— А пойдем прямо сейчас, — принял он неожиданное решение, — у меня в этой Кришне на сегодня больше дел никаких, чего время тянуть?

— А пойдем, — я подставил рюмку для новой порции текилы, к чему только сейчас не привыкнешь, — и бутылку с собой захвати, мало ли что…

Лимонов аккуратно выпил свою порцию, закрутил крышку на бутылке и сунул ее в пакет с надписью «Глобал-Ю-Эс-Эй». Эта надпись мне что-то напомнила… да, я возле этого магазина парковался, когда мы с Виталием ходили на таможню. Вот о чем я поговорю с Владиком, решил я, пока мы доберемся до особняка Водолазовой.

— Слушай, — сказал я, когда мы выбрались на лестнице на улицу Гаршина, — а вот таможня, она под вашей крышей ходит или как?

— Это которая на Маяковке? — уточнил он, — не, у них московская крыша, чуть ли не из администрации президента. Борзые ребята там работают.

— А вообще что про них скажешь, про таможню на Маяковке?

— С какой целью интересуешься?

— Да на службу они меня зовут… завтра вот контрольный визит на железнодорожный вокзал. Вот и интересуюсь, посоветует мне Федеральная служба безопасности туда устраиваться или как?

— У тебя своя голова на плечах есть, — ушел от ответа Влад, когда мы почти дошли до Монастырского съезда, — вот и думай ей сам…

— Понятно… а вот если бы ты на моем месте был, а не в своей службе, и тебя бы позвали в таможню — ты бы что решил? — поставил я вопрос под другим углом.

— Ну хорошо, — усмехнулся он, — если ты так ставишь вопрос, то слушай мой ответ — все зависит от коэффициента доход/убытки. Если он приемлемый получится, тогда пошел бы.

— Так-так-так, — начал чесать затылок я, — и что это за коэффициент, может, пояснишь?

— В верхнюю половину дроби заносишь возможные доходы, не абсолютные, а относительно тех, что у тебя сейчас есть, а в нижнюю — вероятные потери, тоже в относительных единицах. Если итог больше единицы, но не сильно, тут надо думать и анализировать сопутствующие условия. Если два и больше, то наверно надо соглашаться.

— Что-то очень заумно, — поморгал я, — достань-ка из пакета бутылку, без нее не доходит.

Влад достал текилу и протянул ее мне, я отпил пару глотков и решил притормозить с обсуждением скользкой таможенной темы.

— Мы практически пришли, — показал я на здание чуть ниже по склону, — вот этот особняк, вон Монастырский съезд, а вон…

— А вон очередные какие-то бандиты, — закончил мою мысль Владик, показывая на черную БМВ седьмой модели, припаркованную около особняка. — На сегодня что-то перебор с ними, с членами ОПГ, может, остановимся тут и посмотрим на развитие событий?

— Никаких возражений, — тут же откликнулся я, — вон за теми кустами нас совсем видно не будет.

И мы тихонько отступили немного назад, где из земли выбивались мощные заросли американского клена. Листья уже начали расти из почек, укрытие поэтому было стопроцентным. А внизу тем временем происходило вот что — бандитов там имело место ровно пятеро, сколько вмещало транспортное средство, все они были незнакомыми, наверно другая группировка какая-то приехала. Они стояли и сидели на корточках вокруг въезда во двор усадьбы купчихи Водолазовой. А старший, видимо, из них, детина двухметрового роста, на лице коего, впрочем, отображались некоторые зачатки интеллекта, мерил двор шагами. По десять штук шагов делал сначала к сараям, а потом обратно в воротам.

— Чего-то они там ждут, — сообщил мне Лимонов, передавая одновременно бутылку с текилой.

— Однозначно, — согласился с ним я, отхлебнув немного живительной жидкости, — кто-нибудь подойти должен. Бандиты же это территория ментов, — добавил я, чуть подумав, — к вам-то они каким боком?

— Не скажи… если группировка крупная и ворочает нестандартными делами, это наша подследственность, — ответил он, а внизу тем временем что-то произошло.

Те, что сидели на корточках, подпрыгнули, оказавшись в боевых стойках, у двух в руках оказались пистолеты, может и травматы, конечно, но, по-моему, вполне себе боевые. А главный перестал метаться туда-сюда, как тигр в клетке, и присоединился к остальным, у него в руках обнаружился калаш с укороченным прикладом.

— Сейчас что-то случится, — попробовал спрогнозировать ситуацию я.

— Это уж точно, — хмуро подтвердил Влад.

Рядом с входом остановился серый Мицубиси, джипчик какой-то маленький, и из него вышел… ну да, тот самый комиссар Женя Зайцев с одной стороны, а с другой наш заслуженный застройщик Костя. Совсем интересно стало смотреть.

— Ты их знаешь? — спросил Влад.

