Лост — и никаких гвоздей

Хватит мне на сегодня этих кувырканий, думал я, направляясь от Нижней набережной к себе на Черняховского. Займемся лучше делом… а именно добьем первый том саги о потеряшках под незамысловатым названием «И живые позавидуют мертвым». У меня уже не много не мало, а почти восемь авторских листов было готово, поэтому я закрыл дверь, отключил телефон и пейджер и целенаправленно уселся добить тему до требуемых десяти алок, такой вроде бы стандарт был во все времена и нравы.

Других я очень аккуратно ввел в ткань романа, они у меня тоже строили разные подземные бункеры, но происхождение вели совсем не от неизвестной народу Дхармы, а от секретного 11 отдела КГБ… почему 11-го? Затрудняюсь с ответом, просто из пальца высосал я этот номер… там их всего десять штук было, по-моему, этих отделов, 9-й это охрана высших лиц, ФСО по-нынешнему, 10-й спецсооружения типа подземных тоннелей и бункеров под Москвой, ну пусть будет еще и 11-й, самый суперсекретный.

Дымок, летающий по острову взад-вперед, я конечно оставил, так загадочнее будет, ожившие трупы тоже, пусть их, а вот любовных треугольников добавил — теперь к стандартному Джек-Сойер-Кейт (Жека-Сема-Катя) у меня добавился еще и Чарли-Саид-Клер (Гарик-Ахмед-Лера), для этого пришлось убрать беременность у Клер и добавить африканских страстей.

Финал я в принципе сильно менять не стал — ну нашли они бункер Лебедь, ну сбежал оттуда шотландец Десмонд (я его переделал в прибалтийца Расмуса), ну увидели они эту страшную ЭВМ типа СМ-4 с загадочными циферками. Затемнение. Смотрите в следующих сериях…

Требуемый объем я добил за каких пару часов, после чего проверил еще раз ошибки и распечатал на Хьюлет-Паккарде два экземпляра. Можно отправляться в издательство — и я не я буду, если не втюхаю свое творчество за приличные бабки…

В нашем городке имелось целых две штуки этих издательств, первое элитарное под названием «Крокодил», там печатали шикарные альбомы и авторские издания на твердой бумаге и, как я понимаю, за собственные деньги авторов. Поэтому я его сразу отмел. А второе располагалось в здании типографии Центр-полиграфа на улице Варварка, и называлось оно ровно так же — Центр-полиграф. Печатали там в основном расхожие детективы и фантастику, поначалу импортную, но уже год-два, как среди Берроузов, Гамильтонов и Чейзов начали пробиваться и робкие российские ростки.

Свою Санни я с необычайной легкостью припарковал буквально в сотне метров от входа в Центр-полиграф, на самой уж Варварке не стал палиться, там иногда и штрафы выписывали, а на соседней Володарской — пожалуйста. На входе в издательство даже охранник сидел, старый и с гримасой отвращения на лице — он выслушал меня и ткнул куда-то направо по коридору, там тебе помогут типа. Здание это состояло из двух частей, новый пристрой, выходящий на Ковалиху, содержал собственно типографию с немецким оборудованием, купили и запустили все это на самом излете советской власти. А вот издательство располагалось в старинном доме, где до революции был, если не ошибаюсь, работный дом, учреждение для принудительного или добровольного привлечения к труду нуждающихся, бездомных или мелких правонарушителей. В обмен на жилье и еду. Капитальное было строение, со стенами в метр толщиной и потолками в четыре метра.

В конце того коридора, куда меня отправил охранник, было два ряда комнат с табличками разного содержания. Я подумал и прошел мимо производственного, художественного и маркетингового отдела, а постучал туда, где значилось «Редакционная группа». Внутри было сумрачно и накурено… и все завалено кипами бумаг, наверно авторский самотек, догадался я.

— Тебе чего, мальчик? — спросила старшая, очевидно, по этой комнате дама, очень средних лет и с прилипшей к нижней губе сигаретой.

— Принес рукопись бестселлера, — скромно ответил я, садясь напротив нее, — называется «И живые позавидуют мертвым»…

— Это из Библии, кажется, — заметила другая дама, сидевшая у меня за спиной, — из откровения Иоанна Богослова.

— Постапокалипсис что ли? — справилась старшая по отделу, — так у нас этим добром уже все под завязку забито.

— Не совсем, — еще более скромно продолжил я, — скорее экзотические приключения Робинзонов на необитаемом острове.

— Робинзонов, — хмыкнула она, — ну у тебя две минуты, чтобы заинтересовать меня — давай, удивляй.

Я и начал удивлять согласно последнему указанию… в две минуты не уложился, слишком много в сюжете было героев и хитросплетений, но меня никто и не остановил по истечении их. Дополнительной минуты мне, в общем, вполне хватило, я остановился на полуслове и выложил на стол картонную папку с распечаткой.

