На берегу шла суета. Вгрызались в твердую скалистую породу кирки, разбрасывали комья песка и грунта лопаты, скреблись о камень мотыги, убирая песок. Ровная площадка диаметром в полсотни метров постепенно принимала законченный вид в форме незавершенной подковы.

Здесь трудилось около тридцати человек, судя по виду, в основном из бывших крестьян, пришедших из деревень в поисках поденной работы, и бедняки из трущобных кварталов Силверпорта, решившие заработать пару лишних монет.

Они долбили, расчищали, растаскивали, ничуть не уступая в усердности муравьям и в чем-то отдаленно напоминая слаженностью работы уже виденных сегодня рабочих из бригады строителей.

В стороне стояло несколько палаток и конных подвод. На них из города привезли инструменты и продовольствие. Еду варили здесь же, в двух огромных котлах. Судя по исходящим от костров запахам, близилось время обеда.

Приготовлением пищи занималась дородная бабища в засаленном переднике, похоже, нанятая специально в одном из придорожных постоялых дворов. Оттуда же привозили продукты. Еда простая, но сытная, в самый раз, чтобы восполнить силы после трудового дня, полного тяжелых физических нагрузок.

Я принюхался. На удивление пахло вкусно. Не какие-то помои, чем обычно кормили на подобного рода работах, а вполне нормальная пища. Судя по всему, сегодня готовилась бобовая похлебка с мясом и кукурузными лепешками, уже лежащими готовыми для раздачи тремя отдельными горками. Рядом стояло несколько бочонков с ягодным сидром и десяток крупных кругов темно-желтого сыра.

Надо отдать Йогар-галу должное, голодом своих рабочих он не морил. Не удивлюсь, если окажется, что многие ходили сюда не только ради пятерки медных чешуек (вряд ли в день божок платил больше), но также из-за отличной кормежки.

Хм-м, кажется, начинаю понимать. Я пригляделся, отметив некоторые особенности у всех работников. Ошибся, это не местные, все из числа беженцев из Южного королевства, вот откуда такое усердие. Здешние бродяги из трущоб, да и крестьяне, так бы не впахивали, стараясь показать полезность. А эти трудятся, как муравьи, надеясь, что после завершения наниматель оценит усердие и возьмет на другую работу.

Оглядев палатки, подводы с продуктами и инструменты, я задумался. Интересно, где на все это Йогар-гал достал деньги? У меня он ничего не просил, громких случаев исчезновения крупных средств в городе за последнее время не было. А ведь все это предприятие должно сжирать не меньше полусотни серебряных монет в день. И длится процесс уже третью неделю (первая ушла на поиски подходящего места для стоянки Башни и уговоры бургомистра на передачу земли).

Сколько уже потрачено? Не удивлюсь, если счет идет на полновесные золотые. Откуда столько? Неугомонный божок ограбил где-то банк? Или разорил ювелирную лавку? Впрочем, особой разницы, где достал деньги, нет. Процесс продвигается, и это на данный момент самое главное.

Мы остановили лошадей на вершине песчаного бархана, что в изрядном количестве встречались на берегу. Придержав повод, я повернул голову к Пайку:

– Кстати, неплохо будет предложить беженцам с юга защиту и безопасность в Перелесье. Их сейчас много в городе, а пустующих земель в домене огромное количество. Почему бы не совместить приятное с полезным?

Бывший наемник обдумал идею.

– Хорошая мысль, милорд. Но где их размещать? Скоро осень, а там и зима. С учетом дороги они не успеют поставить себе дома до холодов.

Я пожал плечами.

– Пусть роют временные землянки, их не так трудно сделать, перезимовать хватит. Из замка поставят припасы на первое время. Потом можно будет заложить несколько деревень в разных концах Перелесья, – я рассуждал вслух, ощущая себя феодалом в заботах о собственных владениях.

Ведь сейчас и правда в Перелесье всего две небольшие деревеньки на весьма обширный по размерам участок земли. Людей мало, податей тоже, даже воинов приходится набирать из числа наемников, а не тренируя собственных новобранцев.

