не смогло стопроцентно защитить нас от нападений, то и дело Призраку и Хорнет приходилось взмахивать клинками. Да и без нападений постоянное рычание, шорох и щелчки вокруг тоже неплохо так действовали на нервы.

— Да кто планировал архитектуру этого места… — пробурчал я, когда мы в очередной раз вынуждены были подниматься по стенам Лестниц в Логове Херры не было, поскольку каждая местная тварь умела взбираться по паутине. Теперь то же приходилось проделывать и нам, каждый миг рискуя попасть на клейкую нить.

Я ещё раз порадовался, что отослал Тенёту на рогаче обратно в Город Слёз: Сосуд сосудом, силы у неё предостаточно, но вот ловкости сильно не хватало. Наш Призрак и то норовил постоянно приклеиться к паутине! Ему, с его-то ростом, приходилось трогать больше нитей для подъёма, а для взлёта на крыльях места тут не было. Хорнет уже не раз приходилось спускаться к нему на помощь, перерезая паутину — сама она легко находила путь, указывая его и нам, но нитей было столько, что как не следи, всё равно не на ту попадёшь.

— Теперь ступайте осторожней, — предупредила Хорнет, когда мы в конце концов выбрались в коридор почти на самом верху Логова. — Здесь стражу несут Преследующие Верующие, а они… Не любят чужаков. Боюсь, даже я не смогу провести вас мимо них.

— Разберёмся. Веди нас дальше.

Предупреждение Хорнет прозвучало не зря: не прошли мы и полминуты, как путь нам преградила массивная тварь с огромными клешнями, закрывающими морду подобно маске. Издав гневный вопль, тварь внезапно разомкнула клешни и… Атаковала приблизившуюся Хорнет. Та держалась начеку и тут же отпрыгнула в сторону, одновременно выбросив вперёд иглу, однако тварь успела закрыться клешнями, и игла, глубоко царапнув их, отскочила в сторону.

— Осторожней, он почувствовал наше намерение! — объявила она. — Теперь он нас так просто не пропустит.

Призрак подскочил к монстру и ударил его гвоздём. Вот только в отличии от иглы гвоздь не смог даже поцарапать клешни. Броня у твари была ещё та! Левая клешня резво замахнулась, но Призрак тут же отступил, взмахнув крыльями и отпрыгнув назад от твари. Удар Верующего пришёлся в пустоту, но двигался он необычайно стремительно, для своих размеров даже слишком быстро, наседая на Призрака. Клешни с гудением рассекали воздух, пролетая в опасной близости от панциря Призрака, но зато одновременно с этим Верующий открылся, показывая округлую голову с шестью чёрными глазками. Вот это он сделал зря!

Я сконцентрировался на улиточной магии, рискнул и выпустил Мстительного Духа поверх Призрака. Тварь явно не ждала дальнобойных атак, Дух впечатался в неё и хорошенько сотряс, сорвав атаку. Но убить с первой попытки стража у меня не вышло, напротив, ещё более разъярённый Верующий товарным составом устремился на Призрака.

Сосуд не растерялся: он чуть согнул лапки, дожидаясь, когда страж Херры окажется рядом, а затем вдруг перевоплотился в тень, чёрным облачком Пустоты пролетев прямо через тело твари. Верующий взвыл и двинулся назад, теперь пытаясь затоптать Призрака, нос свистнула игла, Призрак схватился за неё, и Хорнет снова выдернула брата из-под твари. Верующий снова раскрыл клешни, устремив взгляд яростно блестевших глаз на сиблингов. Я приготовил заклинание, но выстрелить не успел: переглянушись, ба потомка Бледного прыгнули на тварь одновременно.

Игла Хорнет впилась ему в морду, выбив один глаз, но тут же дёрнулась назад и оказалась на пути пытавшихся сомкнуться клещей. Защититься Верующий так и не успел! Поднырнув под сестру, Призрак немедленно атаковал снизу вверх, впечатав гвоздь со всех сил. Хитин с треском раскололся, Верующий ещё подёргал лапами, но затем тяжело осел и издох. Призрак с трудом выдернул гвоздь из его морды.

— Негостеприимные у вас тут слуги, — заметил я. И ещё очень мерзкие, так даже и не подумаешь, что эта тварь разумная…

— Какие есть, — ответила Хорнет, смотря на убитое существо. — Я бы предпочла не приносить лишних смертей в этот день, но он напал на нас первым. Идёмте, пока не появились другие.

Да уж, тут я согласен. Сделать бы дело поскорее и убраться отсюда! Не люблю пауков, особенно огромных и злобных!

