Забрав из дворца Хуана, мэтра Амирдовлата Амасиаци, я вернулся с ним в таверну, где он поведал мне, что вторая операция прошла тоже успешно, и король сейчас восстанавливает своё зрение. Поблагодарив его, я попросил подумать, чем бы он хотел у меня заняться, поскольку до выхода большого тиража его труда, ему лучше остаться в Аликанте. Согласившись со мной, он сказал, что подумает как об этом, так и о своей награде, за излечение короля. На что я тут же согласился, что конечно же, я от слов своих не отказываюсь.

Поскольку до ужина с королём и королевой было ещё время, я проехался по городу, чтобы присмотреть подарки, и заехал навестить Хуана с Виленой, чтобы поддерживать с архиепископом хорошие отношения.

— Иньиго! — Хуан обрадовался мне и потащил к себе в кабинет, рассказав, что девушка с детьми скоро вернётся, так что мы можем пока с ним спокойно поговорить.

— Что-то случилось? — удивился я, видя, что он хоть и позвал меня поговорить, но уже минуту молчит и не может поднять на меня даже взгляд.

— Я не должен тебе об этом рассказывать, — Хуан поморщился, — отец на меня точно разозлиться, но я помню время, которое проводил с тобой и думаю ты должен знать это, поскольку новость тебя не обрадует.

Я напрягся.

— Хуан, — мягко обратился я к нему, — я знаю, ты во всём поддерживаешь Его высочество, но ты уже давно не тот наивный юноша, которого он мне вручил для воспитания. Если считаешь, что так будет правильно, то лучше расскажи мне то, что я должен знать.

— Ты знаешь, что в отличии от Неаполитанского королевства с его бесконечными герцогами и принцами, в Арагоне с этим всё строго и по факту у нас только наследник носит титул герцога Монтблан, помимо принца Жиронского.

Я кивнул, соглашаясь с этим.

— Но в Арагоне есть ещё Сардиния и Сицилия, — ответил я, — и насколько я знаю, там всё это присутствует.

— Да, но для высшей знати Арагона всё это не имеет значения, — архиепископ покачал головой, — так что сам представь в какое положение ты поставил отца, когда попросил у него второй герцогский титул Арагона.

После его слов, на меня словно снизошло озарение. Если рассматривать ситуацию только в рамках короны Арагона, то да, я был не прав, прося у короля этот титул, поскольку остальные рода не простят этого Хуану. Тут, как в детской песочнице, либо всех делай герцогами, либо никого.

— Зачем же он тогда согласился? — удивился я.

— А у него был выбор? — удивился в свою очередь Хуан, — ему нужно закончить войну между Арагоном и Кастилией, а ты для этого подходишь просто идеально. Твоя же идея была с передачей Эстельи?

— Да, но он и её тоже не собирается отдавать, — поморщился я, только сейчас начав понимать короля Хуана, который не отказывая никому, получал с этого выгоду, а сам потом не собирался ничего выполнять из им обещанного, — я даже уже начинаю сомневаться, что он Эстелью мне отдаст.

— Её отдаст, — улыбнулся молодой мужчина, — всё равно это не навсегда, да и вы с ним друзья.

— Просто офигенные друзья, — сыронизировал я, — наобещал мне и королю Энрике в три короба и потом всех кинет.

— Иньиго! — Хуан строго посмотрел на меня, — не наговаривай на отца. Если не хочешь, чтобы тебя обманывали, то не прости того, чего он не может тебе дать.

К моему большому сожалению, он был полностью прав. Политик уровня короля, не может себе позволить никакие чувства, если это навредит королевству.

Я поднялся с места, подошёл к удивлённому Хуану и обнял его.

— Ты так вырос! — я покачал головой, — говоришь мне такие ценные вещи! Я и правда больше финансист, чем политик, раз не понимаю таких очевидных вещей.

Архиепископ обнял меня в ответ и тепло улыбнулся.

— Спасибо Иньиго, я знал, что ты поймёшь.

— Пойму да, — кивнул я, но настроение у меня ушло в жуткий минус. Я-то уже нафантазировал себе, как обрадую Сергио после его возвращения из Флоренции, а тут такой облом.

— Но прощу ли? Пока не знаю, — я разорвал объятья и попросил его, — ты ведь сегодня пойдёшь на ужин к Его высочеству?

— Конечно, — кивнул он.

— Передай пожалуйста королю, что мне нездоровится и я не приду, — сказал я, на что Хуан покачал головой.

— Тебя никто не поймёт, и ты этим оскорбишь его.

— Даже если я буду при смерти? — прищурился я.