Доходы опять же, не всегда получится жировать на одном торговом тракте. Это сейчас он оживлен и приносит хороший доход. Но что-нибудь изменится, откроют где-нибудь перевал и торговые пути пойдут в другом направлении.

В истории такое случалось не раз и некогда богатые города или дворянские имения за пару лет хирели, превращаясь в бледную тень себя прежних. Стоило позаботиться о будущем и подстелить соломки сейчас, чем ломать голову, пытаясь найти выход из ситуации в будущем, когда станет плохо.

К тому же, как ни посмотри, а в эпоху средневековья люди это тоже ресурс. Особенно крестьяне. Это замковых слуг хрен выгонишь в поле пахать, а воинов просто так не научишь. Всегда нужны те, кто будет обрабатывать землю, выращивать урожай и платить с него подати. Крестьяне – это базис экономического процветания любого феодала, и упускать шанс заиметь их под руку будет глупостью.

– Сделаю, милорд, – Пайк кивнул. – Думаю, это будет несложно. Найдется много желающих уйти из Силверпорта, особенно если пообещать помощь с продовольствием на первое время.

– Найди кого-нибудь, пусть этим займется. Какого-нибудь приказчика или нечто подобное, – велел я. Умение делегировать полномочия и не вникать самому в каждую мелочь стало для меня второй натурой в сфере управления феодом. Иначе легко сойти с ума, занимаясь всеми хозяйственными делами. В этих делах лучше делиться властью.

– Хорошо, милорд, – рыцарь кивнул во второй раз.

Я снова обратил внимание на суету на каменистой площадке. Среди землекопов мелькала приметная фигура Йогар-гала, единственного среди толпы в одежде зажиточного горожанина.

Он вбивал колышки и натягивал тонкие веревочки между ними. Похоже на разметку для начертания будущей пентаграммы призыва.

Что-то знакомое показалась в намечающемся рисунке, не просто пентаграмма для концентрации магической энергии, а нечто другое, нечто, что уже приходилось видеть раньше, только немного в измененном виде…

Я замер. Проклятье! Да это же узор портальной площадки, что использовали Отверженные. Те самые, что они хотели распространить по всему миру через владеющих магией.

Сам рисунок другой, но общие мотивы, несомненно, присутствовали. Какого черта здесь происходит? Разве эти штуки не влияли на астрал и магический фон, высасывая и перекручивая потоки энергии?

Нас заметили, Йогар-гал нахмурился, но все же оставил работу, быстро зашагав в нашу сторону. Я бросил в сторону Пайка и сопровождающего эскорта:

– Оставьте нас.

Рыцарь склонился в коротком поклоне. Он догадывался, кто скрывался за личностью непонятного горожанина, слишком вольно ведущего себя с благородным лордом, но как обычный солдат старался держаться подальше от магических, а особенно божественных дел.

Всадники в темных доспехах повернули коней и начали медленно спускаться по склону. Судя по направлению, Пайк отправился инспектировать полевую кухню местных работников.

Я слез с лошади, небрежно перекинув уздечку через луку седла, и поправил висящий на поясе меч, еще один обязательный атрибут владетельного лорда. И неважно, что основным моим оружием теперь почти всегда выступал меч Шахода, обычный клинок все равно должен присутствовать в ножнах, как видимое проявление благородного происхождения.

Условности и традиции, на этом держалось все местное общество. Поневоле приходилось им подчиняться.

– Где ты достал деньги на все это? – первым делом спросил я, решив начать разговор первым. Судя по нахмуренному лицу, Йогар-гал шел ругаться, обвиняя в том, что отвлекаю от важных дел.

Божок хихикнул, преображение произошло мгновенно, превратив раздраженного бюргера в насмешливого паяца. Именно в этот момент так ярко проявлялась нечеловеческая сущность этого существа. Мгновенные изменения в лице напоминали игру послушной марионетки, кого хозяин весело дергал за веревочки, заставляя по своей прихоти плакать, смеяться, злиться, улыбаться – и все по щелчку худых пальцев. Человек походил на послушную куклу, напоминая, что является всего лишь оболочкой для развлекающегося божка.