— Как облупленных, — кивнул я, — чуть позже расскажу, а пока понаблюдаем, чем дело кончится…

А дело внизу закончилось очень быстро — старший бандит что-то очень громко сказал комиссару Жене, тот ответил не менее громко, но я все равно ничего не разобрал. А после этого обоим, приехавшим на Мицубиси, заломили руки за спину и втолкнули обратно в их же джип, в кузовную часть. После чего один бандит сел за руль джипа, остальные залезли в свой БМВ, и они паровозиком съехали с этого Монастырского съезда на набережную и скрылись из глаз.

— Ну теперь рассказывай, кто это был, — потребовал Влад, когда мы спускались вниз к особняку.

— Тот, что пониже — наш застройщик, Костя Черноусов, его контора наш дом строила, — сообщил я, — а повыше это Женя Зайцев, куратор нашей стройки от комсомола… до 91 года, конечно, от комсомола, а потом просто куратор.

— Тэээк… — почесал голову Лимонов, — недвижимость это в принципе для нас не очень интересно, пусть внутренние органы разбираются… я им сообщу информацию. А что они за люди-то? — все же поинтересовался он, невзирая на подследственность.

— Да говно полное, что первый, что второй, — не стал скрывать правды я, — сколько они у нас крови выпили, столько граф Дракула за всю жизнь не употребил.

— Понятно… — отвечал мне Влад, а мы тем временем уже шли по внутреннему двору особняка, — разваливается тут все, как я посмотрю… ну покажи, где твой клад лежал.

Я чисто по наитию зашел через остатки дверного проема на первый этаж, тут ничего не было, кроме завалов битого кирпича, штукатурки и какого-то постороннего хлама.

— Вон там, в стене было замуровано, — увидел я достаточно свежую дыру справа.

— Интересно, — Влад присел на корточки рядом с дырой и изучил все вокруг, — врешь ты только, друг мой.

— Это почему ты так решил? — удивился я.

— В эту дыру ничего существенного не влезет, а у тебя же ведь драгоценности в целой шкатулке лежали, так?

— Ну ладно, вру, — сдался я, — в другом месте я ее нашел, а в каком точно, не скажу, секрет фирмы — может, там еще что-то есть.

— Ладно, не хочешь — не говори… только учти, что люди из нашей конторы будут выезжать на место находки — вот этой дыркой ты им мозг не запудришь.

— Тогда подскажи, что им сказать надо — ты же знаешь, как я вижу.

— Пойдем на сараи посмотрим, — предложил он, и мы вышли обратно во двор.

Вдоль склона тут была выстроена целая линейка дворовых сооружений — это не были обычные советские сараи, слепленные на живую нитку. Капитальные строения с элементами декоративных украшений. Дверей тут тоже не стояло, а внутри видны были завалы такого же мусора, как и в основном здании.

— Вот тут раскопай какой-нибудь угол, чтобы свежие следы были видны, — посоветовал он мне, — и дело с концом.

— Договорились, — кивнул я и быстренько разбросал мусор с крайней кучи слева, помогая себе ногами, — так годится?

— Вполне… с тебя, кстати, за информацию процент полагается.

— Какие вы меркантильные все в этом вашем ФСБ, — искренне возмутился я.

— Жизнь заставляет, — развел он руками, — потом отдашь, когда свою долю получишь… ну ладно, я пошел, пора и отдохнуть… завтра жди сообщения про твой ларец.

Будет день, будет и пицца

Утро следующего дня началось с настойчивого звонка на городской телефон. Надо бы, кстати, у Владика выяснить насчет мобильника, хорошее ведь дело, можно бы и прикупить. А звонил, как ни странно, не бандит из щербинской группировки, не Владик из ФСБ и даже не Ксения Игнатьевна из издательства, а совсем наоборот сосед Николай, муж дуры-Тамарки. Начал он с очень высоких оборотов.

— Ты знаешь, что у нас крыша худая?

— Знаю, конечно.

— И что с ней делать будешь?

— А ты чего такой заведенный-то? — решил разрядить обстановку я, — вчера же дождя не было.

— Будем дожидаться, пока дождь пойдет? — решил он не сворачивать с магистрального плана беседы.

— Ага, будем, — он мне уже надоел, встречаются такие люди, которые надоедают за минуту разговора.

— Тогда жди повестки в суд! — выложил он свой главный козырь.

— Да хоть две, — лениво ответил я и повесил трубку.

Но телефон не собирался умолкать, промежуток до следующего вызова уложился в десяток секунд. На этот раз это был вполне ожидаемый вызов из госбезопасности.

— Капитан Фролов, — сообщил он мне, — городское управление ФСБ. Я говорю с Сергеем Новаком?

— Так точно, товарищ капитан, — четко доложил я.

— Нам сообщили о вашем вопросе — приезжайте на Воробьевку через час. На проходной скажете, что к Фролову, вас проводят.

— Все понятно, товарищ капитан, — так же четко ответил я, — буду через час, товарищ капитан.