30 апреля 1463 A . D ., Сарагоса, королевство Арагон

Несмотря на беспокойство Бернарда по поводу моей безопасности, доехали мы до Сарагосы вообще без малейших проблем, видимо не в последнюю очередь потому, что и правда передвигались очень быстро и привлекали мало внимание, поскольку едущих в столицу дворян было довольно много, так что удивлённых взглядов, как это бывало обычно, когда я передвигался с огромным отрядом швейцарских наёмников, в этот раз было крайне мало, когда мы с ним останавливались в тавернах, чтобы переночевать.

Добравшись до Сарагосы, мы остановились в давно привычном месте, и я сразу отправил барона во дворец, сообщить королю, что я прошу аудиенции. Ответ прибыл незамедлительно, так что следующим утром, я отдохнувший и полный сил, отправился в королевский дворец. Встретил меня сеньор Педро, с которым мы раскланялись, и он повёл меня в рабочий кабинет Хуана, который мне был очень хорошо знаком, поскольку здесь проходили все его самые важные переговоры.

— Сеньор Иньиго, Его высочество будет буквально через минуту, — сообщил мне барон Марсилья и оставив меня одного, откланялся.

И правда, я даже не успел заскучать, как вскоре прибыл и король, в этот раз уже без повязки на втором глазу, и в очень хорошем настроении.

— Я вижу Иньиго! — с ходу сообщил он мне, — я снова отлично вижу!

Я поднялся с кресла и поклонился ему.

— Это отличные новости Ваше высочество, что мой доктор смог вам помочь.

— Да, работа мэтра Амирдовлата Амасиаци, просто выше всяких похвал, — покивал головой Хуан, с шумом падая в своё кресло и показывая жестом, что я могу снова сесть.

Внимательно посмотрев на меня, он неожиданно спросил.

— Твоя работа?

— Вы о чём, Ваше высочество? — я сделал невинный вид.

Он не успел ответить, как в дверь тихой мышкой вошёл барон Марсилья, и встал за креслом короля. Поскольку тот никак не отреагировал на его появление, я понял, что Хуан в переговорах хочет иметь рядом с собой хотя бы одного советника.

— Иньиго, а как это ещё объяснить? — король хмуро посмотрел на меня, — Энрике внезапно собрал войско и отбыл домой, на волне слухов о том, что в Кастилии случился бунт маркиза де Вильена, и он якобы при поддержке французов идёт на его столицу. Хотя на самом деле Хуан Пачеко всё это время лишь ждал тебя с серебром для найма войск.

— Случай? Божье провидение? — я вопросительно посмотрел на него.

— Не хочешь признаваться в подделке королевских документов? Ладно, — вздохнул король, — главное дело сделано, как я тебя и просил.

— Если это дело случая, — осторожно вступил в разговор сеньор Педро, — может тогда не стоит выполнять данное маркизу слово о герцогстве для графа Латаса?

— Барон, — я крайне скептически посмотрел на советника короля, — во-первых, герцогство было обещано только после подписания мира между королевствами, что ещё не наступило, ну а во-вторых, обманывать своих друзей просто нехорошо.

— Не говоря уже про то, — добавил ворчливо король, — что если этот неизвестно кто начал подделывать королевские письма, то может это сделать и в моём отношении тоже.

— Ох уж этот кто-то, — я огорчённо покачал головой, — мы, конечно, всячески осуждаем подделку королевских писем, но ваше предположение Ваше высочество не лишено оснований. Интересно, как бы отреагировал король Франции, если бы опять же допустим чисто теоретически, получил письмо, написанное вашим почерком, с вашей подписью и скреплённое вашей печатью, о том, что Руссильон и Сердань вы забираете назад, а свой долг ему больше не признаёте?

Лицо барона Марсилья от такого предположения перекосило, а Хуан лишь тяжело вздохнул.

— Слава Господу, что я держу слово и подобные письма не будут написаны.

— Конечно, Ваше высочество, — я склонил голову, — это я просто хочу показать сеньору Педро, что все решения имеют последствия.

— Ладно, с этим разобрались, — Хуан кивнул, — что с мирным договором?

Я вытащил письмо короля Энрике, написанное моим отцом, и отдал его через сеньора Педро, Хуану. Тот взял его и уже не щурясь, свободно прочитал и поднял на меня взгляд.

— Неделя? Он в своём уме?

— Не берусь ставить такой диагноз своему сюзерену, я всё же не врач, Ваше высочество, — скромно ответил я, — но нам и правда нужно поторопиться, к тому же я не зря показал вам само письмо, чтобы вы увидели, на что они готовы согласиться, а на что нет.

— Да, конечно, я оценил твоё доверие Иньиго, — отмахнулся Хуан, словно другого не ожидал от меня, — просто обговорим вот эти обязательные пункты, а все остальные хотелки Энрике просто выкинем.

— Хорошо, Ваше высочество, — склонил я голову, — только я бы хотел в этом мирном договоре добавить ещё один пункт, за свои так сказать посреднические функции.

