Я покосился на Йогар-гала, вставшего рядом. Землекопы давно сбежали, верно оценив происходящее и свое нежелание здесь находиться. Пайк с солдатами отправился вдоль берега следом, хотя рыцарь и пытался возражать. Но обычная сталь ничем не могла помочь в колдовском поединке.

– Ты наврал мне, – ровным тоном произнес я.

Удивительно, но я сохранял ледяное спокойствие, наверное, потому что подсознательно ожидал чего-то подобного.

– Ты не можешь призвать Блуждающую Башню. Ни сюда, ни куда бы то ни было.

По лицу божка пробежала легкая полуулыбка.

– Наврал, – так же спокойно признал он. – Башня – это очень древнее сооружение, из эпохи, когда эскурат являлся первым и единственным языком для общения. Даже я толком не знаю, кто ее создал, но это несомненно были великие маги. В данном воплощении у меня нет ни силы, ни знаний, ни власти заставить Блуждающую Башню появиться где бы то ни было, как и предсказать место ее следующего появления.

На секунду установилась тишина, расчищенный пятачок, где мы стояли, словно очутился в зоне безветрия, казалось, будто само время застыло, став вязким, как смола. Со стороны материка надвигалась серая хмарь, пожирая перед собой пространство, позади как ни в чем не бывало продолжало светить яркое солнце.

– А это тогда что за каракули? – я небрежно махнул назад, указывая на вбитые в камень колышки и протянутые между ними веревочки. Они до сих пор образовывали рисунок, отдаленно напоминающий сложную пентаграмму с большим количеством знаков.

– То, что поможет справиться с ними, – Йогар-гал кивнул в сторону приближающейся парочки.

Брат Фабио и Клара Шенриз все так же продолжали неспешно шествовать в окружении сгустков силы, и бесцветные молнии били из свинцовых небес, указывая их путь.

Выглядело их приближение пугающе и невероятно эффектно.

– А может, мне стоит договориться с ними? – я указал на страшную парочку. – Помнится, однажды они уже предлагали постоянный доступ в хранилище Башни.

– Ты отказался, – безэмоционально заметил божок. Судя по виду, его не слишком пугало, что единственный союзник в будущей битве может снюхаться с врагом. – Больше они предлагать не будут. Они даже разговор не начнут.

– Из-за проведенного ритуала?

Йогар-гал хрипло рассмеялся.

– Именно! Им не понравилось, что их и Падших ослабили и отрезали от эфира.

Верно, теперь всем эфирным сущностям приходится несладко в тварном мире. Учитывая, что для них и до этого здесь был отнюдь не курорт, понятно, почему они так взбесились.

– Обрати внимание, они учли ошибки предшественников и использовали чуждую этому миру силу, – добавил божок.

Но это я уже знал и без него. Чувствовал, при помощи тех возможностей, что давал меч Шахода.

Отверженные не стали рисковать и пришли в ореоле всей своей мощи, проистекающей из глубин хаоса. Кусок которого они за собой притащили. Неприятное ощущение, что в тебя хотят бросить частью того, что существовало лишь за пределами мироздания.

– И кстати, – вдруг снова открыл рот Йогар-гал. – У тебя есть свиток с заклинанием «Дороги Теней». Помнишь, как я тебе его подарил?

– Выменял, – поправил я. – Причем выменял на редкий и дорогой артефакт из числа Истинных вещей.

Мы разговаривали так, словно ничего необычного не происходило, словно мы находились на обычной прогулке, и на нас не собирались напасть одни из самых могущественных сущностей в мироздании.

– В любом случае, при помощи силы меча, теперь ты сможешь использовать свиток. Слишком много Падших он поглотил, энергии хватит, чтобы пробить путь в другой мир.

– И ты знал это заранее, – я хмыкнул. Хитрость божка уже давно перестала удивлять.

Йогар-гал с независимым видом пожал плечами.

– Передавая свиток, я не думал, что ты сможешь убить столько Падших. В этом я не обманул. Помнишь, я предупреждал, что магия Дороги Теней слишком сильна, чтобы использовать ее такому, как ты? Я не врал.

