1 мая 1463 A . D ., Сарагоса, королевство Арагон

— Я убью тебя Иньиго! Своими руками! — ярился король с красными от недосыпа глазами, в одной ночной рубашке и злой, как тысяча демонов.

— Нет! Это будет слишком большая честь для тебя, я прикажу это сделать палачу!

Я, сидя в кресле его рабочего кабинета, на следующее утро после запомнившегося всем без исключения дворянам королевского ужина, мило ему улыбался.

— Ваше высочество, может как-то иначе это можно решить? — пытался сгладить ситуацию Педро де Перальта-и-Эспелета.

— Да как⁈ — изумился тот, — Фердинанд был таким послушным ребёнком! Слова поперёк мне никогда не говорил! А тут он всего пару часов провёл рядом с Иньиго и кого я сейчас перед собой вижу⁈

Король не стал говорить вслух имя умершего старшего сына Карла, но и так все, находившиеся в кабинете это прекрасно поняли.

— Принца можно наказать и запретить в покоях, — предложил дон Луис, который сидел рядом со мной.

— А королеву? — тут же разъярился Хуан, — мне её тоже запереть? Что обо мне тогда подумают вассалы?

— Что вы чёрствый отец, грубый муж и жестокий король? — сделал я предположение, от которого возмутились уже все.

— Маркиз, мы, конечно, понимаем, что вас задело то, что вам не дадут герцогскую корону, но не стоит злить Его высочество ещё больше, — барон Марсилья старался всех помирить, но пока у него ничего не получалось.

— Хватило же мне ума, ещё ничего не сказать Сергио, — пробормотал я словно для себя, но так, чтобы слышали все, — а то даже не знаю, что пришлось бы делать. Может быть, даже пришлось поучаствовать в войне Арагона и Кастилии, на стороне последней, конечно.

— Иньиго, хватит! — Хуан без сил упал в кресло, — я после бессонной ночи и ругани со своей семьёй уже понял, что следующий раз скажу тебе всё как есть, раз ты не понимаешь намёков.

— Да я финансист, а не политик, Ваше высочество! — возмутился я, — кто меня всем этим вашим хитрым хитростям научит-то? Делайте для меня скидку, когда что-то политически выверенное говорите, я же не тупой в конце концов, пойму ваши аргументы!

— Ладно всё, решили уже, — поднял руку Хуан, показывая, что всё понял и я тут же сменил тему.

— А чем вам не нравится поездка Фердинанда в Кастилию? — спросил я его, переходя к конструктиву, — пусть он едет в составе делегации, но не как наследный принц, а как граф Сервера, например. Я лично вижу одни плюсы от этого для всех.

— Например? — хмуро поинтересовался у меня король.

— Для вас, — загнул я первый палец, — вы начинаете приобщать наследного принца к делам короны и такая миссия пусть и в качестве простого участника посольства покажет всем, что вы доверяете ему участвовать в таких сложных мирных переговорах, как эти.

— Для Кастилии, — загнул я второй палец, — разумеется никого не обманет то, что Фердинанд будет представлен, как граф Сервера, поскольку это один из титулов наследного принца Арагона, но мы и не собираемся сильно скрывать его личность, поскольку показываем уровень вашего доверия к королю Энрике, чтобы переговоры прошли ещё более успешно.

— Для вашей жены, — загнул я третий палец, — Фердинанд встретится и лично познакомиться с Изабеллой, а я за ними присмотрю при этом.

— Ну и для меня, — загнул я наконец указательный палец, — я наконец завершу все дела тут и смогу отправиться в паломничество.

Мои аргументы оказались настолько неожиданными, что король переглянулся как с сеньором Педро, так и с доном Луисом. Магистр нахмурил брови, но затем беспомощно развёл руками.

— У меня нет аргументов против слов маркиза, Ваше высочество, — признался наконец он, — если только то, что Фердинанда могут попытаться взять в заложники, для улучшения позиции переговоров.

— Что скажешь на это? — Хуан посмотрел на меня.

— Что в этом случае на одного вассала у короля Кастилии станет меньше, — вздохнул я, — но я постараюсь не доводить ситуацию до столь крайних мер, у меня есть рычаги давления на короля.

— Да? — удивился король, — поделишься ими?

— В обмен на что? — поднял я бровь.

— Торгаш! — кинул он мне презрительно в ответ.

— Вот вы пользуетесь тем, что я любил и уважал вашего брата, Ваше высочество, — покачал я расстроено головой, — король Альфонсо V Великодушный никогда бы такие плохие слова в мой адрес не сказал бы!