Но это было уже последнее препятствие на нашем пути. Поднявшись ещё по одной стене, мы оказались в затемнённых покоях матери Хорнет. Несколько горящих свечей не разгоняли тьму, а лишь сгущали её, подчёркивая атмосферу склепа… И так Логово мрачнее некуда, но эта комната меня добила.

Хорнет прошла мимо ложа и остановилась, положив на него одну лапу. Предупредительно сверкнула бледно-золотистая Печать, куполом закрывавшая Грезящую. Херра на Спящую Красавицу не тянула, на человеческий взгляд раздутая паучиха и вовсе была чуть ли не отвратительна, да и на жучиный тоже. Но под этим панцирем жила одна из самых храбрейших душ Халлоунеста.

— Мать моя, и ты, и я знаем, что это необходимо, — тихо произнесла Хорнет, словно бы мы испарились из комнаты и она осталась с Херрой наедине. — Но если бы только существовал хоть один способ избежать этого…

Я почувствовал, что сейчас провалюсь сквозь землю. Способ-то существовал, но только лечение могло быть ещё хуже, чем болезнь, да и уж зашли мы чересчур далеко. Уверен, в другой раз Хорнет нас даже на километр к Херре не подпустит, а значит, действовать нужно было немедленно. Хорнет сама повернулась к Призраку и протянула ему рукоятку Гвоздя Грёз, но пальцы её вдруг разжались и оружие упало на землю.

— Хорнет…

Она отошла в сторону, ничего не ответив. Опёрлась на стену одной лапой, в другой сжала иглу. Терять времени было нельзя, в любой момент она могла решиться на то, что уже отвергла. Я кивнул Призраку.

Клинок Гвоздя Грёз ярко засветился в темноте. Призрак резко отвёл его в сторону, но я не смотрел на это, глядя лишь на Хорнет. Услышав звук, с которым лезвие Гвоздя "заряжалось", концентрируясь и выходя на пик силы, Хорнет вцепилась в стену и оторвала часть паутины, но осталась стоять. Вдруг за моей спиной прозвучал резкий, режущий уши звук, а следом стук падения тела Призрака. Его душа, его сущность вошла в Грёзы Херры.

— Сколько это займёт? — так же тихо, как Тенёта, спросила Хорнет.

— Недолго.

Она повернулась внутрь зала, сгорбившись и опираясь на иглу. Я не сдержался, подошёл поближе и попробовал было её поддержать, но Хорнет резко отошла от меня.

— Не его лапами, Пэл. Не его.

Ладно. Ты сама справишься с этим.

Вдруг печать ярко полыхнула. Тело Херры пошло рябью, будто голограмма, во все стороны взмыли сверкающие цветы Грёз, вспыхивая и угасая. Где-то там, в Грёзах, Призрак вбирал в себя Грёзы, уничтожая саму сущность Херры. Участь намного хуже смерти… Не слишком ли великая цена, пусть даже за великий дар? Я покосился на Хорнет и впервые за всё время в Халлоунесте увидел, что маска жука может выражать дичайшую душевную боль. Она не просила сочувствия к себе, она вовсю пыталась выдержать то, что видела.

А затем Херра исчезла. Пропала, будто её и не было.

Призрак медленно поднялся с пола, а Хорнет столь же медленно стала на него опускаться. На этот раз она не отодвинулась, когда я подскочил и взял её под локоть, помогая именно сесть, а не свалиться.

— И всё-таки это произошло, — не сказала, а простонала она. Я присел рядом, подставив ей своё плечо, и Хорнет привалилась к нему, тоскливо смотря на место, где лежала Херра.

* * *

Смерть пришла к тем, кто пытался встать у нас на пути. Маленькие пауки-ткачи разбегались во все стороны, один из взрослых, крупных пауков, осмелившийся было прыгнуть к нам из-за тёмного угла, был не только проткнут иглой, но и разрублен на части. Преследующий Верующий, на которого мы наткнулись со спины и могли бы обойти, был уничтожен в мгновении ока, его панцирь просто вдавило внутрь от множественных ударов иглы. В остальном же дикая боль и дикая ярость, кипевшие в Хорнет, отгоняли от нас всё население Гнезда. После встречи с Верующим нас уже никто не тревожил, и до вокзала мы добрались, не подвергаясь опасности.

— Призрак, теперь нам нужно спешить, — объявил я, позвонив в колокольчик. — Монаршие Крылья открыли доступ Чумы на Перепутье, плюс одна из Печатей снята… Отправляйтесь с Квиррелом в Святилище Мономоны, а я пока сниму Печать Лурьена-Хранителя. Помни о страже Мономоны, вам с Квиррелом необходимо будет координировать усилия, чтобы одолеть ту медузу. И будь осторожней.

Потому что времени заменять тебя иным Сосудом у меня уже нет.