Действительно, нечто похожее он заявлял, передавая свиток, что у меня силенок не хватит пустить в ход хранящееся внутри заклинание. Просто не получится сделать, как надо. И тогда пришла мысль о Блуждающей Башне, о зале с зеркалами, смотрящими в другие миры, о знаниях, что скрывают бесконечные библиотеки.

Не вышло. Что же, бывает. Расстроенным я в любом случае не был.

Перстень дэс-валион снова напомнил о себе небольшим покалыванием. Я повернулся, ища глазами отряд всадников во главе с неугомонной «сестричкой», и ничего не нашел. Серая хмарь уже выбросила отдельные щупальца вперед, отделяя расчищенную площадку, где мы стояли, от остальной части берега.

Но где-то на краю самого восприятия я уловил отголоски строящихся чар. Кажется, родственница из Великого Дуэгара планировала поучаствовать в намеченной вечеринке и вела активную подготовку.

Зря. Сомневаюсь, что здесь помогут обычные заклятья. Будет только хуже, подставится под удар. Как ни посмотри, а Алия мне начала даже в чем-то нравиться.

– Нас ждет своя битва, – проскрипел Йогар-гал, похоже тоже почувствовав выстраиваемое заклинание со сложной переплетенной структурой.

Интересно, что за штука? Судя по насыщенности, что-то чрезвычайно мощное, из раздела магии высшего порядка. Не знал, что у «сестрички» настолько вырос личный потенциал. Или использует накопители? А может, артефакты? Иные магические предметы содержат столько энергии, что никаким кристаллам не снилось. Высосать такой, и можно горы свернуть.

– Не отвлекайся, – неприятным скрежещущим голосом произнес Йогар-гал.

Вместо ответа я провел перед собой рукой, и правая ладонь налилась привычной тяжестью призванного меча Шахода. Эфирный клинок исходил смертельными эманациями, в черном с красными прожилками извилистом лезвии бушевала ярость первого убийства, следом в астральных планах зазвучала песнь Смерти.

Отверженные приближались.

Они действительно атаковали сразу, не тратя лишних слов. Брат Фабио и Клара Шенриз, нелепые оболочки, ставшие пристанищем для Отверженных. Чудовищный по силе удар обрушился напрямую из астрала. Следом до площадки докатилась волна всесокрушающего хаоса – чистой энтропии энергии, способной лишь разрушать.

Изгнанники и правда хорошо подготовились, учли ошибки Падших и ударили сразу по двум направлениям. Не просто шли напролом, используя грубую силу, хотя она тоже была в виде серой пелены, жадно пожиравшей материю, но и напали в форме более тонких воздействий на уровне астрального плана.

Это было даже в чем-то красиво. Их сила одновременно напоминала силы Хрона, Авирала и Мекдара, вместе взятые. Они тасовали линии вероятности, как простую колоду карт. Отверженные пытались ни много ни мало, но создать вариант мира, где ни я, ни Йогар-гал никогда не существовали.

Огонь, пламя, даже сам хаос – какая ерунда, эти твари играли по совершенно иным правилам. Они сплетали нити мироздания, извлекая из них одни события и заменяя их другими.

Перед моими глазами мелькнул мир, где маленький Эрик окончательно надоел своей бестолковостью старому алхимику, и он просто выгнал его на улицу, где спустя какое-то время тот погиб в грязной канаве, напоровшись на дороге на группу разбойников.

В другом варианте Пауль Гренвир оказался не столь милосерден и сделал из нерадивого ученика подопытную свинку для одного из своих жутковатых экспериментов.

В третьем все закончилось еще хуже, древний маг скормил душу своего ученика-слуги вызванному демону всего лишь за крупицы знания, которое мог добыть другим способом, настолько ему оказалась безразлична судьба когда-то подобранного уличного бродяжки.

Отверженные плели узор и не скрываясь демонстрировали его нам. Не знаю, что видел Йогар-гал, но мне показали мою жизнь на Земле, и ни одна версия не заканчивалась хэппи-эндом. Везде кровь, насилие и чудовищные страдания.