— Тебя могут внести на носилках, ты побудешь пять минут за столом, потом можешь спокойно умереть, — абсолютно серьёзно ответил он, — Иньиго, прошу тебя, не кидайся из крайности в крайность. У отца и так не очень дела с верными ему дворянами, все ищут повода предать его, так что не нужно устраивать этот демарш. Я понимаю, ты обижен, но подумай не только о себе.

Я подумал, ещё больше разозлился и без сил рухнул в кресло.

— Я ненавижу тебя Хуан, — простонал я, — ты и он сейчас просто одно лицо. При таком уме, тебе нужно было родиться его наследником.

Архиепископ хмыкнул и пожал плечами.

— Ну этого я изменить не могу, может быть и к счастью. Сейчас я полностью счастлив оттого, что имею и это твоя заслуга в том числе. Поэтому я решил быть с тобой честным.

— Спасибо, — протянул я.

— На ужин пойдешь? — на всякий случай уточнил он.

— Сам же сказал, что для пользы королевства, это нужно, — я пожал плечами, — так что пойду.

— Мужчины! Вот вы где! — дверь кабинета открылась и на пороге появилась сияющая от счастья Вилена.

— Сеньора, — я поднялся и поклонился, — рад вас видеть.

— Сеньор Иньиго! Почему так официально? — удивилась девушка, — я вас чем-то обидела?

— Конечно нет дорогая, — ответил за меня Хуан, поднимаясь и обнимая свою женщину, — за разговорами, мы проголодались, покормишь нас?

— Конечно, спускайтесь вниз, — кивнула она и взяв его под руку ещё раз удивлённо посмотрела на меня. Мне пришлось заверить её, что я ещё не проснулся вот и несу всякую чушь, конечно же для меня она всё та же дорогая Вилена.

Пообедав с ними, я в полностью расстроенных чувствах вернулся домой, сказал Бернарду съездить к ювелирам самому и купить что-то дороге и безвкусное для королевы в подарок. Тот, видя, что я без настроения, лишь поклонился и убыл выполнять задание, а вечером, я, как и обещал Хуану, отправился во дворец.

— Сеньор Иньиго, — меня встретил барон Марсилья, — вы рано.

— Это хорошо, или плохо? — я поднял на него спокойный взгляд, под которым взрослый мужчина дрогнул.

— Прошу вас, проходите, — склонил он голову и повёл меня в зал, где уже было небольшое количество дворян.

Пройдя мимо всех, я заработал множество заинтересованных взглядов и прислонился к одной из колонн, чтобы меня не так сильно было видно.

С каждой минутой зал всё больше наполнялся, и я отчётливо понимал, что Хуан был полностью прав, не приди я сегодня — это и правда было бы прямым вызовом королю, и моя обида на него, мало при этом как-то меня оправдывала.

— Сеньор Иньиго, — детский голос рядом, выдернул меня из собственных мыслей, я повернул взгляд и увидел стоящего рядом со мной Фердинанда, за спиной которого стояли два сопровождающих его дворянина.

— Принц, — я низко ему поклонился.

— Простите, что отвлекаю вас, — смущённо продолжил он.

— До следующей пятницы, я абсолютно свободен, — ответил я, с лёгкой улыбкой, показывая ему, что шучу.

Фердинанд несмело улыбнулся в ответ и повернувшись к сопровождающим попросил.

— Могу я поговорить с маркизом наедине, сеньоры?

Те нехотя кивнули и отошли от наследника, а я заинтересованно посмотрел на него, поскольку это был наш первый с ним разговор без присутствия его матери.

— Мама говорит, что я должен жениться на инфанте Изабелле, — смущённо продолжил он наш разговор, — и я понимаю, что так будет выгодно для Арагона, но вы можете мне сказать, что она сама думает об этой свадьбе?

Говорить ему, что Изабелла хотела бы выйти за меня, ему явно не стоило, поэтому я начал изворачиваться.

— Она так же, как и вы, а в сомнениях принц, — ответил я ему, — как член королевской семьи она понимает свой долг, но как юная девушка грезит о прекрасных рыцарях, в которых влюбиться без памяти.

— А какая она сейчас? — смущённо поинтересовался он, — она выросла?

— Как и вы принц, — улыбнулся я ему, делая жест и один из слуг дворца бросился к нам.

— Бумагу и уголь, — приказал я, и тот низко склонившись, вскоре принёс требуемое.

Я ненадолго закрыл глаза, вспомнил нашу последнюю встречу с Изабеллой и нарисовал её, заодно вспоминая, как за всей этой суетой давно не брал в руки ни уголь, ни кисти.