Призрак кивнул, а покосился на Хорнет. Ярость с неё спала, осталась только душевная пустота, так что она стояла, шатаясь, будто молодое деревцо от ветра. Подсадив Призрака на подбежавшего Топота, и отправив его на Вокзал Королевы, я обернулся к принцессе.

— Дурацкий вопрос, но… Как ты?

— Приемлимо, — сухо ответила Хорнет. — Я в порядке, Пэл, не волнуйся. Гибель моей матери… Я свыклась с нею ранее. Просто…

— Я всё понимаю. Но мы поскорбим о Херре и других мы позже. Если Лучезарность почувствует, что защита Сосуда ослабла, мертвецов в Королевстве будет гораздо больше. Мне нужна твоя помощь, очень нужна.

— В битве с Лучезарностью?

— Отчасти, но не совсем. Я всё тебе расскажу, как вернёмся домой.

Я звякнул в колокольчик. Рогач, прибежавший на вокзал, был мне незнаком, да и он удивлённо мотал головой.

— Никогда бы не подумал, что у нас в Королевстве есть целых два скрытых вокзала. Ваше Величество, — он опомнился, повернулся и согнул лапы. — Я к вашим услугам.

— Отвези нас в Город Слёз, на Склады. И поскорее.

Уточнять не требовалось, рогачи и так скакали быстро. А Хорнет определённо заинтересовалась моими словами, во всяком случае, она первой вскочила на рогача и подала мне лапу, помогая взобраться. Лапка чуть дрожала, когда я взялся за неё, но крепко сжалась вокруг моих пальцев, втащив меня на спину жука.

По приезду в Халлоунест я постарался отплатить ей тем же, спрыгнув первым и собираясь помочь слезть Хорнет, но она соскочила сама. Тенёта, дожидавшаяся нас на вокзале, радостно замахала лапками и побежала обниматься, но Хорнет мягко отстранила её.

— Прости, малышка, но с меня сегодня хватит объятий, — она кивнула мне. — Полагаю, разговор ты не планируешь вести на вокзале?

— Не планирую. Пойдём в мой кабинет. К тому же, по пути надо прихватить Шамана, ему тоже нужно всё услышать.

Хорнет подхватила Тенёту, закинув её себе на спину, благо невооружённый Сосуд был лёгким, и поспешила за мной. Я шёл быстро, не отвечая на приветствия рабочих жуков, тем более, что времени на разговор у меня не очень много. После того, как Призрак и Квиррел закончат с Мономоной, мне необходимо будет быстрее прикончить Лурьена. Конечно, стоило бы дать Хорнет отдохнуть, но я боялся, что боль от потери матери проявит себя, если её не тормошить. Потом погорюет! И судя по тому, как двигалась Хорнет, тактику я выбрал правильную: слишком серьёзным был мой тон. Я же специально не стал рассказывать всё сразу, пусть лучше она гадает-предполагает, в чём же заключается её помощь, чем погружается в скорбь по Херре.

Шаман и Провидица сидели друг перед другом, он на скамейке, она на подушечках, и наслаждались каким-то горячим напитком. Увидев нас, Шаман отставил напиток:

— Леди Хорнет. Примите мои соболезнования…

— Шаман, некогда. Прошу за мной, — бросил я ему на ходу, даже не притормозив.

Он дёрнулся, подхватив посох, кивнул Провидице и поспешил за мной.

— Ваше Величество! Пэл! Что произошло?

Кивнув верным богомолом, я зашёл в кабинет, пропустил мимо себя Хорнет, Тенёту и Шамана, а затем закрыл дверь. Две пары чёрных провалин и одна пара сверкающих белых глаз уставились на меня.

— Пэл, что ты увидел? — первым спросил Шаман. — Ты ведь узрел будущее, не так ли?

— Надеюсь, что на самом деле — нет, не узрел, и всё было лишь сном. Но если не сон, то мне нужно вас обо всём предупредить. Я оставил письменные указания насчёт своей гибели, и, как вы понимаете, я сделал это не просто из-за того, что решил перестраховаться от случайностей.

Я перевёл дух.

— Известно ли вам, откуда взялось племя мотыльков? Если говорить кратко, то Лучезарность создала их из своего света. Родиной самой Лучезарности являлись Грёзы. Я часто думал, почему она не оставила подданных в Грёзах, а отправила их на место будущего Халлоунеста? Возможно, это связано с тем, что подпитка Высшего Существа силами его паствы возможна только извне Грёз. Но ваш мир опасен и конкуренция среди Высших Существ в нём очень высока. Чтобы справляться с нею, Лучезарности понадобилось физическое тело — собственно то, что Лучезарностью и зовётся.