В какой-то момент в моем сознании что-то щелкнуло. Я знал, что это не мираж, не иллюзия, что Отверженные действительно перекраивают реальность по своему усмотрению, и, показывая результаты работы, одновременно воздействуют на нас. Но в то же время пришло четкое ощущение, что им кто-то настойчиво пытается помешать.

Океан первозданного хаоса, за которым они прятались, оказался вовсе не таким непроницаемым, как выглядел на первый взгляд. Некто сумел прорвать эту завесу и в свою очередь влиял на вносимые в мир изменения.

Сначала мелькнула мысль об Алии, о том, что дэс-валион каким-то чудом удалось дотянуться до мерзких тварей. Но потом пришло понимание, что ни одному смертному подобное не под силу, какой бы магической мощью он ни обладал.

Это был Йогар-гал, именно он дождался удачного момента и сумел зацепиться за сущности врагов, каким-то образом влияя на их поступки. Нити судьбы рвались, выстраиваемые чужой волей события исчезали, возвращая историю в прежнее русло.

Это не было привычным тараном, сметающим все на своем пути. Мой невольный союзник пошел по пути наших противников, дождался, пока они достаточно отвлекутся на меня, считая носителя меча Шахода самым опасным, и нанес хирургически точный удар.

Они не знали, с кем их столкнула судьба, – мой разум пронзила кристально чистая мысль. До последнего не понимали, что имеют дело с не обычным младшим божком.

Шаход никогда не был сильным в привычном понимании слова. Тот же бог войны Авирал в свое время легко бы его сокрушил один на один. Но первый мятежник пробил вход в тварный мир смертных вовсе не при помощи грубой силы, а при помощи знаний и воздействий на тонкие планы бытия.

Все равно, что пытаться столкнуть с горы огромный валун. Можно пыхтеть и пытаться сколько угодно, и все равно ничего не получится. А можно толкнуть небольшой камешек и устроить обвал. Нужно лишь знать, какой камень трогать.

Здесь происходило нечто подобное.

Рисунок пылал, расчищенная каменная площадка превратилась в сияющий знак. Основанный на портальной магии символ подпитывался с размещенными в разных концах кровавыми алмазами. Призыв Блуждающей Башни не произошел, зато был пробит канал напрямую в эфир, откуда теперь черпал силы Йогар-гал, сдерживая пытавшихся перейти в контратаку Отверженных.

Но самое удивительное, где-то на границе чувствительности, на самой тонкой грани восприятия, ощущалось присутствие других сущностей. Падшие, оставшиеся в Шасцу-Насхар, почуяли, что их тоже пытаются вырезать из реальности, и вносили свою лепту, мешая хаоситам завершить начатое.

Раньше с ними бы такой фокус не прошел. Слишком сильные были боги, слишком крепко вплетены в ткань мироздания, слишком тяжеловесны для такого стирания. Но сейчас ситуация изменилась, бывшие властители эфира достаточно ослабли, чтобы возникла возможность от них тоже избавиться.

После провала из эфира в тварный мир, после потерь здесь, после ритуала Йогар-гала, после гибели сородичей – все это в совокупности оказало разрушительное воздействие на тонкие тела Падших, и они стали уязвимы. Отверженные не разменивались на мелочи, решив избавиться от всех врагов разом. Банальное физическое уничтожение наших оболочек их уже не устраивало, они играли по-крупному, сделав ставку на один удар.

И проиграли.

Да, пока этого не было видно, но вмешательство Йогар-гала оказалось решающим. Выстраиваемая реальность уже рушилась, возвращаясь к прежнему облику. История возвращалась в старое русло, как и великая река времени, чьи воды пытались повернуть вспять.

Переход обратно в реальный мир оказался столь же внезапен, как и атака Отверженных. Вот мое сознание плавало в каких-то мутно-серых далях, где будущее выглядело затягивающей пустотой, а в следующее мгновение я осознал себя стоящим на каменистой площадке.

Перед нами находились брат Фабио и Клара Шенриз, клубящаяся за их спинами серая хмарь исчезла. Солнце вновь светило с ярко-синих небес. Налетел ветерок со стороны берега, принеся с собой свежесть моря.