— Здесь два экземпляра, — добавил я, — на всякий случай распечатал. Фамилия, адрес и телефон на первой странице набраны… могу еще пейджер добавить, если скажете.

— Добавь, — это мне сказала дама из-за спины, — не помешает.

Ну я и написал еще и номер пейджера на обоих экземплярах, а на закуску рассказал о своих творческих планах.

— Это, так сказать, первая часть серии, ровно десять авторских листов или 400 килобайт текста. В случае заинтересованности издательства в продолжении могу выдать его в течение… ну допустим месяца. А вообще у меня по плану там шесть томов должно быть…

— Лихо ты развернулся, — заметила старшая, — меня, кстати, Ксения Игнатьевна зовут (а меня Сергей, вставил я свои пять копеек), а откуда ты вообще знаешь все это, про что написал? По книжкам наверно?

— Вообще-то я там два раза в экспедициях побывал, — скромно заметил я, — на излете советской власти. Два года подряд все лето сидел сначала на Камчатке, а потом на Итурупе… так что курильскую экзотику немного знаю. Про КГБ, конечно, это мои фантазии, там я не служил и знакомых нет.

— Ну ладно, — Ксения прикурила новую сигарету от старой, затянулась и выдала резюме, — оставляй, посмотрим поподробнее, что там у тебя нарисовано… девочки, а у нас конец рабочего дня, пора и по домам, — хлопнула она в ладоши.

— Могу вас подвезти, Ксения Игнатьевна, — вежливо предложил я, — машина рядом стоит.

— Ух ты, — восхитилась она, — ну подвези — за язык тебя никто не тянул. Где машина-то стоит?

— На Володарского, сразу за углом, — пояснил я, — красненький Ниссан.

Начальница появилась достаточно быстро, всего минут пять я просидел без движений. Я вышел, открыл ей пассажирскую дверь и справился:

— Куда едем?

— В Щербинки, — ответила она, — там, где академик Сахаров жил — знаешь? Мой дом рядом.

— Про Сахарова слышал, конечно, но возле его квартиры никогда не бывал… заодно и узнаю, — ответил я, трогаясь с места.

— А ты вообще кто по жизни-то? — так начала она разговор, когда мы через площадь Свободы выскочили на Белинку.

— Научный сотрудник из ИФП, слышали про такой?

— Это который напротив психушки? Слышала, конечно… однако, у нас удивительные научные сотрудники пошли, со своими автомобилями.

— Машину я случайно купил, и не за деньги, а по сложному бартеру, — пояснил я, — а еще я председатель жилтоварищества нашего дома, называется ТД Печора.

— Управдом, значит?

— Можно и так сказать, — вежливо улыбнулся я, — как Швондер… или Бунша Иван Васильевич.

— Профессора Преображенского в вашем товариществе не имеется? — поддержала она тему.

— Чего нет, того нет, — развел я руками, — одни только инженеры Тимофеевы. Работа собачья, если честно, но обстоятельства так сложились, что пришлось согласиться. А у вас в доме есть товарищество?

— Нет, у нас по старинке, рулит ЖЭК… на следующем светофоре развернись и назад метров триста.

— Йэс, мэм, — козырнул я, — разворачиваюсь, мэм.

— Хорошая машинка у тебя, быстрая.

— Самому нравится… к тому же она дизельная, расход на сотню км чуть не вдвое ниже, чем у бензиновых.

— Третья девятиэтажка справа, — показала она, — приехали… а Сахаров напротив жил, вон там… КГБ-шники тут постоянно во дворе дежурили вплоть до того момента, как его в Москву вернули.

— О, а вот этот момент я помню, — оживился я, — его же к нам в институт привозили для беседы с директором, декабрь 86 года был… или январь 87-го.

— Спасибо, Сережа, — сказала она, открывая дверь, — на вот тебе мою визитку, может, пригодится как-нибудь.

Я поблагодарил, сунул визитку в нагрудный карман и вырулил обратно на Гагарина. Ну вот теперь можно подумать и о завтрашних проблемах… нотариуса возьмем прикормленного, кстати — надо прямо сейчас договориться, а то нотариусы народ занятой. И я резко свернул в проулок рядом с площадью Лядова, там с недавних пор обитал мой бывший коллега по институту, переквалифицировавшийся на эту тему. В бывшем радиотехникуме он сидел, сейчас это стал обычный бизнес-центр с массой конторок, фирмочек и ООО-шек с заковыристыми названиями. С нотариусом Павликом я договорился за пять минут и за полсотни тысяч, по-божески.

А затем мне надо было снять денежки со своего расчетного счета в отделении Сбербанка… название его пока не урезали вдвое. Итак, лям-двести пенсионеру за отказняк, полтинник нотариусу за услуги и сто двадцать менту за доброе отношение. Итого полтора лимона, запас карман не тянет, пусть будет чуть больше.