— Давайте мы все успокоимся! — наверно десятый раз за это утро взмолился сеньор Педро де Перальта-и-Эспелета.

— Подберите Фердинанду достойную свиту, — вздохнул король после недолгих раздумий, — но не больше десяти человек, всё же он едет, как граф, а не как наследный принц.

— Будет сделано, Ваше высочество, — склонился перед Хуаном, барон Марсилья.

— А ты, — король перевёл на меня взгляд, — забирай себе Мальту и лучше, пока не попадайся мне на глаза.

Я поднялся с кресла, низко ему поклонился и заверил.

— Как вам будет угодно, Ваше высочество.

После чего гордо подняв голову, я вышел из кабинета.

* * *

Когда заносчивый и злопамятный карлик вышел, лицо короля тут же поменялось со злого на задумчивое. Это заметили барон, и магистр.

— Ваше высочество? — осторожно поинтересовался Педро де Перальта-и-Эспелета.

— Мне эта идея с посольством Фердинанда, всё больше нравится, — словно гром среди ясного неба, неожиданно объявил король, — ты Луис представишь Фердинанда тем семьям в Сеговии, какие я тебе скажу. Я поддерживаю с ними тёплые отношения, и они, случись что в Кастилии, ещё подумают, какому королю они должны будут служить.

— Вам нравится идея маркиза? — изумился барон Марсилья, — вы же только что были против неё!

— После прозвучавших аргументов, не признавать же мне, что я был не прав, — Хуан строго посмотрел на своего советника. — Я король и это будет для него дурным примером! А он юноша ещё молодой, не окрепший, может неправильно это истолковать.

— Какой юноша? — не понял сначала Педро де Перальта-и-Эспелета о ком идёт речь, а когда понял, удивлённо поинтересовался у короля, — а сколько лет маркизу?

Хуан прикинул в уме, вычисляя сколько было Иньиго при их первой встрече.

— Сейчас должно быть около двенадцати, — ответил он.

Челюсти у великого магистра Ордена Девы Монтесской и самого барона Марсилья упали на пол, король сначала удивлённо на них посмотрел, а затем понял.

— Вы думали ему больше? — хмыкнул он.

— Я думал ему лет тридцать не меньше, судя по его речи, просто он такой…ну…маленький, — сеньор Педро, изумлённо качал головой, — но как? Ваше высочество? В таком возрасте и такие возможности?

— Тут я могу сказать точно, поскольку видел его взросление, — серьёзно ответил Хуан, — он всего добился сам. Это и есть главная причина, по которой я с ним вожусь, словно с собственным ребёнком, и всё при этом позволяю, поскольку я с ужасом представляю себе, каким он станет хотя бы лет через десять.

— Фелипе писал, что у него уже есть двенадцать боевых кораблей, — вздохнул дон Луис, — и он строит себе ещё столько же.

— Ещё столько же? — от таких новостей удивился король, — этого я не знал.

Дон Луис Деспуиг кивнул, подтверждая.

— Уже в этом году они будут достроены и спущены на воду, так что личный флот маркиза станет больше, чем вообще есть количество военных кораблей у всего королевства Арагон.

— В мирное время, — сварливо уточнил барон Марсилья, — при военном положении мы можем собрать больше.

— А кто ему мешает построить себе ещё? — старик поднял бровь, на что у сеньора Педро не нашлось что ответить.

— В общем, глава посольства — ты, Луис, — вздохнул король, — не спускай пожалуйста глаз с этого пронырливого карлика, а то если ему предложат хорошую цену, он запросто может продать тебя и Фердинанда в Гранадский эмират.

— Постараюсь этого не допустить, Ваше высочество, — с улыбкой ответил дон Луис Деспуиг, понимая, что король таким образом изысканно шутит.

* * *

7 мая 1463 A . D ., Аликанте, королевство Арагон

Путешествовать с принцем, который смотрел на меня словно на святого, оказалось на редкость просто и приятно, даже несмотря на его сопровождение, которое отчего-то сразу меня невзлюбило. Видимо никак не могли простить тот эпизод на королевском ужине, когда я вручил принцу своё личное оружие, выражая тем самым свои исключительные верноподданнические чувства, за это все остальные решили, что я лизоблюд и подхалим. А поскольку поступить так же, как я, они не могли, поэтому лишь опустились перед Фердинандом на одно колено и повторили клятвы верности, а также все дружно, не сговариваясь, меня возненавидели за то, что я тут же прослыл любимчиком не только короля, но ещё и наследного принца, который опоясанный моим оружием теперь только что не спал с ним в кровати, никогда не снимая.