Я моргнул и осторожно подвигал руками. Казалось, прошла сама вечность, прежде чем привычный мир исчез, заменив собой видения возможного прошлого. Сжимавшая меч Шахода рука вдруг налилась тяжестью, обычно невесомый, переполненный силой клинок стал напоминать обычную палку. Он больше не светился, не пел песнь смерти, превратившись в неудобную железяку.

– Мы не сможем убить их, – с сожалением протянул Йогар-гал. – Они держат защиту, а я не могу сквозь нее пробиться.

Проще говоря, пат, безвыходная ситуация для обеих сторон.

– Развоплотить не получится, а изгнать? – спросил я, примериваясь мечом нанести удар. Несмотря на то, что эфирный клинок превратился в неуклюжую железяку, остро заточенное лезвие у него никуда не делось. Можно поработать, как обычным тесаком, для начала снеся голову обоим противникам. А там как пойдет.

И жрец, и авантюристка стояли не двигаясь, словно в стазисе, все их силы уходили на то, чтобы не дать Йогар-галу окончательно подчинить их своей воле, а затем стереть из мироздания, совсем как недавно они собирались поступить с нами.

Удар. Лезвие прошелестело и вонзилось в шею тучному жрецу. Остатков энергии меча Шахода хватило, чтобы пробить последний барьер. Голова толстяка неожиданно легко отделилась от тела и покатилась по земле подпрыгивающим мячом.

Клара Шенриз видела, что произошло с ее приятелем, но ничего не могла сделать, лишь с бессильной яростью наблюдала, как я подхожу, спокойно примериваюсь и вздымаю клинок.

Удар. И еще одна голова, на этот раз женская, подпрыгивая покатилась по земле.

– К сожалению, их это только отбросило назад, но не уничтожило, – печально промолвил Йогар-гал. Плечи божка опустились, богатый приказчик вдруг в одночасье стал выглядеть, как дряхлый старик. – Но по крайней мере о них можно будет долго не беспокоиться. Слишком много сил у них выпила схватка.

Я не стал отвечать, вместо этого посмотрел в сторону Силверпорта, над центром поднимались клубы серой пыли. Кажется, прорыв хаоса все же добрался до города.

Мелькнула мысль, что о проклятии теперь можно не волноваться. Хаос вымел все, на месте старого особняка можно возводить любые дома, без угрозы сгорания. Сами не зная, Отверженные оказали мне услугу.

Камень, дерево, черепица, человеческие тела – серая хмарь обращала в пыль все, до чего смогла дотянуться.

Вдали виднелся пролом, куска городской стены просто не было, точный срез указывал на место прорыва. Кажется, значительная часть Верхнего города, предместий и портовых районов уже никогда не останутся прежними.

Йогар-гал спокойно стоял, словно чего-то ожидая. Я чувствовал усталость, но знал, что мне надо сделать еще одну вещь, прежде чем возвращаться обратно.

Я сделал шаг и одним слитным ударом вогнал лезвие меча в грудь Йогар-гала.

– Людям не нужны ни боги, ни другие эфирные сущности, – четко сказал я, глядя в лицо божку. – Мы сами хозяева своего мироздания. И такими должны остаться навсегда. Вам здесь не место.

Жизненная энергия потекла из тела божка в клинок. Меч Шахода высасывал силу из своего предыдущего господина. Совершенно неожиданно Йогар-гал улыбнулся.

– Я знал, что ты это сделаешь, – прохрипел он.

На губах оболочки выступила кровь, но он продолжал оставаться на месте, не падая. Я надавил, проворачивая рукоять и делая рану шире. Поток силы превратился в полноводную реку. Меч налился красным свечением, вновь напоминая себе прежнего.

– Сначала я закончу с тобой, потом разберусь с оставшимися Падшими. А после, если получится, подумаю, как окончательно разделаться с Отверженными, – сказал я. – Этот мир принадлежит людям, и таким, как вы, здесь нечего делать.

Больше он ничего не сказал, глаза божка закатились, его оболочка обмякла, соскальзывая по лезвию вниз. Постояв еще некоторое время и убедившись, что тело действительно мертво, я провел рукой, пряча вновь налившийся силой меч, и устало побрел в сторону города.

Падшие, Отверженные, другие боги – все они всего лишь пиявки, которым здесь совершенно не место.