– Как где? А ты разве не знаешь? – ехидно осведомился он. – У бургомистра одолжил. Его превосходительство оказался столь любезен, что полностью профинансировал данный проект, взяв на себя обязательства не только по оплате рабочим, но и по предоставлению инструментов и продовольствия на все время работ.

Хитро, заставил платить городские власти. Я оказался не в курсе. Впрочем, неважно.

– Мне кажется, или это напоминает портал? – я указал подбородком на незаконченный рисунок.

Расчищенная площадка имела радиус в три с лишним десятка метров, сам рисунок занимал примерно две трети. Судя по вбитым колышкам и натянутым между ними веревкам, размер пентаграммы, заключенной в условный круг с выбитыми в камне магическими знаками, должен быть просто огромным.

Вопрос удивил Йогар-гала, насмешливая веселость вновь сменилась показной серьезностью.

– А ты как хотел? Ты же хочешь призвать Блуждающую Башню, а это можно сделать только через магию искривления пространства. Как еще переносить что-то, не используя эти чары?

– Ты же говорил, что они опасны, разве нет?

Божок скривился.

– Это одна из разновидностей. Структура плетения напрямую завязана на исходную цель. Грубо говоря: что хочешь, то и получаешь, если правильно расставишь приоритеты в конструкт самого заклинания. К тому же мы воспользуемся им один раз и не нарушим структуру мировых магических потоков. Возмущение если и будет, то быстро сгладится.

Я знал, что он что-то недоговаривал, нутром чуял.

– Это магия Отверженных, – медленно, словно роняя камни, произнес я. Помедлил, пытливо взглянув на божка. – Они будут играть в этом какую-то роль?

Только привлечения пытавшихся меня убить эфирных пиявок сейчас для полного счастья не хватало. Однажды они уже предлагали мне Башню в обмен на меч Шахода, и ничего путного из этого не вышло. Да и не могло выйти, если уж на то пошло. Меч стал частью меня, отказаться от него значило отказаться от части себя самого. Все равно что отрубить руку или ногу, или добровольно лишиться зрения или слуха.

Йогар-гал хмыкнул, он легко прочитал по моему лицу, о чем я подумал, и даже не скрывал этого.

– Я не собираюсь помогать им, если ты об этом, – хихикнул он, вновь превращаясь в раздражающего насмешника. – Но в чем-то ты прав, не использовать их связь с этими чарами мы не можем. Слишком удачно все совпало, чтобы отказываться от подобной возможности.

– Возможности? – Подозрения внутри меня увеличились. Хитрый пупырчатый засранец вновь вел свою игру, используя ситуацию в каких-то неведомых целях.

Божок усиленно закивал, не выдержал и рассыпался дребезжащим смехом.

– Ты же не думал, что все будет просто? Башня это тебе не сарай, который можно перенести за множество лиг. Это древний и могущественный артефакт, наделенный огромной силой. Его просто так не притянуть и тем более не заставить оставаться на месте.

Кажется, я начинал догадываться, куда он клонил.

– Силы убитых богов не хватит?

– Не хватит, – Йогар-гал вновь натянул маску серьезного человека.

Его привычка мгновенно менять выражение лица и настроение оболочки начинало выбешивать. Создавалось впечатление, будто разговариваешь с бездушной куклой.

– Дай угадаю, чтобы притянуть Блуждающую Башню, надо убить Отверженных? И тогда энергии хватит? – не скрывая сарказма, произнес я.

Божок с независимым видом пожал плечами, в его исполнении это выглядело смешно. Но смеяться почему-то не хотелось.

Проклятье, так и знал, что будут подводные камни во всей этой затее с призывом. Не могло все оказаться так просто.

Йогар-гал вдруг подбоченился.