Но кроме этого тела у неё есть ещё одно. Всевышняя Лучезарность, верховная богиня Грёз. Я не знаю, как её охарактеризовать — это Душа, Сущность, Суть самой Лучезарности. Думаю, китайцы, один из народов моего мира, назвали бы Всевышнюю Лучезарность Ци Лучезарности. Я всерьёз опасаюсь, что даже в случае уничтожения самой Лучезарности её Ци останется существовать, представляя опасность для всего нашего мира. Да, возможно, Пустота поглотит её вместе с телом Лучезарности, но…

— Её можно уничтожить? — сходу вникла в проблему Хорнет.

— Именно по этой причине я недавно донимал вопросами Провидицу. Она объяснила мне, что можно извлечь из Лучезарности её Суть. И судя по всему, сделать это смогу лишь я. Призрак будет занят уничтожением её физического тела, а тебе, Хорнет, не хватит на это сил, — я поёжился. — Но… Дело в том, что в моём видении, когда я добрался до Лучезарности, Пустота поглотила нас обоих.

— Вот уж судьба похуже смерти, — хмуро заметил Шаман.

— Я хочу спасти Королевство, но погибать бы не хотелось. Хорнет, в моём сне не было тебя. И именно поэтому я прошу тебя последовать за мной в Грёзы на битву с Лучезарностью. Возможно, твоё присутствие поменяет ход событий.

Хорнет ответила не сразу. И понятно, почему.

Я был тем, кто убил её мать. Косвенно. Но именно я подговорил Веспу, Белую Леди и саму Херру просить Хорнет дать на то дозволение. Я сорвал дуэль с Призраком. Наконец, я был в панцире того, кто задумал всё дело с Грезящими.

— Ты просишь моей помощи? Пэл. Я и так сделала слишком многое.

— Признаюсь, я не особенно рассчитываю на твоё согласие. После того, что произошло, ты имеешь полное право послать меня… Куда подальше. Но кроме всего прочего, разве тебе бы не хотелось проткнуть своей иглой истинную виновницу всех несчастий? А если уж события пойдут по самому плохому сценарию, что же. Ты увидишь не только конец Лучезарности, но и мой собственный.

Она помотала головой.

— Единственный, кто за всё ответственен, давно покинул нас, оставив тебе свой панцирь. Я не хочу видеть твою смерть, Пэл. Ты пытаешься спасти Халлоунест, а я остаюсь дочерью этого Королевства. Только по этой причине я позволила Призраку… Сделать то, что он сделал, — она повернулась к Тенёте и погладила её по черепушке. — А ещё меня сбила с толку эта малышка. Я могу помочь тебе, но учти — я не стану жертвовать собой ни ради тебя, ни ради Призрака. Если ты погибнешь, то тогда Халлоунесту…

— Когда всё закончится, то Халлоунесту будет нужна Королева, — перебил я её. — И Белая Леди не слишком подходит на роль единоличного правителя. Нужен кто-то, кто будет обуздывать её порывы к захвату всей земли своими корнями.

— Именно. Ты можешь гарантировать, что я вернусь?

— Я сделаю всё ради этого. Я не твой отец, Хорнет. Как бы это странно не звучало, ты мне не безразлична.

Конечно, я же за тебя играл.

— …Впрочем, ты и отцу никогда не была безразлична. Просто он слишком был занят спасением мира и на этом фоне позабыл, что у него есть не только Сосуды, но и дочь.

— Однако, Пэл, какова же будет моя роль? — удивился Шаман. — Я боюсь, даже совместных сил меня и моих родственников не хватит, чтобы уберечь тебя от Пустоты.

— От Пустоты у меня есть Вечноцвет. С первых дней этого мира он защищает наш род от Пустоты, с которой мы, Бледные, навеки связаны. От тебя мне требуется иное. Если я потерплю поражение, то Хорнет понадобятся… Как бы выразиться…

— Надёжные слуги?

Я бы улыбнулся, да не мог.

— Именно так. Прайт и Корус отлично справятся с административными делами. На тебя же лягут дела магические. К тому же, кто-то должен будет обучить Тенёту магии. Я оставил тебе особые инструкции, которые касаются будущего Королевства и лично Хорнет. О них ты можешь поведать только Белой Леди, Веспе и самой Хорнет.

— Неприятно знать, что у тебя есть тайны от меня, — заметила принцесса Халлоунеста.

— Есть. Но это всё — дела будущего. А мы с вами должны сосредоточить все силы на настоящем. И нанести удар по Лучезарности первыми. Иначе слишком многое из того, что было сделано, окажется напрасным.

Вот только смогу ли я сам сделать то, что должен? Умирать мне бы не хотелось. Очень. И потому я пока не мог ответить на этот вопрос…