Потрясённый тем, что происходит у него на глазах, как линия за линией на листе появляется красивое лицо инфанты соседнего королевства, Фердинанд потрясённо смотрел на мою работу и затем, когда портрет был готов и я передал ему его в руки, на меня.

— Она и правда красива, — вздохнул он, пытаясь вернуть мне рисунок.

— Оставьте себе, принц, — отказался я, — я и так её часто вижу, а вы хотя бы будете представлять себе, как Изабелла выглядит, взрослея.

— Спасибо, сеньор Иньиго, — Фердинанд смутился, но тут к нам подошла королева Хуана, с поджатыми губами и хмурым видом.

— Что здесь происходит? — поинтересовалась королева, пока я кланялся ей, а Фердинанд пытался спрятать за спину рисунок. Она увидела, отобрала его у него и её взгляд на мгновение смягчился, когда она увидела, кто был на нём изображён.

— Я поинтересовался у сеньора Иньиго, как сейчас выглядит инфанта Изабелла, — объяснил ситуацию принц, — с его талантом к рисованию, ему проще оказалось нарисовать её.

Хуана вернула ему рисунок и перевела взгляд на меня.

— Маркиз.

— Ваше высочество, — я снова поклонился, — почему вы немилостивы ко мне? Я чем-то вас обидел? Или вам не понравились мои подарки?

Королева холодно посмотрела на меня, но ответила.

— Вы предложили мне взятку! Мне! Королеве! Какая наглость!

— Ваше высочество, — я отвечал ровно и спокойно, — граф просто неправильно вам всё объяснил. Это были деньги, чтобы поддержать вас в трудную минуту, ведь мне стало известно, как много Его высочество Хуан тратит на войну и забывает о вас.

— Да? Он говорил мне совсем другое, — удивилась Хуана.

Я достал вексель на пятнадцать тысяч и показал его королеве.

— Вот видите, Ваше высочество, я ничего у вас не прошу, а просто предлагаю дружескую помощь. Хотя если она вам не нужна, конечно, я не стану вам навязываться.

— Нет! Нет! — королева быстро ответила и едва не выхватила вексель банка Медичи у меня из рук, — конечно мы друзья с вами, а ваш граф просто невежда, если не смог объяснить мне такую простую вещь.

— Не переживайте Ваше высочество, я больше никогда к вам его не пришлю, — заверил я её, поскольку это была чистая правда.

«Я буду его лучше отправлять по тем заданиям, где люди не такие тупые, наглые и эгоистичные, как нынешняя королева Арагона, — промелькнуло у меня в голове».

С векселем в руках, королева тут же ко мне подобрела.

— Ладно, я отвлекла вас, можете продолжать общение с принцем Фердинандом.

Она повернулась к сыну.

— Фердинанд, хочу напомнить тебе, что маркиз де Мендоса, всегда был предан королю и королеве Арагона и блюдет наши интересы. Когда вырастешь и станешь королем, не забудь о его помощь нам.

— Конечно матушка, — склонил он голову и Хуана отошла от нас, направившись к другим дворянам.

— Мне сказали, вы сражались? — с интересом поинтересовался у меня он, когда королева ушла.

— А у вас есть меч, принц? — ответил я вопросом на вопрос, на что Фердинанд грустно сказал.

— Только тренировочный, сеньор Иньиго, наставники не дают мне пока настоящий.

Я молча расстегнул свой ремень с висящим на нём мечом и кинжалом и поманив к себе принца, застегнул оружие на его талии.

— Теперь никто не скажет, что у принца Арагона есть только игрушечный меч, — спокойно сказал я.

Фердинанд с таким потрясением смотрел на меня и на появившуюся тяжесть у себя на поясе, что лишь долго открывал рот, не в силах произнести хоть слово. Наконец он собрался и с глубоким потрясением просил у меня.

— Вы дарите мне своё личное оружие?

— Как сказала королева, вы Фердинанд однажды станете королём, — улыбнулся я ему, — а поскольку мой меч и так принадлежит короне Арагона, так что ничего необычного я не сейчас не сделал.

— Но…но, — Фердинанд был по-настоящему поражён моим поступком.

К тому же это увидели его наставники, да и другие дворяне тоже, которые придвинулись к нам ближе, ловя каждое слово в разговоре.

— Носите с честью, принц, — заверил я его, что не шучу с таким серьёзным подарком, — оно не такое, как принято в Арагоне, это итальянское оружие, для которого нужна другая школа.

Фердинанд поняв, что всё происходит всерьёз, ошеломлённо на меня посмотрел.

— А вы, научите меня им сражаться, сеньор Иньиго?