– А чего ты хотел? – ядовитым тоном осведомился он. – Жить тихой спокойной жизнью в уютном выстроенном особнячке? Изготавливать и продавать зелья? Однажды жениться, наплодить детишек и дожить до старости лет? Ты и в самом деле думал, что все так и будет?

Он смотрел на меня пылающим взором, чужеродная эфирная сущность проступила столь явственно, что заслонила собой физическую оболочку. Сейчас даже не обладающий магическим даром мог разглядеть, что именно скрывалось за обычным человеческим телом.

– Ты с непонятным упорством пытаешься притвориться заурядным лордом и магом, но это всего лишь игра, и в глубине души ты это прекрасно понимаешь, – продолжил Йогар-гал, теперь он полностью отошел от образа шкодливого язвительного насмешника. – Ты цепляешься за старую жизнь, которой никогда у тебя не было. Даже будучи учеником старого алхимика, ты уже был непохож на обычных людей, но ты до сих пор притворяешься одним из них. Может, это грусть по утерянной жизни. Может, что-то еще. Но где-то глубоко внутри ты знаешь, что этого не изменить. Меч, перстень, битвы с богами… – он запнулся. – …Ты хоть понимаешь, какие океаны энергии через тебя прошли, когда ты убивал Мекдара и Авирала? А до них и других богов? Это навсегда изменило тебя, и жизнь обычного лорда теперь всего лишь мираж, к которому ты стремишься, понимая, что этого никогда не достичь.

По моим губам расползалась холодная усмешка. Внутри медленно поднималась ярость.

– Думаешь, я этого не понимаю? – я неосознанно сделал шаг вперед, и Йогар-гал отступил. – Думаешь, я ради своего развлечения заставляю тебя найти Блуждающую Башню? Все эти бытовые мелочи, все попытки притворства стать обычным лордом – ты прав, это всего лишь игра. Попытка не сойти с ума, пока возможно. Как и попытки выстроить дом и стать обычным волшебником.

Я резко остановился.

– Так что не надо говорить мне то, кто я есть, лучше перестань сам притворяться и наконец признай, что половина якобы умершего Шахода давно уже взяла над тобой верх, иначе ты бы не стремился отомстить всем своим божественным родственничкам.

Мы застыли друг напротив друга, зацепившись злыми взглядами. Воздух дрожал от напряжения, казалось, еще немного и пространство между нами вспыхнет ярким пламенем.

Первым отступил Йогар-гал, осторожно шагнув в сторону.

– Не будем ссориться, сейчас это не ко времени.

Я согласно кивнул, бросил косой взгляд в сторону расчищенной каменистой площадки с наметками на гигантскую пентаграмму.

– Значит, предлагаешь сначала заманить сюда Отверженных, прикончить их, а затем с помощью выпитой у них силы призвать Башню? – я рассеянно потер подбородок.

Божок небрежно кивнул, словно речь шла о пустяке.

– Да, именно так.

Некоторое время стояла тишина, каждый думал о чем-то своем. Налетающий со стороны моря ветер приносил на вершину песчаного холма прохладу вперемешку с криками кружащихся чаек.

– Кстати, ты случайно не знаешь, что за проклятье лежит на особняке? – будто между делом спросил я после продолжительного молчания.

Йогар-гал скривил губы в подобие ехидной ухмылки.

– Знаю, – ответил он и не отказал себе в удовольствии от легкой шпильки в мой адрес: – Удивительно, как такой могучий чародей, как ты, сам еще до этого не додумался.

Остряк.

– И?.. – я вопросительно приподнял бровь.

Из груди божка вырвался притворный вздох, будто сетуя на глупость некоторых стоявших поблизости личностей.

– Не понимаю, зачем тебе этот домик. Особенно после всего случившегося. Но раз надо, то слушай. Я сразу это почувствовал, как только побывал на той уродливой площади с глупым названием висельника: это не магическое заклинание в чистом виде, это настоящее проклятье, замешанное на крови. Так что твоя новая игрушка сгорит в любом случае. Обсидиан не обсидиан – неважно, прочность материала не имеет значения, ведь пламя будет иметь магическую основу.