— Что ты хочешь?

— Разрешить чеканку монет в Эстелья, — ответил я, — город не так сильно будет злиться на вас за то, что отдали его де-юре королю Кастилии, а я вам буду платить налоги сразу своим серебром.

Хуан, задумчиво посмотрел на меня, затем приказал барону Марсилья.

— Педро — выйди.

Тот удивился, но вида не подал, и с поклоном вышел.

Король, явно колебался, прежде чем продолжать разговор, но затем решился.

— Не будет никакой передачи, Иньиго, — сказал он, заставляя меня изумлённо на него посмотреть, — я договорился с Хуаном Пачеко, что бунту дворян в Кастилии быть в любом случае и Энрике вскоре точно будет не до Арагона и Эстельи.

— Эм-м-м, — подвис я, — вы решили меня так подставить, Ваше высочество?

— Ну не то, чтобы подставить, — Хуан пожал плечами, — свою миссию посла ты блестяще выполнишь. Мирный договор будет подписан, но вот саму передачу Эстельи под юрисдикцию короны Кастилии я буду оттягивать на года.

— Так вот почему вы так легко согласились передать её мне, — вздохнул я, — вы мало что теряете, поскольку отдаёте Эстельяю мне только на время, зато взамен останавливаете войну с Кастилией.

— Ты хороший хозяйственник, — он подтверждающее кивнул головой, — Эстелья под твоим руководством только расцветёт, в этом у меня нет сомнений, так что после твоей смерти, корона вернёт себе ещё более богатый и процветающий город, чем сейчас. По-моему, и правда отличная сделка.

— Даже если вы сами к тому времени тоже умрёте, Ваше высочество? — понял я его хитрый и далекоидущий политический ход.

— Ты прекрасно знаешь Иньиго, что такое жизнь одного человека, пусть даже и короля, если династия Трастамара будет процветать, — спокойно кивнул он, — настоящий король должен смотреть на десятилетия вперёд.

Я задумчиво посмотрел на него.

— Это всё меняет, — я понял, зачем он мне об этом сказал, — если вы не отдадите Эстелью королю Энрике, то нужно составить такой мирный договор, который он сразу же подпишет.

— Да, остальные условия будут крайне выгодные для него, — согласился со мной Хуан, — чтобы у него не возникло подозрения в главном, что он не получит ни при каких обстоятельствах.

— Хорошо, Ваше высочество, — кисло ответил я, — спасибо, что сказали мне об этом.

— Я решил, что тебе лучше знать это, зная твою активность, — улыбнулся он, — ну и да, к Энрике ты один не поедешь. Дело слишком важно.

— Не доверяете мне? — изумился я, — у меня всегда в приоритете только ваши интересы, Ваше высочество!

— Иньиго, — Хуан крайне скептически посмотрел на меня, — ты кого пытаешься надуть? Ты всегда блюдешь только свои интересы.

— Вы сегодня крайне жестоки, Ваше высочество, — вздохнул я, но спорить с ним не стал, — кто со мной поедет?

— Человек, которому я абсолютно доверяю, он служил арагонской короне ещё при брате, — ответил король, — да и ты с ним заочно знаком — это магистр ордена Святой Девы Монтесской, дон Луис Деспуиг.

— О-о-о, — протянул я, поскольку и сам был бы рад познакомиться с этим человеком, с Орденом которого был давно связан договором о сотрудничестве и сеньор Фелипе с честью выполнял все возложенные на него обязательства.

— Да, — кивнул король, — он тоже хотел с тобой познакомиться. Зову его?

— Конечно, если поедем вместе, то лучше и условия обсуждать вместе.

— Педро! — король громко крикнул и когда барона Марсилья появился, тот приказал позвать к нам ещё и дона Луиса Деспуига. Вскоре дверь открылась и впервые увидел великого магистра.

Дон Луис был олицетворением военного, каким он должен быть: сухой, поджарый несмотря на почтенный возраст, узкое лицо с выступающими скулами и длинной бородкой, он всем своим видом показывал, что служака до мозга костей.

При виде старика, я поднялся на ноги и поклонился ему, а король представил нас друг другу. Великий магистр Ордена Девы Монтесской с интересом пробежался по моей внешности, зацепив глазом мой меч, который висел на подвесах к поясу.

— Рукоять вашего меча сильно потёрта, сеньор Иньиго, — его глаза из строгих, сразу заискрились весельем, — сколько раз в день вы тренируетесь?

— Сейчас слава Господу нисколько, дон Луис, — перекрестился я, — мой учитель остался в Аликанте, а то бы он снова гонял меня по три раза на день.

Король и барон Марсилья с интересом прислушивались к нашему разговору.

— Не любите тренировки? — усмехнулся старик.

— Дон Луис, ну посмотрите на меня, — я обвёл себя рукой, — какие тренировки! Это тело предназначено только для вина и женских ласк.

От моей скабрёзной шутки рассмеялся не только он, но ещё и король.