— Если хотите, то конечно принц, — я склонил голову и увидел, как все дворяне, что стояли рядом с нами, стали опускаться на одно колено, произнося клятвы верности короне Арагона и наследному принцу.

Фердинанд ошеломлённо смотрел на это не понимая, что происходит. Ситуацию разрулил король, который сразу же увидел, что в конце зала происходит что-то необычное.

— Сеньоры? — Хуан подошёл и осмотрел как стоящих на колене дворян, так и меня рядом с принцем, на котором обнаружилось то оружие, какое обычно было на мне. Король всё понял без слов.

— Сеньоры прошу вас, поднимитесь, — замахал он рукой, показывая, что всем нужно подняться с пола, — я и так знаю, что вы все верны мне, поэтому ни мне, ни наследнику не нужны от вас дополнительные клятвы.

— Но это действительно так, Ваше высочество, — произнёс один старик, бросая на меня злобный взгляд, — мы просто выразили своё отношение к жесту верности, которое продемонстрировал маркиз Балеарский по отношению к наследнику. Мы так же, как и он, верны вам и вашему наследнику.

— Благодарю вас, сеньоры, — король широко улыбался, — предлагаю приступить к пиру и танцам!

Видя, что все поднялись и расходятся, Хуан подошёл к нам с Фердинандом и широко улыбаясь для всех остальных, зашипел на меня сквозь зубы.

— Иньиго, ты что тут устроил⁈

— Подарил своё оружие принцу и буду его обучать владению им, — спокойно ответил я.

— А ты мог это сделать не на виду у всех? — поинтересовался у меня король.

— А вы могли и не обещать мне герцогство, которое не могли мне дать, — так же с улыбкой, но зло прошипел я, не в силах сдерживать внутри себя злость по этому поводу.

Для всех вокруг, кроме Фердинанда, мы выглядели лучшими друзьями, и только принц слышал, что мы говорим друг другу.

Услышав мои слова, король сразу сдулся.

— Кто тебе сказал? — хмуро поинтересовался он, — Луис или Хуан?

— Какая разница, — тяжело вздохнул я, — главное, я пришёл на ужин.

— Значит Хуан, его бы ты больше послушал, — сразу сообразил король, — ладно поговорим об этом завтра, а сегодня прошу тебя, остановись, хватит! Не порть мне вечер!

— Как скажите, Ваше высочество, — низко поклонился я королю, и он, зло зыркнув на меня, отошёл от нас.

Я повернулся к Фердинанду, который ошеломлённо всё это слушал.

— Я не знал, что у вас с отцом такие доверительные отношения, — пробормотал он.

— Нас познакомил ещё король Альфонсо, брат вашего отца, — объяснил я принцу, — я приехал тогда в Неаполь с проверкой от инквизиции, так мы с ними обоими и познакомились.

Рот принца широко открылся.

— Я никогда не слышал об этом, сеньор Иньиго, — потрясённо сказал он, — расскажите мне?

— Ну я всё равно не планировал ни есть, ни танцевать, так что почему бы и нет, — пожал я плечами, и показал принцу, где мы можем сесть и спокойно поговорить.

Нужно ли говорить, что начав с Неаполя, я на этом не остановился и весь вечер провёл рядом с принцем, который с открытым ртом слушал мои приключения и всё время говорил, что такого просто не может быть. Когда я закончил свой рассказ тем, как папа наградил меня наградой, которую до меня получил только один король и то двести лет назад, Фердинанд не выдержал и попросил меня показать её. Что шляпа, что меч, что «Золотая роза», находились, разумеется, в Аликанте, так что я предложил ему первое, что пришло мне в голову.

— Так принц, едемте со мной в Аликанте, а оттуда в Сеговию? Всё равно дон Луис Деспуиг едет со мной в посольстве, а наличие наследного принца только подчеркнёт высокий статус этой миссии. Так что вы повидаете Изабеллу, увидите мои награды, а заодно познакомитесь с моим учителем из Болоньи. Он намного сильнее меня в фехтовании, вот увидите.

Принц посмотрел на меня таким потрясённым взглядом, затем переспросил, не шучу ли я, и услышав подтверждение, что я абсолютно серьёзен, бросился к столу, где сидели король и королева. Он начал им быстро что-то говорить, королева заинтересованно слушать, а Хуан, наоборот, хмуриться и кидать в мою сторону гневные взгляды, я же, видя, как там начинается разгораться нешуточный спор, к которому начинают прислушиваться остальные дворяне, понял, что хорошее настроение снова возвращается ко мне.

Насвистывая весёлую песенку и в такт ей помахивая рукой, я, не прощаясь, удалился с королевского приёма, поскольку всё что мог сделать, я уже сегодня сделал.