– Колдовской огонь? Сожжет все?

Йогар-гал хихикнул.

– Надеюсь, ты не будешь плакаться и жаловаться, потеряв новую игрушку?

– Плакаться? А как насчет того, чтобы перерезать тебе глотку? – хмуро буркнул я.

В ответ раздался булькающий смех. Эфирная сущность зашлась в безудержном веселье. Смена настроения опять проявила себя в самый неподходящий момент.

– Да, такой, как ты, ныть и плакаться не будет, он лучше кого-нибудь прикончит, – он вдруг резко перестал смеяться, пронзительный взгляд вонзился в меня, как сверкающее копье. – Я ведь прав – ты не из тех плакс, кто отступает перед препятствиями. Или… – он сделал паузу и вкрадчивым тоном закончил: – Или отказывается от полученной силы.

Вот к чему весь этот разговор. Боялся, что я захочу отказаться от полученного могущества и вернуть свою человеческую сущность, испугавшись стать кем-то другим.

– Я что, похож на слюнявого идиота? – холодно осведомился я.

Божок усмехнулся.

– Нет. И мне в тебе это нравится. В чем-то ты удивительно похож на своего старого учителя – Пауль Гренвир тоже не из тех, кто сдается. Старый алхимик предпочитал прогибать мир под себя, а не прогибаться под чужой волей. И в тебе это тоже есть.

Я поморщился.

– Только давай без проповедей, ближе к делу.

Божок переступил с ноги на ногу, бросив через плечо взгляд на утес.

– Что касается твоего стремления попасть в Башню, чтобы добраться до зала с зеркалами, – невпопад сказал он, – то я догадываюсь, откуда в тебе это иррациональное желание покинуть этот мир.

Я вздрогнул, никому, даже себе, я в этом не признавался: в странном желании куда-то уйти.

Йогар-гал понимающе смежил веки.

– Еще не понял? Это все твоя иномировая сущность. Ты здесь чужак. Это не обычный мир, здесь боги впервые совершили переход из тонких планов бытия в тварную реальность. С тех пор мир пытается это исправить. А потом появляешься ты – еще одно нарушение в устройстве мироздания. Мир выталкивает тебя, ты нарушаешь его структуру своим присутствием. Поэтому что-то постоянно давит на тебя, требуя убраться подальше. И единственное, за что смог уцепиться твой разум – зал с зеркалами в другие миры на нижних уровнях Блуждающей Башни.

Я молчал, переваривая услышанное, наконец спросил:

– Так будет везде? В любом из миров?

Божок покачал головой, на его губах заплясала ядовитая ухмылка.

– К счастью, нет. Как я и сказал: это необычный мир, здесь эфир впервые прорвался в астрал, поэтому он обладает особым статусом. После появления провала в другую реальность этот мир тоже подвергся критическим изменениям, но так не везде. Чем ближе к источнику возмущения, тем хуже для таких, как ты.

Я открыл рот, собираясь еще кое-что спросить, но в этот момент совершенно внезапно напомнил о себе перстень дэс-валион, он начал покалывать, предупреждая о приближении кого из рода дэс’Сарион.

Чертыхнувшись, я завертел головой и вскоре увидел скачущий вдоль берега конный отряд во главе с черноволосой девчонкой.

Но гораздо хуже оказалось другое. Со стороны материка шли две фигуры: стройная девушка с темными как смоль волосами в мужской одежде и с палашом на боку и грузный жрец в коричневой рясе.

Они шли неспешно, полностью уверенные в собственном превосходстве, и позади них двигалась буря. Небо с той стороны заволокло свинцовыми тучами. Вниз били бесцветные молнии, выбивая в земле фонтанчики пыли, указывая путь посланцев первозданного хаоса. После каждого такого удара пласты астрала содрогались в конвульсиях.

Никого призывать не пришлось, Отверженные сами явились в ореоле всей своей мощи.