— Не слушай его Луис, — Хуан, широко улыбаясь показал всем, кому куда сесть, — поверь мне, ещё пять — семь лет и этот молодой человек станет богаче меня.

— Ох, Ваше высочество, я так рад, что вы в меня верите, — скромно ответил я, и сел в кресло, пока король показывал письмо, которое я привёз и рассказывал вновь прибывшим то, что мы с ним планируем предложить королю Кастилии.

Барон Марсилья и дон Луис Деспуиг внимательно слушали и задавали вопросы, на которые король подробно отвечал.

— Ну что? Как вам? — поинтересовался он у них, когда вопросы закончились.

— Если мы и правда не отдаём Эстелью, — пожал плечами дон Луис, — то всё кажется логичным и даже весьма привлекательным для Кастилии.

Сеньор Педро де Перальта-и-Эспелета, видя, что посмотрели на него, ответил.

— Мне подготовить договор?

— Да, будь добр, — кивнул Хуан, — завтра соберёмся и продолжим обсуждение.

Мы поднялись с мест, но король остановил меня.

— Приезжай на ужин, Хуана будет рада тебя видеть.

— О, Её высочество с принцем вернулись? — обрадовался я, — только я не захватил для неё подарки в этот раз, сами видите всё в второпях да второпях при таких сроках.

— Я не продал половину из того, что ты привёз в прошлый раз, — спокойно признался мне король в том, что торговал моими подарками, — вручишь ей оставшуюся половину.

— Ну что я нищий какой-то, Ваше высочество? — я, видя, как на меня смотрят барон и великий магистр, решил отказаться от такой сомнительной чести, как дарить те подарки, которые были уже подарены, — придумаю что-нибудь.

Король улыбнулся и кивнул.

— Не сомневался в таком ответе.

Я, видя, что все замолчали, понял, что они хотят остаться одни, так что поклонился королю, склонил голову перед остальными дворянами и ретировался за дверь кабинета.

* * *

Когда дверь за карликом закрылась, дон Луис посмотрел на короля.

— А что это за разговор о герцогстве, Ваше высочество? О котором говорил сеньор Иньиго?

— Я пообещал после подписания этого мирного договора, предоставить герцогскую корону для его друга, графа Латаса, — ответил король.

На лице магистра появилось глубокое изумление.

— Если не брать в расчёт Сардинию и Сицилию, то сейчас в короне Арагона герцогский титул, имеет только ваш наследник, — заметил он, — как на появление второго герцога, отреагируют те рода, которые вам преданы и сражаются под вашими знамёнами?

— Конечно плохо Луис, — вздохнул король, — поэтому я и не собираюсь выполнять своё обещание.

Барон Марсилья открыл рот.

— Но Ваше высочество? Вы сами недавно говорили, что с маркизом не стоит так шутить, — удивился он.

— Поэтому я подпишу этот указ, но с обязательным заверением его всеми Кортесами тех областей, которые должны стать единым герцогством, — хмыкнул король.

— А такого никогда не случится, — понятливо кивнул великий магистр, — и вы вроде бы выполнили своё обещание, а виноваты будут Кортесы.

— Так и я планировал сделать, — вздохнул король, — и будем надеяться, что Иньиго ничего с этим не сможет сделать. В том состоянии, в каком королевство находится сейчас, мне ещё проблем с другими верными мне родами не хватало.

Дон Луис внимательно посмотрел на короля.

— Насколько я информирован от Фелипе, то лучше об этом сеньору Иньиго сказать сразу, — заметил он, — поскольку как мне докладывает маршал, маркиз очень злопамятен и крайне жесток. Я боюсь, как бы он не закопал всех представителей Кортесов живьём в землю, когда услышит их отказ, а это вполне себе возможно, исходя из того, что я о нём слышал.

Король задумался, поскольку в словах старого служаки был смысл.

— Ладно Луис, — решил он, — ты всё равно едешь с ним в Кастилию, поэтому найди случай и намекни ему о том, что требовать герцогскую корону сейчас у меня, не очень хорошая идея по политическим причинам.

Великий магистр изумлённо посмотрел на короля.

— Вы, Ваше высочество, хотите, чтобы он свой гнев перенёс на меня вместо вас?

Хуан улыбнулся и хлопнул ладонью о стол.

— Быть королём, мой друг, иногда бывает крайне неплохо!

Дон Луис скептически посмотрел на своего сюзерена, но спорить не стал, поскольку если король что-то решил, его было не переубедить.

— А что с Мальтой будем делать, Ваше высочество? — внезапно вспомнил Педро де Перальта-и-Эспелета, — маркиз хотел купить остров.

— Судя по отчётам финансистов, там сейчас нет ничего полезного, — пожал плечами король, — пусть покупает. Так хотя бы защиту от пиратов для нас выстроит.

— Мне докладывали, что к его Балеарским островам сейчас так просто не подойти, — покачал головой дон Луис, — крепости, форты, патрульные корабли. Маркиз действует с большим размахом.

— Вот пусть и Мальту укрепляет тогда тоже, — согласился король, отпуская всех до вечера.