Вот и сейчас, он всегда ехал только рядом со мной, впереди нас был великий магистр, а позади остальная свита принца, и я прямо физически чувствовал, как их злобные взгляды сверлят мне спину.

Первый культурный шок случился у принца, когда мы словно пересекли невидимую линию, отмеченную аккуратным путевым столбом с обозначением границ графства Аликанте и с раскисшей от недавнего дождя грунтовой дороги перешли на отличного качества каменную.

— Сеньор Иньиго! А почему такая хорошая дорога только у вас? — изумился Фердинанд, смотря как бодро зацокали лошади по каменному покрытию.

— Я все налоги, собираемые с графства, оставляю на его развитие, — спокойно ответил я, видя, как к нашему разговору прислушиваются остальные наши спутники.

— А на какой доход вы тогда живёте? — удивился принц.

— Я живу очень бедно, едва свожу концы с концами, — с тяжёлым вздохом ответил я, на что дон Луис Деспуиг закашлялся.

Второй культурный шок случился у Фердинанда, когда он увидел развешенных по деревьям преступников, количество которых хоть и уменьшились у нас, но не исчезло вовсе, поскольку попытать своё счастье пограбить, прибывали соседи, пытавшиеся разорять деревни, близкие к границе других регионов, но Святая Эрмандада, егеря Паулы и рыцари Ордена Монтесы, весьма успешно справлялись с этими гостями, так что как скелеты, так и ещё не съеденные птицами трупы, во множестве болтались на ветру.

— Это просто преступники, принц, — объяснил я интерес к ним Фердинанда, — насильники, убийцы, в общем те, кто решил испортить жизнь моим крестьянам и купцам.

— Почему у вас их так много, а везде, где мы проезжали, почти не было повешенных? — снова удивился он.

Вместо меня ответил дон Луис, который подъехал к нам и слушал как вопросы принца, так и мои ответы.

— Графство Аликанте, мой принц, — сказал он, — считается самым безопасным в королевстве. Жестокость, а главное решительность сеньора Иньиго в этом вопросе, а также большие средства, выделяемые им на борьбу с преступностью, привели к закономерному результату. Сейчас многие купцы, даже изменили свои привычные маршруты, меняя их на те, что идут через Аликанте, поскольку здесь и по дорогам быстрее передвигаться и главное безопаснее.

— А вы дон Луис, весьма хорошо осведомлены о моих делах, — улыбнулся я великому магистру, — хотя в общем-то чему я удивляюсь, это ведь рыцари вашего Ордена мне в этом помогают.

— Вы служите, сеньору Иньиго? — изумился Фердинанд в третий раз.

— Часть рыцарей помогает маркизу с преступностью и перевозками, — ответил магистр, — а служим мы только вашему отцу, принц.

Я подтверждающее кивнул. Фердинанд дальше стал смотреть на всё с нескрываемым интересом, а я тихо спросил великого магистра.

— Дон Луис, вы подумали о моём предложении?

Старик тяжело вздохнул.

— Моих сил едва хватает на то, чтобы метаться между Монтесой и Сарагосой, сеньор Иньиго, — признался он, — расширить орден, чтобы обеспечить вам охрану караванов и вне Арагона и Кастилии, будет весьма непросто.

— Дон Луис, — я внимательно посмотрел на него, — в чем проблема сделать сеньора Фелипе Вивес де Каманьяс и Момпалау вашим заместителем? Я вернусь с ним из паломничества, а вы к этому времени всё подготовите. Отдельное крыло ордена, занимающееся только охраной перевозок, на постоянном контракте у меня? Так вы решите свои проблемы с Его высочеством Хуаном, который не сильно доволен тем, что я привлекаю рыцарей вашего ордена для своих целей, но с другой стороны, что приносит вам больше всего дохода сейчас? Земли? Рента от короля? Или исполнение обязательств по нашему договору?

— Вы сами прекрасно знаете сеньор Иньиго, что платите нам больше, чем мы получаем от всего остального вместе взятого, — хмуро ответил он, — но я по-прежнему не могу дать вам ответ, поскольку король пока против этой идеи.

— Я не хочу давить на вас, дон Луис, — я покачал головой, — мне нравится работать с вами и сеньором Фелипе, но мои финансовые организации развиваются и мне нужна охрана. Если вы не сможете это мне предоставить, я обращусь в другой орден.

— Я услышал вас, сеньор Иньиго, — кивнул магистр, — ещё раз постараюсь донести эти мысли до короля.

— Хорошо, тогда вернёмся к этому разговору позже, — согласился я и отъехал от него, чтобы вернуться к принцу.